Stolica.ruРеклама

Na pervuyu stranicu
Arhivy Minas-TiritaArhivy Minas-Tirita
  Annotirovanniy spisok razdelov sayta


Нион


ХИ-2000 и Ангмарские войны


      "Не моя отвага, не моя любовь...

      Но зачем же я еду туда вновь и вновь?

      Для чего тогда песни и пламя костра,

      Для чего тогда все, если это - игра?"

      Обрывки памяти, как обрывки снов - что-то неуловимое. Ветер в лицо, пальцы, впившиеся в борт грузовика - дорога на полигон. Шаг навстречу своей команде, незнакомые лица: какие вы, люди? Я уже знаю, что хорошие, но еще неизвестные... Стук топоров с башни... если башня или крепость вообще нужны... а если главная защита - скрытность, а, Серый Отряд? Первая ночь у костра... может, еще до парада... игровые имена и легенды по кругу... Парад. Жадно смотришь на тех, кто по ТУ сторону - когда еще увидишь всех вместе? И после - адреса, адреса, фотографии, уверения других (а на самом деле, себя), что мы еще встретимся. И - игра...

Часть первая. "Завтра весной..."

      ХИ. ХИ я почти не помню. Я и не играла толком. Просто не могла включиться. Ходила по полигону, словно посторонняя. Но попытаюсь по порядку.

      День первый.

      Разбросаны по Средиземью, узнаем своих только в лицо да по жемчужине на шее. Я бродила по дорогам, заходила в кабаки, слушала сплетни... кажется, и до Мордора дошла. Да, точно. Вечер первого дня, назгулы захватили двоих следопытов и вывели под стены Дол-Амрота. Как я узнала позже, они предложили выбор князю Имрахилю: или ты выйдешь - один и без оружия, или эти двое умрут. Даниэль, летописец Дол-Амрота, рассказывала после, что леди Эстельвен (Марго) стояла рядом с ней белая, как полотно. Князь - по одной версии отказался. По другой - его трое держали, чтобы не вышел. А мы видели это с переправы... слов не разобрать... и вот их уводят в окружении орков - по Мордорскому тракту. Что мы могли сделать, почти безоружные, да к тому же трое из пяти - девушки? И тут Элинор выскальзывает вперед и бежит за ними следом. "Эль, стой!" - отчаянно кричит ей вслед государыня, но она словно не слышит. Только бросила через плечо: "Я - лекарь". И фигурка в красном быстро удаляется. "А ведь она права, - слышу я за плечом. - Девушка, да без оружия, да лекарь... У нее больше шансов". Я оборачиваюсь к государыне. Я ювелир, я пойду с ней, мы сестры, даже если что случится с одной, то... государыня, я прошу вас! На лице Гильраэнь - отчаяние! Не дожидаясь ответа, я бегу следом за Элинор. Да, все прошло благополучно, но только о пленниках мы так ничего толком и не узнали. Единственное, чего добились - назгул (!) пригласил нас заходить завтра. Ничего себе, а? Еще из впечатлений первого дня - тяжелое сомнение. Как больно и тяжело подозревать своих! Но если ты сама отнесла записку в Шир с предложением найти покупателя на репу и уверением, что дело срочное, а потом узнаешь, что Шир торгует с Мордором (?), то поневоле удивишься: зачем? И для чего это нужно? А ведь записку просила передать Хельвен, своя... Ох, Хельвен, "несчастье полигона"! Из-за тебя я не могла потом доверять и еще некоторым из своих. Первую ночь игры я не помню...

      День второй.

      И начался он с того, что я, придя в Форност, свалилась там с приступом. После этого родился анекдот: бегает дунадан за назгулом по лесу. "Нашли на меня черную немочь! Ну, пожалуйста!" "Зачем?!" "Выспаться хочу". Едва я отлежалась, в Форност прибежал кто-то из следопытов с известием, что Дол-Амрот захвачен назгулами. О Эру! Я кинулась туда.
      Дол-Амрот... прекрасная и величественная крепость на берегу моря. И невозможно видеть вместо голубого знамени с белым лебедем - черное полотно с изображением Багрового Ока. И издалека - как черные тараканы, по голубым стенам ползают орки и назгулы. Теперь это - Минас-Моргул. Насмешка судьбы...
      Выселки орки не тронули. Потухшее кострище, заброшенный лагерь. Чья-то чашка на земле, забытая в спешке. Отсюда через потайной ход следопыты уводили женщин и детей Дол-Амрота в лес, и дальше - к приморским гномам. Жив ли лорд Имрахиль? Что с леди Эстельвен? Все ли наши уцелели? Живы ли мои братья и сестра? Все разъяснилось немного времени спустя.
      Конечно же, Элинор опять убежала в Мордор - неугомонный ребенок! Впрочем, она права - лекарю все пути открыты. А я... что ж, меня ведь звали торговать? А пойду-ка я в темный кабак, там любые сплетни услышать можно - вдруг да узнаю что-то о судьбе тех ребят, что захвачены в плен.
      Ага, сходила! Пришли мы с Хохой в кабак - а там, окромя голодных и злых трактирщиков, нет ни денег, ни еды, ни воды, ни одной живой души. Мы сидели у стойки и пытались завести с ними беседу, как вдруг сзади - удар между лопаток. Ах, черти! Слава Эру, что дунаданы одно тяжелое ранение переносят спокойно. Хоха тут же схватился за меч, а я... сама не пойму почему, но кинулась бежать. Одна мысль была в голове: добежать до своих и звать на помощь. Где там! Чуть опомнившись, поняла, что долго ж бежать-то придется! От Мордора до Форноста... да даже и до Рохана... гм-м...
      Я решила вернуться. Пока пробиралась кустами, напоролась на человека... Кто такая? Ювелир, иду торговать в Умбар. Пойдешь в Харад? Пожалуйста. (какого черта, мне же в Мордор надо!). Зайдем в кабак. Э, нет, у них я была, там ни денег, ни еды... Но было уже поздно. В кабаке толпились четверо, а кабатчик, увидев меня, закричал: держите ее, это она была с тем, которого здесь убили! Ну, и конечно - "оглушен".
      Придя в себя, обнаруживаю, что сижу на земле, руки связаны, а надо мной стоят пятеро, вертят в руках мой товар и рассуждают, кому же из них я досталась. "Пусть будет общая. Позабавимся и в рабство продадим" (сходила поторговать, называется) И тут вдруг в дверном проеме возникает черная фигура. И как-то очень знакомо блестят очки из-под маски... Фигура шагает к стойке, но останавливается, увидев меня. Я очень вежливо кланяюсь (насколько это возможно), потому как назгула этого узнала. И он меня, видимо, тоже.
      До сих пор не могу понять, зачем назгул выкупил меня. Заплатил 22 монеты. Я, помню, еще подумала, что у темных денег куры не клюют, а Серому Отряду грозит перспектива остаться назавтра с тремя клинками на всех, ибо на перековку оружия нужны деньги, а их у дунаданов отродясь не бывало... Умбарцы (или харадцы ли, не помню) повозмущались, но больше для порядка. Видно, 22 монет им хватило.
      Назгул развязал мне руки и помог подняться. Буркнул: "Иди за мной", и вышел. Я пошла, потому что - а что делать-то? Идет он явно в Мордор, а мне туда и надо. Бежать - смысла нет, в центре темной стороны да с назгулом... Иду, в общем. Нахожу там Элинор (жива, слава Эру!), а потом мы с назгулом заводим "философскую беседу". Нет, сперва ко мне подошел еще один назгул: нет ли у тебя бисерных украшений? Есть, говорю, но это не на продажу. Ну, хоть покажи. И сразу же, едва увидев, вцепился в черное с красным колье: продай! Не могу, говорю, это в подарок. А кому? Вашему, отвечаю, Третьему назгулу. ?! Ага! Третий, иди сюда. Третий подошел. Четвертый объясняет ему, в чем дело. У Третьего очки из-под маски на лоб вылезают. За что это? Я опять объясняю, что есть у меня хобби - хорошим людям подарки делать. По жизни.
      Ты откуда?
      Из Магнитки.
      О, знаю!
      Откуда?!
      "Расколотый мир"
      Ты там был?!?
      Нет. Но наши из Омска ездили троллями. А ты была?
      Была. В Форносте.
      Тыгыдым до хата?
      Быр гыр дык оппа!
      И мы хохочем на весь Мордор.
      Назгула звали Борькой. Сними, говорю, маску, я на тебя посмотреть хочу. Он удивился, но снял...
      А потом мы затеяли беседу, и Третий за 15 минут меня загрузи-и-ил! Тут Элинор подошла, и назгул вывел нас за ворота и проводил до тракта. Вести Элинор были невеселыми...
      Уже смеркалось, когда я дошла до кабака "Семь кубков" у Минас-Тирита. Голодная, умотанная, без гроша в кармане. Хорошо хоть, украшения вернули. Я попыталась продать хоть что-нибудь, чтобы поесть, но денег у народа не было. И вот тут я на собственной шкуре ощутила, каково это: скитаться по дорогам, не зная, где удастся поесть и переночевать, да еще выслушивая насмешки в свой адрес. Не по книгам, а по-настоящему... Ладно, Даниэль - добрая душа - купила у меня брошь на последние деньги, и я с жадностью набросилась на макароны.
      А потом побрела домой, на Выселки, чтобы хоть переодеться - уже холодало. "Мне нечего сказать вам - тем, кто не покинул этих стен..." А дома все злые - нас заставляют по жизни переезжать. На ночь глядя. Или - вне игры всю ночь.
      Мы выбрали второе; сидя у костра, почти рычали друг на друга, понимая, что самое лучшее сейчас - лечь спать. Но под стену прополз Астальдо - Арагорн, шепотом сказав, что сейчас здесь будет театралка. Вообще, ночи на ХИ - это было дивное время! Оживали старинные легенды, сказки, сказания... Можно было увидеть Маглора, бродящего у воды, Берена и Лютиэнь или государя Финрода. Все, что хочешь...
      Какая была театралка! И звезды - огромные. И голос Йовин - звенящий, чистый. Назгулы вышли из крепости посмотреть на все это, и Борька - Третий - признался, что жутко голодный. А у нас в крепости каша гречневая осталась. Прикормленный назгул в лагере у дунаданов кашу ест... ну, поболтали мы чуть-чуть. Все наши давно уже спали, а мне жалко было спать - такая ночь. Теплая, тихая... Назгули-гули- гули...

      День третий.

      Пока перебрались на новое место, пока палатки поставили и прочее - вышла я в игру в пять часов вечера. Кинулась в Форност, искать кого-нибудь из своих. Что происходит сейчас? Заставы следопытов были разбросаны по всему Средиземью, но больше всего, конечно, в Шире. Главная застава, на которой всегда кто-то был, - у кабака "Трезвый пони". Там я и нашла Гильраэнь... и бросилась ей на шею. Кто уцелел? Что сейчас вообще? Как хорошо, что вы живы! Вечер я не помню. А ближе к ночи мы с Хохой пошли "приключаться". Стемнело. Мы нашли Арагорна и Даниэль. Ах да, еще вручение знамени Дол-Амрота наследнику лорда Имрахиля (Скай). А после мы вчетвером ушли на берег. Сначала купались, потом долго сидели и разговаривали. О Дол-Амроте.
      Ребятам пришлось нелегко. Команда сборная: Челябинск - Иркутск. Они смогли сыграться так, что это была, пожалуй, одна из лучших светлых команд. Но после выноса им опять пришлось разделиться. Да к тому же лорд Имрахиль бросил своих, иркутских, ребят и ушел к нам в следопыты (поговаривают, что из-за девушки. Если это так... да и вообще - он не имел права так поступать). Они растерялись. Хорошо, что оказались с ними Даниэль и Скай. В конце игры Дол-Амрот соединился вновь, и они отвоевали крепость.
      Ночевать я ушла в Форност. Я давно решила, что к своим, в лес Фангорна, не вернусь. Нет ничего хуже, чем неигровые разборки на игре, они выбивают очень сильно. А ребята в Форносте... нет, видно, в слове "Форност" есть для меня что-то магическое. Второй раз этот город - совсем другой - становится для меня родным. Какие там люди собрались! Это был массовый психоотстойник - мы смеялись почти беспрерывно, причем по игре, причем тон задавала матушка-государыня Гильраэнь. Три дня я играть не могла - заледенело что-то внутри. Они отогрели меня... Ночевала я той ночью в Хоббитании в компании: я, эльф, два хоббита и призрак. А, еще как мы до Форноста добирались: дождь, очки залиты, иду наощупь. Хоха крепко держит за руку, а Арагорн впереди нащупывает дорогу. Хоха смеется: не бойся, нас же главный Следопыт ведет. А спереди доносится: тут яма... осторожнее, кочка... черт, не туда зашли, давайте вернемся... а-а-а-! черт!! Тут корень!!... правее... прямо... Однако же, дошли. И мы с эльфом, взяв спальник, пошли искать приюта в Шире.

      День четвертый я вообще не помню. Только вечер - перед Пеленнорской битвой. Рвали матрешку, которая заменяла нам ацелас. Короля ждали... неуловимый наш, как всегда, где-то шастал. А потом Гильраэнь отослала меня в Изенгард. И черта ли я послушалась? Когда вернулась, все было кончено. Столько народу полегло... И Йовин погибла... гордая княжна. Как накануне мы с Хохой сидели у костра в степях Рохана, и она пела. А князь Йомер варил картошку, посты проверял. "Принцесса Йовин в ночном..." "У принцессы Йовин крыша в ночном. Принцесса по Арагорну сохнет", - усмехнулась она. Теперь Йовин стоит в белом хайратнике, даже улыбается, но так и видится, как несут ее на носилках воины Рохана. Да, наверное, такой и могла бы быть Йовин у Толкиена. Ну, может быть, чуть более холодной и гордой, чем наша. Но отваги... да и гордости тоже... в этой милой барышне из Москвы хватало. А близко я с ней познакомиться не успела, о чем весьма сожалею. Светлая она, Йовин.
      Как полагается, речь Арагорна... Завтра весной идем штурмовать Минас-Моргул... и все такое. А потом я опять брякнулась прямо посреди Пеленнорской равнины. И Хоха решительно утащил меня в Форност, заволок в палатку и занялся психотерапией. Часа два или три он со мной возился. Я пропустила свадебный обряд - очень красивый, пропустила самые страшные минуты, когда прибежал гонец с заставы с вестью о том, что Саурон надел кольцо. Как тихо стало у костра! И взволнованный голос государыни... мы должны держаться вместе и не поддаться страху. Нас мало осталось.
      А я пропустила все это; жалею - и не жалею. По крайней мере, тот лед внутри, что мешал дышать и жить в полную силу, растаял. Конечно, Хоха никуда не отпустил меня. В эту ночь в королевской палатке мы спали вчетвером - я, Даниэль, Хоха и Арагорн. И как же мы потом смеялись!
      Штурм Минас-Моргула был назначен на 9 часов утра. В 7:30 Птах закричал снаружи: подъем! А мы легли только в три часа. Конечно, вставать королю неохота, и он пишет указ, что никому никуда ходить не надо, а он вызывает Саурона на поединок. Конечно, мы с Дани хохочем. Конечно, народ, слыша из палатки государя девичьи голоса, начинает над нами издеваться. Я думала, что помру от смеха - такие снаружи отпускались шуточки!

      День пятый.

      Собственно, игра почти потухла. В полдень на главной поляне у Дерева Мелкина собрались все. Были песни, фотографирования, обмен адресами. Потом мы пошли купаться. А вечером Серый Отряд собрался в Форносте. Ходили по Ширу - там на главной площади горел огромный костер. Мокрая трава... и Птах убеждает меня, что все чудесно, и доброта победила. И так легко становится от его оптимизма. А потом - песни у костра, дома, в Форносте. А Гильраэнь, отвернувшись, вытирает слезы: "Я только сейчас поняла смысл этой поговорки: "Моя родина - это мои братья". У меня такое чувство, что я ухожу в изгнание..." О, друзья мои! Свидимся ли мы еще?
      Уже на станции, при прощании, Хоха сказал мне словно невзначай: "Самое главное - просто светить. Для других." Ну вот. Теперь что касается команд... Не везде я была и мало что видела, но все же. Хоббиты.
      Самая лучшая команда на всем полигоне! Мало того, что они играли истинных хоббитов - мирных, не выходящих за пределы Шира и Вуттона, - так они еще очень светлы и добры! Наверное, забреди к ним голодный Саурон - и того бы накормили и обогрели. На третий-четвертый день игры весь Серый Отряд носил за поясом ложки и ходил к хоббитам "на сельхозработы", а иначе говоря - обедать. Хоббиты победили Тьму - своей добротой. На игре стоял выбор не между темным и светлым, а между светлым и добрым. Эльфы - назгулы, а между ними хоббиты. И пусть по сюжету Свет проиграл - Саурон надел кольцо - но победило все же Добро! В общем, спасибо им - за чудесную игру и веру!
      Рохан.
      Их я мало знаю, но из того, что знаю. Особенно в политику не лезли, но на своей территории чужеземцев не жаловали. Гордые, внимательные. Сколько их погибло на Пеленнорском поле! Память... Мордор.
      О-ох! Ну, прежде всего - назгулы. Какие были назгулы! Действительно - назгулы. Холодные, жесткие... даже жестокие порой. Нет, близко я общалась не со всеми. Два полюса игры: мирные, добрые хоббиты - и четко военизированная структура Мордора. Все по указу, по звонку. А в назгулах все же оставалось еще что-то человеческое. До сих пор не пойму, зачем Третий меня выкупил. Ну ладно бы выкупил, но отпустил почему? Вообще, кто же они и какие - эти "птички"? Помнят ли они хоть что-то из той, прежней, жизни? Или - не хотят помнить? Третий, шагая по тропинке, глухо обронил в ответ на мой вопрос: "Я не хочу это помнить". Жаль, с Ангмарцем я не общалась. И, конечно, подготовлены были ребята капитально. Достаточно хорошо разбирались в психологии, зная, как найти слабое место человека. Подкованы в текстах Толкиена, безусловно. Знать бы, как их набирали в назгулы? А когда Борька провожал нас до тракта, мимо "пролетел" еще один... еще одна "птичка"... и, нагнувшись, положил у моих ног цветок чертополоха. Минас-Тирит.
      Это был бардак. Никакой дисциплины и упадническое настроение... Противоположность - Дол-Амрот. Эх, как нас в первые дни князь Имрахиль будил в 8 часов утра криком: "Атани, подъем!" Марго - леди Эстельвен - как она играла! В своем отчаянии, тревоге за мужа и горе не забывая о людях... Спасибо, Марго!
      Раздол, Эсгарот, Умбар, Харад - я там почти не была.
      Арнор. Бродяги-следопыты. Развалины Форноста (секретное, между прочим, поселение) можно было найти по дикому хохоту. Ребята, возвращаясь из патрулей, рассказывали о своих приключениях и смеялись. Но больше всего смеха - над королем. У Толкиена Арагорн звался Бродяжник, у нас же - Неуловимый Барахольщик. Даже матушка могла видеть непутевого сына только утром... он шатался по всему Средиземью, но только не там, где искали. А как выглядело пробуждение государя? Открывается полог палатки. Вылетают: корона Арнора, Андрил, еще клинок, скипетр, спальник... и наконец, сам Арагорн. И с каждым утром вещей у палатки государя прибавлялось. А как Арагорн в Упокоища ходил... "Государь, если погибнешь, домой лучше не возвращайся - выпорем!" Птах говорил: "Сколько раз у нас был выбор: отвести человека (хоббита) к эльфам, ему там мозги промоют и сделают светлым и безобидным. А мы пытались убедить его сами... или отводили в Шир." Насколько точен был расчет мастеров с Кольцом! Кольцо - живой человек. Ведь почему хоббитесса из отряда Хранителей отказалась бросить Кольцо в огонь? Ему больно будет... Огромный идиотизм - издевательства над назгулами. Ребятам крепко досталось по жизни; Малину сотрясение мозга устроили, Борьке руку повредили, Жану тоже "съездили" чем-то... Что это - зависть за классный отыгрыш? Злость оттого, что их нельзя "вынести" обычными методами? Бред какой...
      Белый Отряд Фарамира, которых прозвали Канатчиковой дачей. Тоже - те еще идиоты. Фарамир, благородный и отважный правитель Гондора, на этой игре превратился в бандита с большой дороги.
      Замечательное изобретение - Зачарованный лес и приключения в нем. Не была я там и очень жалею. Рассказывали... А эти слова Борьки-назгула в последнюю ночь: "Спасибо за игру, ребята. Вы были у нас такой занозой в заднице" От назгула - Серому Отряду!
      Конечно, на игре в 800 человек бардака много. И идиотская эта перековка оружия на 3й день, когда мы рисковали остаться с 3-мя клинками на всех. Ну нет у дунаданов денег, нет в принципе! И избиение назгулов. И переселение Дол-Амрота, в результате которого ребята на долгое время оказались вне игры. И "кривой" Белый Отряд.... Да всего и не упомнишь. Но все же - игра была. Психологическая. Живая. Да и вообще, я считаю, мастерам, только если им не плевать на все, стоит сказать спасибо в любом случае. "Не любо - не слушай, а врать не мешай!" Не хочешь - не езди. Или не кричи потом, что мастера - козлы. Им, в большинстве случаев, хуже всех оттого, что игра не удалась.

Часть вторая. "Купить капусты...". Ангмарские войны.



Верстка - Терн


Взято с сайта Умбар

 


Новости | Кабинет | Каминный зал | Эсгарот | Палантир | Онтомолвище | Архивы | Пончик | Подшивка | Форум | Гостевая книга | Карта сайта | Кто есть кто | Поиск | Одинокая Башня | Кольцо | In Memoriam



Na pervuyu stranicy Отзывы Архивов


Хранители Архивов