Оцените этот текст:


     Файл из библиотеки OCR Альдебаран: http://aldebaran.ru/

         Дмитрий ЧЕРКАСОВ
         при участии
         Оливера КАННА
         НЕВИДИМКИ







     Все  совпадения с реально существующими людьми и реально происходившими
событиями  настоятельно   рекомендуется  считать   совершенно  случайными  и
абсолютно непреднамеренными.

     На Кавказе население совсем мирное.
     Особенно днем, если не поворачиваться
     к нему спиной и не снимать палец со
     спускового крючка автомата...


     Не стремись быть невидимым.
     Пусть людям кажется, что они
     уже все увидели в тебе.




     -   Не   нужно  путать  понятия,  -  мягко,  с  едва  заметным   то  ли
прибалтийским, то  ли восточноевропейским акцентом сказал  тучный  лысоватый
человек  небольшого  роста, удобно  устроившийся  в  мягком кресле  гостиной
трехкомнатного "люкса" отеля "Рэдиссон-Славянская", возвышавшегося бастионом
достатка и благополучия посередине обычного московского района, застроенного
невысокими,  частично  -  обшарпанными,  частично  -  подремонтированными  с
фасадов домами. - Террористом может быть палестинец, северный  кореец, баск,
китаец, житель Ирака, кубинец, серб...  Русский, наконец. Но не чеченец. Это
вы должны запомнить  крепко-накрепко. И не ошибаться.  Чеченец - это  всегда
повстанец, борец за свободу. В крайнем случае - вооруженный диссидент.
     -  Но...,  -  собеседник толстячка вскинул  голову,  осекся  и  тут  же
уставился   обратно   на   носки   давно   нечищенных   ботинок,   повинуясь
предупредительному жесту руки своего визави.
     - Я не закончил, - с легкой укоризной произнес обитатель "люкса".
     - Извините, - гость шмыгнул носом.
     - Правильное использование  понятий - это  принципиальный  вопрос. Вам,
Андрей,  следует   забывать  слова  "терроризм",  "террористический  акт"  и
"террорист",  когда  вы делаете  свои  репортажи об  освободителях  Ичкерии.
Используйте выражения  "непримиримое  крыло  оппозиции",  "боевая операция",
"диверсионная работа"...
     Корреспондент радиостанции  "Свобода" Андрей Мужицкий <См. романы Д.
Черкасова "Крестом и булатом. Вторжение" и "Крестом и булатом. Атака" (прим.
редакции).>молча покивал.
     За  те деньги, что он получал  от своего куратора из МИ-6<МИ-6 (MI-6
или  Secret Intelligence  Service / SIS) - основная  разведывательная служба
Великобритании, занимающейся внешней разведкой.>
     Как  королевская служба английская разведка  начала складываться  еще в
период становления Британской  империи.  Ее создание было обусловлено прежде
всего  потребностями государственной колониальной внешней политики важнейшей
торговой и морской державы Европы.
     В  марте 1909 г.  премьер-министр Великобритании рекомендовал  Комитету
обороны  империи  обратить особое внимание на угрозу,  исходящую от разведки
Германии,   и  соответственно  реорганизовать  национальную  спецслужбу.  На
основании  рекомендаций премьера  были  подготовлены  инструкции по созданию
Бюро секретных служб при Иностранном  департаменте Комитета обороны империи,
датой   основания  которого  стало  1  октября  1909   г.  Непосредственными
основателями  нового ведомства были капитан Вернон Келл и  капитан  Мэнсфилд
Камминг. Последний  стал  руководителем  Иностранного отдела Бюро  секретных
служб.  Так  в  те  годы  называлась  прародительница  современных  западных
разведывательных   служб.  В  честь  Камминга  всех  последующих  директоров
британской разведки в переписке и беседах стали сокращенно именовать "С" (от
первой буквы фамилии Cumming).
     Службу возглавляет генеральный директор - в настоящее время им является
Ричард  Диарлав. Нынешний директор МИ-6 Ричард  Биллинг  Диарлав  родился 23
января  1945 г., по окончании Кембриджского университета занимался разведкой
33  года  -  в  Африке  (Кения),  Европе  и  США  (офицер  связи при  ЦРУ  в
Вашингтоне), а также на посту руководителя оперативного управления.
     В целях прикрытия МИ-6  включена  в структуру министерства  иностранных
дел.
     МИ-6 имеет  87  резидентур  за  рубежом и штаб-квартиру  в  Лондоне, на
Воксхолл   Бридж-роуд.   Генеральный  директор  МИ-6  одновременно  является
постоянным заместителем министра  иностранных  дел. Таким образом, формально
британская разведка находится под контролем британского МИДа, однако, наряду
с  этим она  имеет прямой выход на премьер-министра и часто действует по его
указаниям или самостоятельно.
     В структуре МИ-6 пять директоратов. В их число входят:
     Административно-кадровый      директорат,      который       занимается
административно-управленческими  вопросами,  а  также  вопросами  подбора  и
расстановки кадров.
     Директорат постановки заданий и подготовки разведывательной  продукции.
Получает задание  от министерств  иностранных  дел и обороны. Обрабатывает и
анализирует   получаемую  разведывательную   информацию,  подготавливает   и
реализуют выходные документы разведки.
     Директорат    региональных    контролеров.   Состоит   из    нескольких
регионально-географических оперативных отделов.
     Директорат   внешней   контрразведки   и   безопасности.   Осуществляет
разработку  спецслужб  иностранных  государств  и обеспечивает  безопасность
работы английской разведки.
     Директорат  специальной  разведки.   Снабжает  подразделение   разведки
современными оперативно-техническими средствами ведения оперативной работы.
     Кроме  того  имеются:   Группа  советника  по   вопросам  международных
отношений, Группа связи со спецслужбами США и других стран.
     У МИ-6 тесные связи  с разведками Канады, Австрии, Новой Зеландии.  Они
создавались при помощи Интеллидженс Сервис, и многие их сотрудники проходили
подготовку  в Англии.  Численность личного  состава  британской  разведки  -
государственная тайна.
     На протяжении  всей  истории  работа в  английской  разведке  считалась
престижной и  привлекала  к себе выходцев  из аристократических  семейств  и
творческой интеллигенции. Обычно персонал разведки набирается из кадров МИД,
Вооруженных сил, десантников САС  (Специальной Авиационной Службы, то есть -
спецназа  ВВС  Великобритании),  полиции,  а  также   из  числа  выпускников
университетов (преимущественно Кембриджского и Оксфордского).
     Принято считать,  что  кадровый состав  МИ-6 состоит из  "джентльменов,
которые элегантно нарушают законы и права  человека",  и авантюристов в духе
легендарного Томаса Лоуренса  или Сиднея Рейли, которые занимались разведкой
еще в  начале ХХ века, однако это не соответствует действительности. Лоуренс
и  Рейли были профессионалы,  относящиеся  к  редкой категории  "независимых
оперативников", практически исчезнувшей после Второй мировой войны.
     В начале 90-х годов ХХ  века журналисты, сумевшие частично проникнуть в
тайны британской разведки,  назвали  цифру около  3  тысяч  человек кадровых
сотрудников,  из  которых  примерно  1200  работало  в  Центре. Это примерно
соответствовало  реалиям.  Например,  в  марте  1994  г.  в  штате  разведки
Великобритании находились 2303 сотрудника.
     Штаб-квартира МИ-6 располагается в самом центре Лондона в районе Ламбет
у моста Воксхолл-Бридж  (Vauxhall Cross)  с  вывеской "Служба  экологии"  на
фасаде.  Это  два   здания  -   двадцатитиэтажное  сооружение,  похожее   на
многоступенчатую  пирамиду  под   общим   названием  "Сенчури-Хауз".  Раньше
штаб-квартира английской разведки располагалось в Бродвей-Билдингс у станции
метро "Сен-Джеймс парк".
     Руководители МИ-6 в 1909-1999 гг.:
     Мэнсфилд Камминг 1909-1923
     Хью Синклер 1923-1239
     Стюарт Мензис 1939-1952
     Джон Синклер 1953-1956
     Дик Уайт 1956-1968
     Джон Ренни 1968-1973
     Морис Олдфилд 1973-1978
     Артур Фрэнкс 1979-1982
     Колин Фигерс 1982-1985
     Кристофер Керуэ 1985-1989
     Колин Маккол 1989-1994
     Дэвид Спеддинг 1994-1999
     Ричард Диарлав с 1999
     На 1994 г. ежегодный бюджет составлял около 150 млн. фунтов стерлингов.
Руководством МИ-6  была  достигнута  договоренность  с  правительствами ряда
государств Юго-Восточной Азии об оказании последним платных услуг в борьбе с
нелегальным производством  и распространением наркотиков.  В 1995 г.  бюджет
разведки снизился  на 10 млн. фунтов  стерлингов. В  1997/98 финансовом году
бюджет  МИ-6  официально  продолжал  оставаться на  уровне  140  млн. фунтов
стерлингов.
     Фактически   до  середины  90-х   гг.  ХХ  века   британская   разведка
действовала,   не   имея   государственного   статуса,   будучи   фактически
неподотчетной парламенту.
     Финансирование МИ-6 осуществляется  через Министерство иностранных дел.
Закон  "О разведывательных  службах" был принят парламентом Великобритании в
1994 г. В нем  впервые  дано  определение разведывательной  деятельности как
"добывание   и  распространение  информации  о  деятельности   и  намерениях
иностранцев  за пределами  Великобритании, а  также  проведение  специальных
операций в интересах национальной безопасности". Этот документ подтвердил  и
без того существовавшее де-факто право спецслужб осуществлять свои операции,
если  они направлены на  защиту  национальной безопасности и  экономического
благополучия  Великобритании,  а также предупреждение  и раскрытие серьезных
уголовных преступлений.
     Кроме того, закон освободил от ответственности сотрудников спецслужб за
действия,  совершаемые ими  за пределами  страны  в  целях  выполнения своих
функций, даже в тех случаях, когда в самой  Англии они  бы расценивались как
преступные. Министрам, в ведении которых находятся спецслужбы, предоставлены
полномочия  санкционировать  по  своему  усмотрению  операции,  связанные  с
вмешательством в частную жизнь, прослушиванием  и негласным проникновением в
жилые и служебные помещения.
     Законом  "О  разведывательных  службах"  было  предусмотрено   создание
парламентского комитета  по вопросам  разведки  и  безопасности.  Указанному
органу  дано  право  осуществлять  контроль  за  расходованием  спецслужбами
бюджетных средств, управлением и  политикой в области решения основных задач
по   обеспечению  внутренней  и  внешней  безопасности  государства.  Состав
комитета  формируется   из  девяти  депутатов  парламента  от   правящей   и
оппозиционной партий. При этом члены комитета не должны избираться коллегами
парламентариями, а назначаются премьер-министром. Работу этого органа должны
обеспечивать сотрудники  аппарата  кабинета  министров, главным  образом  из
штата  правительственного  Объединенного комитета по  разведке. Еженедельные
заседания   проводятся  в   специально  отведенном  помещении  в  канцелярии
премьер-министра.  В законе  не  содержалось  четких  указаний  относительно
полномочий и  круга  вопросов,  которые призван  решать  комитет. Отмечалось
лишь,  что  он  обязан  представлять  премьер-министру,  но  не  парламенту,
ежегодный  отчет,  а  также другие доклады  по  своему  усмотрению.  Законом
предусматривалось   три   положения,   касающиеся  предоставления   комитету
необходимой  для   его   работы   информации.   Согласно  этим   положениям,
руководитель   национальной   спецслужбы   может:   предоставить   требуемую
информацию "согласно договоренностям, утвержденным министром"; отказать в ее
предоставлении  на основании распоряжения министра, который при  этом должен
руководствоваться критериями  национальной безопасности; уведомить комитет о
том, что запрашиваемая им информация не  может  быть раскрыта  в силу  своих
секретности и особой  важности.  При  этом  под секретной информацией особой
важности  подразумеваются  сведения,  которые способны раскрыть  источники и
оперативные  методы  либо  содержат  подробные  данные о  таковых,  касаются
конкретных  операций (прошлых,  настоящих  или  будущих)  или  предоставлены
третьей стороной, которая не желает их  раскрытия. Однако на  практике  этот
комитет  не  обрел  каких-либо полномочий,  позволяющих  глубоко  вникать  в
положение дел в  организациях разведывательного сообщества Великобритании  и
заслушивать руководителей  спецслужб по интересующим  вопросам. На первом же
заседании  комитета  премьер-министр  выразил пожелание, чтобы его члены  не
пытались как-либо контролировать оперативную деятельность спецслужб.
     Таким образом, фактически комитет превратился  в консультативный  орган
при  премьер-министре  Великобритании   (здесь  и   далее   -  примечания  и
комментарии  Д. Черкасова).>, журналист-"правозащитник" был готов продать
на  трансплантацию  органы своего родного  брата. Предварительно  лично  его
оглушив или накачав успокоительным. Дабы не трепыхался.
     С точки зрения  коммерческой привлекательности чеченская тема в мировой
журналистике  стояла  на  третьем месте  после описания "ужасов холокоста" и
псевдонаучных  страшилок  вроде  "истощения  озонового  слоя".  Гонорары  за
репортажи  о "героических подвигах" подручных Черного Араба<Хаттаб (Хабиб
Абдул Рахман)  - "Черный Араб",  он же Ахмед Однорукий,  он же Эмир ибн  Аль
Хаттаб.
     Родился в  конце 60-х годов  ХХ века в Саудовской Аравии  (точная  дата
рождения неизвестна).
     В 1987  году окончил школу  и  был  уже принят  в один  из американских
колледжей, но поехал на каникулы в Афганистан.  Там встретился с Усамой  бен
Ладеном и проникся идеями  джихада. Окончил военную академию  в Аммане.  Был
женат на даргинке из  дагестанского селения  Карамахи.  Служил в "черкесской
гвардии короля  Хусейна",  являлся экспертом по взрывчатым веществам  и всем
видам  легкого  оружия, а также операциям  по саботажу. Имел  опыт  боевых и
террористических  действий  с  1982  года.  Воевал   в  Афганистане,  Ираке,
Таджикистане,   по   некоторым   данным,   был   причастен   к    совершению
террористических вылазок в Израиле.
     1992-1993 гг. - воевал в составе арабских коммандос.
     В 1993 г. в боях за Кабул Хаттаб получил серьезное ранение.
     1993-1995 гг. - возглавлял  "спецподразделение"  в Таджикистане, где от
взрыва гранаты  потерял несколько  пальцев, за что  и  получил кличку  Ахмед
Однорукий.
     В  1994-1995 гг.  приступил  к  формированию  двух групп  коммандос,  в
основном из египтян и саудовцев, для чеченской войны. В Чечню прибыл в  1994
году  в  составе  группы  боевиков,  прибывших в  Россию  из стран  Ближнего
Востока.
     В  апреле 1996 г. организовал засаду и расстрелял  караван  федеральных
войск у селения Шатой.
     В  конце  1997  года -  напал на часть  136-й мотострелковой  бригады в
городе  Буйнакске (эта  акция служила своеобразной  пробой сил перед будущей
агрессией в Дагестане).
     После первой  чеченской войны заявил, что "продолжит  джихад до  полной
победы над неверными". Создал в горных районах Чечни сеть специализированных
лагерей по подготовке террористов. Основная база находилась в районе селения
Сержень-Юрт.
     В середине 1998 г. Хаттаб нашел общий язык  с Шамилем Басаевым на почве
совместной мечты - создания исламского имамата на территории всего Северного
Кавказа.
     В сентябре  1999  г. совместно  с  боевиками  Басаева, "бойцы"  Хаттаба
вторглись на территорию Дагестана, где потерпели серьезное поражение.
     В январе  2000  года Хаттаб заявил  агентству  Рейтер, что  боевики  не
только не  прекратят  сопротивление, но  и готовы к  диверсиям на территории
России.
     В марте  2000 г. Хаттаб устроил засаду под Жани-Ведено, где погибли, по
разным данным, от 25 до 40 омоновцев.
     В   декабре  2000   года   Хаттаб  заявил   по  арабскому   телевидению
"Аль-Джазира", что будет помогать палестинскому народу.
     В феврале 2001 года участвовал в похищении американца Кеннета Глака.
     Являлся заказчиком  совершенных  24 марта 2001 г.  терактов в Минводах,
Ессентуках и Черкесске.
     Ликвидирован   в   ходе   специальной   операции   ФСБ   России.>или
Одноногого[3]<$F[3]  Одноногий  -  кличка  известного  террориста  Шамиля
Басаева.
     Ш.Басаев родился в 1965 году  в высокогорном Веденском районе в обычной
чеченской  семье.  Ничего  примечательного в его  детстве  не было:  средняя
школа, безработица, безденежье, служба в армии,  где  Басаев служил в ВВС, в
пожарной  команде  батальона  аэродромного  обслуживания. Демобилизовавшись,
Шамиль вместе со своим младшим братом Шервани приехал в Москву, где поступил
в  Московский институт  инженеров  землеустройства  (МИИЗ).  Учеба  утомляла
Басаева и  он быстро  попал  в орбиту набиравшей  силу в конце восьмидесятых
годов ХХ века в  Москве "чеченской общины", забросил науку землеустройства и
в 1988 году его с  треском отчислили  "за академическую неуспеваемость".  Из
Москвы  он, разумеется, не уехал, активно  включившись  в бизнес  "чеченской
общины"  и   став   соучредителем  одного  из   многочисленных  в  те   годы
полукриминальных торгово-посреднических ТОО.
     В  этом смысле дальнейшая карьера Шамиля  Басаева роднит  его  с другой
заметной   фигурой   "чеченского  вооруженного   сопротивления"   -   бывшим
начальником Департамента  госбезопасности (ДГБ)  Султаном  Гелисхановым. Оба
они имели несомненные связи с национальной мафией в Москве и других  крупных
городах России и сумели  за  период конца восьмидесятых  - начала девяностых
годов  ХХ  века  сколотить  собственное  приличное состояние, позволяющее  и
Басаеву, и  Гелисханову принимать  самостоятельные решения, в том числе  и в
политике.
     В конце 1991 года Басаев  вернулся в  Чечню и  включился в политическую
жизнь республики, закончившуюся  победой  Джохара Дудаева. Выходцы из горных
районов  однозначно  поддержали  генерала  авиации,  который делал вид,  что
понимает  их нужды.  Речь шла  в  первую  очередь  о  быстром и  радикальном
заработке,   который   позволил  бы  прокормить   практически  голодавшие  в
результате безработицы большие семьи горцев.
     Основным  бизнесом  приблизившегося  к  Дудаеву  Шамиля  Басаева  стало
оружие. В  тот  период Чечня  и Ингушетия  превратились в огромный оружейный
базар.  На   рынках   республики  открыто  продавалось   практически   любое
вооружение,  которое  доставлялось  в республику  даже с  Дальнего  Востока.
Именно   способность   Басаева   быстро  и   эффективно  обеспечить   отряды
Конфедерации народов Кавказа необходимым оружием стала решающим фактором при
назначении его на пост командующего войсками КНК. За  него поручился Дудаев,
который   гарантировал  финансирование   деятельности   Басаева   на   посту
командующего.
     Через пять  дней после  начала войны в  Абхазии Шамиль Басаев приехал в
Гудауту с первым отрядом конфедератов. Его пребывание в Абхазии  со временем
обросло  множеством мифов,  которые в большинстве своем распускались либо им
самим, либо его ближайшим окружением. В частности, утверждалось, что чеченцы
составляли основную массу добровольцев и что для чеченских  конфедератов это
было первым боевым крещением.
     Это  ложь.  Основу  войск  КНК  составляли  кабардинцы  и  адыгейцы   -
родственные  абхазам народы, откликнувшиеся на призыв о помощи.  Численность
чеченского  отряда  никогда  не  превышала  500  человек,  однако  он  часто
сменялся,  и таким  образом  Дудаеву  и  Басаеву  удалось  пропустить  через
абхазский конфликт до десяти тысяч чеченцев, получивших опыт реальной войны.
Большинство   профессионалов-чеченцев,  провоевавших  всю  грузино-абхазскую
войну на постоянной  основе, до этого уже участвовали в войне в Карабахе  на
азербайджанской стороне.
     В январе  1993  года  на совместном заседании президентского  совета  и
парламента  КНК  Шамиль  Басаев   был  назначен  командующим  экспедиционным
корпусом КНК в Абхазии. Владислав Ардзинба затем утвердил его своим указом в
должности заместителя  министра обороны.  Басаеву  вменялось  в  обязанности
"координировать,  объединять,  направлять  в  нужное русло  и контролировать
прибывающий поток  добровольцев",  то  есть  -  заниматься  административной
работой.  Сам Шамиль впоследствии был вынужден признать,  что его полномочия
распространялись только  на  горских  добровольцев  и  то  некоторые  отряды
(например,  юго-осетинский)   ему   подчинялись   только   по   принуждению.
Непосредственно чеченский отряд в составе абхазской армии возглавил и провел
через  войну другой полевой командир - Хамзат Ханкаров, ставший впоследствии
директором так называемого Информцентра КНК в Абхазии.
     Чеченцев  в  Абхазии  недолюбливали.  Отряд  Ханкарова  был практически
неуправляем  и зачастую не  подчинялся приказам  вышестоящего  командования.
Основные руководящие посты  в  абхазской армии заняли  адыги  (так  называют
этнически  близких   друг  другу  кабардинцев,  черкесов   и  адыгейцев).  В
частности, министром обороны  стал  кабардинский полковник-"афганец"  Солтан
Сосналиев, а  начальником штаба армии -  адыгеец Амин Зехов. Конфликт  между
"западным" (адыгским) и "чеченским" крыльями КНК на  уровне армии перерос  в
отстранение  протеже Дудаева Шамиля Басаева от реального планирования боевых
операций.   Однако,  формально  Басаев   считался  одно  время  "командующим
гагринским  фронтом". Но  планировал и осуществлял операцию  по освобождению
Гагры не он. Собственно говоря, именно Хамзат Ханкаров  стал реальным героем
абхазской  войны, а последующие  действия Басаева были направлены в основном
на то, чтобы присвоить себе его лавры, что частично Шамилю удалось.
     Басаев всегда последовательно и жестко  занимал сторону Джохара Дудаева
в  любых  внутричеченских  конфликтах.  Он  не  мог,  однако,  опираться  на
"абхазских ветеранов", которые куда больше доверяли Ханкарову, а не ему.
     Перелом наступил в декабре 1993 года, когда значительная группа полевых
командиров,  в том числе бывший председатель  комитета парламента  Чечни  по
вопросам безопасности  полковник  Ибрагим Сулейменов, бывший начальник ОМОНа
Салман  Чечаев, командир полка спецназа Руслан Гелаев, комендант  Шалинского
танкового  полка Сайпутдин Исаев и  Хамзат Ханкаров, потребовала от  Дудаева
назначить  своих людей  на  посты премьер-министра и  министра  обороны. Эти
должности в тот период совмещал  сам Джохар,  а мятежники предлагали на пост
премьера  главного  нефтяного  магната Албакова.  Абхазские ветераны приняли
сторону Ханкарова и составили костяк вооруженной оппозиции Дудаеву.
     Генерал  был  вынужден  пойти  на уступки.  Он  не  уступил  "молодежи"
министерские посты, но частично откупился. Это вывело из себя начальника ДГБ
Султана  Гелисханова  и  Шамиля  Басаева,   также  претендовавших  на  часть
"нефтяного пирога". Конфликт вышел на новый виток и закончился  только через
год расправой с группой взятого в плен Ибрагима Сулейменова и штурмом города
Аргун,  в  котором  засели   наиболее  упорные  Лабазанов   и  финансируемые
московской "чеченской общиной"  криминальные  отряды родственника Ибрагима -
Николая "Хозы" Сулейменова. В этом  бою  погиб от  выстрела  в спину  Хамзат
Ханкаров.  Смерть  Ханкарова  посчитали  трагической  случайностью и  Шамиль
Басаев  стал  главным  и  единственным  "абхазским  ветераном" и  вторым  по
значимости (после  Султана Гелисханова) торговцем оружием с самостоятельными
источниками финансирования.
     Братья  Басаевы  родились  не  в  Ведено,  как  принято  считать,  а  в
Дышне-Ведено - хуторе, расположенном напротив "большого"  Ведено, на  другом
берегу  реки Хулхулау. Этот хутор  вырос  из слободы  русских  перебежчиков,
строивших  для  имама  Шамиля   в  период  кавказской  войны  оборонительные
укрепления вокруг столицы имамата и европейский дом, в котором жил сам имам.
Таким образом, Басаевы - потомки этнических русских, "принятых в чеченство".
Фамилия Басаевых  с равной частотой  встречается  также  и у  осетин.  Таким
образом, особой  родовитостью  братья  Басаевы  не  отличались. Единственная
выгода    из   происхождения   была   принадлежность   Басаевых   к   самому
многочисленному и весьма влиятельному тейпу Беной, который распространен  по
всей территории Чечни и образует хутора с характерными названиями и кварталы
в городах. Но и здесь Басаевым не повезло с происхождением - они родились не
в селе Беной-Ведено, а на хуторе "нохчийн орсаш" - "чеченских русских".
     Впоследствии  контроль  над  Веденским  районом  Чечни стал для Басаева
основой его безопасности.
     После окончания первой чеченской войны Шамиль добился назначения своего
брата  Шервани  префектом  Веденского  района  и  путем  репрессий  заставил
население подчиняться  его  власти. Префектом  Веденского  района был  тогда
56-летний сосед Басаевых (он  жил в Дышне-Ведено на Ветеринарной  улице, дом
4) Амир Загаев.  По распоряжению Шамиля  Басаева его арестовали и вывезли  в
селение Махкеты в дом Зелимхана Яндарбиева, где "военно-полевой суд" из пяти
человек под председательством Шамиля за несколько минут осудил Амира Загаева
за "шпионаж" и приговорил к расстрелу. Префектом района стал Шервани Басаев.
     Расстрел  Амира   Загаева  имел   для   братьев   Басаевых  неожиданные
последствия. Дело  в том,  что прозагаевские  структуры  ухватились за  этот
беззаконный  акт  и  стали  тиражировать  информацию  о   якобы   садистском
умерщвлении Загаева путем  расчленения на центральной площади Ведено.  Чтобы
оправдаться,  Шамиль  Басаев  приказал  показать  по чеченскому  телевидению
видеозапись суда и расстрела старика, чем спровоцировал серьезный конфликт.
     Старший  сын  казненного Амира  Загаева объявил Басаевым "чир" (кровную
месть), во всеуслышание заявив, что его отец казнен без всяких доказательств
его  вины.  В ответ  Басаевы стали  распространять слухи,  что  старик якобы
устанавливал  в  горах "маяки"  для  российской  авиации. Особое раздражение
родственников   Загаева   вызвала  демонстрация  суда  по  телевидению:  это
обесчестило  фамилию Загаевых. Басаевы  собрали  делегацию  старейшин  тейпа
Беной  и,  согласно  обычаям, отправили ее  к  младшему Загаеву, который вел
образ жизни абрека,  с предложениями мира. Тот отказался, хотя суммы откупа,
предлагавшиеся от имени Шамиля, достигли 2 миллионов долларов.
     Через год  младший  Загаев с  сообщниками  штурмом  захватили  в центре
Грозного здание правительства  и взяли в заложники Шервани Басаева -  на тот
момент  главу  департамента нефтяной промышленности.  Через  несколько часов
Загаев отпустил Шервани, по всем правилам  "вайнахского этикета" извинившись
за  вынужденное похищение, но напомнив о кровной мести. Конфликт исчерпан не
был.
     После Буденновска Басаев стал в глазах многих чеченцев былинным героем.
Но не за военные качества налета на беззащитный  город  в Ставрополье,  а за
минимальные  для  такой  операции потери.  Родственники  оставшихся  в живых
боевиков просто  боготворили  его,  поскольку  на  подобный исход  никто  не
надеялся.  Перед  началом  рейда  всех  его  участников  заранее  отпели  по
исламским традициям как "шахидов" (погибших за  веру),  и  их  "воскрешение"
сделало Шамиля полубогом даже для тех, кто ранее его недолюбливал.
     Вторая фаза войны в  Чечне  стала для Басаева неудачной. После тяжелого
ранения он потерял  ногу,  федеральные  войска уничтожили большую часть  его
отряда.
     А  после событий 11 сентября 2001 г. в  Нью-Йорке и теракта в  Москве в
октябре 2002 г., когда Мовсар Бараев признался в  том, что захват заложников
произведен по приказу  "военного эмира"  Шамиля Басаева, резко сократилось и
финансирование.> были, конечно, поменьше, чем за обнаружение неизвестного
широкой общественности  массового захоронения иудеев или за  серию  статей о
вредном  фреоне,   вызывавшей  цепную  реакцию  в   виде   смены   поколения
холодильников  и  приносившей  фирмам-производителям   прибыли  в  миллиарды
долларов.  Однако, если не стремиться ездить исключительно на "роллс-ройсах"
и  не покупать раз в день двадцатикаратный бриллиант,  этих гонораров вполне
хватало на безбедную жизнь.
     - Я понимаю, -  продолжил британец, - что не  все действия наших друзей
на Кавказе  заслуживают одобрения.  И  не все вызывают  понимание.  Особенно
здесь, в России.
     Мужицкий опять согласно покивал.
     Похищения, пытки и убийства пленников, часть из которых были гражданами
США и Евросоюза, плохо вписывались в логику "народно-освободительной" борьбы
и  служили   Кремлю  прекрасным  оправданием  жестких  контртеррористических
действий. Попытки урезонить  бородачей с автоматами и склонить их к взятию в
заложники исключительно жителей России наталкивались на  полное непонимание.
"Гордые  абреки"  злобно  скалились,  орали  нечто  невразумительное  насчет
"джихада<Джихад   -  в   классическом  понимании  означает   "усердие"  в
каком-либо деле, а отнюдь не "священную  войну против неверных",  называемую
"газаватом".  Использование разного рода псевдоисламскими террористами слова
"джихад"   для    обозначения   своей   "борьбы"   говорит    лишь   об   их
малообразованности   и   непонимании   элементарных   вещей.   В  частности,
невозможности   ведения   войны   против   православных  христиан,   впрямую
запрещенной   Кораном,  так  как,  согласно  каноническим  записям,  пророка
Моххамеда  от  преследования его  недругов  скрывали  именно в  православном
монастыре.>"  и продолжали воровать иностранных специалистов и врачей. Не
забывая  при этом  посылать  своих эмиссаров на любое  мало-мальски значимое
сборище европейских борцов за права человека.
     Закончившие,  в  отличие от  подавляющего большинства боевиков, среднюю
школу,  эмиссары  пространно  рассуждали  о  "жестокости  русских  военных",
обвиняли Москву  в исчезновении десятков тысяч задержанных  в  ходе зачисток
мирных жителей, демонстрировали мутные фотографии,  на которых  громоздились
горы трупов "замученных федералами" женщин и детей, и просили денег.
     В  свободное от общения с  европарламентариями время  послы террористов
обычно  пропадали в  кварталах публичных домов, где с завидной регулярностью
влипали в дурнопахнущие истории, связанные с избиениями проституток. Полиция
в разборки сутенеров с клиентами предпочитала не вмешиваться, поэтому отнюдь
не редкими  были случаи,  когда  чеченские эмиссары на следующее  после  дня
открытия  правозащитного форума утро  радовали  хозяев  мероприятия  свежими
фингалами и разорванными пиджаками. Охране публичных домов  были по барабану
все  "борцы за  свободу",  мордовороты защищали  товарный  вид  жриц любви и
лупили представителей вайнахских тейпов ничуть не меньше, чем  какого-нибудь
загулявшего   украинского   матроса,  удумавшего  попользоваться  пышнотелой
негритянкой и в порыве страсти поставившего ей бланш под глазом.
     - И  с  таким контингентом приходится  работать,  -  посетовал  куратор
Мужицкого,  капнув  сливок  в  тонкостенную  фарфоровую  чашку  с  дымящимся
душистым  "липтоном".  -  Это трудно,  но  альтернативы  сегодняшним лидерам
чеченцев  я  не  вижу.  Поэтому  ваши  репортажи  должны  быть  очень  четко
сориентированы   на  постоянное  напоминание  о  легитимности  правительства
Ичкерии и, в особенности, ее президента.
     -  Масхадов   вот  уже  третий   год  по  горам  прячется,  -   буркнул
корреспондент радиостанции "Свобода". - А его правительство разбежалось...
     - Это неважно, - британец взял из стоящей на журнальном столике вазочки
круглое  соленое печенье. -  В случае  начала мирных переговоров полноценное
правительство будет сформировано за неделю. Но пока такая задача не стоит...
Сейчас нужно только напоминать о том, что Чечня избрала путь независимости и
там есть законно избранный президент.
     -  Хорошо,  -  Мужицкий еле  заметно  пожал  плечами,  -  я  учту  ваши
пожелания.
     Заместитель  начальника  русского отдела  МИ-6  отметил  про  себя, что
журналист согласился весьма неуверенно.
     Однако британец не стал акцентировать на этом внимание.
     По большому счету, ему было  наплевать, с  огоньком или через силу этот
очкастый  русский  будет делать свои  репортажи. Мужицкий был лишь маленьким
винтиком  в  огромной  пропагандистской машине,  который легко  меняется  на
аналогичную деталь, буде  репортеру придет в голову сделать шаг в сторону от
намеченной куратором схемы.
     К  тому  же,  корреспондента  "Свободы"  не  ставили  в  известность  о
намечавшихся больших переменах в техническом оснащении боевиков, и поэтому у
Мужицкого  росли  опасения,  что  с  начала  вооруженного   конфликта  между
метрополией и взбунтовавшейся провинцией он занял не ту сторону.
     - Любой народ имеет право на создание  своей страны, - заявил британец,
почти дословно повторив изречение дедушки Ленина о "самоопределении".
     Мужицкому захотелось  напомнить своему куратору о  палестинцах, басках,
курдах и северных  ирландцах, имеющих не меньше прав  обретение  собственных
государств, чем чеченцы, но журналист сдержался. Говорить такое при кадровом
сотруднике МИ-6 было, по меньшей мере, нетактично. Особенно про ирландцев.
     - И способы борьбы народ выбирает  соответствующие моменту, - подданный
Ее Величества Елизаветы Второй сделал глоток  сдобренного сливками чая. - Мы
не можем их осуждать за... некоторую дикость, если можно так выразиться.
     -  Это  просто  особенности  горского  менталитета,  -  удачно  вставил
Мужицкий.
     -  Верно, - взгляд британца потеплел. - Традиции,  менталитет,  условия
жизни  -  это  правильное направление  для объяснения  побудительных  причин
поступков  наших  друзей. Очень маленький  народ в войне  с  большим народом
имеет большую свободу действий, чем его противники...
     -  Но намеки  на применение оружия  массового поражения...,  - протянул
корреспондент  "Свободы",  напомнив  куратору  о  многочисленных  заявлениях
главарей  банд  насчет наличия у  них боевых отравляющих  веществ и активных
биологических компонентов. - Это просто опасно...
     - Вы имеете в виду "зеркальный ответ" Москвы? - куратор помрачнел.
     Согласно международным  нормам, страна, против которой применено оружие
массового  поражения, имеет полное право ответить тем же. Причем ответить не
обязательно  другому  государству,  но  и  группе  лиц типа террористической
организации.
     Россия   подписала   конвенцию   о  запрещении   боевых  химических   и
биологических  веществ,  и   выполнила  договоренности   об  уничтожении  их
носителей. Так что единственным ОМП,  коим она обладала, являлось ядерное. В
суматохе развала  СССР, построения  "однополярного" мира во главе с США и их
союзниками,  и  разжигания  пограничных  конфликтов  на  дальних  российских
рубежах,  об этом несколько  подзабыли,  а,  когда  спохватились,  было  уже
поздно.  Нормы  "зеркального ответа", выработанные,  в  основном,  под нужды
Вашингтона и Лондона, стали всеобщими.
     И угроза термоядерного удара  в  ответ  на химическую или биологическую
диверсию,  несмотря на слабость Москвы, была весьма реальна. У Кремля просто
не  останется иного  выбора, кроме  как начать  долбить  гнезда  террористов
тактическими стокилотонными боеголовками. Благо, недостатка в них российские
вооруженные силы не испытывают.
     Хватит и  на Чечню, и на  Саудовскую Аравию, и на Пакистан с Турцией, и
еще останется.
     Развитие подобного  сценария прорабатывали  аналитики  в НАТО. И каждый
раз приходили к  весьма  неутешительным  для западного  сообщества выводам -
если  Россия вздумает действовать подобными методами, то остановить ее будет
некому.
     Даже в случае атомного удара по члену НАТО Турции.
     США  мгновенно   отойдут  в   сторону,  по  обыкновению  "кинув"  своих
союзников,    и    ограничатся   "выражением   недовольства"    со   стороны
Госдепартамента.
     Германия и  Франция ссориться  с Москвой тоже не станут, избрав тактику
осторожного  политического  осуждения.  Мол,  "так,  конечно,  нельзя,  но в
сложившейся ситуации Россию можно понять...".
     Крики мелких европейских стран никто даже слушать не будет.
     Великобритания сделает вид, что ее происходящее не касается...
     Однако  объяснить  сию сложность  межгосударственных  отношений лидерам
бандформирований   и   главам   поддерживающих    террористов    фондов   не
представлялось возможным.
     -  У нас есть рычаги влияния  на Кремль, чтобы предотвратить негативное
развитие  ситуации, - после  минутного молчания сказал  британец.  - А вам я
советую  этой  темы не касаться.  Не нужно  нервировать  наших партнеров  на
Кавказе. У них и так много своих проблем...




     Ночью  был мороз, под утро температура поднялась выше  нулевой отметки,
потом снова опустилась до минус пяти, и глазок, расчищенный вчерашней сменой
на заиндевевшем стекле, исчез. Так что вести наблюдение пришлось в  открытую
форточку.
     Это было не очень удобно, однако выбирать не приходилось.
     Старший   сменного   наряда  ОПС<Оперативно-поисковая  служба   ФСБ,
занимающаяся   преимущественно   наблюдением   за   объектами.>   капитан
Константин Зимородок  соорудил пирамиду  из  двух  столов и  кресла,  оделся
потеплее и даже  накрылся пледом с головой. Шесть  часов  зимой  у  открытой
форточки -  это  не шутки, без соответствующих  мер предосторожности к концу
дежурства наблюдатель обретет бронхит вкупе с насморком.
     И это в лучшем случае.
     В худшем - свалится с двухсторонней пневмонией.
     Так что Зимородок берег себя вполне сознательно.
     К тому же, у него не хватало людей.
     Недокомплект  личного  состава  был  настолько   хроническим  и  давним
явлением,  что воспринимался  уже  как  само  собой  разумеющееся.  Желающих
рисковать  своими  здоровьем  и  жизнью за зарплату,  эквивалентную  ста-ста
пятидесяти долларам США в месяц, находилось немного...
     Константин был человеком среднего росточка, жилистым, с лицом сухощавым
и  властным,   но  неброским.  В  "наружке"  яркая  "афиша<Афиша  -  лицо
(жарг.).>" только вредит.
     На  службу  в ОПС  Зимородок перешел  из  контрразведки,  "спасаясь  от
изнурительного умственного труда", как он сам любил говорить. Птичья фамилия
капитана многих вводила  в заблуждение: каждый высокий начальник  непременно
указывал  ему  на  недопустимость  представляться  оперативным  позывным.  А
позывной-то  у него была совсем  другой, нежный -  Клякса. До прихода в  ФСБ
Клякса  с  отличием  закончил пограничное училище,  проехал  страну  вдоль и
поперек,  был дважды ранен и в свои тридцать с половинкой лет обладал вполне
приличным иконостасом боевых наград, которые, впрочем, никогда не носил.
     Он сидел,  умело  расслабившись, чтобы  не затекали мышцы  и, особенно,
шея, курил,  автоматически  прикрывая тлеющий  огонек сигареты  в  сложенной
ковшиком   ладони,   и  мозолил   веки   резиновыми  уплотнителями  окуляров
двенадцатикратного бинокля.
     Кира на кухне варила кофе.
     Уже час, как  шла Кирина смена, но Зимородок жалел своего  заместителя.
Она была самым опытным сотрудником и единственной женщиной в группе.
     Кира внесла сервированный поднос, остановилась у порога, хмыкнула:
     - Ты как пограничник Карацупа в засаде. Не хватает только верного пса и
ржавой "трехлинейки" с примкнутым штыком и зарубками на прикладе...
     - Не  в засаде, но в секрете, - меланхолично поправил Константин, ни на
миг не прерывая наблюдения. - И  зарубки на прикладе погранцы не ставят. Это
снайперский прикол. А я не снайпер...
     Они давно  работали  вместе  и  Кира понимала оперативную обстановку по
тону и прибауткам своего боевого начальника.
     Сама  она  свой  век   прожила  в  Питере,  была  женщиной   домовитой,
рассудительной  и  хозяйственной.   Особенно   маскироваться  ей  было   без
надобности - лишь параноик  в  период обострения своей мании заподозрил бы в
скромненькой простушке  оперуполномоченного с  почти  двадцатилетним стажем.
Только серые  глаза иногда  выдавали  ее -  внимательные, усталые  и, как  у
многих опытных "наружников", печальные.
     Не к месту были такие глаза для  ее  круглого и  конопатого миловидного
лица.
     - Чья квартира-то?  - деловито спросила  она,  поставив  поднос, уперев
руки в бока и оглядывая углы.
     - А что? - капитан затушил окурок в блюдце.
     - Кресло вон взгромоздил... полировку поцарапаешь. Куришь в комнате...
     -  Я  в форточку,  не  затягиваясь.  -  буркнул  Зимородок и  беззлобно
добавил. - Мужа учи.
     - Он уже ученый, курит на лестнице.
     -  Сочувствую... Квартира-то...  помощника  одного.  Он в  санатории...
Дедок старый... Мы ему  путевку,  он нам квартирку. А то мерзли бы сейчас на
улице, как  валенки Брунса<Брунс -  капитан  Сомов, один  из  сотрудников
сменного наряда ОПС УФСБ по СПб и Ленинградской области,  на замену которому
прибыла  группа капитана Зимородка. См. роман Д. Черкасова "Головастик. Свой
среди  своих" (прим.  редакции).>.  Похвалила  бы  своего  начальника  за
сообразительность...
     - Умница ты наш, Кляксонька. Что  бы мы без тебя делали?  Пропали бы, -
напевно выдала Кира и фыркнула.
     - Пропали бы, факт. И  не ерничай с  начальником. Начальство  этого  не
любит...
     Последние  слова Зимородок произнес  задумчиво и все  тише, внимательно
припав к биноклю.
     Кира  тотчас  насторожилась и встала у окна, приложив  руки козырьком к
глазам, пытаясь  хоть что-то  разглядеть через расписанные  ледяными узорами
стекла. С  минуту  в  комнате стояла тревожная тишина. Потом Клякса  перевел
дыхание, чуть откинулся в кресле:
     - Так о чем мы?
     - О тебе, любимом.  О том, какой ты  мудрый, благородный и заботишься о
личном составе.
     - Ложная скромность мне не присуща, все воспринимаю за чистую монету...
А  в процессе подхалимажа надо тонко  чувствовать  меру... Иначе  звучит как
издевательство. Начальство этого не любит...
     - Ты это уже говорил.
     -  Говорил, - согласился  капитан. -  Я вообще  говорлив не по годам. И
умен.
     - И откуда столько умища? - Кира разлила кофе по чашкам.
     -  Богатый  армейский опыт... Еще  часик  поторчим - и отправлю тебя на
базу. Сегодня получка, кто-нибудь из управы  нагрянет, а у нас там бардак. А
начальство...
     - Начальство этого не люби-ит! - в тон ему пропела Кира.
     - Ох, Кобра, - Зимородок назвал заместителя по оперативному  позывному,
- и все-то ты знаешь...
     - Опыт семейной жизни. Не меньше твоего армейского.
     Капитан посмотрел на  фосфоресцирующие стрелки наградных "командирских"
часов,  которые  ему  вручили  семь лет назад  за успешное  задержание  двух
контрабандистов, повадившихся пересекать российско-финскую границу верхом на
специально  приученных к упряжи кабанах. Хрюкающий гужевой транспорт за  раз
перетаскивал,  помимо  седоков,  по  сотне  килограммов  груза,  чем  сильно
подрывал чухонскую  систему  налогообложения  крепкой алкогольной продукции.
Ибо, как и двадцать, и тридцать лет назад, в Финляндию тащили водку.
     Ночь    задержания   двух   смышленых    "контрабасов<Контрабас    -
контрабандист   (жарг.).>"   надолго  запомнилась  жителям   приграничных
районов.
     Сначала кабаны  нарвались  на  установленные  хитроумным Зимородком  со
товарищи растяжки, чем вызвали целый фейерверк воющих сигнальных ракет.
     Затем,  обильно обгадившись от испуга,  полутонные "пятачковидные", как
их  впоследствии обозвал начштаба округа, пустились в галоп, подбрасывая  на
своих могучих щетинистых холках вцепившихся в упряжь неудачливых нарушителей
госграницы.  Кабаны  пронеслись  сквозь припорошенные снежком кусты, оставив
позади себя  широкие просеки и разбросанные тут  и там бутылки  "Синопской",
вывалившиеся  из  разорвавшихся   мешков,  протаранили  невысокий  заборчик,
окружавший  заставу  Зимородка,  и  на   полном  ходу  влетели  под  хлипкую
деревянную вышку, с  которой  удивленно взирал на  мир очнувшийся от  шума и
фейервека узбек-часовой.
     Опоры вышки не выдержали.
     К повизгиванию  и  похрюкиванию кабанов, истошным  крикам  наездников и
матюгам Зимородка и К, бежавшим  по следу  раздвоенных копыт, присоединились
треск рушащейся  конструкции и вопль несчастного часового,  враз утратившего
всю свою среднеазиатскую невозмутимость.
     Вышка упала аккурат на  крышу фанерного сарайчика, приспособленного под
общежитие  для  немногочисленного офицерского  состава.  Героический  узбек,
прижимающий к себе карабин СКС-45<СКС-45 - самозарядный карабин Симонова.
Карабин разработан в 1944 г., принят на вооружение в 1945 г.  Калибр - 7, 62
мм, масса снаряженная - 3, 9  кг, длина - 1020 мм,  длина ствола  -  520 мм,
начальная скорость пули - 735 м/сек, емкость магазина - 10 патронов 7, 62х39
образца 1943 г., рабочая дальность стрельбы без оптического прицела - до 500
м, с оптикой - до 800 м.> с  примкнутым штыком, легко пробил тонкую жесть
и хлипкие стропила, и практически вертикально,  словно  был  самонаводящейся
ракетой, головой вниз  вошел  в нижнюю треть кровати,  на которой вольготно,
широко  разбросав в стороны руки  и ноги, раскинулся  заместитель  командира
заставы  по   воспитательной   работе.  Зазубренный  клинок  старого  штыка,
повидавший на своем веку множество консервных банок, вспорол кальсоны майора
в нескольких  миллиметрах от  его  мужского достоинства,  пронзил  матрац  и
намертво застрял в досках пола, а голова караульного вошла точно в солнечное
сплетение спавшего офицера...
     Кабаны  тем  временем  промчались  через  небольшой  плац, сбили с  ног
выскочившего из  столовой хлебореза,  вновь проломили заборчик и  ринулись в
лес, оставив  пограничникам  в качестве трофея одного  сорвавшегося  с седла
"контрабаса".
     Пока заливающегося горючими слезами задержанного осматривал поднятый по
тревоге  фельдшер, тогда  еще старлей  Зимородок  орлом  взлетел  на  правое
переднее сиденье видавшего  виды  "козла<Козел -  УАЗ-469 (жарг.).>" с
эмблемой  погранвойск  на дверцах, по-чапаевски  взмахнул  рукой  и приказал
водителю  начать  преследование.  На  задний  диван  набились   еще  четверо
сослуживцев.
     Изрыгающий  клубы дыма русский  внедорожник бодро  запрыгал  по  склону
оврага,  огибавшего  заставу  с  той  стороны,  куда  ушли две свиньи и один
"погонщик", успешно преодолел широкий участок  целины, взобрался по довольно
крутому откосу и вырвался на оперативный простор заснеженного поля.
     В  полукилометре от УАЗика  резво  шли два  кабана. На глазок Зимородок
определил их скорость километров в тридцать в час.
     Заразившийся  охотничьим  азартом  водитель  притопил   педаль  газа  и
"козел", разбрасывая в стороны перемешанный со смерзшейся землей снег, пошел
на перехват.
     Гонка  продолжалась почти сорок минут, в течение  которых кабаны трижды
сменили направление, пересекли  по льду небольшое  озерцо  и  сбили какой-то
шлагбаум.  Высунувшиеся  в окна УАЗа пограничники  пытались  их  остановить,
засаживая  длинными очередями в десятке метров  перед розовыми пятачками, но
все  было  тщетно,  пока  животные сами  не выдохлись  и  не остановились  у
крашенной в синий цвет будочки.
     Со спины  одного  из кабанов  сполз обезумевший контрабандист  и  начал
жадно лизать снег.
     Дверь будочки  осторожно  отворилась  и наружу  высунулся  перепуганный
стрельбой  финский полицейский,  в живот которому тут же  уставились  стволы
трех автоматов...
     -  Волану - греться. - скомандовал Клякса в микрофон портативной рации.
- Дональд, на выход, перекрыть третий сектор. Морзик - на четвертый.
     Схема наблюдения  гатчинского рынка  лежала  у  него на коленях,  но он
помнил ее наизусть и в мятый лист не заглядывал. Зимородок всегда  тщательно
готовился к операции и требовал того же от подчиненных.
     - Мерзнут мальчишки? - спросила Кира, подавая наверх шефу поднос с кофе
и пирожками.
     - Я и сам тут  скоро заледенею, - отмахнулся капитан.  - А ты почему не
ешь?
     - Я на диете. - вздохнула Кира. - Начальство ведь любит стройненьких...
Между  прочим,  стекло  с вечера надо было  намылить мылом. Тогда глазок  не
замерз бы. Не учили тебя этому в контрразведке?
     - Я  в  СКР<СКР -  служба контрразведки>  пробыл всего  год. А  в
погранвойсках как-то с окнами напряженка. Там,  знаешь ли, больше барханы да
сугробы. Если  лес  - считай, что повезло. Но я учту на будущее. Намылю хоть
форточку.
     Рация в тишине комнаты вдруг зафыркала, захрипела, будто кто-то давился
сдавленным смехом.
     - Постам доложить обстановку! - скомандовал Клякса, поспешно  проглотив
пирожок.
     В эфире еще несколько секунд хихикали,  потом ехидный  голос разведчика
Андрея Лехельта по прозвищу "Дональд" сказал:
     -  Морзик надел  гипс  не на  ту руку, что  с  утра.  Старушки у  рынка
крестятся...
     - Вижу... Пусть идет как есть, не дергается. Поздно пить боржоми...
     Кира улыбнулась.
     - Не везет парню.
     - Что значит - не  везет?! - возмутился Зимородок. - Его убирать надо с
постовой работы. Причем срочно! Он у меня  вот где! - капитан провел ладонью
по горлу. - Я до сих пор очки списать не могу...
     Разведчик  лейтенант Черемисов, он  же Морзик, месяц назад, поспешая за
объектом в  толпе,  обронил  с  носа специальные  очки с встроенной системой
связи и фотодокументирования. Очки, естественно, тотчас растоптали прохожие,
а дотошная техническая служба управы по сию пору терзала Зимородка запросами
и объяснительными о судьбе ценного технического устройства.
     -  Он  за год  грохнул  пять  объектов<Грохнуть объект  -  потерять,
упустить (жарг.).>! У нас никогда такого не было...
     Зимородок взял микрофон, сказал сухо, без эмоций:
     - Старому - внимательней проверять сотрудников перед выходом на посты.
     - Есть. - лениво откликнулся из первой машины оперуполномоченный Михаил
Тыбинь.
     Кира мельком глянула на рацию:
     - Ты с Шубиным говорил?
     Клякса угукнул  сверху,  не  отрываясь  от  бинокля  и стесняясь  своей
излишней горячности.
     Сотрудник ОПС должен  быть  холоден  и невозмутим,  как сытый удав, это
аксиома.
     Жизнь, однако, сложнее правил.
     - И что? - Киру не удовлетворило просто "угу".
     - Заменить некем... учите... воспитывайте...
     - Сан Саныч зря не скажет.
     - Надеюсь...  -  вздохнул Клякса. - Ну, а если человеку  не дано? У нас
ведь специфический профиль. А Морзик - он заполошный какой-то... Вот Андрюха
Лехельт - профи. Родился  со  связью  в  ухе и тут  же  отследил собственную
мамочку... Ты чего улыбаешься?
     - Ничего. Это я так, о своем, о девичьем...
     Зимородок поплотнее прижал резиновые ободки к глазам.
     Кобра была умной женщиной.  Она  не стала  напоминать Кляксе его первые
шаги на тернистом пути становления сотрудника ОПС.
     А  ведь Зимородок на заре своей карьеры, начитавшись оперативных сводок
"наружки", покинул тихие кабинеты службы контрразведки и ступил на питерские
улицы твердой ногой пограничника в  уверенности, что уж теперь ни один шпион
его не проведет.
     В  первую же смену он  вошел в  анналы анекдотов  и преданий "наружки",
когда по пятам объекта по кличке Камбуз ворвался в коридоры отеля "Астория".
     Потрясенный тишиной  и евростандартом,  Клякса  невольно  снял вязанную
шапчонку перед украшенным многочисленными золотыми галунами портье и скромно
проследовал  за мордатым  Камбузом  афроамериканского  происхождения  в бар,
отражаясь в витринах ювелирных бутиков и многочисленных зеркалах.
     Все было  бы  ничего, но, согласно типажу, у Зимородка  была  накладная
борода,  завязанная на  веревочный  бантик на  стриженой  макушке.  Так было
нужно, чтобы при необходимости быстро избавиться от фальшивой растительности
на  лице  и  предъявить  окружающим младенчески  гладкий подбородок. Клякса,
следуя инструкциям наставника, вел себя  естественно, в зеркала не смотрел и
подозрительные взгляды встречных гордо  игнорировал, уповая на  свой прикид.
Он лишь  упустил из виду, что под шапчонкой бантик был незаметен,  а вот без
нее предстал окружающим во всей красе.
     Бравый Зимородок  добрые четверть часа  фланировал по ковровым дорожкам
отеля, поражая  постояльцев  подвязанной на бантик курчавой  черной бородой,
пока  одна  экзальтированная  дама  с ярко намалеванными огромными  губами и
лошадиным лицом не вскричала, тыча в него пальцем:
     - Oh, Boy, it's KGB agent<Боже, это агент КГБ! (англ.).>!
     Столь  яркий  эпизод  разбирали на оперативках во  всех  конспиративных
квартирах,   в  просторечье   именуемых   "кукушками".  Шубин,   заместитель
начальника  ОПС,  в  память  об  этом  казусе  присвоил  одному  из  молодых
сотрудников группы Брунса позывной "Бантик". Дабы  впредь неповадно было так
влипать.
     С тех пор Клякса-Зимородок не одну сотню километров протопал питерскими
улицами,   и  не  одну   тысячу  проехал  автомобилями   поисковой   службы,
разрабатывая  то военных  атташе,  то тамбовских или сызраньских братков, то
экзотических  индокитайцев.  Под  последних  ему  подбирали  особый  типаж и
раскосый грим. И ляпов у него больше не случалось...
     Сегодня же он сидел на пункте постоянного наблюдения в угловой квартире
кирпичной  пятиэтажки  на  Соборной  улице  славного  города  Гатчины  и,  в
соответствии с полученным нарядом  на  время отсутствия группы  Брунса,  вел
наблюдение за  лидером  осевшей  здесь  чеченской организованной  преступной
группировки Дадашевым и его помощником Нахоевым.
     В форточку  хорошо просматривались подходы к старому рынку,  где  среди
мандаринов и  хурмы обитали гордые дети гор, но  сами узкие  рыночные ряды и
особенно  складские  помещения  на заднем  дворе  были  в мертвой зоне.  Для
контроля за ними приходилось ежедневно выставлять два пеших  поста наружного
наблюдения, что в условиях маленького городского рынка было весьма непросто.
     Третий пост  на  колесах стоял у главных ворот рядом с пирожковой и вел
наблюдение  во  втором  секторе   за  двухэтажным  деревянным  флигелем   на
противоположной стороне улицы, арендованным под жилье чеченской бригадой.
     Это задание не вдохновляло Зимородка.
     Он  не  любил  статичных  объектов.  То  ли  дело  гонять  по  трассам,
проспектам  и  мостам  за  каким-нибудь  оптовиком-наркодилером, или  тянуть
чинный военный атташат, нарезающий по городу круги в тщетных попытках - нет,
не  оторваться, а хотя  бы  выявить хвост. Группа Брунса укатила  в какой-то
приморский  город  на  прикрытие  откомандированного  туда  сотрудника,  там
заваривалась  крутая  каша и  ребята  непременно будут  при  деле,  а здесь,
подменяя их, приходится который день подробно созерцать  и фиксировать бытие
кривенького недомерка с  огромным  носом  и  не менее огромным  национальным
самосознанием...
     Тошно.
     - Тяжела и неказиста жизнь простого эфэсбиста... - вздохнул Зимородок.
     Самое тяжелое в работе "наружки" - ждать.
     Клякса привычно водил  биноклем  и  ворочал  в  уме груды  оперативного
материала, проработанного им при подготовке к заданию.
     Если просто смотреть и не  думать - мало  что увидишь,  а из увиденного
ничего не поймешь. Разведчик наружки на посту  - это не только глаза и  уши,
это еще  и  мозг.  Яйцеголовые ребята  из Информационно-аналитической службы
мозгом  считали,  безусловно, себя,  но  Зимородок никогда  не  опускался до
уровня  тупого  топтуна  -  исполнителя  заявок  оперуполномоченных,  всегда
старался иметь собственное мнение и быть на полкорпуса впереди событий.
     "Дурная  голова  ногам покоя не  дает"  -  любил  говорить  он,  поучая
новичков.
     Нечто  неопределенное,  неуловимое  беспокоило  его в  манерах объектов
наблюдения.
     Просидев    пять   дней,   он   ощутил   стерильно   чистое   поведение
"чебуреков<Чебурек - чеченец  (жарг.).>",  как  по старой  пограничной
памяти  он называл горцев-вайнахов. Ни одного эксцесса,  никаких  обострений
отношений  с окружающими. Не только верхушка, но и звеньевые, и низовые вели
себя   тихо  и   несколько  напряженно,   водочкой  не  расслаблялись,  а  в
соседствующий   с   Павловским   собором   ресторан   "Шанхай"  наведывались
исключительно с гастрономическими целями. Им  незачем было опасаться местной
милиции, схваченной  Дадашевым  накрепко,  их  не  беспокоили  конкуренты  и
торговля  травкой  шла бойко, а  вот поди  ж ты! Общая озабоченность морщила
низкие смуглые бойцовские лбы.
     Конечно, могли в чем-то напортачить ребята Брунса.
     Нехорошо так думать о коллегах, но Клякса не  исключал эту возможность.
Проколы чаще всего бывают при  пересменке нарядов  или сдаче  объекта другой
группе.    Люди   расслабляются,   сбрасывают   многочасовую    утомительную
сосредоточенность на работе,  выходят  из своих  типажей. Иногда  достаточно
неуместно  радостного  или,   наоборот,   возмущенного  взгляда,  брошенного
припоздавшему сменщику, чтобы спугнуть настороженного человека.
     Опер, выдавший в ОПС задание на разработку Дадашевской ОПГ, был молодой
и с  большими амбициями.  Крупных операций за ним пока не числилось. Никаких
намеков на род деятельности Дадашева в задании и предыдущих сводках не было,
но,  поскольку  группа Брунса входила в состав отдела, специализировавшегося
на каналах  утечки оружия и борьбе с  терроризмом,  вывод  напрашивался  сам
собой.
     Клякса был старый лис и умел сопоставлять разрозненные факты.
     Он   вызвал   базу   и   попросил   дежурного   устроить   встречу    с
опером-заказчиком.
     - Сегодня получка! - напомнил ему дежурный.  - Не задерживайтесь! Ждать
не станем!
     Клякса ответить не  успел.  Среди кавказцев на рынке началось движение.
Мелькая среди покупателей черными норковыми шапками и кожаными куртками, они
кучками  стягивались  к  проходам  на задний двор, выходившего  калиткой  на
площадку перед громадой собора.
     - Снежит,  снежит<Снежит  - внимание  (кодовая переговорная таблица,
далее - КПТ).>... - Клякса счел своим долгом предупредить товарищей.
     Рынок  полнился  обычной  базарной  суетой;  никто  и   не  глянул   на
примелькавшихся продавцам горцев.
     Одна  группа  уроженцев  Кавказа   подошла  к  милицейскому  патрулю  -
заговорили, закурили, пошутковали, перемигиваясь. Прыщавые сержанты  с явным
удовольствием  восприняли  предложение  одного  из  торговцев  "хлопнуть  по
маленькой" и бодрым шагом отправились в шашлычную.
     Другая  группа  блокировала выход  из торговых  рядов на  задний  двор.
Вскоре оттуда пинками погнали униженно пригибающегося Морзика с  злополучным
гипсом на левой руке вместо правой. Морзик был небрит и  вымазан специальным
гримом, имитирующим синюшнюю воспаленность кожи.
     "Гипс слишком чистый, - отметил про себя Зимородок, наблюдая в бинокль.
- Надо бы бинты запачкать...".
     Он смотрел, как  Морзик,  прижимая  к груди  пакет с пустыми бутылками,
пытается   под  каким-то  дурацким  предлогом  вернуться   на  задний  двор.
Предупрежденный  Кляксой  молодой  разведчик  рьяно  старался  отличиться  и
загладить промашку, но лишь заработал дополнительный тычок в грудь под общий
гогот носатых горцев.
     До прихода в ОПС  Морзик был боксером-полутяжем и даже  пробовал себя в
профессионалах. Он мог бы разложить четверых носорогов<Носорог - уроженец
Кавказа  (жарг.).>  по  обе  стороны  прохода  в  считанные  секунды,  но
продолжал  сутулиться  и  пригибаться,  скрывая   рост  и  размах  плеч  под
бесформенной грязной курткой рыночного бомжа.
     Специфика, черт бы ее побрал.  Вот в РССН<РССН - региональная служба
специального назначения УФСБ по СПб и Ленинградской области.> куда проще:
раз-два - и в морду. По крайней мере, душу можно отвести, а тут...
     Однако четвертый сектор теперь  не контролировался. Вся надежда была на
Дональда, стоявшего в третьем секторе снаружи у калитки рынка.
     -  Дональду -  восьмерка! - скомандовал Клякса и через несколько секунд
добавил. - Подтвердить!
     "Восьмерка" по КПТ была высшей степенью готовности.
     Человек не может быть в напряжении несколько часов кряду. В промежутках
по команде можно сбросить пар, чуть отвлечься, поработать в типаже, чтобы не
привлекать внимания окружающих угрюмо-сосредоточенным видом  и нацеленным  в
одну точку взглядом соглядатая из шпионских  фильмов.  Получив  "восьмерку",
постовой без напоминания обязан подтвердить готовность, но Дональд молчал.
     Зимородок не стал повторять запрос.
     Бывают   ситуации,  когда   прорывающийся  из   миниатюрного   наушника
хрипловатый шепоток, может с головой выдать сотрудника.
     Хорошо еще, если вокруг будут только богомольные старушки...
     Клякса  боковым зрением  увидел, что Кира  стоит  рядом  уже  в  полной
готовности:   платок,  старое  пальто   с  накладным  резиновым  животом   и
ПСМом<ПСМ -  пистолет калибра 5,  45  мм.  Предназначен, в  основном, для
вооружения сотрудников спецслужб. Отсутствие  выступающих деталей делает ПСМ
очень плоским  - 17  мм  - и создает  удобство  для скрытного ношения. Масса
снаряженного пистолета - 510 граммов, длина - 155  мм, длина ствола - 85 мм,
начальная скорость пули - 315 м/сек, емкость магазина - 8 патронов 5, 45х18,
рабочая дальность  стрельбы  -  до  25  метров.>  во  внутреннем  кожаном
кармане, на ногах растоптанные боты, в руках совок на длинной ручке и метла.
     - Третий сектор! - сказал Зимородок, на секунду отрываясь от бинокля. -
Если сможешь - четвертый.
     Пока Кобра  бежала по лестницам подъезда, Зимородок распорядился Волану
выйти  из машины  и  вести  наблюдение за  центральным входом, а Старого  на
колесах отправил в  объезд к собору. Напрямик ему было рукой подать, но даже
Тыбинь, призер всех конкурсов оперативного вождения, не пробился бы по узкой
Соборной  улице, в  базарный  полдень  заставленной  машинами  и запруженной
людьми.
     - Кобра идет в третий сектор. - на всякий случай сообщил Клякса.
     Старый никак не отреагировал на любезную подсказку старшего.
     Отношения  Тыбиня и  Киры  были  необычны  и непонятны  даже Зимородку,
знавшему их давно. Тайна была - и он  не стремился  ее разгадывать. Он знал,
что  теперь Старый промчит  вдвое быстрее  - по Урицкого,  по Достоевского и
Володарского, бывших некогда Александровской, Елизаветинской и Николаевской.
     Улицы, как водится, были узки и коротки, широка  и длинна у нас  только
летопись улиц...
     - Кубик и  Ромбик  вышли  из  дома<Домом в КПТ  ОПС  обозначается не
обязательно  место  жительства, а любое помещение,  где объект  или  объекты
задерживаются на достаточно продолжительное время.>. -  доложил  радостно
Волан,  довольный тем, что нудное ожидание кончилось.  - Торопятся! Вошли  в
ворота рынка!
     Сообщение  означало, что  Дадашев и  Нахоев  покинули свое  бревенчатое
логово, в котором безвылазно сидели с самого вечера.
     -  Морзику -  тянуть  объекты. Волану - продолжать наблюдение в  первом
секторе. Кобра, проверка связи.
     - Порядочек, - откликнулась Кира.
     - Дональд молчит. Старый, прибавь ходу, пожалуйста...



     Гатчинский  собор святого Павла,  в соответствии с указанием императора
всея   Руси   Николая  I,   был   поменьше  Царскосельского,   но   побольше
Петергофского.  Под его желтыми  стенами,  увенчанными  пятью  приплюснутыми
зелеными  луковицами куполов,  рядами  стояли  машины, сновали  люди, огибая
высокую решетчатую ограду рынка  и устремляясь вверх по Соборной.  Навстречу
людскому   потоку   настырно  пробивалась  толстая  краснорожая  дворничиха,
переваливаясь  сбоку  набок, цепляя прохожих  метелкой  и  совком на длинной
ручке, и не обращая внимания на людскую брань. Седые космы выбивались из-под
рыжего драного платка.
     Возле   пирожковой   у   всех   на   виду   мерз,  притопывая   ногами,
интеллигентного  вида улыбчивый  покупатель  в пальто  и кожаном  картузике,
засунув посиневшие руки в  карманы.  Изредка  он  нетерпеливо поглядывал  на
часы, подносил  ко  рту  сложенные лодочкой  ладони,  согревая их дыханием и
попутно докладывая оперативную обстановку.
     В  центре рынка угрюмый злобный  бомж со  свежим  гипсом  на левой руке
лениво ковырял палкой в мусорном баке, отпихивая ногой злобно  рычащую рыжую
псину породы "кабысдох". Псина  находилась на  поводке, примотанном к правой
руке  мужчины полуинтеллигентного вида,  возлежавшего  на скамейке  рядом  с
помойкой  и  источавшего  густой  аромат портвейна,  смешанного  с  запахами
чеснока  и  пива. Отдыхавшего мужичка никто не  трогал, парочка  крутившихся
неподалеку патрульных милиционеров  делали  вид, что в упор не видят спящего
бухарика.
     И это с их стороны было весьма дальновидно.
     Ибо на скамейке валялся не простой  "бесксивный" гражданин, а пьяный "в
мясо"  начальник   местного  ОБЭПа<Отдел   по  борьбе   с  экономическими
преступлениями.>  Шишкобабов<Напоминание для  озабоченных  сохранением
престижа право - (а  также -  лево-) охранительных органов граждан в форме и
цивильном:  все  без  исключения  персонажи  являются  выдуманными  и  любые
совпадения случайны.>, вот уже вторую неделю праздновавший присвоение ему
очередного звания "подполковник милиции".
     В  нескольких метрах  от  Шишкобабова  вповалку лежали  еще  три  тела,
принимавших  самое  активное  участие  во вчерашнем  банкете,  -  похожий на
Мальчиша-Плохиша прокурор  Петроградского  района  Алексей  Терпигорев,  его
бывший заместитель, а ныне - прокурор Приморского района и заслуженный заика
Андрей Баклушко, и  командир гатчинского  ОМОНа  майор Зиновий  Вырвипуп  по
прозвищу Памперс. Тела храпели, время от времени сучили ногами и ворочались,
старась поудобнее устроиться на жестком холодном асфальте...
     На  перекрестке  Достоевского и Володарского старенький серый  "жигуль"
вылетел на желтый  свет,  лихо подрезал  малиновый "мерседес"  и  на  полной
скорости прошел поворот, приближаясь к рынку.
     В  окне пятиэтажки из белого кирпича, как раз над магазином  со смешным
названием "Скворцы", какой-то дурак позабыл закрыть форточку.
     Если   бы   нашелся  кто-нибудь,   связавший   между   собой  все   эти
незначительные события, он мог бы с сожалением отметить, что ни из форточки,
ни из мчащегося  автомобиля,  ни  с  тех мест,  где  находились  дворничиха,
покупатель и бомж,  нельзя было видеть происходящего  на заднем  дворе  и  у
боковой калитки в решетчатой ограде рынка. Несколько минут назад здесь стоял
маленький светловолосый юноша в кургузой курточке, замотанный толстым  серым
шарфом до самого носа, длинного  и плоского, как утиный клюв. Юноша довольно
прилично играл  на скрипке,  а прохожие изредка  бросали монеты  в раскрытый
футляр  у  его  ног. Внезапно  он прервал мелодию,  быстро сложил скрипку  и
смычок  в футляр  и, застегивая замки  его  на  ходу,  проворно пошел, почти
побежал прочь, прикрывая лицо и голову пушистым шарфом.
     В  группе  молодых   людей,   сопровождавших   иностранных  туристов  и
разъяснявших  им   особенности  псевдорусского   стиля  архитектуры  собора,
возникло некоторое замешательство.
     Некто  высокий, красивый, немного при  этом женственный,  в каплевидных
очках  золотой оправы  держал за руку миловидную брюнеточку  с  очень живыми
черными глазами  и указывал ей вслед убегающему скрипачу, настойчиво убеждая
в чем-то.  Девушка  глядела в ту сторону из-под ладошки  и пожимала плечами,
поправляя сползающую  сумку на длинном ремне. Иностранцы, возрастом немногим
моложе собора, обозревали  его  купола и кресты,  фотографировали  и ставили
галочки  в  программках  экскурсий,  отмечая  пункты  постижения  загадочной
русской  души  или   просто   контролируя  обещанные   рекламным  проспектом
удовольствия.
     Почти  тотчас после того, как юный скрипач исчез  из  виду за  древними
стенами собора, из калитки рынка на улицу Володарского вышли и встали по обе
ее стороны двое внушительных уроженцев Кавказа, с лицами настороженными и не
располагающими  к интеллектуальным  беседам. Они столько же напоминали своих
собратьев с рынка, сколько лесной вепрь напоминает жирного домашнего борова.
     Оглядевшись,  один из  них  что-то  сказал  в мобильный  телефон,  едва
выступающий из внушительного кулака.
     Через минуту,  обогнув собор, к калитке  подкатил  грузовичок "Газель".
Рыночные  чеченцы  под презрительными  взглядами  своих  лесных  единоверцев
проворно вынесли  из калитки и загрузили под тент  кузова несколько  длинных
дощатых  ящиков,  окрашенных  в  серый цвет  и загруженных  доверху  мерзлым
фиолетовым картофелем. Дадашев и Нахоев, они же  - определенные сотрудниками
ОПС  как "Кубик" и  "Ромбик", заглядывая  в глаза приезжим, завели церемонию
прощания, по мусульманскому обычаю прижимая каждого к  своему сердцу  вместо
рукопожатия.
     -  Кланяйтесь  уважаемому  Ходже!  -  сказал по-вайнахски  Нахоев. -  И
передайте, что...
     Приезжий жестом прервал его, сверкнув глазами.
     -  Чего  боитесь!  -  улыбнулся  Дадашев.  -  Все  чисто.  Каждый  день
проверяем.
     - Пусть  боятся неверные. - пробурчал другой приезжий,  испытывая явное
желание поскорее уйти. - У них ослаб страх. Пора им напомнить.  Ходжа хочет,
чтобы никто из них не мог спать спокойно.
     - Мы все этого хотим. - хитро улыбнулся низенький Дадашев.
     - Тогда сделайте побыстрее, что велено.
     - Мы сделаем. - хмуро ответил Нахоев.
     - Аллах акбар, - синхронно выдохнули приезжие.
     На колокольне собора ударил колокол.
     Грузовичок отъехал.
     Приезжие,  косясь  на кресты,  морщась от  колокольного звона,  сели  в
темную неприметную "тойоту" с тонированными стеклами и московскими  номерами
и покатили следом.
     - Что мы еще должны сделать? - спросил недовольно Дадашев.
     - Скажу потом, - уходя в калитку, отозвался Нахоев.
     - Эй!  Это мой рынок! Если хочешь быть сам - иди  в новые дома,  или на
вокзал! Там бери, воюй с русскими! Я не хочу, чтобы что-то было без меня!..
     Они удалились, громко перебраниваясь.



     На площадь, запыхавшись, выбежала неуклюжая  дворничиха.  Серые быстрые
глаза ее пробежались  по людям  и машинам, но "Газель" и темная "тойота" уже
пропали из виду.  Не задерживаясь, она прошла вдоль ограды,  но и калитка  в
окружавшем рынок заборе уже была заперта.
     Кобра перевела дыхание  и принялась подметать остановку автобуса, бурча
что-то  себе  под  нос. Очевидно,  ругала  некультурность  горожан.  Высокий
мужчина в золотых очках и девушка-брюнетка посторонились, пропуская ее.
     К остановке подъехали и встали серые "жигули".
     Следом за  ними,  возмущенно сигналя и мигая  фарами, петлял малиновый,
словно искусственное датское повидло, которым брезгуют даже мухи,  "мерседес
Е-240" в стодвадцатьчетвертом кузове. Судя по изъеденным ржавчиной порогам и
мутной светотехнике, седан был выпущен еще  в  конце  восьмидесятых годов, а
новое лакокрасочное покрытие нанесли на него непосредственно  перед тем, как
втюхать чадящий аппарат лоховатому покупателю.
     Проскочив  вперед  и  загородив  "жигулям"  дорогу,  мечта  начинающего
нувориша  остановилась. Из  салона  проворно  выпрыгнул  упакованный  в кожу
мордатый юноша лет двадцати и бросился к "жигулям" с криком:
     - Я тебя, фофан, щас научу ездить по понятиям! Глухой,  что ли?! Ты  же
мне чуть борт не стесал! А, ну, выходи из машины!
     Оперуполномоченному Тыбиню еще предстояло работать в этом районе. Стать
героем скандальной истории не  входило ни в его планы, ни в планы Кляксы. Да
и  сам по  себе  Старый  был  человеком  грузным,  ленивым  и  до  крайности
флегматичным.  Поэтому  он  только  приоткрыл  окно  салона  и в  узкую щель
примирительно пробурчал:
     - Слышь, браток, извини. Торопился очень.
     Лица его при этом сквозь запыленные специальным составом стекла не было
видно.  В "наружке"  не применяют тонированных  стекол,  чтобы не привлекать
внимания, а вот просто грязноватых - сколько угодно.
     Однако  названный по ошибке "братком"  мелкий  барыга разошелся  не  на
шутку.
     Обозвав Тыбиня "козлом", он пнул его  машину ногой и пообещал  разнести
"жигули" вдребадан, если трусливый хозяин не выйдет.
     Прохожие начали оглядываться.
     Ничего не может быть неприятнее для разведчиков, чем оказаться в центре
скандала.
     Седая  дворничиха  подошла поближе, закрывая обзор  прохожим, и, дыхнув
перегаром, сказала:
     - Че разорался? Лучше на опохмелку дай... ик!.. А то ментов позову!
     - Пошла ты! - окрысился сопляк. - У меня твои менты все вот тут!
     Начинающий  бизнесмен   показал  Кире  сжатый  кулак,   символизирующий
"схваченность"  гатчинских правоохранителей  племенем  коммерсантов, и снова
развернулся к чуду российского автомобилестроения.
     Все дальнейшее было в излюбленном стиле Старого.
     Стекло  в окне  "жигулей"  приспустилось  как раз настолько, чтобы туда
можно было без труда просунуть руку.
     Будто приглашало к этому.
     Обрадованный хозяин "мерса" кинулся к нему и запустил внутрь салона обе
клешни, пытаясь  выудить врага. Кира глядела ему в спину, мрачно ухмыляясь и
придерживая кончиком  языка  специальную  прокладку,  выворачивающую  губы и
кардинальным образом изменяющую внешность.
     Внезапно мордатый юнец  зашипел, оскалил зубы,  выкатил  глаза и широко
открыл  рот,  точно  ему  не  хватало  воздуха.  Колени  его затряслись,  он
зашатался, даже не делая попыток вырвать руки.
     -  Только не орать. -  предупредил  его  Старый,  невидимый  в  глубине
салона. - Хуже будет.
     - А-ва-ва-ва... - шепотом проблеял начинающий коммерсант.
     - Проси прощения.
     - Да-да, конечно...
     - Не так. Повторяй: дяденька, прости засранца.
     - Дяденька... ой, больно!.. прости засранца...
     - Еще разок.
     - Дяденька, ну, прости...
     - Кого простить?
     - Меня...
     - А ты кто? - безмятежно поинтересовался Тыбинь.
     - Меня Игорь зовут...
     - Неправильно.
     -  Ой,  -  заскулил  юнец,  чувствуя,  что  его  пальцы  через  секунду
вывернутся из суставов.
     - Сколько костей в кисти руки? - спросил Старый.
     - Н-не знаю...
     - Двадцать восемь, - наставительно сказал  Тыбинь. -  Хочешь,  их будет
пятьдесят шесть?
     - Н-нет, - простонал водитель "мерседеса".
     - Тогда извиняйся.
     - Дяденька, прости...
     - Дальше.
     - Засранца... Ой, я больше не буду!
     - Вот теперь  верю, - осклабился Старый.  - Иди, садись в свою машину и
не  вздумай сразу ехать. Дай пальцам отойти... У тебя может быть  перелом, -
заботливо прибавил оперативник. - Множественный, со смещением...
     При всей массивности фигуры ручки у Миши Тыбиня были маленькими,  почти
детскими. У всех новичков  в ОПС это  вызывало неуместную улыбку, но лишь до
тех   пор,  пока  Старый   не  демонстрировал  какой-нибудь   фокус  -  гнул
пятирублевки или вязал из толстых  гвоздей смешных человечков.  В  последние
годы  он  делал  это все  реже  и реже: надоело.  Сила  в  его  пальцах была
неимоверная. При одном из задержаний он просто протянул наркокурьеру ладошку
для рукопожатия  и  стиснул здоровенного  таджика  за  три толстых  пальца -
больше не сумел охватить. Эффект  был  такой, точно пальцы таджику прищемили
железной дверью.
     Правильный, в общем, был эффект.
     Главное, что у наркокурьера не возникло желание хвататься за спрятанный
под брючным  ремнем  потертый девятимиллиметровый "Walter  PPK<Walter PPK
(Policeipistole  kriminal) -  уменьшенная модификация пистолета "Walter PP".
Выпускается в  нескольких  модификациях  -  под патрон 9х17,  7, 65х17 HR  и
.22LR. В данном случае  речь идет  о  9-миллиметровой  модели с семизарядным
магазином,  начальной  скоростью  пули 290 м/сек.  и  прицельной  дальностью
стрельбы до  25 м.>" и тем самым еще более ухудшать свое и так незавидное
положение...
     Неудачно наскочивший гатчинский нахал, побелев  лицом и пошатываясь  от
пережитой  боли,  подошел  к  своей  машине и  безуспешно попытался  открыть
дверцу. Пальцы его распухали на глазах и бессильно скользили по ручке.
     Кира пришлось ему помочь.
     - Старый, ты где?  - раздался в салоне "жигулей" голос Кляксы. - Почему
не докладываешь?
     - Мы с  Коброй  в третьем секторе. Была  помеха, устранена. Дональда не
наблюдаю.
     - Он  с другой стороны собора, у  главного входа. Там рядом с  вами его
знакомые - здоровяк в очках и темноволосая девушка, - раздосадованно сообщил
Зимородок.  - Возникла  опасность  расшифровки  и он  ушел... И,  похоже, мы
прозевали  что-то важное.  Возвращайся  в  первый  сектор,  к  Волану. Кобра
расчистит место для Дональда.
     - Еду. - сказал Тыбинь, не трогаясь с места.
     Он  хотел  посмотреть,  как  справится Кира.  Работа  на  улицах  полна
неожиданностей. Чем дольше работаешь, тем осторожнее становишься.



     Толстая дворничиха, покачав головой  над опрокинутой урной, взяла метлу
с  совком  наперевес  и  приблизилась  к парню,  все  еще  нечто  толкующему
брюнетке.
     - И как... ик!.. не стыдно! -  хриплым визгливым голосом вскричала она.
- Чистые,  одетые, а мусор раскидали!  А вот я  вас... ик!.. сейчас заставлю
руками это все собирать - тогда что?!
     Девушка отпрянула от неожиданности.
     - Мы ничего не разбрасывали!
     - Как же - не разбрасывали! А это... ик!.. кто накидал?!  Сникерсы  они
любют жувать! А бумажку от сникерса нету сил до урны донести?!
     - Пойдем,  Марина!  -  поморщился спутник девушки.  -  Эта  дегенератка
просто напилась с утра. Небось, и детей у нее с десяток. Вот так вырождается
нация! - с пафосом добавил молодой мужчина.
     И они ушли.
     Возмущенные, красивые, молодые и так ничего и не понявшие.
     Следом за ними потянулись иностранцы-туристы, на ходу сравнивая собор с
китайской пагодой.  Серые  "жигули",  сдав  назад,  развернулись и  умчались
прочь.
     Из-за собора, оглядываясь, появился  смущенный скрипач,  вновь разложил
свой футляр, шмыгая на холоде утиным носом.
     Дворничиха побрела стороной, задумчиво бормоча что-то себе под нос.
     Возле остановки на дороге остался лишь малиновый  "мерседес", в котором
подвывающий от боли  владелец в очередной раз пытался повернуть ключ в замке
зажигания.




     - Только после возвращения с примыкавшего  к торговому павильону склада
Кубик  и  Ромбик  сняли  оцепление  заднего  двора  и  пропустили Морзика  в
четвертый сектор. -  продолжал  излагать Клякса, сидя  за столом  в  комнате
инструктажа  нарядов на  "кукушке",  в  одном  из  тихих переулков Питера. -
Объекты  сначала ссорились, но  недолго, потом направились  в "Шанхай", где,
похоже, отмечали успех важного дела.  Охране тоже было разрешено разговеться
-  они до  сих  пор  оттягиваются  в  шашлычной  на  рынке. Этого не было  в
последние пять дней, поэтому я считаю, что произошло некое  событие, которое
мы упустили.
     - А  что это могло быть? - наивно спросил Морзик, щеки которого в тепле
конспиративной квартиры изрядно раскраснелись.
     Морзик втихаря радовался, что в суете забылась его оплошность с гипсом.
     - Не знаю. Встреча с кем-то, или передача чего-нибудь.
     - Для встречи слишком мало времени. - отозвалась с дивана Кира.
     - Верно, Коброчка. Как всегда, в лузу. Значит,  передача или получение.
А ты что скажешь, Андрей?
     Светловолосый Лехельт сидел в углу возле Тыбиня и напоминал огорченного
донельзя напроказничавшего любимца всей семьи.
     Маринка с Ромкой приперлись так неожиданно и неудачно!
     Он  даже не успел прокукарекать Кляксе,  что оставляет пост. Зимородок,
конечно, подослал бы на подмену Киру или Старого с Воланом. Но он, разведчик
Дональд, опоздал с докладом и подмена прибыла поздно.
     Гадай теперь,  что натворили эти  Кубики-Рубики  в паузе... Может, ради
этих  пяти  минут  и они, и ребята Брунса  пасут гатчинский рынок уже вторую
неделю.
     Может, теперь следующая встреча будет через месяц.
     Лехельт понурился.
     Рядом с молчаливым массивным Старым он казался совсем ребенком.
     - Что скажешь, Волан?
     Волан, он же Дима Арцеулов, несмело пожал худыми плечами.
     - Они выходили с точки в таком...  в приподнятом настроении. Радовались
и волновались одновременно. В руках ничего не было.
     - Передавать могли, например, деньги. - предположил Зимородок.
     - Тогда уж, скорее получать. Уж очень были морды довольные.
     - Старый?
     - Курить хочется. - вздохнул Тыбинь.
     - Быстрее закончим - быстрее пойдешь курить. Давай, Миша, не ломайся.
     - Если деньги получили - их должны положить, например, в  сейф.  Или  в
банк.  С  большими деньгами  не  идут  сразу  в  кабак.  Так  же,  как  и  с
наркотиками.
     - Верно. Дальше.
     - А если деньги отдали - то прежде их надо было где-то взять. По старым
сводкам есть что-нибудь похожее?
     - Пожалуй, нет.
     - Тогда, мне думается, они выпустили козу.
     Члены группы навострили уши. Все любили Мишины аллегории.
     Тыбинь дождался, пока Зимородок спросит раздраженно:
     - Какую козу? Давай по делу!
     И нарочито медленно продолжил:
     - Когда один еврей пожаловался раввину на тяжелую жизнь, тот велел  ему
взять  в  дом  козу  и  разрешил  выпустить  ее  только  через  год.  Еврей,
намучившись с козой, вздохнул с облегчением и ощутил  большой цимес. То есть
-  счастье.  Мне представляется,  что Кубик с Ромбиком избавились от чего-то
очень хлопотного или опасного. Это что-то большое, иначе они  могли провести
передачу где  угодно. И оно хранилось у них на заднем дворе, наверное, в том
домике с трубой, который все время неявно охранялся. Теперь они и все прочие
празднуют избавление от козы. А мы зевнули передачу.
     - Я зевнул. - волнуясь, вздохнул Андрей.
     - Мы зевнули, Андрюша. - поправил его Зимородок, благоволящий "молодому
дарованию" наружного наблюдения.
     Впрочем, в  ОПС, как и в остальных  службах  ФСБ,  все поровну: и успех
общий, и неудача - на всех.
     В дверь комнаты инструктажа постучали. Заглянул дежурный прапорщик.
     - Кира Алексеевна, муж звонит. Спрашивает, когда вы вернетесь с работы?
     - Скажи - вовремя. - ответил Клякса на вопросительный взгляд Киры. - На
сегодня у нас все. Оружие, спецснаряжение все сдали? Завтра в  девять здесь,
не опаздывать. Да,  на  завтра  меняем типажи. Уже примелькались. Дима, твоя
очередь бомжевать.
     Волан покорно вздохнул.
     - Дональд, переходишь  со  скрипкой на  рынок.  Морзик,  будешь  завтра
рэкетиром нашего музыканта.
     - Что - и подраться можно? - приободрился Черемисов.
     - Только в меру! Ты туда Дональда  идешь крышевать,  а не сферы влияния
делить. Не устрой мне  войну  группировок!  Я и Старый -  на колесах. Кира в
прежнем амплуа, ее  почти никто не видел. Морзик  пишет сводку,  остальные -
получать деньги в комнате отдыха и по домам.
     - А почему я? - заныл Черемисов. - Я в прошлый раз писал...
     - За твой финт с гипсом! Святой Йорген  нашелся! Исцеление молитвой!  В
другой раз будешь внимательнее!
     Наружники,   вставая,  захихикали.  Черемисов  шмыгнул  носом,  скорчил
свирепую рожу Лехельту:
     - Ну, я на тебе завтра отыграюсь! Все до копеечки вытрясу!
     Он, дурачась,  сунул Андрею  под  нос свой боксерский кулак, но  головы
напарника в  том  месте  уже не  было. Молнией взлетевший  со  стула Лехельт
неуловимым  встречным  движением  проскочил  под  рукой  громилы-полутяжа  и
имитировал удар острием сложенных пальцев снизу в горло.
     Черемисов почувствовал легкое касание.
     Аккурат над кадыком.
     В реальном жестком бою,  если б Лехельт завершил удар  как  полагается,
Морзик  свалился  бы  через  секунду  на  пол  с  перебитой трахеей.  И  его
дальнейшее существование на этом свете было бы под большим вопросом...
     Беззащитно-детский вид  Дональда был обманчив, как многое  в структуре,
именуемой Федеральной Службой Безопасности России.
     Дональд был первоклассным фехтовальщиком, неплохим  гимнастом и имел  к
тому  же весьма высокую степень в  "ким ке<"Ким ке" - одно из направлений
"во-вьетнам" (или "школы цветов", или стиля "золотой лотос").
     Теоретики  вьетнамских  боевых искусств  уводят историю  их создания  к
периоду  основания  государства, а первое поселение  на территории нынешнего
Вьетнама возникло, согласно легендам, в 2876 г. до н.э. Более реальным можно
считать XIV-ХV вв.  н.э.,  когда там, где ныне находится  северный  Вьетнам,
возникло государство, которое называлось то ли Нма-вьет, то ли Дайковьет, то
ли просто Дайвьет - то есть Великий Вьет.
     Вьетнамское государство росло  и  крепло  в  непрерывных  войнах  как с
горными  племенами  или  соседними  кхмерами,  так  и  со своими соседями  -
южновьетнамским  государством  Тямпа  и  Китаем.  Военных  походов Китайской
империи  на  Вьетнам  было  много,  иногда  они  заканчивались для  китайцев
неудачно, но несколько раз  войскам Поднебесной на  какое-то время удавалось
захватить часть страны.
     Длительное общение такого рода со Срединной империей заставляло Вьетнам
с одной стороны, постоянно уделять внимание обучению и подготовке войск, а с
другой -  активно  заимствовать у  Китая  многие детали  его государственной
структуры, философии, социально-политической организации и культуры вообще.
     Из  Китая,  к  примеру,  пришла  во  Вьетнам   система  государственных
экзаменов,  которые   необходимо  было   сдавать  при   поступлении  как  на
гражданскую, так и на военную службу. Будущий военный чиновник, естественно,
должен  был  владеть не только кистью, но и мечом,  и в программу подготовки
воина в качестве вспомогательной  дисциплины, позволяющей  постигнуть основы
оружейного боя, входил бой кулачный.
     Начиная  с XIV в.  в столице страны городе Тханглаунге (нынешний Ханой)
существовала академия боевых  искусств,  где готовили  мастеров-наставников,
получавших  диплом   доктора  военных   наук.  Вне  зависимости   от  своего
происхождения поступающий в  университет  должен был сдать  11 вступительных
экзаменов.  Обучение   продолжалось  3-5   лет  и  заканчивалось  выпускными
экзаменами. Это же время славится и  обилием турниров и состязаний  кулачных
бойцов, и  созданием большого  количества  трактатов по  боевым  искусствам,
наиболее  известным  из  которых  был  "Линь  Нам Во  Кинь" ("О  вьетнамском
искусстве боя"), созданный в XVI в.
     Естественно,  боевым  искусствам   учили  и  в  семейных  школах,  и  в
буддийских монастырях.  О  народных  стилях боя вьетнамской старины известно
существенно меньше, но традиция исполнения воинских танцев дожила  до нашего
времени.
     В тот период весь комплекс  боевых  искусств  носил  название "во туат"
("искусство кулачного боя") или "вьетводао" ("боевой путь вьетов").
     Много новых боевых искусств  появилось в  XVI-XVIII вв.,  когда Вьетнам
был  практически  расколот  на  несколько  государств. Для  развития  боевых
искусств ситуация стала очень благоприятной. Особенно много школ рукопашного
боя  возникло, начиная с  1771 г., во время  восстания тэйшонов, когда  была
предпринята  первая  серьезная   попытка   вновь  объединить  страну.  Базой
восставших  была  провинция  Бинь  Динь,  где,  кстати,  до сих  пор  боевые
искусства наиболее развиты.
     В  начале  XIX  в., после  подавления восстания,  страна  все-таки была
объединена  и  получила свое нынешнее название. Однако  объединенная  страна
просуществовала  недолго, и  в  период  с 1858  по 1884  гг. была  завоевана
Францией, став ее колонией на 70 лет. В период колонизации боевые  искусства
ушли  в  подполье,  и  традиция  их  передавалась главным образом  по  линии
семейных школ, гда  мастера-наставники передавали свое искусство  от отца  к
сыну.  Обучение  было  секретным, и  ученики давали  присягу  о неприменении
боевого искусства по малым поводам и о неразглашении его тайн.
     Возрождение традиций вьетнамских боевых искусств связано с именем Нгуен
Лока (1912-1968). Родом из  провинции Шонтэй (ныне - пригород  Ханоя), Нгуен
Лок был потомственным мастером, открывшим в 1938 году первый клуб "во туат",
где  могли заниматься все желающие,  в том  числе и иностранцы. Свою платную
школу он назвал "вьетводао вовинам",  что означает "наилучшие из вьетнамских
боевых искусств", или "боевой путь вьетов "Гордость народа".
     В 1945 году состоялась первая  публичная демонстрация приемов вьетводао
в Ханое, а уже  в следующем году  клубы  вьетводао распространились по всему
северному и  центральному районам страны. После смерти  Нгуен Лока выбранный
им преемник  Ле Шанг  собрал в Сайгоне большой совет мастеров для разработки
плана распространения вьетнамских боевых искусств по всему миру. В 1972 году
была создана Европейская федерация вьетводао, а в 1980 - Всемирная.
     Всемирная федерация вьетводао со штаб-квартирой в  Париже объединяет 30
стран  (из входящих  в ее состав федераций  самые  сильные  -  французская и
итальянская). 90%  клубов, входящих в  эту  федерацию, практикуют вовинам. В
состав федерации входят и такие  школы, как "тхань лонг" - "зеленый дракон",
"хан  бай" - "белый журавль", "чан минь лонг" и "нгуен чунг хоа".  Последние
две - семейные, их названия происходят от имен основателей.
     В  самом Вьетнаме наиболее  известны три школы - "вовинам",  "ким ке" и
"бинь  динь". Помимо них существует  еще около тридцати школ  поменьше,  как
традиционных так  и  созданных в новейшее время. Кроме  того,  есть еще  так
называемые китайско-вьетнамские стили. Нгуен Лок создавал свой  стиль как на
базе  местных школ во туат провинции  Шонтэй, так и на основе трактата "Линь
Нам Во Кинь".
     Приемов  в  "вовинам" насчитывается  несколько тысяч. Особенно  большое
значение  придается  техникам работы  ногами.  Это и  подсечки,  и  блоки, и
выполняемые  на  разных  уровнях  "ножницы",  и удары  в  прыжках,  и  атаки
завершающиеся прыжками на противника. В ближнем бою  бьют пальцами, локтями,
коленями и головой.  Широко применяются  броски, удушения, болевые приемы на
суставы, подсечки и подножки.
     "Ким  ке"  означает  "золотой  петух". Как  петух  поменьше  все  время
уворачивается от атаки и стремится зайти своему противнику  во  фланг, так и
адепты "ким ке" предпочитают стремительные уходы с линии атаки в сторону или
вперед  за противника, прыжки и кувырки, финты и  уловки  вроде  притворного
отступления,  нырки под атакующую руку или ногу. В "ким ке" есть  знаменитые
удар двумя ногами  в прыжке с места в голову или в грудь. Пальцы рук согнуты
наподобие  когтей петуха, ими выполняются цепляющие и  вырывающие  удары  по
глазам,  горлу,   паху  или  мышцам,  особенно  -  по  подмышечной  впадине.
Размашистые удары  ребром  ладони напоминают  удары крыльями. Ногами  в этом
стиле  бьют в основном по ребрам, позвоночнику,  коленным  суставам, в  пах.
Широко используются разнообразные подсечки и подбивы, выполняемые в основном
с  разворота.  Пускают  в  ход и  зубы:  ими  перекусывают сухожилия на руке
противника, захватив ее; вырывают из его тела куски мяса; перегрызают горло.
Стиль этот очень быстр, и лучшей обороной в нем считается нападение.
     "Бинь  динь"  с  самого  начала  разрабатывался  как  военно-прикладная
система  подготовки  кадров армии  или  ополчения, ибо  провинция  Бинь Динь
(современная  Нгиабинь)  была  регионом,  часто  подвергавшемся  иностранным
нашествиям.   Считается,  что  этот  стиль   был   создан  применительно   к
особенностям конституции  вьетнамца - его  малому (даже по меркам  окрестных
народов) росту  и весу, высокой ловкости  и подвижности.  Поэтому боец "бинь
динь"  постоянно  находится в  движении. Он  переходит  из одной  позиции  в
другую,  уклоняется,  приседает,  прыгает  резко  меняя  направление  своего
движения, темп и ритм боя.
     Предполагается,  что  противник  бойца  "бинь  динь" -  не  вьетнамец -
обладает большей  физической силой и большей  массой.  Потому  такая  манера
ведения  боя  заставляет  его "мазать"  по адепту  "бинь  динь"  и вынуждает
открыться в  момент неудачно  проведенного удара. Вот  тут-то и следует  или
контратака по  атакующей руке  или ноге,  или  встречная атака  по  паху или
ребрам.  Мощного противника  можно сбить только  сильным ударом двумя ногами
сразу  в  прыжке.  Поэтому  "летящие" удары  развиты  и  в этом  направлении
вьетнамских боевых искусств.
     Помимо  оригинальных, собственно  вьетнамских  стилей боя,  во Вьетнаме
достаточно много направлений боевых искусств, которые можно было  бы назвать
китайско-вьетнамскими.  Эти школы  с давних пор  существовали  на территории
Вьетнама среди  этнических китайцев  и ассимилировались  так  же,  как и  их
носители.  Кроме  того,  после  прихода  к  власти  в  Китае  коммунистов  и
образования КНР  часть китайских мастеров  боевых искусств эмигрировала и во
Вьетнам.   В   основном   китайско-вьетнамскими   стилями   являются  мэйхоа
(мэйхуацюань), винчун (юнчуньцюань) и ряд других.>".
     Оживленные, хотя и уставшие, они вывалили в коридор.
     В  комнате отдыха к кассиру выстроилась  небольшая  очередь. Кассир был
свой  и  развозил деньги по  "кукушкам" города в соответствии с графиком. На
всех  ведомостях  стояли  в  углу лиловые  штампики  "секретно". Даже в этом
сказывалась специфика службы.
     Сотрудники  оперативно-поисковой  службы  ФСБ  относятся  к  негласному
составу.  Поэтому здание управления  на  Литейном посещают лишь руководители
ОПС,  а  сама  служба  разбросана по  городу  и окрестностям,  запрятана  по
конспиративным базам-"кукушкам",  подобным той, на которой базировался отдел
и группа капитана Зимородка. Потому у  службы имелись и  свой кассир, и свои
автобазы, своя охрана и свой технический аппарат. Сама она  так же невидима,
как и  ее разведчики, но ни одна операция ФСБ, даже самая незначительная, не
обходится без ОПС.
     Зимородок пошел в конец просторного коридора.
     "Кукушка"  весьма  отдаленно  напоминала  квартиру,  а  больше  контору
какого-нибудь  военизированного  учреждения.   Она  занимала   второй   этаж
невзрачного  старого  кирпичного  здания   под  острой  железной  крышей   с
покосившимися   от  времени   антеннами,  обнесенного  каменным  забором   и
проволочным заграждением.
     На первом этаже размещались гараж  и ремонтные  мастерские. У проходной
висела  вывеска  "Автобаза  центрпромснаба"  и  сидел прапорщик ФСБ в  форме
военизированной охраны.
     Еще один  контрольно-пропускной пункт находился у лестницы, и на второй
этаж, окна которого всегда были  забраны в жалюзи, попадал лишь  оперативный
состав  да  дежурный  персонал базы. Там  располагались  дежурка с  комнатой
хранения  оружия,  склад  специальных  средств  связи  и  наблюдения,  склад
экипировки,  комната  для работы  с секретными документами,  комната отдыха,
комната инструктажа, архив  и еще  одно помещение в самом дальнем, спокойном
конце  коридора,  за двойной  дверью,  напротив кабинета  начальника отдела,
ведающего  всем  этим непростым  хозяйством.  Из  этой  комнаты  оперативный
дежурный поддерживал круглосуточную связь со всеми сменными  нарядами своего
отдела, работающими в городе и окрестностях.
     -   Кто   заступил?   -   спросил   Зимородок  сменившегося  дежурного,
поспешавшего в очередь за зарплатой.
     - Сам Завалишин.
     - Кого тянут?
     - По шэ-пэ.
     "ШП"  означало, что  где-то сменный  наряд  ведет серьезную  работу  по
шпионажу,  близкую  к  активной  фазе,   и  сам  начальник  отдела  заступил
курировать  группу.  Легкий  укол  ревности к  коллегам  заставил  Зимородка
вздохнуть.
     - А что за детвора сидит в комнате отдыха?
     Дежурный не ответил, уклончиво улыбаясь, и  Зимородка одолело  недоброе
предчувствие. Стоя  за Тыбинем  в очередь  к  кассиру, он видел в  креслах у
телевизора незнакомых  молодых  людей  - длинного худого парня  и  плечистую
краснощекую девицу с толстой косой. На разные лады толкуя  улыбку дежурного,
он осторожно приоткрыл дверь в комнату оперативного.
     - Виктор Петрович, можно?
     В  комнате  царил полумрак,  горела лишь  настольная  лампа над длинным
столом с  пультами  громкоговорящей  связи  и микрофоном  посередине.  Рядом
разместился  шкаф  и  сейф  с  книгой  приема-сдачи   дежурств,  инструкции,
компьютер и факс. На стене напротив висела огромная карта  города и области,
утыканная булавками  с  разноцетными  головками и  разрисованная значками. В
мягком вращающемся кресле  сидел,  заложив ногу за ногу, крупный  рыхловатый
человек и читал бумаги, близоруко поднося листы  к глазам. Подняв голову, он
некоторое время присматривался, щурясь в полумрак после яркого света лампы.
     - А, Костя,  заходи! Там  едут еще. -  махнул он полной рукой в сторону
пультов связи. - Что в Гатчине?
     Зимородок по-военному кратко доложил.
     - Люблю  тебя  за лапидарность.  -  улыбнулся  Завалишин,  но глаза его
остались серьезными. - Сводку потом почитаю. Что думаешь делать?
     - Завтра попробуем подойти  поближе. Планирую поставить  жучки в местах
наиболее вероятного нахождения объектов. Мне  бы с опером поговорить.  Пусть
прояснит ситуацию. Хоть малость. Рынок большой, подручных  у объектов много,
контакты многочисленные. Нам за всеми не угнаться. И еще людей бы...
     Неосторожно сказав это, Зимородок  тотчас пожалел, но уже было  поздно.
Завалишин встрепенулся, кресло заскрипело.
     -  А с этим тебе как  раз исключительно повезло! У меня  там сидят  два
новичка-стажера, вот ты их и бери. У тебя сотрудники опытные, тебе и карты в
руки.
     - Они хоть учились где-нибудь? - тоскливо спросил Клякса.
     - По прямому зачислению. - ответил начальник отдела, заглянув в бумаги.
- Все, все! - пресек он возражения капитана, подняв большую мягкую ладонь. -
Назначай наставников - и вперед!
     Он поспешно ткнул пальцем в клавишу на пульте, нажал кнопку на тангенте
переговорного устройства.
     - Бурлак, как обстановочка?
     - В пути, Виктор Петрович! - громыхая в ГГС<ГГС  -  система  громкой
связи.>, ответил старший наряда. - Опять пробка на Петергофском шоссе!
     - В объезд надо было, по Волхонскому!
     Знание   города,  транспортных  магистралей,  расписания  общественного
транспорта  и   еще  многого  другого  входит  в   обязательную  оперативную
подготовку сотрудников ОПС всех уровней.
     Военная закалка не позволила капитану Зимородку спорить с руководством.
Он  вышел  в  коридор,  озабоченно  потирая лоб. Фраза Завалишина  о  прямом
зачислении означала, что стажеры взяты прямо с улицы. Они, конечно, прошли и
конкурс, и дотошную внутреннюю проверку, и специальный профотбор, и месячные
курсы, но учить их придется с нуля.
     Стать  разведчиком  без оперативной работы невозможно,  как  невозможно
выучиться плавать, не входя в воду. Переживая новую заботу, Зимородок шел по
коридору  в  обратном  направлении  и, проходя мимо  комнаты  для  работы  с
секретными документами, услышал громкие голоса  Морзика и Дональда и звонкий
заливистый хохот девчушки-секретчицы.
     Злорадно улыбнувшись, капитан заглянул в секретку.



     Андрюха Лехельт летел  как на крыльях. Времени оставалось в обрез. Шеф,
зайдя в  секретку,  внимательно прочел сводку  наружного наблюдения, которую
они  с Морзиком наваяли вдвоем, аки братья по несчастью, нахмурил брови, но,
вопреки ожиданию молодых разведчиков, не заставил переделывать и подписал.
     "Стареет..." - немного грустно подумал Лехельт.
     Для него и Вовки Черемисова тридцатипятилетний Константин Зимородок уже
виделся почти пожилым мужчиной. Они, коренные питерцы, чуть заметно козыряли
столичными  манерами,  привившимися  с  детства  сленгом  и добрым  северным
юмором.  Зимородок  рядом  с  ними чувствовал  себя  несколько  неуклюжим  и
туповатым - во всем, что не касалось работы. Тут он был как рыба в воде.
     - Сдать документы строгой отчетности. - начал он, с удивлением подметив
некоторое  сочувствие  в  глазах   Лехельта  и  защитно   впадая  в  военное
администрирование.  - Жду вас в  комнате  отдыха  через пять  минут. В  нашу
группу  назначены  стажеры,  вы сейчас поработаете с  ними,  введете  в курс
нашего распорядка и жизни, познакомите с базой, прощупаете подготовочку, кто
чем дышит.
     - Чур, мне девушку! -  первым  среагировал  Черемисов. - Пусть  Андрюха
щупает второго!
     -  Хоть  на  пальцах  кидайте.  Ты,  главное,  из  совсекретного  листа
самолетиков больше не делай.
     Сводки наружного  наблюдения писались  от  руки на специально  учтенных
листах с проставленным грифом "сс".
     Выше мог быть лишь гриф "ов" - особой важности.
     Лехельт, впервые придя  в  "наружку",  поинтересовался, для чего  такие
сложности. Утрата одного листа  "сс", на котором, как правило, не излагалось
ничего сверхъестественного, по всем приказам расценивалась как предпосылка к
разглашению государственной тайны  и пахла  если  не  тюрьмой,  то служебным
расследованием и выговором.
     -  А  ты  бы  хотел, чтобы  про  твою жизнь  читал каждый встречный?  -
ответили ему. - Служба хранит тайны граждан, даже не самых порядочных.
     Напомнив Морзику, как вся группа на коленках ползала по базе в поисках,
когда он спутал лист "сс" с обычным и отправил его со  звездами на крыльях в
полет  на пыльный  шкаф,  а  потом в  мусорную  корзину,  Зимородок, козыряя
выправкой,  вышел  в коридор,  но,  прикрыв дверь, обмяк  и  некоторое время
внимательно  рассматривал  себя в  зеркала,  висевшие повсюду  для  проверки
качества оперативной маскировки.
     Так, как глянул на него сейчас Дональд, на него глядели впервые.
     А Лехельт с Черемисовым, не подозревая о смуте, посеянной в душе своего
шефа, с  прибаутками  отправились  знакомиться  с  пополнением.  Каждый  еще
прекрасно  помнил, как сам впервые, трепеща, перешагнул порог базы и  увидел
святая святых "наружки".
     Вот  так, завозившись  с новичками, заслушавшись, как  Вовка  Черемисов
заливает румяной Людмилке  былье  и  небылицы  из жизни разведчиков, Лехельт
понял  вдруг,  что  безнадежно  опаздывает  и заехать  домой  переодеться не
успевает.  Невозможно, однако, было встретиться с  Мариной  в том наряде,  в
каком они с Ромкой видели его сегодня в Гатчине.
     Вот ведь гад очкастый!
     Слепой, слепой, а что не надо - разглядел...
     Он  еще успел поменяться шарфами с Морзиком, но напялить на свои прямые
плечи гимнаста куртку приятеля пятьдесят шестого размера не решился.
     Зато ему  удалось расколоть дежурного  прапорщика Ефимыча,  который под
залог его собственной куртки выдал ему взамен до завтра вполне  приличную со
склада специального  снаряжения. Куртка  была со  спецэффектами,  но Лехельт
клялся  и  божился, что  уж  он-то  разведчик  опытный,  с  этими  забавками
обращаться  умеет и  порчи  казенного инвентаря  не  допустит. Ефимыч  долго
молчал  в усы,  но  купился  на  грубую  лесть, вняв  опасности расшифровки,
которой подвергнется старший лейтенант Лехельт без его,  Ефимыча,  отеческой
заботы и помощи.
     Теперь  он, накинув  капюшон  на голову, летел  во  всю прыть  к метро,
расчетливо не дожидаясь автобуса, радостно  вдыхая морозный влажный воздух с
неуловимым  привкусом  моря.  Он  любил свой город,  даже тот его несуразный
пыльный район промзоны, где  располагалась их "кукушка". Были  базы и  более
престижные,  некоторые даже  в исторических особняках и зеленых  парках,  но
разведчик Лехельт был патриотом своего отдела.
     Он  без  труда  держал  в голове  подробную  карту  всего района,  лихо
сокращая  путь, дворами выбежал на Ленинский проспект и увидел вдруг впереди
на тротуаре Кобру и Старого.
     "Нет, Киру Алексеевну и Михаила Ивановича..." - поправил себя Дональд.
     Они шли очень  медленно, рядом, но смотрели  порознь. Кира разглядывала
витрины  универмага  "Нарвский",  а  Михаил,  свесив  квадратную  голову  на
короткой  шее,  сунув  руки  в  карманы  широкого  тяжелого  пальто,  изучал
тротуарную плитку.
     "Будто девочку  из школы провожает..." - подумал чуть насмешливо Андрей
Лехельт.
     Его поколение было острее и жестче.
     Он  обогнал их,  обернулся и помахал рукой. Они переглянулись и  как-то
необычно заулыбались - но Лехельт тогда не придал этому значения.
     Влетев в вестибюль метро, он проскочил  между пенсионеров по "служебке"
и легко побежал  вниз.  Ожидая состав, краем уха услыхал скандал при сходе с
эскалатора  -  кто-то  из   спешивших  пассажиров   на  бегу  снес  старичка
бомжеватого вида с  многократно чиненной и перемотанной  синей  изоляционной
лентой тележкой.
     Вагон  был  полон;  втиснувшись  с  краю,  Андрей  исподтишка  принялся
рассматривать  людей,  изучая   лица,  манеру  одеваться,  выискивая  яркие,
заметные черты для создания  типажей.  В  кармане казенной куртки кто-то  из
сотрудников оставил  леденец  и Лехельт, не  евший  с утра,  с удовольствием
отправил конфету по прямому назначению.
     Внезапно неподалеку от него, у соседней двери возникла какая-то возня и
ропот.
     - Да куда же вы лезете! - вскричал возмущенный женский голос. - Корова!
     Досасывая леденец, Андрей Лехельт  попытался  что-нибудь  разглядеть  в
толпе,  однако при его малом росте сделать это оказалось невозможно. Он даже
слегка расстроился и сник.
     Маленький рост был его ахиллесовой пятой.
     Но  тут  открылся  перрон  Технологического института,  и  он  забылся,
проворно юркнул  меж людьми, подумывая на бегу, что  неплохо бы  обзавестись
собственными колесами.
     Он едва не  опоздал: Маринка уже выходила на  крыльцо  в  сопровождении
приставучего  Романа.  Лехельт  тотчас  перешел  на  прогулочный  шаг,  уняв
дыхание, сдерживая  скачущее после  бегов сердце. Не следует давать  девушке
понять, что он опаздывает.
     - Привет! А я уже двадцать минут тут прогуливаюсь.
     -  Привет. - хмуро буркнул  Роман, буравя  его недобрым взглядом сквозь
очки - сверху вниз, из-под лохматых бровей. - Марина,  ты не понимаешь! Если
ты идешь с ним к родственникам - это определенный шаг!
     "Ты не понимаешь!" была его излюбленной фразой.
     "Э-э,  паренек,  а  ведь ты  пытаешься  воспитывать женщину! - радостно
подумал Лехельт. - И твое дело тухлое, хоть  ты  и психолог по диплому. Тебе
бы послушать наши курсы практической психологии..."
     Уже  через минуту горячий, но тупой Рома получил отставку на сегодня, и
Лехельт радостно прихватил Маринку за гибкую талию.
     -  Я  еще  выясню  подноготную  этого  типа!  -  в  спину  им  пообещал
отверженный Ромео.
     - О чем это он? - искренне удивился Лехельт.
     Самообладание - основное качество разведчика.
     -  Да ерунда. - Маринка  пожала плечами, совсем,  как  несколько  часов
назад  у  собора.  -  Сегодня  подхалтурила с  туристами,  свозила группу  в
Гатчину. Он утверждает, что видел тебя там, со скрипкой.
     - Он что - тоже с тобой ездил? - обиделся Лехельт.
     В душе он радовался - Маринка попала впросак и сейчас замнет тему.
     Так оно и вышло. Марина, оглядываясь через плечо, спросила:
     - Слушай, тебе не кажется, что за нами следят?
     - Ты мне зубы не заговаривай! Зачем ты его с собой таскаешь?
     -  Он сам таскается, не гнать же мне его при всех. Давай-ка свернем вот
сюда... Точно следят, я тебе говорю! Вон та девушка  шла за тобой от  метро,
подождала - и теперь идет за нами!
     - Чушь собачья!
     - Оглянись - только незаметно!
     - Чего мне бояться?
     Лехельт оглянулся и оторопел.
     В десяти шагах от него, прячась за водосточную трубу, с лицом партизана
кралась  за ними  по Загородному проспекту  стажер  Людмилка.  Поняв, что ее
заметили, она сжала кулаки и в досаде топнула ногой в сапожке.
     - Марина, погоди минутку! Я разберусь.
     Он решительно подошел к расстроенной "наружнице", сделал страшные глаза
и зашипел:
     - Ты что творишь! Перегрелась, что ли?!
     Психологической устойчивости стажеру было не занимать. Лехельт  попутно
отметил это как положительный факт.
     -  Чего это я перегрелась?!  - отрезала она, запыхавшись.  - Мне Володя
дал задание установить, где вы... где ты живешь! И утром ему доложить!
     - Господи! - Лехельт присел,  хлопнув себя по коленкам. -  Так  это  ты
неслась за мной в метро, сшибая пассажиров?!
     Габариты у стажера были, надо сказать, совсем не маленькие.
     - Я думала  - ты специально убегаешь!  Еще думаю - вот же гад, и куртку
сменил! Посмеяться, наверное, хочет! Кукиш, думаю, ни за что не отстану!
     - Я на свидание опаздывал, чудо!
     Лехельт понял, почему Кира с Мишей так улыбались на проспекте.
     - Ну, Вовка, ну, мичуринец!
     Людмила виновато заулыбалась.
     Маринка глядела на них нелюбезно, склонив изящную голову к плечу.
     Андрей поспешно вознаградил стажера за старание, назвав не только улицу
и номер дома, но даже номер квартиры, цвет обоев и постельного белья в своей
комнате.
     -  Вовка  у меня ночевал, он  поймет.  Пусть  поломает  голову,  как ты
раздобыла такую  информацию.  Марина,  это наша новая сотрудница! Люда, - не
представить Людмилу было нельзя во избежание ненужных вопросов. - Она просто
боялась обознаться. Очень застенчивая девушка.
     -  Я  бы  не  сказала...  Так,  может,  ты,  наконец,  расскажешь,  где
работаешь?
     - В конторе, я же тебе говорил.
     - "Рога и копыта"?
     - Ну, что-то вроде...
     Лехельт поспешно увлек девушку  за собой, показывая за  спиной Людмилке
отчаянные знаки, чтобы та поскорее смылась.



     Вопрос о месте работы маячил на горизонте не впервые.
     По  совету старших  товарищей  и по собственному  здравому  рассуждению
Лехельт не спешил раскрываться.
     Во-первых, неизвестно  еще, что  выйдет из их недолгого знакомства, при
его-то отнюдь не  классических  пропорциях...  Соперник  Рома в этом  смысле
выглядел  куда  предпочтительнее. Психологи  в управлении  как-то разъяснили
Андрею,  что женщины, предпочитающие  рослых мужчин, испытывают неосознанный
страх перед окружающими их людьми  -  и он с  удовольствием  пересказал  эту
версию Маринке, зная ее тягу к самостоятельности и независимости.
     Нанес, так сказать, превентивный удар по образу соперника.
     Во-вторых,   не  все   ровно  дышат  к  его  структуре   и   хорошо  бы
предварительно  осмотреться,  познакомиться  с  окружением  человека,  если,
конечно, хочешь его сохранить.
     В-третьих, домочадцы иных сотрудников  многие годы не  знают профиль их
работы. Муж Киры,  например, убежден,  что  его жена - диспетчер на закрытой
автобазе ФСБ. Оттого у нее и отпуск длинный, и рабочий день ненормированный.
     А   Зимородку   повезло,   его  жена   -   делопроизводитель  в  службе
контрразведки.  Ему дома  можно расслабиться. Впрочем, своей квартиры у него
нет,  он  и  другие  приезжие сотрудники живут  с семьями  в комнатах бывшей
"кукушки", стараниями Шубина переведенной в разряд жилых помещений.
     Основная  трудность расшифровки перед ближними,  с которой сталкивается
каждый  разведчик  "наружки", состоит в некоторой  подмене  понятий, успешно
произведенной  по  обыкновению  бессмысленно  диссидентствующими российскими
мастерами пера и пишмашинки.
     В  сознание  российских  масс  накрепко  вколочены   негативные  образы
"топтуна-наружника"  и   его  верного   "кунака-сексота"   -   агента   КГБ,
вынюхивающего тайны своих приятелей, а потом продающих их оперу за маленькие
вознаграждения  в виде  поездок за границу. Забавнее всего, что  от желающих
тайно настучать на ближнего при этом по-прежнему отбою нет, хоть незабвенные
времена тоталитаризма давно миновали.
     Да и в тоталитаризме ли тут дело?
     Может,  инженеры  человеческих  душ  несколько  перестарались,  излишне
привлекательно живописуя бытие сексотов?..
     На  самом  деле,  офицеры  Оперативно-поисковой службы  ничьих  тайн  в
доверительных  беседах  не  выведывают.  За  свое  скромное  государственное
жалованье они предоставляют достоверные сведения о деятельности человека, на
которого те же  сексоты, именуемые в работе все  же более профессионально  -
"агентами", - предоставляют сведения, скажем так, не всегда достоверные.
     Сколь  угодно бывает  случаев,  когда  "наружка"  работает  впустую, по
оговорам.
     Вот чего офицеры ОПС не делают, так  это не пишут в  сводках того, чего
бы  они  лично не видели или не  слышали.  Чужие побасенки  тут в  расчет не
принимаются. Так что многие граждане и не подозревают, какие наветы отведены
от их головушек ребятами из "наружки".
     А бывает иной раз, и сам гражданин захочет покуражиться перед соседями,
перед женой, а чаще перед любовницей, да и  брякнет что-нибудь эдакое  в его
разумении значительное, чего на деле и в помине нет.
     То  даст понять,  что причастен к  высоким шпионским материям и активно
торгует  государственной  тайной,  хоть  по  жизни  дальше  подсобки  своего
учреждения носу не кажет.
     То представится  эмиссаром Руслана Гелаева<Гелаев Руслан (Хамзат)  -
родился в 1964 г. в селе Комсомольское Урус-Мартановского р-на Чечни.
     Происходит из тейпа Гухой.
     В 1992-1993 гг.  участвовал в вооруженном конфликте в Абхазии в составе
сил КНК.
     1994 - командир Галашченского полка "ичкерийской армии".
     В 1995-1996 гг. - командующий юго-западным фронтом.
     14 декабря 1995 подчиненные ему силы заняли Урус-Мартан.
     В феврале-марте  1996 г. участвовал в обороне Бамута, руководил штурмом
Грозного 6-8 марта 1996.
     В 1996 г. Гелаев совершил хадж в Мекку и принял арабское имя Хамзат.
     С апреля 1997 года - вице-премьер Ичкерии, с января 1998 года - министр
обороны Ичкерии.
     14 июня 1999 года возглавил шариатскую гвардию.
     28  июля  1999   года  назначен   первым  вице-премьером  правительства
Масхадова (ему было поручено курировать силовые структуры).
     С  началом  второй  фазы  контртеррористической   операции  в  1999  г.
возглавил "северо-западный фронт обороны", потом юго-западный сектор обороны
Грозного, а затем стал руководителем обороны всего города.
     В марте 2000  г. оборонялся в селе Комсомольское,  где его  отряд понес
большие потери, затем сбежал  в Грузию.>,  в чьи обязанности  входит сбор
чеченского ополчения города Урюпинска.
     То два мешка муки обзовет грузом кокаина из  Венеции, влегкую спутав ее
с Венесуэлой.
     И весь  этот  хлам  надо анализировать  и  проверять, причем  проверять
незаметно.
     Граждане при этом возмущаются: органы бездействуют!
     А органы не бездействуют. Просто служба есть такая, невидимая.
     Но  объяснять все  это  решительной  и  немного резковатой в  суждениях
девушке  после  двух  месяцев  знакомства не  стоит, если хочешь  еще раз ее
увидеть.
     Андрюха Лехельт хотел, очень хотел.
     Поэтому, когда мама  открыла  двери и  собралась было  спросить, откуда
чужая куртка, он крепко обнял ее и поспешно поцеловал.



     Вечером он провожал Маринку к метро и  при каждом удобном случае крепко
прижимал к себе.
     - У тебя чудесная  мама!.. - шептала она, унимая его горячность.  - Она
тебя очень любит!
     - А ты?
     - Какой ты хитрый... Утро вечера мудренее...
     - Мама меня вырастила... душу вложила... Отец погиб... случайно...
     - Как погиб?
     -  Зарезали хулиганы на улице.  Он  вступился за  кого-то  - и  вот так
получилось... Ты маме понравилась.
     - Она тебе успела сказать?
     - Я и так вижу... Я поеду с тобой, ладно?
     - Как же ты вернешься? Ведь метро закроют!
     - Это уже следующий вопрос, как говорит мой шеф.
     И  они поехали, обнявшись,  в  метро, и  дальше пошли  темными улицами,
прижимаясь друг к другу.
     Здесь детский, беззащитный вид Лехельта сослужил ему дурную службу.
     На   изнурительных   тренировках   рукопашная   подготовка  сотрудников
отрабатывается непременно в сочетании с  умением молниеносно ориентироваться
в обстановке,  ощущать  ситуацию  и безошибочно выбирать правильное решение.
Учат не просто махать конечностями, но прежде всего думать и думать.
     Например, существует  следующее  упражнение:  группе  партнеров  дается
воистину  шекспировская  установка   -  "бить"  или  "не  бить".  Обучаемый,
сближаясь с партнерами, должен  в секунду определить установку и реагировать
соответственно. Группа может  быть и в  два, и  в десять  человек. Далеко не
всегда  побеждает  сила, хотя Морзик, например, чаще уповал в этом испытании
на свои пудовые маховики, чем на сенсуативные способности.
     Трое в темной одежде, трусцой поспешавшие к Андрею с Маринкой наперерез
улицы, однозначно имели установку "бить". Судя по движениям, оружия у них не
было. Нельзя сказать, что это  были  монстры "качалок": один был  поплотнее,
двое - пожиже, но все на голову выше Лехельта.
     - Ай!  -  взвизгнула  Маринка, когда  Андрей  всем телом втолкнул  ее в
парадное, по счастью оказавшееся рядом.
     Дверь, грохнув, захлопнулась, оставив ее в полной темноте.
     - Уф! - облегченно выдохнул Лехельт, круто оборачиваясь на месте.
     Теперь она ничего не могла увидеть, и руки у него были развязаны.
     В  парадное  он не полез:  с  его мизерным весом надо сохранять свободу
маневра, иначе задавят массой.
     Почему-то низенького противника всегда норовят двинуть ногой.
     Первый,  наскочив,  попытался  садануть  носком  высокого  шнурованного
ботинка Лехельту в живот, но выбил лишь филенку в двери.  Почти одновременно
второй  сбоку  ударил кулаком в  лицо. Рука  его  звонко щелкнула костяшками
пальцев о дерево, а  сам  он, напоровшись  всем  телом  на  встречный  тычок
согнутыми пальцами под челюсть, рухнул по инерции вперед, ударившись  лбом о
косяк. Еще тело его  ползло  вниз,  а  Лехельт уже получил сильнейший удар в
грудь: внезапно открывшийся из-за спины падавшего здоровяк не оплошал.
     Легкий Андрей полетел навзничь, прижав подбородок к груди, и заскользил
на спине по льду тротуара, задрав ноги, как на салазках.
     Дыхание сбилось.
     Справляясь с болью, проехав несколько метров,  он вскочил  классическим
подъемом-разгибом с тротуара прямо на ноги, в боевую стойку.
     Подошвы ботинок дружно стукнули об асфальт.
     Все события произошли буквально на три счета.
     Здоровяк не ожидал такой прыти, отпрянул назад.
     Повисла секундная пауза, наполненная лишь тяжелым фырчанием. У всех пар
густо валил из раскрытых ртов. Первый нападавший с трудом высвобождал ступню
из дыры в двери, второй лежал бесчувственно.
     Они шакалили, искали  легкой добычи,  это было ясно.  А тот, кто  может
уложить противника с одного удара, легкой добычей вряд ли станет. Взглянув в
горящие Андрюхины глаза под светлой челкой, толкнув ногой упавшего, здоровяк
молча потянул второго подельника за рукав.
     Наверное, можно было задержать их, но вот  инкриминировать  нападение с
целью грабежа вряд ли удалось бы.
     "Гоп-стоп!" шакалы не  кричали,  перьями<Перо - нож (жарг.).>  не
размахивали и в милиции наверняка заявили бы, что ошибочка вышла.
     Мол, хотели посмеяться над приятелем, да обознались.
     Перепутали.
     Тот тоже мелкий...
     Такова казуистика.
     А Лехельт не зря учился на юрфаке.
     Не  успели они  скрыться  в  подворотне  напротив, как  дверь парадного
распахнулась  и Маринка  с  боевым  криком выскочила  на  улицу, подняв  над
головой найденную  ею  под лестницей  ржавую  штыковую  лопату на  сломанной
ручке.
     - Тихо! Свои! - Андрей предупредительно поднял руки.
     Лицо ее вдруг исказилось ужасом, она опустила лопату.
     - Господи, что они с тобой сделали!
     Лехельт, дрогнув, поспешно ощупал голову и лицо.
     - Где?!
     - Нет, спина! Что у тебя со спиной?!
     Над левым плечом его возвышался,  выпирал из-под  куртки отвратительный
горб. Лехельт понял - и расхохотался.
     В  спецодежду  разведчика  встраиваются  разнообразные  приспособления,
позволяющие в несколько секунд изменить осанку, фигуру и походку человека до
неузнаваемости. Можно,  например,  быстро  подложить в  один ботинок толстую
войлочную  стельку  - и тотчас  совершенно естественно  захромаешь на другую
ногу.
     Можно, как Кира, применить резиновый животик.
     В куртку же,  прихваченную  напрокат  Андреем, был вмонтирован надувной
горб.  Пропущенный удар  в  грудь активировал устройство  накачки  и  сжатый
воздух  из маленького  баллончика мгновенно превратил  стройного гимнаста  и
фехтовальщика в русского Квазимодо.
     - Я тебе  потом объясню!  -  сказал  Андрей, нащупывая  вентиль,  чтобы
стравить газ и избавиться от  украшения. -  Это  такая  куртка, с приколами!
Взял для смеха у приятеля - и забыл тебе рассказать!
     Казус с горбом ненадолго отвлек их. Испуг пришел позже,  когда они, уже
в безопасности, подходили к Маринкиному дому.  Андрей  почувствовал, как она
поежилась под его ладонью, плечи затряслись.
     - Как ты их прогнал?
     - Это не я. Ребята помогли.
     - Какие ребята?
     - Не знаю... Шли какие-то, человек пять. Эти и убежали.
     - Ты хоть фамилии спросил? - Марина задала весьма дурацкий вопрос.
     - Ты думаешь - они сказали бы?! - изумился Лехельт.
     -  Да  не  у тех  придурков! У  ребят, что тебя  выручили! Надо  же  их
поблагодарить! Ну, или в газету написать..., - прозвучало не менее идиотское
предложение.
     - Не догадался! - фыркнул Андрей.
     - Эх, ты!..
     Бывают ситуации, когда не хочется быть невидимкой.
     Через некоторое время она спросила:
     - Скажи... А твой папа был такой же, как ты? Ну, в смысле... Вы похожи?
     Лехельт понял.
     - Да. Он был такой же маленький, как я.
     После этого  шли молча. В проходе между домами  было темно,  хоть  глаз
выколи. Лехельт машинально достал из кармана маленький фонарик.
     - Почему  у тебя все  всегда  с  собой?  - спросила Маринка сердито.  -
Фонарик, ножик,  бинт... Веревочки какие-то... Ты будто в турпоход идешь  по
городу.
     Андрей  вздохнул.  Он  устал  на  сегодня от объяснений.  Все эти  вещи
входили в обязательную экипировку разведчика, он  за три  года привык к ним,
как к наручным часам, и таскал с собой даже без надобности.
     Расстались холодно.
     Она даже не спросила, как он доберется домой.
     Он вышел на пустынную улицу меж домами, глубоко вдохнул. Грудь еще ныла
от удара.
     Сам виноват, не зевай.
     Лехельт  по  мобильнику  позвонил  на  "кукушку" и  спросил  у  Виктора
Петровича,  нет  ли  экипажа  -  подбросить  его с  Поэтического бульвара на
Лиговский. Слышно было, как Завалишин запрашивает группы по громкой.
     -  Наших нет, я  сейчас свяжусь  с соседями. -  ответил он. - Перезвони
через пять минут. Ты в порядке?
     - В порядке. - вздохнув, ответил разведчик Лехельт.
     - В полном порядке? - настойчиво поинтересовался начальник отдела.
     - В полном. Мне домой не на чем добраться. На мою  зарплату на такси не
разъездишься.
     - Когда-то можно было, - буркнул Завалишин.
     В седьмом отделе нашелся сменный наряд, шедший от Выборга.
     Ребята  не  поленились сделать крюк. В обоих  машинах было тесно: кроме
разведчиков ехал опер, разрабатывающий операцию.
     Лишнего  не  болтали, но настроение было хорошее -  значит, все  путем.
Лехельт, расслабившись в тепле среди своих,  припомнил  сегодняшний прокол у
калитки рынка - и совсем повесил нос.
     Но вскоре задремал.



     Трое  мужчин  гуськом, в  полной темноте  упрямо взбирались  на вершину
пологой, но длинной  сопки предгорий в окрестностях Моздока. Они начали свой
путь от дороги, едва стемнело, и торопились, чтобы вернуться до рассвета. На
них были просторные, воняющие бараньим  жиром  пастушьи бурки, на  головах -
поношенные косматые папахи, на ногах -  латанные-перелатанные яловые сапоги,
помнящие, по всей видимости, еще Первую мировую войну. Один  из мужчин тащил
на  плече  продолговатый  предмет в  мешковине,  к  пастушьему делу  явно не
относящийся.
     Когда  он  оступился  и  едва  не  уронил  предмет,  двое   других,  не
сговариваясь, кинулись и подхватили груз.
     -  Э! - сердито сказал один.  - Она  стоит  больше,  чем весь твой аул!
Смотри, куда ходишь!
     Горы  вокруг  были погружены  во  тьму,  но небо над сопкой  освещалось
заревом прожекторов.
     Ревели на рулежке далекие реактивные движки Су-25<Су-25 - штурмовик,
выпускался серийно с 1981 по 1991 гг.
     Максимальная скорость  -  970 км/ч, крейсерская  скорость  -  850 км/ч.
Практический потолок - 7 000 м. Дальность действия - 650 км.
     Экипаж - 1 чел.
     Нормальная взлетная масса - 14 500 кг, максимальная боевая нагрузка - 4
340 кг. Габариты самолета, в метрах:  размах крыльев  - 14, 36; длина  - 15,
53; высота - 4, 8. Двигатели ТРД Р-195.
     В состав бортового оборудования  Су-25 входят лазерная станция подсвета
и    дальнометрирования    "Клен-ПС",    стрелково-бомбардировочный   прицел
АСП-17БЦ-8,  система  предупреждения  о  радиолокационном  облучении СПО-15,
устройства выброса дипольных отражателей и ИК-патронов (256 шт.).
     Вооружение штурмовика размещается на 10 внешних точках подвески: восемь
точек,   рассчитанных  на  нагрузку  до  500  кг   для  ракетно-бомбового  и
артиллерийского   оружия,  и  две  точки  для  оборонительных  ракет  класса
"воздух-воздух"  малой  дальности  типа  Р-60. В  состав  вооружения  входят
управляемые   ракеты  класса  "воздух-поверхность"  с  лазерными   головками
самонаведения Х-25МЛ,  Х-29Л  и С-25Л; неуправляемые  авиационные ракеты С-5
(калибр 57 мм),  С-8 (кал. 80  мм), С-24 (кал. 240 мм) и С-25 (кал. 340 мм);
подвижные пушечные  установки СППУ-22  с пушками  ГШ-23Л и  боезапасом в 260
выстрелов.  На  самолете также  установлена неподвижная  двуствольная  пушка
ГШ-30 (кал. 30 мм, боезапас 250 снарядов).> и МиГов-29[7]<[7] МиГ-29 -
фронтовой истребитель, принятый на вооружение в 1982 г.
     Максимальная скорость на высоте 10 км - 2450 км/ч, крейсерская скорость
- 1250  км/ч. Практический потолок -  18 000 м. Дальность действия - 600-650
км.
     Экипаж - 1 чел.
     Нормальная взлетная масса - 15 300 кг, максимальная боевая нагрузка - 3
000 кг. Габариты самолета в метрах: размах крыльев - 11, 36; длина - 17, 32;
высота - 4, 73. Двигатели ТРДДФ РД-33.
     МиГ-29   оснащен   радиолокационным   прицельным  комплексом   РЛПК-29,
включающим  в  себя  импульсно-доплеровскую  РЛС  ПО-93 и  БЦВМ  Ц100.02-06,
оптико-электронным  прицельно-навигационным  комплексом ОЭПРНК-29,  системой
автоматического  управления  САУ-451-04,  РЛС  защиты хвоста  "Экран-03МЭ" и
двумя блоками выброса пассивных помех БВП-30-26М с 60 патронами.
     Вооружение  состоит из пушки ГШ-301 (калибр 30 мм,  боекомплект  -  150
снарядов); 2 управляемых ракет Р-27Р(Т); до 6 УР малой дальности Р-73 или УР
ближнего боя Р-60М;  неуправляемых ракет  С-8 кал. 80 мм в количестве 40 или
80 шт.; УР  С-24Б  (2 или 4 шт.); бомб  массой 250 и 500 кг на четырех узлах
внешней  подвески.>, курлыкали винты  Ми-8[8]<[8] Ми-8  - многоцелевой
вертолет.
     Схема одновинтовая,  с  пятилопастным  трехшарнирным несущим  винтом  и
трехлопастным рулевым.
     Шасси  трехопорное, неубирающееся,  кабина  экипажа бронированная,  два
турбовальных двигателя ТВ-12-117А по 1 500 л/с.
     Экипаж - 3 чел.
     Скорость  максимальная - 250 км/ч, крейсерская - 225  км/ч. Потолок - 4
500  м, перегоночная дальность - 690 км. Нормальная взлетная масса -  11 100
кг, максимальная полезная нагрузка -  4 000 кг. Ми-8 может перевозить  до 24
десантников или  12 раненных. >  и Ми-24 [9]<[9]  Ми-24 (на  жаргоне -
"крокодил" или "Гена") - транспортно-боевой вертолет.
     Может быть вооружен одноствольным  пулеметом А-12, 7; или подфюзеляжной
четырехствольной  пулеметной  установкой  УСПУ-24;  или  пушкой  ГШ-30;  или
спаренной пушкой ГШ-23 в подвижной носовой установке.
     Ракетное  вооружение: до  12 сверхзвуковых ПТУР 9К113/9М114 "Штурм"; УР
ближнего   воздушного  боя  Р-60;  блоки   ракет   С-5,  С-8;  контейнеры  с
гранатометами АГС. Ми-24 способен также нести до 1 500 кг бомб.
     Экипаж - 3 чел.
     Скорость   максимальная  -  330  км/ч,  крейсерская  -  217-270   км/ч,
динамический  потолок  - 5 000 м,  нормальная  взлетная  масса - 8  200  кг,
максимальная боевая нагрузка -  2 500 кг. Двигатели - ТВД ТВЗ-117, 2 шт., по
2 200 л/с.>. С  вершины сопки открылся вид на долину,  по  склонам вокруг
которой  мигали  огоньки  поселка, а  на  равнинной части широко раскинулись
подсветки взлетных полос аэродрома.
     Сделали привал, осмотрелись.
     - Дальше пойдешь один. - сказал тот, что ругался.
     Несший груз молча кивнул.
     - Как он узнает, куда идти? - спросил третий путник.
     Первый молча показал рукой вниз по склону.
     Там в полной темноте горел маленьким желтым пятнышком луч фонарика.
     - Никто больше не увидит? - забеспокоился тот, что спрашивал.
     - Арби  в шайтан-трубу  светит!  - отозвался  несший груз.  - Никуда не
видно, только сюда!
     По голосу было ясно, что это подросток, почти ребенок.
     Шайтан-трубой  он назвал гранатомет.  Где-то  внизу залегший меж  кочек
Арби сунул  фонарь  в  использованный  пластмассовый ствол "Аглени<РПГ-26
"Аглень"  - гранатомет  одноразового  применения  калибра 72,  5  мм.  Длина
пусковой "трубы" - 770 мм.>", чтобы свет был виден лишь в узком секторе с
вершины сопки.
     -  Слушай! -  начал  последний инструктаж тот, что был за  главного.  -
Пойдешь прямо туда и не будешь терять свет. Ты спрячешься там, где Арби тебе
покажет.   Ночью,  утром  и  днем  ты  не  будешь  выглядывать,  что  бы  ни
происходило,  хоть  сам  пророк Мухаммед  явится  в  Моздок. Вертолеты будут
летать  над  тобой,  будут  все  смотреть...  Не  подведи  нас.