Реклама в Интернет | "Все Кулички"

Ганс Христиан Андерсен

УЖ ЧТО МУЖЕНЕК СДЕЛАЕТ, ТО И ЛАДНО!


 
   Расскажу я тебе историю, которую сам слышал в  детстве.  Всякий  раз, 
как она мне вспоминалась потом, она казалась мне все лучше  и  лучше:  с 
историями ведь бывает то же, что со многими людьми, и они  становятся  с 
годами все лучше и лучше, а это куда как хорошо! 
   Тебе ведь случалось бывать за городом,  где  ютятся  старые-престарые 
избушки с соломенными кровлями? Крыши у них поросли мхом  и  травой,  на 
коньке непременно гнездо аиста, стены покосились,  окошки  низенькие,  и 
открывается всего только одно. Хлебная печь  выпячивает  на  улицу  свое 
толстенькое брюшко, а через изгородь перевешивается бузина. Если же  где 
случится лужица воды, там уж, глядишь, утка и утята  плавают  и  корявая 
ива приткнулась. Ну и, конечно, возле избушки есть и цепная собака,  что 
лает на всех и каждого. 
   Вот точь-в-точь такая-то избушка и стояла у нас за городом, а  в  ней 
жили старички - муж с женой. Как ни скромно было их хозяйство, а кое без 
чего они все же могли бы и обойтись - была  у  них  лошадь,  кормившаяся 
травой, что росла у придорожной канавы. Муж ездил на  лошадке  в  город, 
одалживал ее соседям, ну, а уж известно, за услугу отплачивают  услугой! 
Но все-таки выгоднее было бы продать эту лошадь или поменять на  что-ни- 
будь более полезное. Да вот на что? 
   - Ну, уж тебе это лучше знать, муженек! - сказала жена. -  Нынче  как 
раз ярмарка в городе, поезжай туда да и продай лошадку или поменяй с вы- 
годой. Уж что ты сделаешь, то и ладно. Поезжай с богом. 
   И она повязала ему на шею платок - это-то она все-таки  умела  делать 
лучше мужа, - завязала его двойным узлом;  очень  шикарно  вышло!  Потом 
пригладила шляпу старика ладонью и поцеловала его в губы. И  вот  поехал 
он в город на лошади, которую надо было или продать,  или  обменять.  Уж 
он-то знал свое дело! 
   Солнце так и пекло, на небе ни облачка! Пыль на дороге  стояла  стол- 
бом, столько ехало и шло народу - кто в тележке, кто  верхом,  а  кто  и 
просто пешком. Жара была страшная: солнцепек и ни малейшей тени по  всей 
дороге. 
   Шел среди прочих и какой-то человек с коровой; вот уж была корова так 
корова!  Чудесная!  "Верно,  и  молоко  дает  чудесное!  -  подумал  наш 
крестьянин. - То-то была бы мена, если бы сменять на нее лошадь!" 
   - Эй ты, с коровой! - крикнул он. - Постой-ка! Видишь мою  лошадь?  Я 
думаю, она стоит дороже твоей коровы! Но так и быть: мне корова сподруч- 
нее. Поменяемся? 
   - Ладно! - ответил тот, и они поменялись. 
   Дело было слажено, и крестьянин мог повернуть восвояси - он ведь сде- 
лал то, что задумал: но раз уж он решил побывать на ярмарке, так и  надо 
было, хотя бы для того только, чтоб поглядеть на нее. Вот и пошел  он  с 
коровой дальше. Шагал он быстро, корова не отставала, и они скоро нагна- 
ли человека, который вел овцу. Добрая была овца: в теле и шерсть густая. 
   "Вот бы мне такую! - подумал крестьянин. - Этой бы хватило  травы  на 
нашем краю канавы, а зимою ее и в избушке можно держать. И  то  сказать, 
нам сподручнее держать овцу, чем корову. Поменяться, что ли?" 
   Владелец овцы охотно согласился, мена состоялась, и крестьянин  заша- 
гал по дороге с овцой. Вдруг у придорожного плетня он увидал человека  с 
большим гусем под мышкой. 
   - Ишь гусище-то у тебя какой! - сказал крестьянин. - У него и жира  и 
пера вдоволь. А ведь любо было бы поглядеть, как он стоит на  привязи  у 
нашей лужи! Да и старухе моей было бы для  кого  собирать  отбросы!  Она 
часто говорит: "Ах, кабы у нас был гусь!" Ну вот, теперь есть случай до- 
быть его... и она его получит! Хочешь меняться? Дам тебе за гуся овцу да 
спасибо в придачу! 
   Тот не отказался, и они поменялись; крестьянин получил гуся. Вот и до 
городской заставы рукой подать. Толкотни на дороге прибавилось,  люди  и 
животные, сбившись толпой, шли по канаве и даже  по  картофельному  полю 
сторожа. Тут бродила курица сторожа, но ее привязали к изгороди веревоч- 
кой, чтобы она не испугалась народа и не отбилась от дома.  Короткохвос- 
тая была курица, подмигивала одним глазом и вообще  на  вид  хоть  куда. 
"Куд-кудах!" - бормотала она. Что хотела она этим сказать, не  знаю,  но 
крестьянин, слушая ее, думал: "Лучше этой курицы я  и  не  видывал.  Она 
красивее наседки священника; вот бы нам ее! Курица везде сыщет себе зер- 
нышко, почитай что сама себя прокормит! Право, хорошо было бы сменять на 
нее гуся". 
   - Хочешь меняться? - спросил он у сторожа. 
   - Меняться? Отчего ж! - ответил тот. 
   И они поменялись. Сторож взял себе гуся, а крестьянин - курицу. 
   Немало-таки дел сделал он на пути в город, а жара стояла  ужасная,  и 
он сильно умаялся. Не худо было бы теперь и перекусить  да  выпить...  А 
постоялый двор тут как тут. К нему он и направился, а оттуда  выходил  в 
эту минуту работник с большим, туго набитым мешком, и они встретились  в 
дверях. 
   - Чего у тебя там? - спросил крестьянин. 
   - Гнилые яблоки! - ответил работник. - Несу полный мешок свиньям. 
   - Такую-то уйму?! Вот бы поглядела моя старуха! У нас в прошлом  году 
уродилось на старой яблоне всего одно яблочко, так мы берегли его в сун- 
дуке, пока не сгнило. "Все же это показывает, что в  доме  достаток",  - 
говорила старуха. Вот бы посмотрела она на такой достаток! Да, надо  бу- 
дет порадовать ее! 
   - А что дадите за мешок? - спросил парень. 
   - Что дам? Да вот курицу! - И он отдал курицу, взял мешок с яблоками, 
вошел в горницу - и прямо к прилавку, а мешок приткнул к самой печке. 
   Она топилась, но крестьянин и не подумал об этом. В горнице было про- 
пасть гостей: барышники, торговцы скотом и два англичанина, такие  бога- 
тые, что карманы у них чуть не лопались от золота,  и  большие  охотники 
биться об заклад. Теперь слушайте! 
   Зу-ссс! Зу-ссс!.. Что это за звуки раздались у печки?  А  это  яблоки 
начали печься. 
   - Что там такое? - спросили гости и сейчас же узнали  всю  историю  о 
мене лошади на корову, коровы на овцу и так далее - до мешка  с  гнилыми 
яблоками. 
   - Ну и попадет тебе от старухи, когда вернешься!  -  сказали  они.  - 
То-то крику будет! 
   - Поцелует она меня, вот и все! - сказал крестьянин. - А еще  скажет: 
"Уж что муженек сделает, то и ладно!" 
   - А вот посмотрим! - сказали англичане. - Ставим бочку золота! В мере 
сто фунтов! 
   - И полного четверика довольно! - сказал крестьянин. - Я-то могу пос- 
тавить только полную мерку яблок да нас со старухою в придачу! Так  мер- 
ка-то выйдет уж с верхом! 
   - Идет! - сказали те и ударили но рукам. 
   Подъехала тележка хозяина, англичане влезли, крестьянин тоже, взвали- 
ли и яблоки, покатили к избушке крестьянина... 
   - Здравствуй, старуха! 
   - Здравствуй, муженек! 
   - Ну, я променял! 
   - Да уж ты свое дело знаешь! - сказала жена, обняла его, а на мешок и 
англичан даже и не взглянула. 
   - Я променял лошадь на корову! 
   - Слава богу, с молоком будем! - сказала жена. - Будем кушать и масло 
и сыр. Вот мена так мена! 
   - Так-то так, да корову-то я сменял на овцу! 
   - И того лучше! - ответила жена. - Обо всем-то ты подумаешь! У нас  и 
травы-то как раз на овцу! Будем теперь с овечьим молоком и сыром, да еще 
шерстяные чулки и даже фуфайки будут. Корова-то этого не даст! Она линя- 
ет. Вот какой ты, право, умный! 
   - Я и овцу променял - на гуся! 
   - Как, неужто у нас в этом году будет к мартинову дню  жареный  гусь, 
муженек?! Все-то ты думаешь, чем бы порадовать  меня!  Вот  ведь  славно 
придумал! Гуся можно будет держать на привязи, чтобы он еще больше  раз- 
жирел к мартинову дню. 
   - Я и гуся променял - на курицу! - сказал муж. 
   - На курицу! Вот это мена! Курица нанесет яиц, высидит цыплят,  заве- 
дем целый птичник! Вот чего мне давно хотелось! 
   - А курицу-то я променял на мешок гнилых яблок! 
   - Ну так дай же мне расцеловать тебя! - сказала жена. - Спасибо тебе, 
муженек!.. Вот послушай, что я расскажу тебе. Ты уехал, а я и  подумала: 
"Дай-ка приготовлю ему к вечеру что-нибудь повкуснее - яичницу с луком!" 
Яйца-то у меня были, а луку не было. Я и пойди к жене школьного учителя. 
Я знаю, лук у них есть, но она ведь скупая-прескупая! Я  прошу  одолжить 
мне луку, а она: "Одолжить! Ничего у нас в саду не растет, даже  гнилого 
яблока не отыщешь!" Ну, а я теперь могу одолжить ей хоть  десяток,  хоть 
целый мешок! Вот смехуто, муженек! - И она опять поцеловала его в губы. 
   - Вот это нам нравится! - вскричали англичане. - Все хуже да хуже,  и 
все нипочем! За это и деньги отдать не жаль! 
   И они отсыпали крестьянину за то, что ему  достались  поцелуи,  а  не 
трепка, целую меру золотых. 
   Да, уж если жена считает мужа умнее всех на свете и все,  что  он  ни 
делает, находит хорошим, это без награды не остается! 
   Вот и вся история! Я слышал ее в детстве, а теперь рассказал ее тебе, 
и ты теперь знаешь: "Уж что муженек сделает, то и ладно". 
 


OCR Палек, 1998 г.




Реклама в Интернет