аж посторонился, выпуская узников из каморки, - только чтоб одна нога тут - другая там! Его Высочества страсть как ждать не любят, - с этими словами страж равнодушно отвернулся от них и побрел куда-то в город, волоча по камням свой меч. Юля стояла, зажмурившись от дневного света, и с удовольствием вдыхала такой свежий после затхлой каморки воздух. Кто-то потянул ее за рукав. Она вздрогнула и открыла глаза. Дядя Пихто прикладывал палец к губам и показывал ей жестами, что надо брать ноги в руки и давать ходу. Юля не заставила себя уговаривать. Через мгновение они уже неслись со всех ног от ратуши. Несколько поворотов, испуганные лица, мелькнувшие в темных окнах - и наши герои вылетели к городским воротам, к уже знакомому им Сторожу Входных Ворот Города. Он, видно, только что проснулся и сидел на своем рваном матрасе и тер кулаками заспанные глаза. Увидев Юлю и дядю Пихто, он обрадованно крякнул, быстро управился со всеми шестью своими ногами, встал, прихватил свою тяжелую пику, принял важный вид и заявил: - По милостивому повелению нашего благородного повелителя, властелина нашего города, шести холмов и семи деревень, Его Высочеств... - Так ведь только что пять было! - перебила его Юля. - Чего пять? - сбился сторож. - Деревень пять у герцога вашего было! - выпалила Юля. - Э-э-э, кто вам считает! - протянул недовольно сторож. - Ну пять, ну семь - какая разница? Главное - чтоб герцог был хороший! Ладно, пусть пяти. Да, герцога Пом-и-Дора... Сбивают только... Всякий выходящий из города странник, будь он конный или пеший, дворянин или другого сословия, не выйдет в него, пока не разгадает Выходную Загадку Великого Герцога! А если упомянутый странник даст неправильный ответ на Выходную Загадку Великого Герцога, то он опять-таки поступает на кухню Великого Герцога! И идет на корм Его Высочествам, - и тут сторож громко чихнул и ударился при этом шлемом о свою пику. - Давай свою выходную загадку! - решительно шагнула вперед Юля. Сторож утер рукавом повлажневший после чиха нос и спросил: - Что тяжелее: пуд пуха или пуд гвоздей? - Пуд гвоздей, конечно! - обрадовался легкой загадке дядя Пихто. Юля успела только прикусить от досады губу, а сторож уже радостно свистел в здоровенный свисток, висевший у него на цепочке на груди. - Вот и ладненько, нечего тут умников из себя строить! - заключил он, довольно потирая руки, когда Юлю и дядю Пихто снова уволакивали по мостовой два дюжих стражника. 19. На кухню Наших героев опять проволокли по улицам города. Но на этот раз их протащили мимо ратуши, до темного грота в самом холме. Стражники остановились у огромной мрачной двери внутри грота. Один из них - тот, что держал Юлю за шиворот - ударил дважды в дверь рукоятью своего ржавого меча. В глубине холма что-то загремело и тут же стихло. Но вскоре лязгнул засов и дверь со скрипом отворилась. Из темноты выступил коренастый тип в желто-синем камзоле. Он шумно вытер нос рукавом и грозно спросил: - Ну? - Неответившие на выходную загадку Его Высочеств! - торжественно объявили хором стражники, поднимая в воздух (для лучшего обозрения) Юлю и дядю Пихто. - Ну?! - удивился тип в желто-синем камзоле. - На кухню их! - Стражники вытянулись, щелкнули каблуками и потащили наших героев по тоннелю вглубь холма. Дверь за ними тут же захлопнулась. Свет давали теперь только висевшие кое-где на стенах чадившие факелы. Шагов через сто тоннель привел в небольшой зал, освещенный уже несколькими светильниками. Там стражники бросили свою ношу на деревянный щит, висевший в центре на толстых ржавых цепях, и доложили сидевшему тут же угрюмому верзиле в сине-желтом камзоле: - Неответившие на выходную загадку Его Высочеств! Велено на кухню. - Ага, - без выражения кивнул им верзила. Он тоже влез на щит и ухватился за рукоятки стоявшего на нем большого деревянного колеса. Закряхтев, верзила начал крутить это колесо. Цепи загремели, щит дернулся и пошел вверх. Юля и дядя Пихто уже немного пришли в себя и смотрели во все глаза по сторонам. Щит поднимался как кабина лифта вместе с ними и с верзилой вверх, в темную шахту колодца. Стражники остались внизу. Задрав головы и придерживая руками свои шлемы, они с удивлением глазели на поднимавшуюся конструкцию, пока из тоннеля не раздался грозный окрик "Ну!". Стражники тут же спохватились и поспешили назад, звеня на ходу доспехами. Верзила пыхтел, колесо скрипело, цепи глухо позвякивали. Щит медленно, но верно шел вверх. Наши герои сидели ни живы, ни мертвы. Они не могли даже собраться с мыслями и придумать, как же им теперь можно бежать. Само мрачное подземелье давило на них, лишая воли и способности соображать. Наконец, щит вышел из сплошного колодца и поравнялся с полом уходящего в обе стороны коридора. Верзила довольно хмыкнул и закрепил колесо валявшейся на щите палицей. Он сказал "Ага", сгреб Юлю и дядю Пихто в охапку и сошел на твердую землю. Погремев цепью и дождавшись снизу ответного глухого звяканья, он двинулся, раскачиваясь, по коридору. Слева от него проплывали одинаковые массивные двери. Коридор все время немного поворачивал налево. Он был довольно хорошо освещен масляными светильниками, и Юля могла читать таблички на дверях: "Баня", "Склад", "Конюшня", "Судья", \л Супермаркет"... Но вот верзила остановился, толкнул дверь с надписью "Кухня" и вошел в большое помещение, заставленное дымившимися котлами, заваленными снедью столами и увешанное по стенам полками со всякой посудой. Посреди этого зала виднелась фигура Главного Повара. Он был тоже толстый и усатый, как и тот, в харчевне, но только еще толще и усатее. За столами и у котлов проворно суетились с десяток поварят. Они рубили что-то ножами, терли на терках, месили руками, мешали в котлах ложками. Главный повар увидел верзилу и грузно прошел ко входу. Он взял у верзилы пленников и стал их рассматривать и мять в руках. - Ты б еще нас на зуб попробовал бы... рожа, - еле прохрипел дядя Пихто, пытаясь высвободиться из его толстых пальцев. Повар, наконец, кончил их осматривать и спросил у верзилы: - Что, эти тоже на выходной загадке попались? - Ага, - отозвался с ухмылкой верзила и вышел вон из кухни. Главный повар замурлыкал себе под нос какую-то песенку, прошел в угол и бросил Юлю и дядю Пихто на пол на какие-то пыльные мешки. - Посидите... пока, - сказал он зловеще и вернулся обратно в центр кухни. Наши герои валялись на полу в пыльном углу. У них не было сил ни встать, ни даже сесть. - Это все злые чары Компоста, - просипел дядя Пихто, - и мы тут ни в кого не превратимся. Не хватит нас на это, - и он закрыл глаза. - Да не хочу я, чтоб меня тут съели! - возмутилась из последних сил Юля. И вдруг ее осенило: - Погоди, погоди, дядя Пихто! Ты сказал: "Ни в кого". А во что - хватит нас на это? - Во ЧТО?? Это куда проще, - оживился тот, - давай, это наш последний шанс. Юля быстро оглядела весь зал, смекнула, как тут легче затеряться, и толкнула дядю Пихто в бок: - Поехали! Попробуем стать горшками! Они еле-еле вскарабкались на полку с горшками у стены и выбрали место посвободнее. Кое-как пристроившись там, Юля и дядя Пихто захотели стать глинянными горшками. 20. Горшки На этот раз превращение было медленным и мучительным. Никакого "раз - и готово". Сперва у Юли онемели руки и ноги. Она почувствовала, как они вдавливаются в бока и даже друг в друга. Тело налилось тяжестью и потемнело, став темно-коричневым. Голова ее запрокинулась, рот широко раскрылся и стал расти, переходя в горловину горшка, а низ тела с хрустом превратился в его донышко. Наконец, готовое изделие закачалось на полке. Юля не понимала и не видела, что происходило с ее глазами, но теперь она каким-то образом стала видеть сразу во все стороны. Рядом с собой она увидела еще один свежий и необычный горшок: у него было целых четыре ручки. Это был, видимо, дядя Пихто. Юле захотелось спросить, как у него дела. Но она как-то не придумала, как это сделать - она не знала, чем может разговаривать горшок, и потому промолчала. "Ну хорошо, вот мы и горшки, - подумалось ей, - а вот как мы отсюда выйдем?" Тем временем на кухне по-прежнему кипела работа. Обед для герцога Пом-и-Дора всегда должен был быть готов точно во-время. За нарушение этого правила Главного Повара ждало жестокое наказание: за каждую минуту опоздания палач должен был выдернуть у него из усов по волоску. И Главный Повар нещадно подгонял своих поварят шлепками и пинками, чтобы сохранить свои пышные усы. Вот и теперь, когда пришла пора готовить жаркое, он отправил двух поварят подзатыльниками за пленниками. Поварята устремились со всех ног в пыльный угол, куда им показал толстый и усатый повар. Добежав, они перетрясли все мешки, заглянули под соседние столы и на нижние полки. Никого не найдя, они в недоумении уставились друг на друга и снова бросились копаться в мешках, поднимая клубы пыли. Они не смели вернуться с пустыми руками. Юля испугалась, что она чихнет от пыли (а она всегда от нее чихала) и выдаст себя. Пыль окутала ее от донышка до горлышка, но ничего не случилось. "Горшки не чихают!" - облегченно подумала Юля и тут же увидела, как к ним движется сердитый Главный Повар. - Гром и молния! - рявкнул он, входя в клубы пыли. - Где?! Что?! Да я вас самих зажарю! Перепуганные поварята исчезли под соседними столами, а толстый повар, фыркая и чертыхаясь, сам начал искать на полу и под полками. Тщетно. Вначале он побледнел, потом посинел. Это было уже не просто опоздание обеда. Пропажа деликатесов обойдется ему гораздо дороже усов. - Искать везде! Всем! - дрожащим голосом крикнул повар, оседая на пол. Все поварята тотчас же прекратили делать свою работу и бросились заглядывать под столы, в котлы и кастрюли, шуровать по полкам. На кухне поднялся невообразимый шум. Он гулко отдавался в Юлиной внутренности, и она даже почувствовала, как раскачивается под ней полка. - Охохо, грехи наши тяжкие... Головушка моя бедная... - бормотал где-то внизу, выдирая на себе волосы, Главный Повар. И вдруг все стихло и замерло. Кухонная дверь медленно отворилась и на пороге появилось странное существо. Первое, что увидела Юля, был огромный живот, обтянутый красной атласной рубашкой и опоясанный золотым поясом, на котором висел кинжал. Красные широкие штаны были заправлены в щегольские красные же сапоги на высоких каблуках со шпорами. А из расшитого ворота рубахи торчали сразу две головы, смотрящие в разные стороны. Головы эти были очень похожи: низкие приплюснутые лбы, хищно изогнутые красные носы, маленькие колючие глазки. В целом существо чем-то напоминало странную двухголовую птицу, которую Юля видела недавно на обороте новых монет. Вот только в правой руке у него был длинный-предлинный кнут. Главный Повар в два прыжка оказался у двери и упал перед вошедшим на колени. - Ваше Высочества! - завопил он, сорвав с головы и ломая в руках свой колпак. - Помилуй, не вели казнить, вели слово вымолвить! И тут только Юля догадалась, что это и был сам герцог Пом-и-Дор собственными персонами. "Ох, и долго же я догадывалась! Вот как плохо у глинянных горшков варит!" - испугалсь она своей медлительности. И Юля вспотела внутри от страха. 21. Герцог Пом-и-Дор Герцог щелкнул в воздухе кнутом, и его правая голова сказала: - Казнить нельзя! Помиловать! Но тут же отозвалась эхом левая голова: - Казнить! Нельзя помиловать! Голоса были резкие, визгливые и очень неприятные. - Вот тебе и на. Ты что это тут раскомандовался? - удивилась правая голова. - Сегодня я главный! Тебе хорошо говорить, ты вчера за нас обоих поел. А мне что - без обеда теперь оставаться, раз тебе повара казнить захотелось?! - обиженно закончила она. - Ме-е-е, - попыталась показать ей язык левая голова. - Иди ты знаешь куда? - Балда, - спокойно ответила правая голова, - я же туда все равно с тобой вместе пойду. Вымолви! - обратилась она уже к стоящему на коленях Главному Повару. - Вот они были, и нету! - всхлипнул тот и вытер глаза колпаком. - Ка-а-а-ак так нету?! - хором воскликнули обе головы, и толстый красный живот заколыхался от негодования. - Искать! Найти! - Искали. Не нашли, Ваше Высочества, - сокрушенно ответил повар и снова всхлипнул. - Это провокация, - уже спокойнее сказала правая голова. - Я им покажу. Вон, ротозеи!! Главный Повар и поварята, сбивая друг друга с ног, бросились мимо герцога вон из кухни. Тот закрыл за ними дверь и вышел в центр помещения. - Ку-ку! - позвала левая голова тоненьким фальшивым голоском. - Ку-ку! Выходите! Я вас нашел! - Заткнись, болван! - грубо оборвала ее правая голова. - Ну подожди у меня, завтра поквитаемся, - злобно прошипела левая и обиженно замолчала. Правая голова герцога принюхалась, шмыгнув носом, прислушалась и снова принюхалась. - Что, жареным запахло? - съязвила левая голова. Но правая ей ничего не ответила. Она еще несколько раз шумно втянула воздух носом и пробормотала: - Ну да, ну да, шалунишки. Знаем мы ваши превращалки. Да здесь-то вы ни в кого превратиться б не смогли... Значит, не в КОГО, а во ЧТО! Юля сразу похолодела. Ах, какой хитрой оказалась эта правая голова! - Так, так, так, - продолжала та бормотать себе под нос, - раз во ЧТО, то никуда уйти они сами не могли. Здесь, голубчики! Так, так, так. Где ж они? В плиту или стол они не стали бы превращаться - заметно. А что не заметно? Повар!!! - вдруг заорала голова. Юля и дядя Пихто чуть не слетели со своей полки от этого крика. Дверь тут же распахнулась и на кухню кубарем влетел Главный Повар. Он снова бухнулся на колени перед герцогом. - Чего изволите? Кушать хотите, Ваше Высочества? - спросил он заискивающе, заглядывая в глаза то правой, то левой голове. - Хотим... - начала было левая, но правая ее тут же перебила: - Сколько у тебя тут горшков? - Ровным счетом триста двадцать шесть, Ваше Высочества, - робко промямлил повар. - Пересчитай! - Пощадите, Ваше Высочества! - взвизгнул повар. - Четверо детей сиротками останутся! Не обучен счету-с, папа с мамой в торговле работали... - Однако детей-то своих пересчитал. Болван, - вынесла диагноз правая голова. Герцог вынул из кармана большой серебряный свисток. Поколебавшись немного, правая голова сказала левой: - Ну, свистни, так и быть. Левая голова, не скрывая своей радости, раздула щеки и со всей силы дунула в свисток. Раздался леденящий душу визг, и на кухне поднялся настоящий вихрь. Огонь в плитах тотчас задуло, в воздух взвились и пыль, и паутина из углов, и даже несколько плохо лежащих сковородок... Когда все это осело на пол, Юля увидела самодовольно улыбавшегося обеими головами герцога и лежащего перед ним повара с заткнутыми ушами. А через мгновение в дверном проеме возникли давешние тип в желто-синем и верзила в сине-желтом камзолах. - Чего изволите? - рявкнули они в один голос. - Считать умеете? - строго спросила правая голова герцога. - Ну, - ответил тип. - Ага, - отозвался верзила. - Пересчитайте-ка здесь все горшки! - велел герцог. Тип и верзила огляделись вокруг. Потом один взял стоящий рядом ухват, а другой - кочергу, и они шагнули вместе к ближайшей полке с горшками. - Ну, раз, - сказал тип в желто-синем и - бабах! - разбил вдребезги ухватом первый горшок. - Ага, два, - отозвался верзила в сине-желтом и - чпок! - кокнул кочергой второй. - Ну, три. Бабах! - Ага, четыре. Чпок! - Ну, пять. Бабах!.. Они медленно, но верно продвигались - полка за полкой - в тот угол, где затаились Юля и дядя Пихто. "Ай-яй-яй", - подумала Юля и задребезжала от страха. 22. Побег Счет горшков перевалил уже за сотню, когда над Юлей что-то зашуршало и внутрь ее упал серенький комочек. Он развернулся - и Юля увидела внутри себя ту самую мышку, что изображала воздушный шарик в сценке в домике мышей. - Тсс! - прошипела мышь, приложив хвост к губам, - ни звука! А то я пропала. "А я уже пропала, - подумала грустно Юля, - и какой звук-то? Треснуть мне надо, чтоб звук-то издать". Но мышь продолжала: - Наши ведут подкоп! Грызут как бешенные! Не успевают чинить зубы! Я прокопалась первая, мой ход сейчас разгрызыют до ширины горшка. Пробьются - будем тебя выкатывать! Чпок-бабах! Чпок-бабах! Эти страшные звуки слышались все ближе и ближе. Но теперь Юля улавливала и непрестанный скрежет сотен мышиных зубов. Кр-р-рак! - пробежала по стене первая трещина. Кр-р-рак! - появилась и вторая. Грхумс! - и вместо маленького отверстия, проделанного первой мышкой, появилась зияющая дыра! Чпок-бабахи прекратились, и все в кухне замерли, повернувшись на шум осыпавшихся камней. Но прежде чем они успели что-либо понять, внутрь Юли прыгнули еще несколько мышей и с писком "Раз-два, поехали!" пихнули все вместе стенку горшка. Юля потеряла равновесие - и упала в мышиную дыру. И покатилась вниз по выгрызенному ходу! Стук-стук-стук - ударялась она иногда боками о стенки хода. Юля очень боялась разбиться, но вся дорога была аккуратно выстелена соломой - ведь мыши знали, куда они будут падать вместе с ней! Они свернулись в клубочки и с хохотом перекатывались внутри катящегося горшка. Несколько раз ход переставал спускаться и даже вел немного вверх. Тогда Юля останавливалась, мыши выскакивали из нее и дружно катили горшок до следующего спуска. Там они снова вскакивали внутрь - и мчались дальше! Наконец, грязная от донышка до горлышка Юля вылетела из подземного хода наружу и быстро остановилась в густой траве на берегу журчащего ручья. Мыши выскочили из горшка и побежали умываться. Юля осталась одна. Над ней кружилось чистое небо, вокруг плясали деревья. Поодаль ходила кругами городская стена и холм с замком на вершине. "Это мой горшок... то есть, голова кружится", - поняла Юля. Она хотела было закрыть глаза, но не знала как это сделать. Все ее мысли куда-то пропали и теперь она просто лежала и грелась на солнышке... Поплескавшись в ручье, мыши устроили на его берегу шумную возню. Наигравшись в чехарду, они запели "Тра-та-та, тра-та-та, вышла кошка за кота!" и поднялись обратно к Юле. - А теперь что? - спросила самая маленькая мышка, постучав по Юлиному боку лапкой и послушав глухой отзвук глиняного горшка. - Что с этим делать, Ми? - Как это что, Си?! - взвилась мышь по имени Ми, изображавшая когда-то воздушный шарик. - Будить будем! Разочаровывать будем... Ну чары снимать будем! Ведь только она и может спасти всех нас от Компоста! Принесите сюда дюжину одуванчиков, да попушистей! Через несколько минут все двенадцать цветов были отысканы, подгрызены и осторожно принесены. Мыши сложили их пушистыми головками у горловины горшка. Потом, по команде Ми, они скрутили все свои хвостики в один жгутик и что есть силы подули на одуванчики. Поднялась настоящая белая метель! Облако белых парашютиков закрыло Юлю и мышей, ворвалось внутрь горшка и защекотало изнутри. "Ой-ой-ой, не выдержу! Ой, чихну! Лопну!" - запаниковала Юля, сдерживаясь изо всех сил. Но щекотание стало совсем нестерпимым. Это было куда хуже пыли на кухне в замке. Она не выдержала и чихнула: - Аааа-пчхи-и-и-и! - и прямо на глазах тоже чихавших мышей горшок вытянулся обратно, в прежнюю Юлю. - Ух ты, круто, - выдохнула самая маленькая мышка, Си. - И не лопнула! 23. На воле Все вокруг ярко вспыхнуло, потом померкло. Все внутри зашевелилось, заерзало, земля дернулась - и Юля на мгновение потеряла сознание. Первое что она увидела очнувшись, были ее руки и ноги. Она снова стала сама собой! Юля выплюнула изо рта пух одуванчиков, отряхнулась и спросила у ликовавших рядом мышей: - А как вы узнали, что мы туда попали? - А куда ж вы еще могли попасть? - удивилась Ми. - Мы с самого начала туда ход и рыли. - Ой, дядя Пихто на кухне остался! - спохватилась Юля. - Надо было его тоже выкатить! - Ага, выкатишь его, с четыремя-то ручками, - пробурчала Си. - Хорошо, хоть тебя успели вызволить. - Ну да, а его там сейчас чпокнут... или бабахнут! - и Юля расплакалась. - Как я теперь без него-о-о... - Может, и не бабахнут, - попробовала успокоить ее Ми. - Все равно слезами горю не поможешь. Чтобы спасти дядю Пихто, надо победить Компоста. А ведь он от каждой нашей слезы сильнее становится. Но мы ему - не помощники! - и все мыши закатились веселым смехом. Юля тоже невольно улыбнулась сквозь слезы. Конечно же, больше всего ей хотелось теперь домой. Но ведь надо было выручать дядю Пихто, да и спасших ее мышей бросить она не могла. Да и как бы она попала сейчас домой? И Юля спросила: - А как же нам одолеть этого вашего Компоста? И что он тут такого натворил? Все мыши разом загалдели что-то в ответ, но понять в этом гвалте она ничего не смогла. - Ой, не пойму я так ничего, - взмолилась Юля, - пусть вот Ми все по порядку расскажет. Мышь-воздушный шарик уселась на задние лапки, победно огляделась вокруг и начала свой рассказ: - Компост пришел к нам с задворок Огородного края. Он пас там тихих кабачков и охотился на диких огурцов. Но однажды была плохая погода, и на Компоста упала зломудрая Тыква, которая летела по своим делам и совсем не туда. Она вдребезги разбилась об его голову и погибла. Но все ее знания колдовства не пропали, а перешли в более прочную голову Компоста. И он сразу стал великим колдуном! "Вот бы мне тоже кто на голову так упал, отличник-старшеклассник или даже там учитель какой-нибудь, чтобы я все-все знала", - представила вдруг себе Юля и улыбнулась. - А как стал он великим колдуном, так и начал думать те же колдунские мысли, что думала зломудрая Тыква, - продолжала Ми. - Захотел он весь наш мир к рукам прибрать для начала и свернуть его в большую Черную Тыкву. Тогда овладеет он всеми силами обитателей нашего мира, его рек и гор, и охо-хо - станет самым-самым сильномогучим колдуном Вселенной! При этих словах Ми даже закатила свои бусинки-глазки и всплеснула передними лапками. - А... зачем? - тихо спросила ее Юля. - Да я его тоже об этом раз спросила, - ответила Ми,- так он просто пожал плечами и сказал: "Так надо". И запустил в меня своей туфлей! - А мы говорим: "Так не надо!" - вмешалась тут Си и ударила кулачком по земле. - Да, так вот, я же не дорассказала, - спохватилась снова Ми. - Вот ведь что он еще сделал. Сходил недавно Компост в заповедный край. Он расколдовал Большой Забор и выпустил всех драконов из Драконопарка! Чтобы они летали повсюду и наводили на всех страху. Чтоб ему никто помех чинить не мог! "Интересно, - подумала тут же Юля, - а починил ли уже красный винтовой дракон свой пропеллер?". А вслух она спросила: - А я-то что тут могу сделать? - Ах, да самое главное! Перерезать нить... - Ой, смотрите, сейчас солнце сядет! - запищала вдруг самая маленькая мышка, показывая лапкой на небо. Юля посмотрела в недоумении на еще высоко стоящее солнце, на мышей, снова на небо - и тут солнце действительно быстро побежало направо, потом вниз. Через несколько секунд оно уже закатилось за холм и наступили сумерки. - Ишь, что творит, - сказала в наступившей тишине Ми. - Небось, спать захотелось Компосту, вот он солнце и убрал. - А может, ему в темноте охотиться на нас удобнее? - задумчиво произнесла Си. Она вдруг подскочила в вырытому ими ходу и сунула внутрь мордочку. Прислушавшись, она поднялась на задние лапки и махнула остальным: - Ребята, уходим! Они идут сюда с собаками - по нашему ходу! 24. Солнечный Зайчик Земля под ногами задрожала, и из норы стали ясно слышны лай собак и какие-то гулкие удары. Юля видела в одном фильме, как беглецы сбивали со своего следа собак преследователей. И она скомандовала: - Быстрее взбирайтесь на меня! Мы уйдем от них по ручью! - Ура! По Юлям! - запищала Си, и все мыши бросились карабкаться по подставленным Юлиным рукам ей на плечи. Там они вцепились кто во что: кто в волосы, кто в воротник курточки. "Ой, не щекотите хвостами!" - ойкнула только Юля, и Си пискнула ей в самое ухо: "Поехали!" Юля осторожно встала, вошла в ручей и пошла вниз по течению. Идти по каменистому дну было неудобно. Ноги надо было ставить очень осторожно, чтобы не оступиться и не уронить седоков. Ботиночки и брючки сразу же промокли и ногам стало очень холодно. - Что, вода - мокрая? - сочувственно спросил кто-то у Юлиного уха. Она молча кивнула в ответ и тут же пожалела об этом движении: несколько мышей, державшихся за волосы, взвизгнули и чуть не слетели вниз. Но все обошлось, и Юля прошла в густевших сумерках еще шагов двести по извилистому руслу ручья. Вдруг тишину вечера прервал лай вырвавшихся из тоннеля собак. Юля замерла. Было отчетливо слышно, как собаки вбежали в воду и заметались, потеряв след. Затем раздалось глухое "У-у-ухм", и тут же два знакомых голоса сказали: - Ну, выбрались, наконец. - Ага. А в глотке пересохло. - Ну. Давай, доставай. Цыц вы, псовые! - прикрикнул он на собак. - Дайте хоть тут отдохнуть. Все равно горшок этот далеко не уйдет. Достал? - Ага. - Ну, будем здоровы, - и немного погодя они по очереди крякнули и шумно шмыгнули носами. Собаки тявкнули еще пару раз и тоже замолчали. Все стихло. - Пошли по-ти-хонь-ку, - прошептала Юле в ухо Ми, и та, стараясь ступать бесшумно, двинулась дальше. Еще шагов через сто холод в ногах стал нестерпимым, ступни онемели, и она выкарабкалась на левый берег. Пройдя между высокими кустами, Юля вышла на небольшую полянку и в удивлении остановилась. Кто-то стоял на середине полянки и смотрел на нее. Она шагнула назад, этот кто-то повторил ее движение. "Тоже испугался", - подумала было Юля. Но уже после следующего своего шага она поняла, что видит просто свое отражение. - Вот здорово! - закричала вдруг Ми. - Это же домик Солнечного Зайчика! Пойдем туда скорее, постучимся к нему! Юля пожала плечами, снова чуть не сбросив с себя несколько мышей, и пошла вперед, навстречу своему отражению. И только подойдя совсем близко, она разглядела этот домик. Он был с нее высотой и имел шага три в ширину. Стены и крыша у домика были зеркальные, и в наступившей полутьме в окружении одинаковых кустов он был почти незаметен. Юля осторожно постучала по стене, и тут же одно из боковых зеркал сдвинулось в сторону. Она увидела, как внутри мелькнул лучик света. - Кто там? - спросил мелодичный голос. - Ми! - запищала Ми. - И вся наша октава впридачу! - Милости прошу пожаловать внутрь, - сказал тот же голос, и Юля вошла через образовавшийся проем в домик. Зеркало за ней тут же задвинулось, и Юля увидела вдруг перед собой целую гирлянду своих уменьшающихся изображений. Открыв от удивления рот, она посмотрела налево, потом направо - и там тоже было по многу Юль. Мыши в это время сбежали, быстро-быстро перебирая маленькими цепкими лапками, с ее плеч на пол и уселись вдоль зеркальной стены. - Не соблаговолите ли и Вы присесть, сударыня? - вежливо обратился к Юле тот же голос. - А то мои отражения могут испортиться. Юля послушно села на пол (мебели в домике никакой не было) и только тут увидела обладателя мелодичного голоса. Это был светящийся овал на правой стене домика. Он задрожал и внезапно прыгнул на другую стенку, а потом обратно. Там он вновь замер и сказал: - Как я элегантно отражаюсь, не правда ли? Это и был Солнечный Зайчик. 25. Как победить Компоста - Угу, - неуверенно подтвердила Юля мастерство Солнечного Зайчика в деле отражений от зеркальных стенок. - О, Вы очень любезны! - обрадовался тот. - А не желаете ли и Вы поотражаться? Милости прошу. - Да я уже... вот, отражаюсь, - виновато развела Юля руками. - Ну разумеется, ну разумеется, - сразу же согласился Солнечный Зайчик. - Очень приятно было с Вами познакомиться. Кстати, а как Вас зовут? - Юля. - Ах, да. Это все моя никудышная память на имена, знаете ли. Весьма, весьма признателен Вам за визит. Не сочтете за труд - заходите вновь, буду искренне рад Вас увидеть... как-нибудь потом... - Знаешь что, а ведь за нами погоня, - вмешалась тут Ми. - Ой, опять погоня! Ах, уходите скорее! Эта ваша погоня может расколотить зеркальные стенки моего чудного домика! - сразу заговорил уже попроще Солнечный Зайчик. - Да ведь все равно его скоро разобьют! - успокоила его Ми. - Ты днем-то по небу летал? Ничего не заметил? - Летал. Но не заметил... Постойте, нет! Как-то не так все было. Дальние вершины показались мне выше Хрустальной Горы... - Во-во-во. Сворачивают уже, - перебила его Си, - скоро совсем нашу лавочку свернут, и не будет твоего Зеркального Домика! И тут Юля вспомнила, как они летели с дядей Пихто, когда еще были белыми воронами. То-то ей показалось, что они внутри огромного таза! Просто Компост уже начал сворачивать этот мир. - Не надо, - задрожал на стене Солнечный Зайчик, - не надо так! - Послушай, - сказала Ми, - мы можем это дело поправить. Почти вся волшебная сила Компоста уходит сейчас в невидимую нить. А из этой нити Пальцы-Самопяльцы ткут на вершине Хрустальной Горы невидимый платок страшной силы. Чем больше становится платок, тем больше сворачивается наш мир. Когда платок будет готов, мы все исчезнем внутри Черной Тыквы. Солнечный Зайчик с каждым новым словом охал и сползал все ниже и ниже по стене. - Ты единственный из нас, местных, кто может видеть невидимую нить и платок, - продолжала Ми. - Ты их вчера видел? - А я знаю? - шевельнулся Солнечный Зайчик. - Раз я их вижу, откуда ж мне знать, что они невидимые?! Но на вершине Хрустальной горы я был. Хорошо отразился! Да, копошится там что-то, и тряпочка какая-то лежит, вроде как ткут ее как-то... Ой, да уж и большая же она у них там была! - и он подпрыгнул до потолка. - Есть только одно средство победить Компоста и отправить его обратно в Огородный край, - торжественно подняла вверх хвост Ми. - Надо перерезать невидимую нить! Тогда он потеряет всю свою волшебную силу и забудет про Черную Магию! - Так перережьте ее скорее! - взмолился Солнечный Зайчик. - Да ведь для нас-то эта нить - невидимая! И ты сам знаешь, что никто из обитателей нашего мира не может взобраться на Хрустальную гору. Это по силам только человеку! - на этих словах голос Ми зазвенел, и она посмотрела на Юлю. Та глубоко вздохнула и уточнила: - Это ты про меня, что ли? Все промолчали, но стало ясно, что речь идет действительно о ней. - Но я... маленькая! Я домой хочу, я спать хочу! Но Си, самая маленькая из мышей, сразу же перебила ее: - Можешь не продолжать. Во-первых, большие сюда и не попадают. А во-вторых, домой ты сможешь попасть, только победив Компоста. Тем более, что он уже и вам там Cерого Тумана понапустил... - Так это тоже был он?! - поразилась Юля. - А где резать-то надо? 26. Летучие мыши Мыши захлопали в ладоши и хором прокричали: Ура-ура! Мы победим! Пришел герой - горой за ним! Еще чуть-чуть - прервется нить! Не будет зайчик наш тужить! - Тс-с-с! Кажется, за вами погоня была? - предостерегающе зашипел Солнечный Зайчик. - Там что-то шуршит снаружи! - Хоть ты и солнечный, а все равно - зайчик. Фи, трусишка! - фыркнула Си. А Юля нетерпеливо переспросила: - Так где резать-то? Ми заложила передние лапки за спину и прошлась туда-сюда вдоль стенки домика. - Вопрос правильный, - рассудительно сказала она, - но преждевременный. Сперва надо достать то, ЧЕМ резать. Эту нить могут перерезать только Ножницы Судеб! Тысячи лет назад эти ножницы были выкованы в пламени дракона, чтобы кромсать человеческие судьбы. Они всегда хранились в пещере Большого Тролля под Неведомым Озером, и он владел и распоряжался ими, как хотел. Но наш могучий предок, отважный мышиный король Хвостотряс Седьмой похитил их оттуда и спрятал где-то на чердаке замка Томатбурга. С тех пор люди больше не боятся Ножниц Судеб в руках злого тролля и портят себе судьбу сами... Никто из нас не знает, где именно спрятаны ножницы, но ты должна их найти! - Тс-с-с! - опять зашипел Солнечный Зайчик. - Говорите тише. Нас услыш... - и не успел он это сказать, как с зеркального домика съехала в сторону крыша. Вместо нее на фоне черного звездного неба появились две носатых головы, и визгливый голос злорадно сказал: - А уже услышали! Попались, голубчики, и спасибо за тайну Ножниц Судеб! - и герцог Пом-и-Дор (а это был, конечно же, он) затрясся от смеха. - Сам ты попался! - смело крикнула Ми. - Фа, твоя левая, моя правая! - и с этими словами она взвилась в воздух в невероятном прыжке и вцепилась зубами и когтями в правый нос герцога. В то же мгновение еще одна мышь повторила маневр Ми и повисла на левом носу. Смех у герцога перешел в вопль боли, и он исчез из отверстия в крыше. - Скорее! - услышала Юля снизу голос Си. - Мы должны первыми найти Ножницы Судеб! Быстрее возвращаемся в замок! - А как же мы туда попадем?! - испуганно спросила Юля. Снаружи доносились треск ломаемых кустов и разъяренные крики обеих голов Пом-и-Дора. - Да ведь ты же лучшая превращуля в мире - забыла? Давай превратимся в летучих мышей: это самые ночные и самые незаметные летуны! И к тому же мыши... Юля глубоко вздохнула, зажмурилась, загадала свое желание, и - ничего не произошло! Она повторила это еще раз, и еще - и снова неудачно. - Ай, не получается! - совсем растерялась она. - Ну так придумай же что-нибудь! - взмолилась Си. - Ты ведь, наверное, много книг про волшебство прочитала! - Я?! Про волшебство? - изумилась Юля. - Конечно! Откуда же ты знаешь, как превратиться в белую ворону? И разве мало ты читала сказок? А ведь нигде так много про волшебство не пишут, как в сказках. - В сказках? - озадаченно уставилась на мышку Юля. - Ах да, в сказках... Ну, тогда надо оземь удариться, что ли? - А это больно? Да ладно, делать нечего! Ударяемся! - махнула лапкой Си. Юля снова зажмурилась, просчитала вслух "Раз, два, три!" - и как грохнулась о пол! На этот раз все получилось и было не очень-то и больно. - Да как же мы полетим! - запищала она, вдруг опомнившись и пытаясь встать. - Ведь летучая мышь с земли взлететь не может! - Ну, это не беда, - бодро отпискнула ей в ответ Си, уже тоже ставшая летучей, - ведь мы не одни. Крошки! - крикнула она оставшимся мышкам. - Запускайте нас в воздух! - Ура! - обрадовались те новому развлечению. - Мы вас сейчас три раза подбросим, два раза поймаем! 27. К замку Так они и сделали. Каждую из летучих мышей схватили по три обычных мышки. Раз - подбросили они их немного, просто примериваясь, и тут же поймали. Два - теперь повыше, пробуя силу, и тоже подхватили, не дав упасть. Три!!! Вот теперь их швырнули что есть силы и закричали: "Летите, голуби, летите!!". Юля потеряла было равновесие, кувыркнулась через голову, но тут же расправила крылья и почувствовала, как они оперлись о воздух. Ух-ух-ух - и через несколько взмахов обе летучие мыши были уже снаружи. - Солнечный Зайчик, полетели с нами! - пропищала Си назад на лету. Тот простонал что-то жалобно о своей несчастной судьбе и покидаемом зеркальном домике (всех слов было не разобрать из-за шумевшего герцога, продолжавшего ругаться и топтать кусты вокруг полянки), и - светлый овал внутри домика исчез. - А вон и замок! - пискнула Юля, увидев невдалеке в призрачном лунном свете спящий город и холм с замком на его вершине. В городе не было видно ни одного огонька, даже у ворот его не горело ни фонаря, ни факела. Светилось лишь одно окно в башне замка. Лес внизу был темный, почти черный, небо с уже сиявшей на нем луной было куда светлее. И на фоне этого неба холм с замком казался огромным сидящим на земле великаном с одним красным горящим глазом. Видно, за окном в башне горел огонь. Вдруг внизу что-то ярко блеснуло между деревьями и тут же исчезло. - Ой, что это? - ахнула Юля. Си успокоила ее: - Да это Солнечный Зайчик за нами прыгает. Лишь бы не заблудился. - А... солнечная лиса там какая-нибудь или волк его не съедят? - Хи-хи-хи, - закатилась в ответ смехом Си, - солнечная лиса, хи-хи! - И уже серъезно она добавила: - Нет, проглотить Солнечного Зайчика может только Черная Дыра, но она сейчас далеко-далеко. Не волнуйся! Но Юля уже совсем и не волновалась. Они пролетали как раз над городскими воротами, и ей тотчас же захотелось спать. Снизу донесся храп сторожа, его зевок - и Юля тоже широко зевнула и чуть не зацепилась открытым ртом за флюгер первого же попавшегося ей на пути дома. - Ты что?! - пискнула откуда-то сверху Си. - Проснись! Сейчас нам вверх подниматься надо будет, - и она легко ударила Юлю крылом по затылку. Та клюнула от толчка носом, и сонливость сразу же отступила. Пролетев над острой башенкой ратуши, две наши летучие мыши устремились вверх, к вершине холма. Замок стремительно приближался, башня вырастала прямо на глазах в исполинскую черную тушу. И тут - "Бум-м-м, бум-м-м, бум-м-м,.." - внизу, в городе, ударили башенные часы! Юля даже замерла на мгновение от страха и сразу потеряла всю свою скорость. Часы пробили полночь и снова все стихло. Юля увидела вдруг, что она оказалась прямо у светящегося башенного окна. Луна в это время успела уже куда-то спрятаться, а Си была уже у самого верха башни, и Юля ощутила себя совсем одинокой у этой черной громады. Она не удержалась и заглянула из любопытства в светящееся окно. Разглядеть на лету ничего толком не удалось. Поэтому Юля вцепилась в деревянный переплет окна и повисла вниз головой, уткнувшись носом в мутное стекло. Присмотревшись, она разглядела за ним большую мрачную комнату, уставленную столами со стеклянными бутылями разного вида и загадочными инструментами. В глубине комнаты в камине пылал огонь, дававший такой красноватый свет. У камина спиной к окну стояла высокая сутулая фигура в черной мантии ("Да ведь это сам Компост!" - догадалась сразу Юля) и помешивала длинной ложкой в висящем над огнем горшке. Горшок был почерневший, совсем закопченый и - тут Юлино сердце дрогнуло - у него было четыре ручки! - Вот и все, вот и все, - улышала она через стекло неясное бормотание, - отпрыгался ты, голубчик. Сейчас доварит великий Компост в тебе болотную кашку, и станешь ты самым настоящим горшком! Хе-хе-хе, - и Компост довольно потер руки и снова помешал в горшке ложкой. Бу-бумс! - раздался вдруг рядом удар о стекло, и на переплете повисла закачавшись вниз головой Си. - Ты что застряла тут? - накинулась она было на Юлю. - Чш-ш-ш, - зашипела та, но было уже поздно. Компост резко повернулся на звук удара. Глаза его расширились и полыхнули зеленым огнем. Он выбросил вперед правую руку, сверкнула молния - и окно со звоном вылетело наружу. К счастью, мгновением раньше летучие мыши были уже в воздухе и мчались теперь на чердак. - Проклятье! - крикнул им вдогонку Компост. - Говорите спасибо, что силы во мне сейчас мало, вся в дело идет. Ну да погодите: я вас всех сверну, всех!! - Спасибо! - крикнула ему в ответ Си, и с этими словами они влетели с Юлей на чердак через разбитое слуховое окно. 28. Ножницы Судеб Влетев на чердак, Юля и Си оказались в кромешной тьме. Юля запищала от испуга и тут же с удивлением поняла, что она как бы видит, или нет, не видит - но как то все же ощущуает, где стоят балки, громоздятся какие-то ящики, висят веревки. "И ничего удивительного! - поняла она уже через секунду. - Ведь у летучих мышей есть звуковой локатор! Надо только орать все время". Пометавшись немного, они повисли на одной из веревок и перестали пищать. Отдышавшись, Юля спросила: - А как же мы тут искать будем? Ведь совсем темно, ни зги не видно! - Так нам ножницы надо искать, а не згу какую-то. Вот подожди, мы сейчас Солнечного Зайчика покличем, - успокила ее Си и тихо засвистела: - Фью-фью-фью! Фью-фью-фью! - Ты что это свистишь? Я тебе что, собака какая-нибудь?! - раздался негодующий голос Солнечного Зайчика, который тут же появился на крышке старинного запыленного сундука прямо под летучими мышами. - Ну не собака. Так ведь, главное, подействовало - отозвался! - справедливо возразила Си. - Посвети-ка нам лучше, мы тут порыщем. И они начали рыскать. Солнечный Зайчик усаживался то тут, то там, то елозил по одному и тому же месту, то перепрыгивал на соседнюю стену. Обе летучие мыши заползали в щели, заглядывали в ящики и сундуки, копошлись в паутине, да так, что порой Солнечный Зайчик просто пропадал в клубах поднятой ими пыли. Но - все было тщетно. Никаких ножниц нигде не было. Запыхавшись, они все трое пристроились отдохнуть на балке под самой крышей. - Хорошо же их спрятал ваш Хвостотрус, - пробурчала Юля. - Не Хвостотрус, а Хвостотряс! - поправила ее Си. - Да, предок был мышом что надо! А как он однажды... Но Юля так никогда и не узнала, что же однажды натворил славный король Хвостотряс Седьмой. Раздался какой-то неясный шум. Си тут же замолчала и напряженно прислушалась. Ии-и-у-э-