Stolica.ru
Реклама в Интернет
Большая Буква TopList
Сергей Семёркин

Кандидат

Тронный зал дворца освещался многочисленными свечами и факелами, но, тем не менее, в углах его было темновато. Придворные старались занять место поближе к центру, где на специально положенных камнях, накрытых листами железа, горел костер, над котором кипел котел. С возвышения, на котором был установлен позолоченный трон, было прекрасно видно всплывающие со дна котла пузыри пара. На троне восседал неприятного вида мужчина, выглядевший лет на пятьдесят, на левой щеке его была большая бородавка, лоб обезображен старым шрамом, лицо в целом выглядело изможденным. Было видно, что он давно ведет неумеренный образ жизни и не собирается с этим завязывать. Его пьяно-блестящие глаза бегали по подданным, окружающим котел. От этого взгляда людей бросало в дрожь, все знали, что король Зигфрид Третий может казнить любого без повода, просто из-за своей сиюминутной прихоти. Поэтому все, на кого смотрел король, обливались холодным потом, улыбались ему и низко кланялись, очень низко.

- Где младенец, почему я должен ждать? - гаркнул скрипучим голосом Зигфрид и стукнул кубком по подлокотнику трона так, что вино расплескалось.

Придворные заволновались и зашумели:

- Где младенец? Почему палач задерживается?!!

В зал широкими шагами вошел палач, его мощный торс туго обтягивал кожаный фартук, в грубых рукавицах этот мрачный субъект держал плачущего младенца.

- Почему так долго?

- Ваше величество, не извольте гневаться, мать, сука такая, не желала расставаться с этим выродком, вцепилась в него как клещами. Вдвоем оторвать не могли. Пришлось немного кровь пустить... - начал оправдываться палач.

- Жаль, я этого не видел. Надеюсь, не убили изменницу?

- Никак нет, ваше величество, уже готова к четвертованию.

- Хорошо. Давай его в котел, только помедленнее, - Зигфрид потер руки, его ждало очередное развлечение.

Придворные тоже оживились, пока король занят любимым делом, он не опасен. Палач подошел к костру и стал опускать младенца в кипяток. Сначала по щиколотку, потом... Пожалуй, лишь один человек в тронном зале не радовался от такой "забавной" картины, это был Аж - кандидат в Рыцари своего слова, стоявший справа и чуть позади трона в ослепительно белой одежде с длинным мечом на поясе. Наконец он не выдержал, буквально в два мгновения слетел с трона и, подскочив к котлу, сделал неуловимое для взгляда движение рукой, от легкого усилия пальцев, закованных в перчатку, голова мальчика смялась, как мягкий помидор. Мозг брызнул во все стороны, но страдание ребенка прекратились, по-другому прервать казнь Аж не мог.

- Аж! Ты снова все испортил! - завопил Зигфрид, - встань на свое место и не высовывайся, пока тебя не позовут. Может быть, ты забыл, кто твой хозяин?

- Нет, не забыл, - ответил Аж, его голос звучал глухо из-под опущенного забрала шлема. - Осталось еще 6 месяцев и 18 дней.

Но Зигфрид уже не слушал Ажа, он мысленно был на балконе, с которого открывался отличный вид на площадь, где сейчас будут четвертовать мать ребенка.

- На балкон, на балкон! - король увлек за собой придворных.

Аж следовал за Зигфридом, отставая на положенный метр, кровь младенца стекала с его белой одежды без всяких опознавательных знаков или гербов (стандартное облачение всех кандидатов) не оставляя после себя ни единого пятнышка. Сейчас Аж проклинал тот день, когда он вступил на путь рыцарства. Вы ничего не слышали о рыцарях своего слова? Действительно? А вы из какой галактики? Ладно, так и быть, расскажу. Орден возник в Черные века беспредела, после развала империи, в ответ на хаос, заполнивший галактику. Рыцари боролись со злом, в боях выковывая свой кодекс чести. Потом они стали предлагать свои услуги (не бесплатно, конечно) всем достойным людям. Надо сказать, что лучших воинов, чем Рыцари своего слова не было, а главное, более верных наемников, чем они, нельзя было найти. Многие хотели заполучить в свои телохранители Рыцарей своего слова, но не всем удавалось это сделать. Кому разрешить, а кому отказать решал Совет Старейшин. В нем заседали самые мудрые из Рыцарей, обычно старые и/или инвалиды. После заключения сделки достойный (с точки зрения Совета) человек (или не человек) получал в полное свое распоряжение одного Рыцаря, который в течение оговоренного срока выполнял любое приказание своего хозяина. Приказ обсуждению не предавался и выполнялся всегда. Однако существовала вероятность того, что достойный человек под воздействием обстоятельств (наркотиков и т.д.) и/или при деформации психики превращался в подонка. Тогда возникала опасность того, что Рыцарь откажется выполнить приказ, что было крайне недопустимо для имиджа Рыцарей своего слова. Поэтому кандидата в Рыцари отправляли на год в услужение самой отборной мрази в галактике. И только пройдя такого рода чистилище кандидат (если он ни разу не нарушил приказ хозяина) становился Рыцарем. Вот такие дела.

Аж, пока шло четвертование на площади, вспомнил тот урок в академии, когда им, курсантам, первый раз прочитали устав. Он весь состоял из одного предложения: "Рыцарь своего слова должен выполнять любые приказы существа, которому он дал слово служить, в течение оговоренного срока". А потом Наставник поднял пухлую книгу и сказал: "А вот это, кандидаты, список исключений из устава. За каждой его строчкой стоит либо честь, либо жизнь, либо и то и другое Рыцаря своего слова или кандидата в Рыцари. Внимательно изучайте его и запомните, если вы не выполните приказ, когда вы еще только кандидат, то вы никогда не станете Рыцарем, а если вы не выполните приказ, будучи уже Рыцарем своего слова, то дай вам Бог попасть под первое исключение". Первым исключением из устава была смерть Рыцаря, не позволившая ему выполнить приказ.

Аж прошел все тесты академии, осталось последнее испытание - еще полгода продержаться на службе у Зигфрида. Выдержав, он станет Рыцарем и будет служить добру. Обычно Рыцарей нанимали судьи, прокуроры или миссионеры. Лучших защитников правосудия не было. Аж размечтался о будущем... крик разорванной женщины вернул его к действительности.

Прошло еще две недели срока. Все было как всегда, Зигфрид устраивал оргии, публичные казни, публичные оргии, заканчивающиеся казнями, и наоборот. На короля было осуществлено покушение, естественно неудачное, ведь спальню абсолютного монарха охранял Аж. Он легко изрубил восьмерых отличных бойцов, еще двоим посчастливилось вовремя убежать, Аж не преследовал их, хотя мог догнать и убить. Зигфрид, когда проснулся и увидел коридор, ведущий в свою спальню, весь заляпанный кровью и живописно (с его точки зрения) украшенный мертвыми телами, пришел в неописуемый восторг.

- А ты молодец, Аж, не зря я тебя кормлю! - сказал самодержец и похлопал Ажа по плечу, того передернуло от такого знака внимания со стороны этой мрази.

Утром Зигфрид организовал казнь каждого десятого из охранников, дежуривших в эту злополучную для них ночь во дворце, а потом закатил пир, длившийся три для и четыре ночи. В один из редких моментов трезвости Зигфрид придумал очередной гениальный план. Он нашел надежного человека, приказал одеть того в точно такую же белую одежду, какая была у Ажа, и поставил этого двойника у дверей своей спальни.

- Никто не вломится ко мне, пока ты стоишь около дверей, - сказал король Ажу и усмехнулся, - Хе-хе. А тем временем ты пойдешь и засядешь в комнате с казной. У меня есть достоверная информация, что казну сегодня попытаются грабануть. Вот будет сюрприз, когда вместо золота воришки найдут тебя! Хе-хе. Ты все понял, Аж?

- Да.

- И запомни, убить надо всех, кто позарится на мое золото и придет грабить, если их будет уж слишком много, убей тех, кого успеешь, ты ведь у нас шустрый. Потом быстро ко мне на доклад, - тут Зигфрид нахмурился, видимо, в его головенку залетела редкая мысль. - А не могут мои враги заполучить другого Рыцаря своего слова?

- Нет, двух кандидатов на одну планету не посылают. А Рыцарь может прилететь лишь официально, сопровождая своего хозяина, например, судью или представителя миротворческой организации.

- Тогда я спокоен. У нас карантин. Никаких дипломатических контактов, с внешним миром идет лишь редкая торговля через надежных людей. Поэтому и деремся до сих пор на мечах... Мне нравится кровь от ран. Перестрелки на лазганах, которые я видел на записях, совсем не то. Хе-хе. Отсталая у нас планета, но мне нравится! - король был явно доволен собой.

Аж ждал грабителей в хранилище казначейства. Воры пришли в пять утра. "Что-то уж больно много их, - подумал Аж, прислушиваясь к звукам шагов, раздававшимся из-за обитой железом двери. - Зачем столько народу брать на дело?"

Дверь открылась, и Аж увидел толпу с факелами, среди прочих ублюдков он заметил Симона, племянника Зигфрида. Тот довольно улыбался:

- А, это ты, Аж, все стоишь на часах? Ты свободен, твой господин убит в своей спальне вместе с твоим двойником, так что можешь спокойно покидать нашу гостеприимную планету. А не то... - Симон передернул затвор лазгана и многозначительно направил на Ажа ствол этого высокотехнологичного носителя смерти, явно нелегально провезенного сюда.

- Не торопись выгонять меня, Симон, я еще не все здесь сделал. Мне нужно выполнить приказ Зигфрида: "Убить всех, кто придет за его золотом", то есть всех вас, - Аж вынул из ножен меч. - И твоя игрушка тебя не спасет.

Аж был спокоен, лазган (или по-другому, лучевой пистолет), действительно, грозное оружие, особенно на планете, находящейся в глубоком средневековье. Он давал своему обладателю неоспоримое преимущество в схватке с противником, вооруженным холодным оружием, но только не перед кандидатом в Рыцари своего слова. Симону нужно было получше изучить инструкцию по применению лазгана (а там мелким шрифтом в самом конце было написано: "Не пытайтесь застрелить из лазгана в стандартной комплектации особу, которую охраняет Рыцарь своего слова").

Слова Ажа поколебали уверенность Симона в своей неуязвимости, и тот нажал на спусковой крючок лазгана, белый луч ударил в кандидата, но защитная система, встроенная в костюм, сработала безукоризненно: она отразила луч обратно в стрелявшего. Симон упал с дырой в голове. Дальше началась бойня. Аж двигался быстрее, бил сильнее и точнее, чем его противники. Стрелы, выпущенные из арбалетов, отскакивали от его лат. Пол хранилища, а затем и коридора обагрился кровью. Самые умные из заговорщиков попытались убежать, но Аж догонял их в галереях дворца и рубил, рубил, рубил...

Когда последний приспешник Симона получил свое, Аж направился к спальне Зигфрида, чтобы убедиться, что тот действительно мертв. На пороге лежал двойник Ажа, изрубленный буквально на куски. Сам Зигфрид выглядел не лучше: живот короля был вспорот, и внутренности из него валялись по всей комнате, кроме этого в груди недавнего властелина целой планеты торчал кинжал, пригвоздивший его к полу, как булавка энтомолога бабочку. Но видимо, Зигфрид обладал нечеловеческой способностью цепляться за свою мерзкую душонку и, несмотря на все раны, был еще жив и даже смог открыть глаза.

- Ты пришел... - пуская кровавые пузыри, прошептал он. - Ты убил... их?

- Да, всех, включая Симона, - ответил Аж.

- Хорошо... но ты должен... последнее... охраняй Марго до конца срока... и найди моих убийц...

- Но они все мертвы, - возразил Аж, которому совсем не хотелось устраивать чистку среди приближенных короля.

- Нет... настоящих... Симон не смог бы... до... такого додуматься... он дурак.... - это были последние слова Зигфрида Третьего, он испустил дух, и его глаза стали стекленеть.

"Ничего не поделаешь, придется еще задержаться на этой гребаной планете, - подумал Аж и пошел разыскивать Марго, незаконнорожденную дочь Зигфрида, ничуть не заботясь о том, что станется с трупом короля. - Пусть хоть здесь сгниет, мне все равно!"

Разбуженные шумом слуги, охрана, придворные, - одним словом все обитатели дворца шарахались от Ажа, как от чумы. По дворцу прошел слух, что Рыцарь убивает всех, до кого дотягивается его меч. Стража перед спальней Марго не была исключением - при виде Ажа "бравые" гвардейцы разбежались, кто куда успел. Как ни странно, но Марго спала мирным сном, ее спальня разительно отличалась от остального дворца, обстановка которого была выполнена в мрачном готическом стиле. Здесь же был уголок современной цивилизации: электрический свет, экран компьютера, вделанный в пластиковый стол, пенная кровать и многие другие навороты ясно давали понять, что здешняя хозяйка не страдает излишней тягой к консерватизму. Аж деликатно разбудил Марго словами: "Просыпайтесь, моя новая госпожа". "Новая госпожа" открыла глаза, сфокусировала их на фигуре Ажа и сладко потянулась.

- Что случилось? - спросила Марго

- Зигфрид убит.

- Хорошая новость, - улыбка украсила свежее лицо принцессы, на которое кровать уже начала накладывать легкую косметику своими псевдощупальцами.

- Последнее его приказание было защищать тебя до конца моего срока, - продолжил доклад Аж.

- Вторая хорошая новость с утра. Это всё или у тебя есть еще приятные сюрпризы?

- Кроме этого, я убил Симона и его приспешников, которые совершили успешное покушение на Зигфрида и хотели присвоить казну.

- Аж, да ты просто кладезь хороших новостей, я обязательно награжу тебя орденом Марго первой степени.

- Спасибо, но Рыцари не могут принимать награды от кого-нибудь кроме Старейшин.

- Тогда я дам тебе денег, деньги ты хотя бы можешь брать?

- Не от господина не могу, а господин Зигфрид погиб, так что тебе я буду служить бесплатно.

- Ты слишком правильный Аж, тебе это никто не говорил?

- Нет.

- Значит, я первая. Может быть, ты еще и девственник? - Марго выскочила из пузырьков кровати, на ней ничего не было, кроме легкой косметики на лице и татуировки на груди в виде атакующего скорпиона. Совсем не смущаясь своей наготы, она медленно прошла мимо Ажа, чтобы тот смог подробно рассмотреть все прелести её тела, и, подойдя к шкафу, стала вызывать на дисплее разные наряды, тут же их примеривая.

- Нет, в академии на первом курсе один из обязательных предметов - сексология с практическими занятиями.

- Фу, как пошло! Впрочем, это твоя личная жизнь. Я хочу знать, сколько осталось до конца твоего срока.

- 5 месяцев и 29 дней.

- Отлично, за полгода, я думаю, гражданская война утихнет. А может, и нет, мне, честно говоря, плевать на это, как только я соберу достаточно деньжат, тут же улечу отсюда. Ты не заметил, много ли золота скопил мой папочка?

- В той комнате, что я видел сегодня, его было мало, да и то большая часть - фальшивое.

- Я так и думала, спустил все на оргии. Ну и ладно, хоть нищей, я все равно покину этот мир. Ты не подашь мне цепочку, она лежит на тумбочке... - Марго из-под длинных ресниц кинула соблазнительный взгляд на Ажа.

- Марго, я буду охранять тебя, а прислуживает пусть кто-нибудь другой.

- Это была просто проверка на вшивость.

- Я так и понял.

За три недели расследования Аж проверил всех приближенных Зигфрида и не нашел ни одного организатора последнего удачного покушения на монарха, по крайней мере среди живых таких не было. Многие мечтали о том, чтобы Зигфрид сдох, некоторые принимали участие в заговорах, но не в этот раз. Кто же организовал это слишком хитрое для простых здешних нравов покушение? Когда Аж перебрал все возможные варианты, он стал прорабатывать невозможные... Он ввел Марго легкий наркотик и погрузил её в гипноз. Теперь можно было задавать вопросы.

- Марго, ты любила своего отца?

- Нет.

- Ты хотела его смерти?

- Да.

- Это ты надоумила Симона достать лазганы и убить Зигфрида, пока я буду охранять казну?

- Да.

"Что и требовалось доказать!" - подумал Аж, но распутав клубок заговора, он не испытал радости.

- Расскажи об этом подробнее.

- Зигфрид вел планету к катастрофе, его надо было убрать, но обычными средствами это было сделать нельзя, мешал Аж. И тогда я придумала план. Мы провезли через карантин лазганы и слили Зигфриду информацию о готовящемся ограблении казны. Он клюнул и отослал Ажа, то есть, сделал именно то, что нам и было нужно. План сработал - Зигфрид мертв. Я не претендую на трон, мне нужны лишь деньги, чтобы отсюда свалить. Но даже если стычки между претендентами на престол перерастут в гражданскую войну, это будет все равно лучше для планеты, чем правление Зигфрида...

- Достаточно, Марго, сейчас я досчитаю до пяти, и ты проснешься. Ты будешь помнить всё, о чем мы с тобой говорили. Раз... два... три... - на счет пять Марго открыла глаза, увидела Ажа, и мгновенно осознала, что тому всё теперь известно.

- Ты предал меня!

- Нет.

- Как это нет? Накачал бедную, доверчивую девушку наркотиками, погрузил в гипноз, а потом, пользуясь моим беззащитным положением, стали подлые вопросы задавать. Ладно еще до пыток не додумался! Так поступить с человеком, которого ты дал слово защищать! - Марго возмущалась больше для видимости, она прекрасно понимала, что на Ажа сейчас давить было не в её власти.

- Да, это так, но у меня еще был приказ Зигфрида найти и убить человека, организовавшего покушение на него.

- Хорошо, ты меня раскрыл, я готова к смерти, - она хотела поскорее со всем покончить. - Давай, убей меня, Рыцарь своего слова!

- Подожди, я должен подумать.

- Нет уж, давай кончай поскорее, будто мне приятно сидеть и ждать твоего решения, - Марго еще долго что-то говорила, но Аж её не слышал.

Ему надо было решить дилемму - выполнить ли приказ Зигфрида и убить Марго как организатора покушения или выполнить приказ Зигфрида и не убивать её (в обоих случаях он нарушал другой приказ своего хозяина). С одной стороны, приказ найти организатора убийства был вторым, а значит, формально отменял более ранний, следовательно, его и надо было выполнять, но с другой стороны, после первого приказа Зигфрида Аж уже перешел на службу к Марго и должен был её защищать до истечения срока своего испытания. Может быть, охранять Марго до конца срока, а потом убить? Тогда он формально выполнит оба приказа, но это будет лишь слепое исполнение буквы устава, и все равно, даже в этом случае он натыкался на противоречие, ведь после истечения строка службы Аж уже не должен выполнять приказов ни Зигфрида, ни тем более Марго. Таким образом, он не мог убить Марго, так как это уже было бы самовольным, несанкционированным убийством. Аж вздохнул и стал перебирать исключения из устава, так как сам устав, увы, ему сейчас никак не мог помочь. Перебрав их все, Аж так и не нашел ответа на вопрос, что ему делать в данной конкретной ситуации. Отбросив логику, он прислушался к своим эмоциям, а они говорили, что убивать Марго ему крайне не хотелось, даже не столько из-за личных симпатий к ней, сколько из-за очень сильной антипатии к Зигфриду. Чаша весов с надписью "жизнь" перевесила.

- Марго, кончай трепаться и слушай меня, - сказал Аж, снимая свой шлем. - Я не убью тебя...

- Слава Богу, в твоей голове еще есть мозги! - перебила его речь Марго и бросилась целовать человека, который только что чуть не стал её палачом.

- Не прерывай меня, пожалуйста, мне тяжело говорить, - кандидат отстранил незаконнорожденную дочь своего бывшего хозяина. - Оставив тебе жизнь, я тем самым нарушил приказ своего господина, и должен явиться к Старейшинам для разбора. Мой срок службы с этой секунды окончен. Прощай.

- Подожди...

- Не могу.

- Ты все сделал правильно!

- Марго, твоя оценка данной ситуации меня совершенно не волнует. Я был кандидатом в Рыцари, а теперь... - он махнул рукой. - Первым же рейсом я улетаю...

Несмотря на уговоры Марго остаться и получить приличное вознаграждение, Аж отказался от денег и на первом же торговом корабле, который прибыл на планету, покинул место своего провала.

Совет Старейшин заседал как всегда в ничем не украшенной комнате, выбранной случайным образом среди пустых аудиторий академии. Одиннадцать старцев сидели за столами, поставленными полукругом, и смотрели на кандидата. Он предстал перед ними в той же белой форме, в какой он служил Зигфриду: на поясе Ажа висел меч (который был абсолютно декоративным оружием в данной обстановке, ведь системы защиты Старейшин не могли бы пробить даже средства, имеющиеся в арсенале настоящих Рыцарей своего слова), в руках он сжимал белый шлем.

- Кандидат в Рыцари своего слова Аж, - начал говорить один из одинаковых стариков (одинаковых не по своему внешнему облику, а скорее, по их внутреннему восприятию Ажом, они оставляли у него ощущение абсолютной безупречности), - мы рассмотрели твой случай и приняли решение. Ты поступил правильно с позиций человеческой этики, но, несмотря на это, ты нарушил приказ своего господина. Если бы ты был Рыцарем своего слова, ты был бы казнен, но поскольку ты в то время, когда нарушил приказ, был еще только кандидатом, смерть заменяется исключением из ордена. Ты никогда не сможешь стать Рыцарем своего слова, кроме этого ты обязан всю оставшеюся жизнь никому и никогда не рассказывать об учебе в академии и о своем провале. Со своей стороны Совет поверит тебе на слово, если ты согласишься выполнить эти условия, и никогда не будет тебя преследовать или каким-либо образом третировать. Ты согласен с этими условиями?

- Да, - сказал Аж твердым голосом.

- Мы верим тебе. Кроме всего вышеперечисленного Совет Старейшин благодарит тебя за достойный поступок. Он будет внесен в Исключения из устава. Твое имя никогда не забудется Рыцарями своего слова. На этом разбор твоего провала как кандидата закончен, можешь стать вольно.

Аж остался стоять на вытяжку. Старейшины по одному подошли и пожали ему руку. Это была последняя честь, оказанная Ажу в ордене Рыцарей своего слова. Он сдал личное оружие и одежду. Из академии он вышел в потрепанном комбинезоне звездолетчика и с рюкзаком за плечами. На кредитке, что жгла карман на груди и согревала сердце несостоявшегося рыцаря, была кругленькая сумма, которой вполне хватило бы на покупку лимузина или на хорошую пьянку, но которой было бы недостаточно и на то и на другое. "Жизнь продолжается!" - подумал Аж и вдохнул непривычный для него воздух свободы.

Месяц спустя Аж сидел за стойкой бара "Пьяная голова" и пил безалкогольное пиво. Его за эту странность (а пить безалкогольное пиво в подобных заведениях просто неприлично) поначалу прикалывали местные бандюганы, но после того, как у некоторых из них сломались челюсти, ребра, руки и/или ноги, Ажа оставили в покое. Спокойную атмосферу пьянства нарушил непредвиденный торнадо - в бар вошла Марго, завсегдатаи присвистнули от переизбытка половых гормонов, быструю стимуляцию коих вызвало появление такой феерической красотки в здешней дыре. Кое-кто уже было хотел подвалить к ней с вполне понятными намерениями, но, увидев, что ципа направилась прямиком к Ажу, пыл "крутых" ребят быстро остыл.

- Привет! - сказала Марго, усаживаясь за стойкой рядом с Ажом.

- И тебе привет, будешь пиво?

- Не откажусь, звездолетчик. На каких кораблях бороздил просторы космоса?

- На разных, - ответил Аж и, уже обращаясь к бармену, сделал заказ:

- Пиво для дамы.

Бармен быстро наполнил высокий бокал темным пивом.

- Как дела? - спросила Марго.

- Помаленьку, - подчеркнуто безразлично сказал Аж.

- Слушай, у меня к тебе предложение, - тут Марго наклонилась к "звездолетчику" и продолжила уже шепотом, - мой папа, ты его знал, когда служил коком на одном транспорте, зарыл клад. Вот почему казна была пуста. И я знаю, где он зарыт, я имею в виду клад, папочку то я кремировала... - она сделала эффектную паузу, - на Жарре! У меня есть подробная карта.

- А почему не в черной дыре? - язвительно поинтересовался Аж, в "Пьяной голове" можно было найти с десяток личностей, которые за кружку пива покажут тебе, где зарыты сокровища Флинта, и будут бить себя копытом в грудь, уверяя, что были лично знакомы с пиратом всех времен и народов.

- Я тебе точно говорю, человек, который мне её подарил, сам не смог добраться до сокровищ, умер бедняжка от изжоги, но успел дрожащей рукой набросать план и дать точные инструкции.

- Долго, наверное, умирал?

- Времени как раз хватило, чтобы я все успела зафиксировать. Одна я, к сожалению, не справлюсь с такой сложной миссией, мне нужен помощник. Ты как, согласен рискнуть и сорвать куш в десять миллиардов?

- Тебе нужен Рыцарь, а не опустившийся от алкоголизма звездолетчик.

- Я знаю, чего ты стоишь, - она заглянула в его глаза. - Для меня ты лучше, чем Рыцарь своего слова

- Это грубая лесть.

- Поверь, это не лесть, я действительно так думаю, - для Ажа было приятно, что кому-то такой раздолбай, как он, еще может внушать доверие.

- Как будем делить сокровища? - Аж уже принял решение и задал организационный вопрос, совершенно не играющий роли в выборе его дальнейшего пути.

- По-честному, пополам.

- Я согласен, заключим письменный контракт?

- Я верю тебе на слово.

- А я тебе не очень, - он допил безалкогольное пиво. - Пока не увижу карту, на Жарру не полечу.

- Ах так, значит, ты мне не доверяешь?! - возмутилась Марго.

- Доверяю, но такую доверчивую и глупую девушку могли ввести в заблуждение...

- Ты кого назвал глупой? Сам три часа пыхтел над задачей убивать меня или нет, хорошо еще, что до правильного ответа додумался.

- Я не уверен, что он был правильным на все 100%...

- Так ты жалеешь, что не убил меня?

- Скажем, ситуация такая же, как и с разделом клада - те же 50 на 50. Все по-честному, партнер!

Они засмеялись, пожали друг другу руки в знак заключения договора и еще долго сидели в баре и спорили...