Реклама в Интернет | "Все Кулички"

Ганс Христиан Андерсен

ДВОРОВЫЙ ПЕТУХ И ФЛЮГЕРНЫЙ


 
   Стояли два петуха - один на навозной куче, другой на крыше, но спеси- 
вы были оба одинаково. Кто же из них лучше, как потвоему? Скажи, а мы... 
останемся при своем мнении. 
   Птичий двор был отделен от соседнего деревянным  забором,  а  на  том 
дворе была навозная куча, и на ней рос большой огурец, сознававший,  что 
он растение парниковое. 
   "А парниковым нужно родиться! - рассуждал он сам с  собой.  -  Но  не 
всем же родиться огурцами, надо существовать и другим породам. Куры, ут- 
ки и все население птичьего двора тоже ведь живые твари.  Вот  стоит  на 
заборе дворовый петух. Он почище флюгерного будет! Тот хоть и высоко си- 
дит, а даже крыльями хлопать не может, не то что петь!  Нет  у  него  ни 
кур, ни цыплят, он занят только самим собою да знай  потеет  ярью-медян- 
кой! Нет, дворовый петух - вот это петух! Как выступает! Словно танцует! 
А как поет - музыка! Послушать его, так узнаешь,  что  значит  настоящий 
трубач! Да, приди он сюда, проглоти меня целиком со стеблем и листьями - 
вот была бы блаженная смерть!" 
   Ночью разыгралась непогода. Куры, цыплята и сам петух - все  попрята- 
лись. Забор повалило ветром - шум, треск. С крыши  падали  черепицы,  но 
флюгерный петух усидел. Он даже с места не сошел и уже не вертелся -  не 
мог, хоть и был молод, недавно отлит. Флюгерный петух был очень  разумен 
и степенен, он и родился стариком и не имел ничего общего с птицами  не- 
бесными,  воробьями  и  ласточками,  которых  презирал  как   "ничтожных 
вульгарных пискуний". Голуби-то побольше, и перья у них отливают  перла- 
мутром, так что они даже смахивают  на  флюгерных  петухов,  вот  только 
толсты они и глупы, думают лишь о том, как бы набить себе зоб, а  потому 
и водиться с ними скучно. 
   Навещали флюгерного петуха и перелетные птицы. Они рассказывали ему о 
чужедальних странах, о воздушных караванах и страшные разбойничьи  исто- 
рии про нападения хищных птиц. Это было ново и интересно для первого ра- 
за, но затем шли повторения одного и того же, а это уже тоска  смертная! 
Надоели ему они, надоело ему все. Не стоило ни с кем и водиться, все та- 
кие нудные, пошлые! 
   - Свет никуда не годится! - говорил он. - Все сплошная ерунда! 
   Флюгерный петух был, что называется, петухом разочарованным и, конеч- 
но, очень заинтересовал бы собою огурца, знай тот об этом. Но огурец был 
занят одним только дворовым петухом, и вот этот взял да пожаловал к нему 
в гости. 
   Забор был повален ветром, но грома и молнии давно уже не было. 
   - А что вы скажете об этом вот моем крике? - спросил у кур  и  цыплят 
дворовый петух. Малость грубоват он был, без изящества. 
   И куры с цыплятами вступили вслед за петухом на навозную кучу.  Петух 
шагал вразвалку, словно кавалерист. 
   - Садовое растение! - сказал он огурцу, и  тот  сразу  уразумел,  как 
всесторонне образован петух, и даже не заметил, что его клюнули. 
   "Блаженная смерть!" 
   Подбежали куры и цыплята, у кур ведь всегда так: куда  одна,  туда  и 
другая. Они кудахтали, пищали, любовались на петуха и гордились, что  он 
из их породы. 
   - Ку-ка-ре-ку! - закричал он. - Цыплята сейчас же сделаются  взрослы- 
ми, стоит мне прокукарекать об этом навесь мировой курятник. 
   Куры и цыплята закудахтали, запищали, а  петух  объявил  великую  но- 
вость: 
   - Петух может снести яйцо! И знаете, что в нем?  Василиск!  Никто  не 
может выдержать его взгляда! Люди это знают, а теперь и все  вы  знаете, 
что есть во мне, знаете, что я всем петухам петух. 
   И дворовый петух захлопал крыльями, встопорщил гребешок и опять заку- 
карекал. Кур и цыплят даже озноб прошиб, так им было лестно, что один из 
их семейства - петух из петухов. Они кудахтали и пищали  так,  что  даже 
флюгерному петуху было слышно, но он и не пошевелился. 
   "Все ерундя! - говорил он сам себе. -  Никогда  дворовому  петуху  не 
снести яйца, а что до меня, то я просто не хочу! А захотел бы,  то  снес 
бы яйцо ветряное! Но мир не стоит ветряного яйца! Все ерунда!  Я  и  си- 
деть-то здесь больше не хочу! 
   И флюгерный петух надломился  и  слетел  вниз,  но  дворового  петуха 
все-таки не убил, хоть и норовил, как уверяли куры. 
   Мораль? 
   "Лучше петь петухом, чем разочароваться в жизни и надломиться!" 
 


OCR Палек, 1998 г.




Реклама в Интернет