Stolica.ru
Реклама в Интернет
Большая Буква TopList
Фёдор Летуновский

Дом с привидениями

Эта история произошла в конце тёплого августа в новом доме на юге Москвы. Дом этот был построен относительно быстро и дешево и, как следствие, у дома есть один существенный недостаток - хорошая звукопроводимость. Находясь в его квартире слышно всё, что делают верхние, нижние и боковые жильцы, поэтому люди здесь очень хорошо осведомлены о жизни соседей, хотя и не знают даже имён друг друга.

Всё началось с того, что часовщик починил старые часы в тот день, когда у него родился сын. А сына он ждал очень долго. Вообще, у него в жизни всё складывалось хорошо - любимая работа, любящая жена, трое детей. Вот только рождались у них одни девочки. И часовщик очень переживал, что у него нет наследника, которому можно будет передать своё дело. Когда его жена четвёртый раз забеременела, врачи сказали, что опять будет девочка, а тут вдруг - мальчик. Часовщик, ясное дело, очень обрадовался. Это был самый счастливый день в его жизни. Поэтому часы, которые он сделал, оказались совсем не простые. Через своего создателя они обрели способность приносить настроение. Это настроение заключалось в определённой ауре вещи - она дарила её хозяину спокойствие и ощущение гармоничности существования, совершенно независимо от обстоятельств, в которых находился владелец. А скорее всего, виной этому стала музыка - часовщик вставил в часы устройство, каждый час игравшее музыку. Он не знал, откуда она взялась - может где-нибудь слышал, скорее всего, во сне. Просто в тот день он вдруг её вспомнил и припаял скобки на валике таким образом, что часы стали играть эту мелодию.

В детстве Серёжа был вундеркиндом. Победителем всех математических олимпиад. В тринадцать лет он поступил в университет, а в семнадцать получил учёную степень. Так как он стал лучшим математиком выпуска и хорошим программистом, его сразу взяла на работу американская фирма. Вообще, Серёжа так много учился, что совершенно не понимал, что происходит вокруг. Родители постарались организовать его жизнь, оставив в ней как можно меньше раздражающих факторов. Он читал только специальную литературу, а на досуге решал сложные математические задачи из американских журналов. Телевизора у них не было, ведь его мама считала, что там не показывают ничего, кроме депрессивных политический новостей, насилия и секса. Работал Сергей дома, раз в неделю отсылая в фирму проделанную работу. Работа эта касалась современных компьютерных разработок, позволяющих компьютеру самому создавать для себя нужные программы. Проще говоря, Сергей занимался проектом, способным оставить без работы всех программистов. Всё это, разумеется, делалось строго конфиденциально.

Он не гулял по улицам, а спиртное пил единственный раз в жизни, на вечеринке в честь окончания университета. Его бытовое неведение доходило до того, что он хоть и знал, что вода закипает при температуре сто градусов, но очень смутно представлял, как это выглядит.

Кроме Сергея, в семье больше никто не работал. Его папа, сокращённый конструктор из института, целыми днями лежал на диване и рассуждал о политическом обустройстве России, а мама взяла на себя всю бытовую работу по дому. И вот, в двадцать лет, Сергей впервые остался дома один. Его родители, после долгих совещаний, всё-таки рискнули уехать вместе отдыхать в Турцию. Но, вопреки их страхам, образ жизни Сергея мало изменился. Раз в день специальная служба приносила ему горячий обед, который он съедал, не отрываясь от экрана компьютера, а вечером он читал математические журналы разных стран мира, которые выписывал в большом количестве. Никаких других изданий он в руках не держал, и, так же, как и его родители, слушал радио "Ретро" и радио "Орфей", смутно представляя, что творится в стране и зная только, что живут они плохо, потому что эти слова часто произносил его папа. Единственное, что его раздражало, это звуки электрической дрели у верхних соседей, дневной лай оставленной без хозяев собаки у нижних, и постоянные скандалы у соседей по лестничной клетке. Всё это укрепляло Сергея в мыслях об агрессивности внешнего мира и нежелании покидать квартиру. Так, два дня длилась эта "самостоятельная" жизнь, пока в дверь его квартиры не позвонила спасающаяся от преследования девочка.

Соседом Сергея по лестничной клетке был тихий дядечка неопределённого возраста. Он приехал сюда позже всех остальных жильцов и никто не знал, где он работает и чем занимается. Очень редко к нему домой приходили такие же дядечки и они коротали вечера за стаканом крепкого чая и молчаливой игрой в шахматы.

Зато верхний сосед Сергея - пожилой член редколлегии патриотической газеты Николай Смирнов, вел себя куда энергичней. Он, хоть и считал себя консерватором, никак не мог удачно расставить мебель в квартире, поэтому каждые выходные к нему заявлялись коллеги, с грохотом переставляли шкафы и тумбы, после чего пили водку и пели песни. Вечерами, возвращаясь с работы, он неистово сверлил в стене дырки, чтобы повесить на новое место книжные полки. Когда проходящие мимо окон люди казались ему подозрительными, он набирал номер ближайшего отделения милиции, а так как подозрительных людей набиралось до нескольких человек в неделю, милиционеры считали его малость с приветом, однако Смирнов был человеком спокойным. Спокойствие ему внушала мысль, что терпеть осталось недолго, и через несколько лет все, находящиеся у власти бандиты, украсят фонарные столбы Манежной площади, о чём он не забывал упоминать в своих многочисленных публикациях.

Нижним соседом Сергея стал искусствовед Саша, которого родители увезли в детстве в Германию. Он до сих пор часто туда приезжает, получая под свои проекты гранды и стипендий, позволяющие ему жить на эти деньги в Москве. У него несколько проектов в области кино и театра, но не один из них не доведён до конца. Круг его общения - стареющие авангардисты, подкормленные западом и забытые по окончанию перестройки, а так же жизнерадостные студентки, с которыми он знакомится на бульварах, с помощью двойного гражданства выдавая себя за немца. Вечерами он гуляет с собакой, дымя неизменной сигарой, которую он экономно растягивает на неделю, и эта сигара совсем не подходит к его внешнему виду, напоминающего чистенького немецкого безработного.

Света жила в соседнем подъезде. Её отец работал хирургом. К тому же, он пользовался большим успехом у женщин, его часто не было дома, о чём ей постоянно приходилось сообщать, десять раз в день снимая телефонную трубку. Света занималась фотографией. Это позволяло ей зарабатывать какие-то деньги, снимая для журнала показы авангардных моделей и художественные портреты. Но денег платили мало, и их не хватало для исполнения заветной мечты - покупки дорогой профессиональной фотокамеры. Друзей у неё было немного, потому что Света обладала независимым характером и привычкой высказывать людям вслух всё, что она о них думала. Её лучшей подругой считалась Ольга - студентка психологического факультета МГУ, живущая двумя этажами выше. Ольга очень любила свою будущую профессию и практиковалась на своих молодых людях, ставя над ними разные психологические эксперименты. Молодые люди часто не выдерживали подобного отношения и быстро её покидали, а Ольга называла их слабаками и, будучи привлекательной девушкой, недолго оставалась одна.

На одной лестничной площадке со Светой жила Ирина - тридцатипятилетняя переводчица, знаток четырёх иностранных языков, услугами которой пользовались двое известных европейских авторов. Несмотря на творческую востребованность, в личной жизни ей никогда не везло, потому что мужчины шарахались от её интеллекта, а элегантная одежда и видимая недоступность только усугубляла её одиночество. По выходным она вместе со старой институтской подругой выбиралась в театр или на выставку, и такие встречи завершались обычно в её квартире, откуда ночью слышались звуки фри джаза.

Другие соседи прославились благодаря двум своим отпрыскам - братьями Атаджановыми - начинающими бандитами и наркоманами. Они вытаскивали магнитолы из оставленных на ночь автомобилей и "охраняли" местного торговца гашишем Диму, периодически отбирая у него часть товара и выручки. Дима - тщедушный и вечно испуганный парень с красными глазами и тихой речью, был бы одним из самых тихих жильцов подъезда, если б у дверей его квартиры не сталкивались компании лысых и волосатых лентяев. Иногда здесь возникали драки, потому что наркотиков не хватало на всех желающих, и тогда к нему на этаж поднимались братья Атаджановы с велосипедной цепью и устрашающим восточным кинжалом.

Нижним соседом Светы был пенсионер - состоятельный старичок-эзотерик Вишневский. Каждый четверг к нему приходили на чаепития неустроенные холостые гуманитарии, покушать ветчины и послушать про Крест и Розу. Часто здесь устраивались спиритические сеансы, а иногда Вишневский включал кассету, на которую перед этим записывал свои высказанные вслух мысли и гости, которых клонило в сон после бутербродов и пирогов, должны были выслушивать посетившие его откровения. Вишневский враждовал с патриотом Смирновым с помощью переписки. Оба они писали обличительные памфлеты, которые засовывали друг другу в почтовые ящики. Смирнов ненавидел Вишневского за то, что лет десять назад он получил наследство из-за границы, а Вишневский презирал Смирнова за его узколобость и искажённое толкование мировой миссии России. Враждовали они не на шутку, однако, случайно увидев друг друга на улице, опускали глаза и быстро проходили мимо.

В тот день, когда часовщик починил будильник Вишневского, старик, возвращаясь из магазина, зашёл к нему в гости, расплатился, и не устоял перед соблазном выпить настойки из кедровой шишки, которую часовщик поставил более чем полгода назад, когда ему стало ясно, что у них намечается пополнение. Когда Вишневский запьянел, часовщику оказалось достаточно трудно выпроводить красноречивого гостя, и квартиру они покинули вместе - часовщик поехал в роддом, а Вишневский пошёл домой, в соседний подъезд. По дороге он встретил Смирнова. Как всегда, они не узнали друг друга, а Смирнов вспомнил, что ещё вчера собирался бросить в ящик противника письмо с новыми аргументами в их, порядком затянувшимся, споре. Войдя в подъезд, Смирнов остановился, видя, что Вишневский стоит перед почтовым ящиком, читая вынутое оттуда письмо. Это было приглашение посетить юбилей одного из сопродюссеров канала "Культура", как-то обещавшего взять Вишневского консультантом, а то и автором какой-нибудь передачи. Вишневский так обрадовался, что и зашёл в подъехавший лифт с приглашеньем в руках, оставив на полу сумку с часами и продуктами из магазина. Когда он уехал, подскочивший из-за двери Смирнов бросил в ящик письмо и уволок лежащую сумку, решив вернуть её, вытребовав у владельца извинений в свой адрес. Дома Смирнов проверил содержимое сумки. Там оказался десяток сырых яиц, пакет молока, кусок сыра и старый будильник. Сыр и молоко Смирнов убрал в холодильник, где у него стояла лишь кастрюля без крышки с подозрительного вида похлёбкой, а десяток яиц тут же выпил, взял в руки дрель и принялся сверлить дырки для книжной полки. Посверлив полчасика, он позвонил коллеге, сообщил, что ехать к нему завтра не надо, так как вся мебель в квартире расставлена идеально, лёг на диван и спокойно заснул.

Света сидела дома, когда к ней пришла Оля и стала рассказывать, как один из её знакомых, директор какой-то конторы, где Ольга тестировала его подчинённых, предложил ей щекотливое дельце. Дело в том, что в соседнем подъезде живёт сумасшедший математический вундеркинд, делающий секретный заказ для одной фирмы. Директору интересно, что представляют собой разработки. Родители вундеркинда сегодня уехали в Турцию. Единственное, что от неё требуется - пробраться к нему домой и быстренько скачать на дискету последние файлы его компьютера. За это платят двести баксов аванса и ещё восемьсот, когда принесёшь дискету. Мне-то это не надо, а вот ты никак не можешь аппарат себе нормальный купить.

Света отнеслась к разговору, как к психологическому тесту, тем более, ей пора было в студию, делать портреты одной полной особы, желающей предстать на снимке в выгодном ракурсе, и послать его в брачное агентство для иностранцев. Но студия оказалась занята, полная особа рассердилась и решила послать в агентство свои десятилетней давности снимки, а Света пришла домой в плохом настроении, позвонила Оле и сказала, что если это не шутка, то она на эту авантюру согласна.

Вечером патриот Смирнов проснулся от странного мелодичного звука. Он не сразу понял, что это звонили часы. Мелодия ему не понравилась, потому что она заставляла Смирнова задуматься, а думать он не любил. Смирнов взял часы, вышел на лестницу, захотел было выкинуть в мусоропровод, но в последний момент передумал, спустился на пару пролётов вниз и оставил их на полу. Поднявшись домой, он скептически оглядел квартиру, позвонил коллеге и попросил его всё-таки приехать завтра, потому что шкаф и диван нужно переставить ближе к окну. Позвонив, он включил телевизор, достал пакет молока и, глядя в глаза мелькающим на экране политикам, вступил с ними в жаркий спор.

Вечером пьяный искусствовед Саша возвращался домой. На автобусной остановке он увидел красивую девушку, стоявшую вместе со своей мамой. Саша показал им свой немецкий паспорт и сказал, что он снимает кино, а девочку хочет взять на главную роль. Мама серьёзно посмотрела в паспорт и продиктовала свой телефон. Саша записал его на мятый листок бумажки и, улыбаясь и пошатываясь, пошёл дальше. На своей лестничной клетке он увидел будильник. Сначала он испугался, решив, что это бомба, но рассмотрев, взял его и вошёл в квартиру.

Утром Саша проснулся в замечательном настроении и, позвонив по телефону, выяснил, что может осмотреть помещенье для репетиции своего театрального проекта, позавтракал и покинул квартиру.

В квартиру Сергея Света проникла под видом спасающейся от хулиганов. Сергей правда, поначалу испугался ей открывать, но Света закричала, что её преследователи пока не знают, на каком она этаже, и быстро проскользнула в квартиру. Пока она "приходила в себя", юноша гостеприимно предложил чаю, сказав, правда, что его ей придётся сделать самой, но Свету больше интересовал бар в комнате родителей. Она выбрала бутылку коньяка, и в два приёма уничтожила всё, что в ней оставалось. Сергей удивился и предложил ей послушать музыку, пока хулиганы не обыщут подъезд и уйдут. Света зашла в его комнату, увидела включённый компьютер и начала придумывать предлог, чтобы остаться одной. Тем временем Сергей, с любопытством изучающий свою сверстницу, показывал ей фотографии. Вот Сергей идёт в первый класс - на лице мальчика с огромным букетом застыло выражение крайнего ужаса. Вот приём в пионеры - крупная девочка изо всех сил затягивает галстук побледневшему от удушья Серёже. Первый триумф - Сергей стоит на двух стоящих друг на друге табуретках, и пишет формулы мелом на самом верху доски. Света попросила Сергея выйти, чтобы переодеться. Посмотрела список файлов с самыми свежими датами и начала скачивать их на дискеты. Тем временем они разговаривали. Сергей попросил объяснить ему что такое ночной клуб и что там происходит. Света односложно отвечала, то и дело меняя заполненные дискеты, а спрятав их в сумку, открыла дверь, сказав, что хулиганы, наверно, ушли, да и ей пора. Прощаясь, Сергей серьёзно попросил разрешения поцеловать - ведь он её спас. Света молча подставила щёку.

В тот вечер Сергей не подходил к компьютеру, а решенье задач из журнала тоже не шло. Он лежал на диване и слушал шестую симфонию Бетховена. А Света без приключений добралась до квартиры - в её сумочке шуршали дискеты, а в ящике стола - двести баксов аванса, всё это было передано ей Ольгой, которая, после прочтенья дискет, привезёт ей ещё восемьсот. Фотоаппарат стоил девятьсот двадцать, так что Свете оставалось и на конфеты.

Вечером старик Вишневский вернулся с юбилея сопродюссера канала "Культура" в плохом настроении. Мало того, что его не взяли консультантом, да ещё и потешались над ним. Его пригласили в качестве шута и реплика "старый маразматик", брошенная ему одной из дам, по сравнению с другими звучала чуть ли не комплиментом. Смирнов, вместе с двумя своими коллегами, переставив мебель в квартире, закатив глаза на покрасневшем от натуги лице, исполнял народную песню. Перед ним лежал недоеденный кусочек сыра и пустая бутылка водки. Тихий сосед Сергея разыгрывал сам с собой партию в шахматы. Переводчица Ирина, вполголоса шевеля губами, искала подходящий синоним. Синоним не приходил, она размахивала руками и в стакан с соком лилась валерьянка. Искусствовед Саша вдохновенно говорил с кем-то по телефону о своём театральном проекте, где зрители по одному расходятся по лабиринту, где каждого встречает выбранный ими актёр, играя спектакль для него одного. Посередине разговора до него донеслась музыка отбивающих время часов. Закончив разговор, Саша постелил себе на балконе, поставил рядом часы и, улыбаясь, открыл книгу. Один из братьев Атаджановых стоял на шухере, другой вытаскивал из открытого автомобиля магнитолу, а Ольга позвонила Свете и сказала, что никаких денег ей не дадут, потому что на дискетах оказался вирус, который уничтожил все данные и накрыл компьютер заказчика. Света, как всегда, не поверила ей и, смутно надеясь на очередную провокацию, потребовала объяснений, но Оля талантливо сыграла дурочку и телефонная связь была прервана. Спать Света легла с так часто посещающей её мыслью, что вокруг одни уроды, а против неё готовится заговор.

Утром Сергей сел за компьютер, но, как только он нажал первую клавишу, на экране появилась надпись: " Скажи: "спасибо". Эта надпись не давала Сергею работать, а убрать её он никак не мог. Однако он быстро сообразил, и набрал на клавиатуре слово "спасибо". На экране тут же появилось слово "пожалуйста", после чего все буквы осыпались, и экран погас. Больше Сергей так уже и не смог заставить его работать - части компьютера перестали опознавать друг друга, выводя на синем экране сообщения о том, что ни одно затребованное устройство не найдено - налицо была работа вируса, причём такого, о котором Сергей никогда не слышал. Он позвонил в организацию, продавшую ему компьютер, где ему ответили, что ничего подобного у них никогда не случалось, но обещали в течение трёх дней направить специалиста. Потом ему принесли горячий обед, а вечером он так и не смог сосредоточится на решении задач. Он лежал на диване, слушал музыку и думал о Свете, и в этом не было ничего странного, потому что ему было двадцать лет, и он так давно не видел своих ровесниц.

Днём хулиганы Атаджановы стояли на балконе и курили гашиш. Покурив они стали улыбаться и беседовать о том, как хорошо построить маленький дельтаплан, курить гашиш и летать над районом. Один из братьев заметил, что на краю одного из нижних балконов, расположенного по левой стороне, стоит будильник. Другой брат принёс из комнаты удочку, они подцепили часы и, смеясь, достали их. Братья стали крутить ручку завода, и часы зазвонили. Атаджановы сидели на балконе и, задумавшись, слушали бой часов. Потом один из них сказал, что не надо идти на стрелку с Лёхой-маленьким, потому что он беспредельщик, и обязательно втянет их в какое-нибудь неприятное дело, а там и вовсе, подставит. Другой согласился, а когда наступил вечер, сходил в магазин за мороженным, и когда на небе появились первые звёзды, братья всё так же сидели на балконе, ели мороженное и рассуждали о возможности жизни на других планетах.

Света ругалась по телефону с Ольгой, собиравшейся на ночную вечеринку. Ольге надо было срочно придумать очередную психологическую ловушку, поэтому она сказала Свете, что очень занята и пускай она сама во всём разбирается. Разговор прервал громкий шум на лестнице. Это лысые ребята дрались с волосатыми, потому что Диминого гашиша никогда на всех не хватало. На шум выскочили братья Атаджановы, но так как в тот вечер они находились в хорошем расположении духа, то быстро уладили спор и отправили хулиганов прятаться на чердак, потому что скучающий от безделья Смирнов вызвал наряд милиции.

Когда явилась вызванная Смирновым милиция, переводчица Ирина отказалась давать показания против соседей, и милиционеры уехали. Ирина сама имела особенность напиваться с подругой сухого вина и включать свой любимый джаз, поэтому она не стала портить отношения с татарской семьёй. Удивлённые братья Атаджановы решили отблагодарить соседку, что-нибудь ей подарив, но так как гашиш она не курила, а больше им предложить было нечего, они отнесли ей будильник. Подарок пришёлся кстати, потому что у её часов кончилась батарейка, а утром в Москву прилетал знаменитый итальянский писатель Альберто Эхо, чей последний роман "Новолуние" Ирина переводила в течение года. Роман итальянца был достаточно сложный, а его автор имел особенность следить, как идёт работа над текстом. Каждому своему переводчику Альберто высылал подробные инструкции, и раз в год собирал их на специальный симпозиум, где рассказывал, как адаптировать его произведение для иноязычных читателей. Ирина должна была встретить Альберто в аэропорту и после пресс-конференции в доме учёного подробно отчитаться, как идёт работа. Будильник зазвенел вовремя и Ирина, нарядно одетая и излучающая улыбку, вышла из дома, кивнув гуляющему с собакой искусствоведу, которого пару раз где-то встречала.

Искусствовед Саша водил на поводке свою шуструю таксу, но все это было далеко не так просто. Он пытался вычислить, на каком этаже живёт Оля, только что зашедшая в свой подъезд, возвращаясь с ночной вечеринки. Ему нравились такие бойкие девочки, а проблем, как с ними знакомиться, у него не существовало. Этаж он вычислял по висящему на балконах женскому белью, но так как женские вещи висели на нескольких балконах, Саша окончательно запутался и извлёк из кармана окурок сигары.

Когда компьютер вышел из строя, Сергей впервые задумался о том, что происходит вокруг. Что за его окном находится большой мир и где-то в нём живёт Света. И Сергей решил найти Свету. Где её искать, Сергей представлял достаточно смутно, но первым его шагом было взять деньги, которые всегда лежали в коробке из-под обуви, и выйти на улицу. Там он и повстречал гулявшего с таксой искусствоведа Сашу.

Сергей сразу вызвал у Саши симпатию. Он узнал в нём себя - очкастого и угловатого юношу, в восемнадцать лет впервые отправившегося на прогулку по вечернему Мюнхену и случайно попавшего в бар для транссексуалов, где эти существа грубо высмеяли его, и он выскочил оттуда с пунцовым от стыда лицом. Саша решил взять над юношей шефство, стараясь оградить его от психических травм. Он отвёл таксу домой, и они поехали в центр.

Вечером Сергей и Саша возвращались домой обнявшись и напевая какую-то французскую песенку. Ту девушку, которую хотел увидеть Сергей они так и не нашли, зато повстречали многих других и, всех, кто снисходил до знакомства с ними, угощали вином. Искусствовед Саша показывал кулак стоящему на балконе Смирнову и кричал, что если патриот опять вызовет милицию, то он пригласит вольных каменщиков, которые перережут телефонный провод и навсегда замуруют его в собственной квартире. Смирнов испугался, взял свою любимую дрель и просверлил в стене восемь дырок, размышляя, на какой площади будет висеть Саша.

Тем временем около дома остановилась машина, из которой вышли Ирина и писатель Альберто Эхо. Своими улыбками они напоминали молодую пару перед кругосветным путешествием. Искусствовед сразу узнал писателя и бросился ему навстречу.

У самого подъезда Сергея начало рвать, поэтому он так и не заметил Свету, которая решила пойти прогуляться. Это решение созрело у неё после того, как она окончательно поругалась с Ольгой, а её папа явился домой в сопровождении двух медсестёр, от которых пахло медицинским спиртом. Света Сергея заметила и постаралась побыстрее уйти, но столкнулась с искусствоведом Сашей, обнимающим итальянца, предлагая зайти к нему в гости. Ира пыталась отодрать искусствоведа, но увидев Свету, он отлип от писателя сам, и предложил Свете сыграть главную роль в его кинопроекте, а в знак серьёзности своих намерений, размахивал перед её носом немецким паспортом. Света перешла на бег и добежала до ближайшего магазина, где купила бутылку вина, а когда поняла, что ей совершенно не с кем выпить, отдала её какому-то алкоголику, в знак благодарности попытавшемуся поцеловать её в губы.

Ирина с писателем умудрились проскользнуть в подъезд, Сергей тоже кое-как доковылял до квартиры, а Саша сел на асфальт перед домом и начал голосить, что у него украли часы, приносящие ему вдохновенье. За ним, усмехаясь, наблюдали братья Атаджановы, пускающие вниз бумажные самолётики с написанными на них неприличными фразами, а в квартире Вишневского гости вызывали во время спиритического сеанса дух Тамерлана и очень удивились, когда вместо него им ответил Чапаев.

Среди ночи Ирина проснулась и вздрогнула, почувствовав, что рядом с ней никого нет. Но открыв глаза, тут же успокоилась. В противоположном конце комнаты, обернув лампу футболкой, чтобы не мешать её сну, за столом, сгорбившись и забравшись на стул с ногами, сидел Альберто, и быстро что-то писал мелкими буквами на листочке бумаги. Ирина улыбнулась и закрыла глаза. Сквозь сон она слышала тихую музыку, игравшую из часов.

Утром Ирина проводила писателя, чьё ночное исчезновение уже подняло панику среди чиновников от культуры, отвечавших за визит знаменитого итальянца. У лифта она встретила мрачную Свету, которая собиралась поднять на несколько этажей вверх, чтобы купить гашиша и унять своё раздраженье. Ирина позвала её в гости, налила рюмку кальвадоса и между делом рассказала о странных часах, из-за которых так всполошился искусствовед Саша. И она отдала часы Свете, изъявившей желание скинуть их Саше на голову, если он вдруг снова напьётся и начнёт к ней приставать.

Тем временем Сергей снова отправился искать Свету. У него не было цели, ведь его математический мозг уже просчитал вероятность из встречи. Она составляла одну из восемьсот двенадцати тысяч возможных, но если каждый день проезжать несколько веток метро, то она сокращается на одну из трёхсот двадцати. С такими мыслями он пришёл домой, первый раз в жизни сделал себе бутерброд и узнал о визите компьютерного мастера, час назад куковавшего перед дверью его квартиры.

А Света целый день провела дома. Понемногу она начала понимать, что не всё так уж и плохо. Тем более, что двести баксов у неё не отняли, а то что подруга оказалась свиньёй, только подтверждало её теорию о несправедливости мира. Однако неприятный осадок после случившегося не давал ей покоя, и ближе к вечеру поднялась на этаж к Сергею, решив, что часы, о которых уже ходят странные слухи, больше пригодятся ему.

Не переступая порога, она вручила часы, сказав, что это единственное, чем она может компенсировать свой поступок, и, смутившись от его волнения, зачем-то добавила, что живёт этажом выше в соседнем подъезде, но не советует её беспокоить. Когда она спускалась по лестнице, дверь соседней квартиры открылась и из неё выглянул тихий дядечка, попросивший Светлану зайти к нему в гости. Света послала его на фиг, но дядечка улыбнулся и намекнул на её аванс в двести баксов. Испуганная Света зашла в квартиру, сжимая в руке швейцарский ножик, которым она обычно открывала бутылки. Но тихий дядечка оказался к ней расположен. И вот что она узнала.

Оказывается, что её втянули в авантюру, заказанную директором той самой совместной фирмы, где работал Сергей. Этот американский проект, позволяющий компьютеру самому создавать для себя программы, был настолько секретный, что русский директор не имел к нему доступа, хотя интуиция подсказывала ему - речь здесь идёт о революционных технологиях, способных изменить компьютер, поэтому сама информация о них может очень дорого стоить. Как водится, это был человек с тёмным прошлым. В семидесятые годы он предлагал еврейским семьям скорый отъезд в Израиль, а когда несчастные люди распродавали всё своё имущество, дабы накопить на быстрый отъезд, проходимец растворялся с деньгами. В восьмидесятые он открыл частный видеосалон, где потчевал интеллигенцию второсортными киноподелками, выдавая свои просмотры за сливки мирового кино. За это он был посажен, после чего, уже в перестройку, объявился во главе сомнительной организации, налаживающей деловые контакты между учёными Америки и СССР. В эту организацию со всех сторон шли пожертвования, которых никто никогда не видел, а вся её деятельность свелась к путешествию в Штаты глухого и придурковатого мичуринца, чудом уцелевшего во времена партийных чисток. Однако инфляции и реформы съели часть его капиталов, что не помешало ему, оставаясь в тени, наладить совместную фирму где, кроме всего прочего, занимались и разработкой компьютерных вирусов для промышленного саботажа. Один из них - так называемый "вежливый вирус", оказался случайно записанным на одну из дискет, переданных директором Оле.

Когда Света поинтересовалась, откуда ему всё это известно, человек ответил, что Бутырская тюрьма - не лучшее развлечение для молодой и красивой девушки, поэтому она спокойно пойдёт домой, и никогда больше не будет задавать глупых вопросов. Так она и сделала.

А Сергей весь вечер старался стряхнуть с себя странное и приятное оцепенение. Он понимал, что человек, которого он полюбил, в этой любви не нуждается, что он предал его, а компьютер неизвестно когда заработает, но с другой стороны, у него есть журналы и хорошая коллекция классической музыки... Ему было хорошо, но привыкший к аналитической работе мозг понимал - это ощущение продиктовано чем-то извне, и, прокрутив в своей памяти события последних дней, он остановился на будильнике, каждый час отбивающем свою успокаивающую мелодию. Сергей взял будильник и отнёс к часовщику. Часовщик сказал, что мелодию, которую он включил в механизм, толи где-то слышал, толи она ему просто приснилась. Зайдя в соседний подъезд, он отдал часы Вишневскому и, отклонив предложение выпить чайку, поднялся на этаж к Свете. Когда она открыла дверь, он сказал, что не обижается на неё и хочет её куда-нибудь пригласить, а Света почему-то заплакала и сказала, что обязательно ему позвонит.

Когда Серёжа вернулся, зазвонил телефон. Строгий голос сообщил ему, что из-за утечки информации и сбоя в создании проекта он уволен из фирмы. Сергей спокойно выслушал и произнёс несколько ругательств, которые запомнил на улице. На другом конце трубки воцарилось молчание.