и столь приятной и короткой, Как ночь в Британии. Ваш перстень - мой. Постум Не поддается камень. Якимо Вовсе нет; Податлива супруга ваша. Постум В шутку Ваш проигрыш не обращайте. Больше Не должно нам друзьями быть. Якимо Нет, должно, Коль соблюдете вы условье. Если б 50 Я не спознался с дамой вашей, нам Пришлось бы драться; но я заявляю, Что я и честью овладел ее И вашим перстнем, ни ее, ни вас Не оскорбивши тем, но сделав это С согласья вас обоих. Постум Если вы Докажете, что ею насладились, - Дам руку вам и перстень; если ж нет, То каша клевета лишит мой меч Иль ваш - хозяина иль даст их оба 60 Тому, кто их найдет. {*} {* То есть: или вы или оба падем, и наши мечи достанутся тому, кто их найдет.} Якимо Рассказ мой, точный И близкий к правде, убедить вас должен; Его я клятвой подкрепить могу, Хотя не сомневаюсь, что меня Вы от нее избавите, сочтя Ее излишней. Постум Продолжайте. Якимо В спальне, Где, признаюсь, не спал я (да и было Из-за чего не спать мне), на обоях Из шелка с серебром изображен Рассказ о встрече гордой Клеопатры 70 С Антонием; там Кидн вздымает волны, От гордости ль, под тяжестью ль судов... В картине этой роскошь с мастерством Поспорить могут; изумился я Работе столь искусной, точной, словно То жизнь сама была... Постум Да, это верно, И это от меня могли вы слышать Иль от кого другого. Якимо То, что знаю, Подробностями подкреплю. Постум Отлично, Иль честь вы потеряете. Якимо На южной 80 Стене - камин, купальщицей-Дианой Украшенный; не видывал фигур я Столь выразительных; ваятель в ней Природу превзошел и не дал только Движенья и дыханья. Постум Эту вещь Могли вы также по рассказам знать: О ней толкуют много. Якимо Потолок Украшен ангелами золотыми... Чуть не забыл решетку, {*} - купидонов {* Он описывает решетку камина.} Из серебра, опершихся на факел 90 И стоя дремлющих. Постум Вот честь ее! - Пусть это все вы видели, - хвала Лишь вашей памяти, но описанье Того, что в спальне у нее, заклада Вам не спасет. Якимо (показывая браслет) Коль можете, бледнейте. Я покажу вам драгоценность: вот! И спрячу вновь. Ее с алмазом вашим Соединю, - они мои. Постум Юпитер! Еще раз дайте посмотреть мне: тот ли, Который я оставил ей? Якимо Тот самый. 100 Спасибо ей: с руки его сняла; Само ее движенье было даром И дар умножило; отдав, сказала, Что он ей дорог был. Постум Его, быть может, Сняла, чтоб мне послать? Якимо Она так пишет? Постум О нет, нет, нет! Вы правы. Вот, возьмите. (Отдает перстень.) То - василиск: одним своим лишь видом Меня он убивает. Нет там чести, Где красота; где видимость - нет правды, И нет любви, где есть другой мужчина. 110 Обеты женщин так же ненадежны, Как добродетель их: они - ничто. О, ложь превыше меры! Филарио Успокойся. Возьми кольцо: не выигран заклад. Быть может, был браслет потерян, или, Подкупленная им, одна из женщин Его украла. Постум Это верно. Он так ему, надеюсь, и достался. Представьте мне телесную примету Вернее этой: выкрадена эта! 120 Якимо Клянусь, я взял его с ее руки. Постум Вы слышите? Клянется он! То правда. - Держите перстень. - Правда. Я уверен, Браслет потерян не был; неподкупны, Верны ей слуги. Их подбить на кражу! И чужеземцу! Нет, владел он ею. Вот доказательство ее распутства: Такой ценой купила имя твари. - Возьми барыш, и пусть все духи ада Его с тобой поделят! Филарио Успокойся. 130 Все это недостаточно, чтоб быть Вполне уверенным. Постум О чем толкуешь? Владел он ею! Якимо Если вы хотите Сильнейших доказательств, то под грудью Достойной ласк, есть родинка, что вправе Гордиться восхитительным местечком. Клянусь, я целовал ее - и голод Вновь возбудил в себе, хоть сыт был. Это Пятно вы помните? Постум Да, и другое Пятно им утверждается; его 140 Вместит лишь ад! Якимо Хотите слушать дальше? Постум Оставьте арифметику. Без счетов! Раз и мильон - одно! Якимо Клянусь... Постум Без клятв! В противном же поклявшись, вы солжете. Убью, коль станешь отрицать, что мне Рога наставил ты. Якимо Не отрицаю. Постум Будь здесь она, я б растерзал ее! Туда отправлюсь; там исполню это Перед ее отцом. [Уходит. Филарио Он совершенно Собою не владеет! Перстень - ваш. 150 Идем за ним, чтоб ярости своей Не обратил он на себя. Якимо Охотно. [Уходят. СЦЕНА 5 Другая комната в доме Филарио. Входит Постум. Постум Ужель без соучастья женщин людям Нельзя родиться? Все мы незаконны. И тот почтенный муж, кого я звал Своим отцом, бог весть где был в то время, Когда я был оттиснут; я чеканен Монетчиком Фальшивым, хоть Дианой Тогда казалась мать моя, как позже Казалась мне жена. О мщенье, мщенье! От ласк моих законных отстранялась, Просила воздержанья от меня; 10 И розовой стыдливостью могла бы Воспламенить Сатурна: так чиста Казалась мне, как снег, не знавший солнца. О духи зла! Якимо смуглый в час (Иль в миг единый?), не промолвив слова, Как желудей наевшийся кабан, Воскликнул: "О!" - и овладел. Препятствий Не встретил; разве лишь о том подумал, Что должен был их встретить. Если б мог я Все женское {*} искоренить в себе! 20 {* Те черты и свойства, которые он унаследовал от матери.} Наклонности к пороку нет в мужчине; От женщины она, - я утверждаю. Ложь от нее; лесть от нее, обман; Ее - распутство, мстительность и похоть, Тщеславье, невоздержанность, суровость, Капризы, клевета, непостоянство И все грехи, известные в аду, - Отчасти иль вполне ее. Вполне! Ведь и в самом пороке Они непостоянны и меняют 30 Один, минутный, на другой, мгновенный. Я буду против них писать, громить их; Но ненависть воздаст им большим злом, Молясь, чтоб волю дали им во всем. {*} {* Наибольшее зло причинит себе сама женщина, если только предоставить ей полную свободу действий.} Их дьяволы сильнее не накажут. [Уходит. АКТ III СЦЕНА 1 Британия. Парадная зала во дворце Цимбелина. Входят, с большой торжественностью, с одной стороны Цимбелин, Королева, Клотен и вельможи; с другой - Кай Люций со свитой. Цимбелин Чего от нас желает Август цезарь? Люций Когда Кай Юлий Цезарь, о котором Воспоминанье живо и вовеки На языках пребудет и в ушах, Поработил Британию, - твой дядя, Кассивеллаун, от Цезаря хвалы Своими подвигами заслуживший, В уплате каждый год им и потомством Трех тысяч фунтов Риму обязался, Ты ж прекратил ее. Королева Навек, чтоб больше 10 Вы не дивились. {*} {* Чтобы вы не удивлялись задержке в выплате дани.} Клотен Цезарей-то много, Да Юлий будет ли другой? Британия Сама ведь целый мир. И мы платить Не станем за свои носы. Королева Удача, Которая вам верх дала над нами, К нам возвратится. Вспомните о предках, Мой государь, об острове своем, Природой укрепленном, что стоит, Как парк Нептуна, окружен и замкнут Крутыми скалами, ревущим морем, 20 Песками, поглощающими все Суда врагов до стеньг их. Что-то вроде Победы Цезарь одержал здесь, только Не здесь "пришел, увидел, победил": Он со стыдом, испытанным впервые, Был дважды отнесен от берегов; Его суда - игрушки в грозном море, Носимые волнами, как скорлупки, - Раскалывались в скалах. Ободренный, Кассивеллаун - о ветреное счастье! - 30 У Цезаря чуть не исторгнув меч, Огнями город Люда {*} озарил - {* Город Люда (Lud) - старинное название Лондона.} И бритты возгордились. Клотен Не будет вам больше дани, вот и все: наше королевство теперь сильнее, чем было в те времена; и, как я сказал, больше нет таких цезарей; и у других могут быть носы крючком, {Намек на орлиный нос Юлия Цезаря.} но чтобы руки не были как крюки, такого нет ни одного. Цимбелин Сын, матери дай кончить. Клотен Многие из нас могут так же крепко постоять за себя, как Кассивеллаун; я не говорю, что я один из них, но у меня есть кулаки. Что за дань? Зачем мы будем платить ее? Вот если цезарь может закрыть от нас одеялом солнце или 40 спрятать месяц в карман, мы будем платить ему дань за свет; а иначе, сэр, дани больше не будет: коротко и ясно. Цимбелин Ты должен знать: Пока у нас не вырвал дани Рим, Свободны были мы; но цезарь, в честолюбье, Разросшемся настолько, что грозило Раздвинуть грани мира, возложил На нас ярмо без всякого предлога, 50 Которое воинственный народ наш Обязан сбросить. Клотен и вельможи Так! Цимбелин Пусть знает цезарь: Мульмуций нашим предком был, который Дал нам законы, цезаря мечом Изрубленные; их восстановленье Должно быть добрым делом нашей власти, Хотя бы Рим и гневался. Мульмуций, Законы давший нам, из бриттов первый Свое чело короной увенчал И королем назвался. Люций Огорчен я, 60 Что должен быть объявлен Август цезарь, - Тот, у кого царей подвластных больше, Чем у тебя вельмож, - твоим врагом. От имени его войну и гибель Тебе я объявляю; перед гневом Его не устоишь ты. За себя же Благодарю. {*} {* Люций благодарит Цимбелина за хороший прием, оказанный ему.} Цимбелин Привет тебе, Кай Люций! Твой цезарь сделал воином меня: Я в юности служил ему; снискал Честь у него. Ее отнять он хочет; 70 Но буду до конца за честь стоять. Паннонцы и далматы защищают Свои права оружьем; если бритты С них не возьмут пример, в них кровь остыла. Не то увидит цезарь. Люций Бой покажет. Клотен Его величество приветствует вас. Погостите у нас денек-другой или подольше; а если потом вы явитесь к нам с другими целями, то найдете нас затянутыми в пояс из соленой воды. Если вы нас выбьете из него, то он ваш; а если падете в этом рискованном предприятии, наши вороны полакомятся вами; тем дело и кончится. 80 Люций Отлично, принц. Цимбелин Мысль цезаря я знаю, он - мою. Засим - желаю счастья! [Уходят. СЦЕНА 2 Другая комната во дворце. Входит Пизанио с письмом. Пизанио Прелюбодейство? Что ж злодей не назван, Ее оклеветавший? Господин мой! Какой заразой поражен твой слух? И что за лживый итальянец с ядом В руках и в языке твоим вниманьем Так завладел? Неверность! Нет, за верность Она теперь скорее как богиня, Чем как жена, страдает, там тверда, Где честь другой сдалась бы. Господин мой, Душой ты ниже стал ее, как прежде 10 Рожденьем был. Чтоб я убил ее - Во имя клятвы верности и долга, Что мной дана! Мне - кровь ее пролить? Коль это ты зовешь хорошей службой, Пусть я слугой хорошим не считаюсь. Иль я кажусь таким бесчеловечным, Как это злодеянье? (Читает) "Сделай это. По моему письму к тому даст случай Она сама". Проклятое письмо! Чернее ты чернил своих! Лоскут, 20 Ты соучастник злодеянья, с виду ж Сама невинность ты. {*} - Но вот она! {* Намек на белый цвет бумаги, символизирующий невинность.} Прикинусь, будто ничего не знаю. Входит Имогена. Имогена Ну что, Пизанио? Пизанио Мой господин прислал письмо, принцесса. Имогена Твой господин? Мой господин он, Постум. Лишь истинно ученый звездочет Так звезды знает, как я почерк мужа. Грядущее ему открыто. Боги! Пусть говорит письмо, дыша любовью, 30 О том, что он здоров, доволен, только Не тем, что врозь мы (пусть о том скорбит; Целительна иная скорбь, и эта - Полезна для любви), что всем доволен, Но лишь не этим! Милый воск, позволь Мне удалить тебя. Примите, пчелы, Благословенье за замки для тайн! {*} {* Восковые печати одинаково скрепляют как денежные обязательства (приводящие должников к тюрьме), так и любовные послания.} Любовник и должник различно молят. Виновных вы ввергаете в тюрьму, Таблички Купидона замыкая. - Весть добрую пошлите, боги, мне! (Читает) "Суд и гнев твоего отца, если бы он захватил меня в своих владениях, не 40 могут, о самое дорогое из всех существ, так жестоко поразить меня, чтобы ты не оживила меня своим взором. Знай, что я сейчас нахожусь в Камбрии, в Мильфордской гавани. Следуй совету, который подаст тебе любовь при этом известии. Желая тебе всевозможного счастья, остаюсь верный своим обетам, с возрастающей любовью к тебе Леонат Постум". Где, конь крылатый? Слышишь ты, Пизанио? Он в МильФорде! Скажи, далеко ль это? Коль тащатся из-за ничтожных дел Туда неделю, то нельзя ли мне 50 Домчаться в сутки? Верный мой Пизанио, Как я, ты жаждешь увидать его; Ты жаждешь, - нет, не так, как я, но жаждешь; Хоть в меньшей мере; о, не так, как я: Я сверх сверхмерного... Скажи мне сразу (Любви наперсник должен слух наполнить, Чтоб захлебнулся он), - скажи, далек ли Благословенный Мильфорд тот? И кстати, Как посчастливилось владеть Уэльсу Такою гаванью? Но прежде вот что: 60 Как нам отсюда ускользнуть и чем Отлучку эту нашу объяснить? Но прежде - как нам выбраться отсюда? К чему нам объяснять, что не свершилось? Мы после это сделаем. Прошу, Скажи мне, сколько можем сделать Десятков миль за час мы? Пизанио И десятка Довольно за день с вас. - (В сторону) И слишком даже. Имогена И едущий на казнь не так бы мешкал. Я слышала о скачках на призы, 70 Где лошади быстрее, чем песчинки В часах, летят. Но глупости все это! Скажи Елене, чтобы отпросилась К отцу, больной сказавшись. И достань мне Наряд дорожный, годный по цене Для фермерши. Пизанио Подумайте, принцесса... Имогена Вперед гляжу я, не по сторонам, Не на последствия: там ничего Не различить мне сквозь туман. Ступай же, Прошу тебя, исполни мой приказ: 80 Лишь в Мильфорд путь доступен мне сейчас. [Уходят. СЦЕНА 3 Уэльс. Гористая местность с пещерой. Выходит из пещеры Беларий; за ним Гвидерий и Арвираг. Беларий День так хорош не для того, чтоб дома Под низкой кровлей нам сидеть. Нагнитесь. Дверь эта учит вас с молитвой утром Склоняться перед небом. Дверь монархов Столь высока, что великан в нее Пройдет, не сняв чалмы своей неверной Пред солнцем утренним. - Привет, о небо! Живя в скале, почтительней к тебе мы Живущих во дворцах. Гвидерий Привет! Арвираг Привет! 10 Беларий Теперь - на лов! На этот холм взнесут Вас ноги молодые; я ж в долине Останусь тут. Заметьте же, когда я Вам покажусь не более вороны, Как место умаляет иль растит, И вспомните тогда мои рассказы Про двор, превратности войны, монархов. Там служба только признанная - служба, Сама же по себе - ничто; то зная, Мы пользу извлекаем из всего И часто, утешаясь, замечаем, Что жук надкрыльем защищен надежней, 20 Чем крыльями - орел. О, наша жизнь Достойней службы ради униженья, Роскошнее ничтожного безделья, Шуршанья неоплаченных шелков. Пред ними шапку давший их ломает, А счет растет. {*} Нет жизни лучше нашей! {* Торговец, отпустивший в кредит шелк на платье придворному, низко кланяется ему.} Гвидерий В вас опыт говорит. А мы, птенцы, Не отлетали от гнезда: не знаем, Что там за воздух. Наша жизнь всех лучше, Коль лучшее - покой; милее вам, 30 Познавшему жизнь худшую; подходит Летам преклонным; но для нас то - келья Неведения, странствие в постели, Тюрьма, границ которой преступить Должник не смеет. Арвираг Ваших лет достигнув, О чем мы будем говорить? И, слыша, Как дождь и ветер хлещут мрак декабрьский, Как станем мы в пещере коротать Студеный вечер? Ничего не видев, Мы - словно звери: как лиса, хитры; 40 Как волк, отважны ради пищи. Травля Бегущих - наша доблесть. Хоры {*} сделав {* Церковные "хоры", где поют певчие.} Из клетки, словно птицы, мы свободно Неволю воспеваем. Беларий Что за речи! Когда б вы знали городов корысть, Искусство жизни при дворе, которым Владеть не легче, чем его утратить! Возвыситься там - верное паденье; Там скользко так, что все упасть страшатся. А тягости войны, где ради славы 50 Опасности все ищут и, погибнув, Позорное надгробие находят На память о заслугах; где нередко Зло за добро приемлют и, что хуже, Перед хулой склоняются!.. О дети, Все это свет во мне прочтет. Отмечен Мечами римскими, я был славнейшим Из славных; Цимбелин меня любил, И, если речь о воине шла, имя Мое произносилось. Я, как древо, 60 Плодами отягчен был. В ночь одну Вор или вихрь, - зовите, как хотите, - Сорвал плоды с меня, - нет, листья, бросив Нагим под бурей. Гвидерий Как неверно счастье! Беларий Моя вина, как я вам говорил, Лишь в том, что два мерзавца Цимбелину, Честь одолев мою своею ложью, Поклялись, будто я в союзе с Римом. Я изгнан был, и вот уж двадцать лет, Как эти скалы мир мне заменили; 70 Здесь на свободе я живу и небу Плачу благоговенья долг усердней, Чем в прежней жизни. Но вперед, на горы! То речи не охотничьи. Кто первым Подстрелит дичь - на пире будет главным; Ему служить должны другие двое. Готовый во дворцах к услугам яд Не страшен нам. Мы встретимся в долине. [Уходят Гвидерий и Арбираг. Как трудно скрыть природы искры нам! Что их отец - король, они не знают. 80 Не снится и ему, что дети живы. Отцом меня считают и, хоть гнутся В пещере низкой, мыслями парят Под кровлями дворцов, и учит их Во всем по-царски поступать природа, Искусство превзойдя. Вот Полидор, Наследник Цимбелина и Британии, Которого Гвидерием назвал он. Когда начну, присев на стул трехногий, Рассказы я о подвигах военных, 90 Он в них живет. Скажу ль: "Так пал мой враг; Так придавил ногой ему я шею", - В лицо ему кровь царственная хлынет, Пот выступит, и, напряжен, движеньем Мои слова передает он. Кадвал (Когда-то - Арвираг) моим речам Жизнь придает и выражает в жестах То, что он чувствует. - Чу! Дичь спугнули! - О Цимбелин! Лишь я да небо знаем, Что без вины я изгнан, и за это 100 Твоих детей я выкрал, чтоб потомства Тебя лишить, как ты меня лишил Моих земель. Ты, Еврифила, Их выкормила: матерью тебя Они считают, чтут твою могилу. А я, Беларий, Морганом зовусь: Я за отца им. - Травля началась! [Уходит. СЦЕНА 4 Местность близ Мильфорда. Входят Пизанио и Имогена. Имогена Когда с коней сошли мы, ты сказал, Что цель близка. Так не стремилась видеть Меня впервые мать, как я его. Пизанио! Где Постум? Что ты смотришь Так пристально? Зачем глубокий вздох твой Из сердца рвется? Если б нарисован Таким был кто-нибудь, изображал бы Смятенье он собой. Придай себе Вид менее ужасный, чтоб безумье Не одолело чувств моих. В чем дело? 10 Зачем протягиваешь мне письмо Столь тягостно? Коль вешние в нем вести, Так улыбнись; коль зимние, - тогда Свой облик сохрани. - Рука супруга! Италия его перехитрила: Отравлен он, в беде. - Скажи: язык твой Смягчит удар жестокий и, при чтенье, Смертельный для меня. Пизанио Прошу, прочтите - И вы увидите, как я, несчастный, 20 Судьбой обижен тяжко. Имогена (читает) "Твоя госпожа, Пизанио, как потаскушка, опозорила мое ложе: доказательства этого заставляют обливаться кровью мое сердце. Я говорю не о слабых подозрениях, но об улике столь же тяжкой как мое горе, и столь же верной, как замышляемое мною мщение Ты должен исполнить его, Пизанио, за меня, если твоя верность поколебалась от ее вероломства. Пусть собственные твои руки лишат ее жизни: я доставлю тебе к этому случай в Мильфордской гавани. Для этой дели она получит от меня письмо. Если ты побоишься нанести удар и удостоверить меня в том, что он нанесен, ты сводник в ее бесчестье и неверен мне, как она". Пизанио К чему мне меч свой обнажать? Письмо 30 Уж грудь пронзило ей: нет, - клевета, Чье лезвие острей меча, чье жало Змей нильских ядовитей, чье дыханье На быстрых вихрях мчится и пятнает Все части света, королев, царей, Дев и матрон! Ока под сень гробницы Гадюкой проникает! - Что, принцесса? Имогена Я - неверна! Что значит быть неверной? Лежать без сна и размышлять о нем? Часами плакать? Если ж одолеет 40 Природу сон, прервать его кошмаром И плакать, пробудясь? Неверность - в этом? Пизанио Увы, принцесса!.. Имогена Я - неверна! Где совесть тут? Якимо, Его в распутстве обвиняя, ты Казался подлецом; теперь скажу я, Не так уж плох ты. Римскою сорокой, Чья мать - румяна, {*} обольщен был он. {* Римская "сорока" (jay, что значит также женщина легкого поведеия) - создание румян.} Я ж устарела; платье не по моде; Но дорога, - на стенку не повесишь, {*} - 50 {* Наследная принцесса в качестве жены более обременительна, чем простая женщина, которую можно без стеснения бросить.} Так резать надо, так кромсать меня! Мужские клятвы предают нас, женщин! Добра обличье обернулось злом Через твою, о мой супруг, измену; Не там возникнув, где живет, для женщин Оно - приманка. Пизанио Слушайте, принцесса!.. Имогена Как честных, что в речах уподоблялись Лжецу Энею, {*} за лжецов считали; {* Эней, поклявшись в верной любви карфагенской царице Дидоне затем бросил ее.} Как плач Синона святость слез позорил 60 И от несчастья жалость отнимал, {*} - {* Грек Синон, притворившись обиженным своими соотечественниками, явился к троянцам и, разжалобив их, предал Трою. Плач коварно предателя лишает доверия слезы честных людей.} Так, Постум, ты всех чистых опорочил; Добро и благородство стали ложью Через проступок твой. - Друг, будь же честен! Приказ исполни Постума; при встрече ж Ему мою покорность помяни. Смотри, я вышла твой меч: рази Любви безгрешную обитель, сердце; Не бойся, пусто в нем, одна лишь скорбь; Нет в нем того, кто был его богатством. 70 Исполни повеление, рази! Ты мог бы в лучшем деле быть храбрей, А здесь ты - трус. Пизанио [бросая меч] Прочь, подлое орудье! Рук не скверни мне. Имогена Умереть мне должно; И коль не от твоих умру я рук, - Плохой слуга ты. На самоубийство Запрет столь строгий боги наложили, Что руки опускаются. Вот сердце. Что здесь на нем? Прочь! Не хотим защиты: Покорны, как ножны, мы с ним. Что это? Писанья преданного Леоната, - Не ересью ли ставшие? Прочь, прочь, 80 Растлившие мне веру! Не должны Мне сердце прикрывать вы. Дурачки Так верят лжеучителю. Страдает Обманутый, но в худшем положенье Находится предатель. - О Постум, ты, заставивший меня Ослушаться отца и государя И пренебречь искательствами принцев, Отныне должен убедиться в том, Что это не обычный был поступок, 90 Но редкая черта. Мне грустно думать, Как будешь ты, пресытившийся той, Которой тешишься сейчас, терзаться Воспоминаньем обо мне. - Скорей! Ягненок молит мясника. Где нож твой? Ты слишком медлишь выполнить приказ, Как и мое желанье. Пизанио О принцесса, С тех пор как дан приказ мне, я не мог Уснуть на миг. Имогена Исполни и засни. Пизанио От бденья пусть ослепну я. Имогена Зачем же 100 За это взялся ты? К чему обманом За столько миль завез меня сюда? К чему мои усилья и твои? Коней усталость? И твоя задержка? Встревоженный моей отлучкой двор, Куда я не вернусь? К чему зашел ты Так далеко, чтоб лук отбросить свой, Настигнув лань? Пизанио Чтоб выиграть лишь время, Не потеряв его на злое дело. Тем временем я план придумал. Слушать 110 Прошу вас терпеливо. Имогена Говори. Блудницей названа я; глубже раны Нельзя мне нанести, как и измерить Ее нельзя. Но говори. Пизанио Итак, Назад вы не вернетесь. Имогена Вероятно; Ведь ты убьешь меня. Пизанио Не потому. Но если б я был так же мудр, как честен, Мой план привел бы к счастью. Ведь возможно, Что господин мой был обманут, Что некий плут, искусный в этом деле, 120 Вам причинил обоим это зло. Имогена Иль римская распутница. Пизанио О, нет! Я извещу его, что вы убиты, И отошлю кровавую улику; Таков приказ. Вас при дворе не будет, Чем все и подтвердится. Имогена Как, мой друг? Что ж буду делать я? Где жить? И как?