Раздвинув холод  тяжкой тучи
Над чашей сумрачного дня,
Нацелил перст  руки трясучей
Пророк небесного огня.

И полыхающая влага,
С  хрипящим вихрем под дугой,
По крышам,  каменным оврагам
Рванула яростью тугой.

И был потоп под хохот бога!...
Но пробужденная река,
Шипящим стражем у порога,
Раздула серые  бока...

А  город,  дав Неве  послушной
Слизнуть небесный  сор  и гам,
Стоял, пресветло-равнодушный
К стихиям, людям  и богам.