Stolica.ruРеклама

Na pervuyu stranicu
Arhivy Minas-TiritaArhivy Minas-Tirita
  Annotirovanniy spisok razdelov sayta

Румил

Три этапа глюколовства

 
Вначале полагали, будто Тлен - это сплошной хаос, безответственный разгул воображения; теперь известно, что это целый мир, и что сформулированы, хотя бы предварительно, управляющие им внутренние законы.
Х.Л.Борхес "Тлен, Укбар, Orbis Tertius"

      Если оставить в стороне девиц, утверждающих, что они-то и являются единственным, истинным и подлинным воплощением Галадриэли, и юношей бледных со взором горящим, повествующих о своих астральных битвах с жуткими Черными Магами и о том, как они чистят энергетику пространства, в целом глюколовство для нашего круга (я имею в виду толкиенистов и примыкающие к ним течения) представляется явлением если не вполне здравым (это вопрос спорный), то, по крайней мере, естественным. Во всяком случае, никто не станет отрицать, что отец и основатель нашего движения, Профессор Толкин, этим делом баловался, и притом достаточно серьезно. Тех же, кто, поверив утверждениям самого Профессора, что все свои произведения он выдумал, станет нам возражать, отсылаем к его произведениям "Lost Road" ("Утраченный путь") и "Notion Club Papers" ("Записки клуба "Мнение"), в которых явственно проглядывают автобиографические черты. И в самом деле. Можно до хрипоты спорить о том, является ли Средиземье параллельным миром, или это наш мир в древние, доисторические времена, но в любом случае все сведения о нем, которыми мы располагаем, основаны на глюках. И каждому, кто не желает примириться с тем, что этот мир - всего лишь красивая сказка, и хочет узнать о нем больше, чем написано в канонических и неканонических текстах Профессора, рано или поздно придется обратиться к глюкам, своим или чужим.

      В своем развитии глюколов, как правило, проходит три этапа. Первый этап можно назвать этапом беспорядочного чувственного восприятия, второй - этапом анализа. Что до третьего, о нем позже.

      Эти этапы отчасти соответствуют этапам, которые проходит в своем развитии человеческая психика в целом. Восприятие младенца является целиком чувственно-образным, он впитывает впечатления об окружающем мире, не умея еще их анализировать. Позднее в человеке вместе со способностью к речи пробуждается способность к анализу, созданию абстрактных понятий, конструированию схем и объединению понятий в систему. Это этап словесно-аналитического восприятия. Примерно так же протекает формирование глюколова.

      Ловля глюков обычно начинается с того, что человек начинает что-то видеть. Слово "видеть" в данном случае можно употреблять лишь с натяжкой: человек далеко не всегда именно видит какие-то "картинки", образы. Иногда он слышит какие-то голоса (один из симптомов шизофрении, кажется - ну и что?), иногда видит не картинки, а тексты, иногда просто из ниоткуда приходят какие-то слова и фразы. Сравним ситуацию в "Утраченном пути" Толкина: отец и сын независимо друг от друга ловят глюки на одну тему (собственно, о Нуменоре), но отец "видит" только слова - тексты, причем на разных языках, в том числе квэнийском и синдарском: "Сны. Они приходили и уходили... Но при этом оставались мучительно словесными. Никаких историй, никаких образов он не помнил - только чувствовал, что видел и слышал что-то, что ему очень хотелось увидеть, и он много бы дал, чтобы увидеть и услышать это снова, - и еще эти обрывки слов, фраз, стихов". (Кстати, ловлю глюков он начал с сочинения слов и создания своего "придуманного" языка - кто же знал, что этот язык окажется настоящим?) А его сын именно видит - но видит одни лишь картинки, без слов и объяснений: "Сны... Но не обычные сны, совсем другие: очень живые; почти никогда не повторяются, но все вместе складывается в историю. Но история какая-то призрачная, безо всяких объяснений. Ни звука, ни слова, одни образы. Корабли, плывущие к земле. Башни на берегу. Битвы, мечи сверкают, - и тишина. И еще эта ужасная картина: огромный храм на горе, и дымится, как вулкан. И жуткое зрелище: море разверзлось, и целый остров рушится, горы падают в море, и черные корабли летят во тьму". На самом деле, ловя глюки о Средиземье (а нас в первую очередь интересуют именно они), человек в таком положении оказывается редко: объяснения уже существуют, и догадаться, к чему относится увиденное или услышанное, примерно можно. (Другое дело, когда человек "видит" какой-то другой, свой мир). Но тем не менее поначалу глюки либо слишком бессвязны, либо попросту не требуют систематизации, поскольку укладываются в уже существующую картину мира, подобно недостающим осколкам мозаики.

      Но когда глюков накапливается достаточно много, они порой начинают выбиваться из общей картины. Либо потому, что человек стоит на иной позиции, чем Профессор (как Ниенна и прочие Черные), либо просто потому, что мир Средиземья слишком объемен. Глядя на плоскую картину, вы всегда будете видеть ее практически одинаково, где бы вы ни находились. Но если вы рассматриваете объемную статую, вы непременно увидите то, чего не видит ваш сосед, стоящий в трех шагах справа, и не увидите того, что видно ему. Так и со Средиземьем. Вы можете быть совершенно ортодоксальным Светлым, но при этом ваши глюки будут отличаться от Профессорских уже потому, что вы смотрите из иной точки. И давить "неправильные" глюки бесполезно. Они вовсе не обязательно являются "наваждением Врага". Лучше попытаться проанализировать их и дополнить существующую картину мира. Либо изменить ее.

      Это отчасти опровергает мою собственную статью "О невозможности плюрализма". Но лишь отчасти. Одно дело - расхождения, другое - прямое противоречие. Глядя на черно-белый предмет с одной стороны, мы можем сказать, что он бел, глядя с другой - что черен; но мерзавец всегда останется мерзавцем, как ни смотри. Его можно понять, ему можно посочувствовать, но сотворенное им зло не станет добром от того, что он отстаивает какую-то свою точку зрения или просто обижен судьбой и несчастен.

      Таким образом, мы переходим ко второму этапу глюколовства. Многие до него так и не доходят - либо из лени, либо из нелюбви к логическим построениям - да мало ли причин! Но те, кого не устраивает беспорядочная куча накопившихся впечатлений, в конце концов садятся разбирать их и пробовать, не сложатся ли обрывки подслушанных и подсмотренных фраз в цельный текст. Работа мелкая, хуже вышивания, особенно если речь идет о какой-то малоизведанной области; но зато на редкость благодарная. Когда из осколков льда наконец-то сложится слово "Вечность", наступает озарение. Своего рода "эвкатастрофа". Наконец-то становится понятно, что к чему, и при чем тут то или иное событие, и какой-то разговор, совершенно невероятный для Средиземья, перестает казаться неестественным. Тут мы тоже идем по стопам Профессора, но нам проще - он уже проложил путь.

      И, пройдя этап анализа, мы выходим на третий уровень. Мои друзья, с которыми мы все это обсуждали, и которым, собственно, принадлежат мысли, содержащиеся в данной статье, назвали этот третий этап этапом творца. Или даже Творца - с большой буквы. Но с большой буквы - много чести будет, поэтому назовем просто этапом творения.

      Найдя связь между разрозненными глюками, мы получаем систему. Эта система позволяет продолжать ловлю глюков уже на новом, осознанном уровне. Сразу проверять глюки на истинность (так, это укладывается; это - явная чушь, такого быть не может; это не укладывается, но что-то в этом есть, надо проверить); с достаточной степенью достоверности достраивать отрывочные сведения; конструировать события по принципу "Если бы это было, это было бы так..." Замечу сразу: система, которая вычленяется из текстов Профессора, позволяет это делать с самого начала, поэтому строить для Средиземья совершенно новую систему - все равно, что изобретать велосипед; и, в конечном счете, она будет либо в основных чертах повторять старую (хотя, возможно, шиворот-навыворот), либо будет неверна. Но в результате анализа глюков можно получить новые подсистемы, позволяющие разбирать частные случаи, системой Толкина не предусмотренные. Что, собственно, и требовалось.

      Разумеется, каждый последующий этап включает в себя предыдущий. Анализ глюков не исключает появления новых, а пользуясь созданной в результате анализа системой, вы постоянно модернизируете ее, анализируя новые факты и включая их в систему. Но, переходя к следующему этапу, вы тем самым поднимаете предыдущие на новый уровень. Ловля глюков, часто бессмысленная и мучительная, обретает цель и смысл; а сухие логические построения обрастают живой плотью фактов. И в результате в картину Средиземья, которую мы пытаемся достраивать там, где Профессор ничего не сказал или сказал слишком мало, вставляются новые, более или менее крупные, но всегда важные детали.

      Примечание: интересующихся техникой глюколовства "по Толкину" отсылаем к "Notion Club Papers", опубликованным в девятом томе "Истории Средиземья". Перевода на русский язык пока, увы, не существует.

декабрь 1997, опубликовано в "Талисмане"


Обсуждение

 


Новости | Кабинет | Каминный зал | Эсгарот | Палантир | Онтомолвище | Архивы | Пончик | Подшивка | Форум | Гостевая книга | Карта сайта | Кто есть кто | Поиск | Одинокая Башня | Кольцо | In Memoriam



Na pervuyu stranicy Отзывы Архивов


Хранители Архивов