Stolica.ruРеклама

Na pervuyu stranicu
Arhivy Minas-TiritaArhivy Minas-Tirita
  Annotirovanniy spisok razdelov sayta

Талиорнэ

Заметки по поводу ХИ-99

Я - Талиорнэ, мастер по первоисточнику ХИ-99 (до игры) и энт Фангорн (во время игры). Рассказывать о своей работе в качестве мастера до игры я, пожалуй, не буду, поскольку почти ничего интересного в ней не было (разве что то замечательное предложение по сюжету, согласно которому Голлум кроме кольца нашел в Андуине еще и обломки Нарсила - кто хорошо помнит историю Средиземья, вероятно, повеселится вместе со мной, кто не помнит - может не вспоминать).

Итак, на игре мы были энтами леса Фангорн: Фангорн-Древобород (это я), Брегалад-Скородум и Долгодум (придумать подходящий перевод слова "долгодум" на Синдарин мы так за всю игру и не смогли). Кстати об именах - Древобород в разных переводах звучит по-разному (например, есть вариант Древень). Посему я объявил, что откликаюсь на любое имя, начинающееся с "древ-". В результате чего родилась присказка "жили-были в одном лесу Скородум, Тугодум и Древно". Вообще, энты оказались способными лингвистами и пользовались для обозначения друг друга самыми различными словами, например "Взглупень" (по аналогии с "Древень", "Листвень" и "Вскорень"). Кроме нас, в лесу проживал также Фрумгар (ребенком бежавший из Рохана). Такое неблагозвучное имя энты выговорить не могли, так что он до конца жизни прозывался у нас "Хрумкинс" (это же имя получил Валандур из Гондора, появившийся у нас в лесу через короткое время после съедения Фрумгара на новогоднем празднике в Хараде).

Хочется сказать пару слов о месте на полигоне, где располагался наш лес. Вначале нас поставили во вполне пристойном ельнике, темнотой и дремучестью немного напоминающем настоящий Фангорн, однако накануне игры (в девять вечера, если я не ошибаюсь) нас стали двигать на новое место (поскольку на старом теперь должна была расположиться Мория). Только въевшаяся в кровь интеллигентность помешала энтам избить первого подвернувшегося под руку мастера (правда этим мастером с большой вероятностью оказался бы я - по приезде на полигон я с интересом узнал, что являюсь капитаном своей команды, а также ее мастером-посредником, причем не подчиняюсь ни одному из региональщиков). Таким образом мы вечером по весьма пересеченной местности втроем тащили четыре рюкзака (будущий Хрумкинс счастливо отсутствовал все то время, пока мы переносили лагерь - правда потом ему пришлось ночевать у костра чужой команды, поскольку новое место лагеря он найти не смог - ночью это было практически невозможно). Окрестности оглашали громкие крики "Ай-й-й-й-й-й-а-а-а эленион анкалима" (буквальный перевод с квенья "хвала ярчайшим звездам"), где крик "Ай-й-й" раздавался в тот момент, когда под ноги попадался корень или овраг, а оставшаяся часть фразы произносилась, чтобы сделать вид, что ничего не произошло. Новое место отличалось полным отсутствием взрослых деревьев (как объясняли мы лориэнским эльфам: "лес Фангорн начинается вон там, где кончаются деревья") - по-видимому какое-то время назад они там были срублены, после чего молодая поросль уже успела вымахать в человеческий рост. Как следствие, вся наша территория была завалена малозаметными на земле бревнами, кроме того наличествовал овраг (и не один), засыпанный почти доверху стволами берез, который мы после первого же ночного похода за водой окрестили "костоломкой". Следует еще упомянуть весьма крутой (с учетом поправок на глазомер - градусов 45) подъем, по которому должны были подниматься все, идущие со стороны с Лориэна, которые был назван "комариная плешь", и становится понятно, что лес наш был действительно заповедным и неосторожному путнику без проводника туда ходить явно не стоило.

К стыду своему должен сказать, что как игроки мы были подготовлены плохо. Унифицированного энтского костюма не было (Скородум вообще выглядел по прикиду как типичный эльф, за что был заслуженно не по игре руган орками), обрядов мы не придумали (у нас был один весенний праздник, но за всю игру мы его ни разу не отпраздновали), внутрикомандный отыгрыш практически отсутствовал... Правда мы немного поработали над своей речью, так, например, встречая северных следопытов, я произвел на них некоторое впечатление, поднявшись на высокий пень и прокричав в сторону лагеря "не-рарум-эн-зэ-а-лалла-лалла-румба-каманда-линд-ор-бурумэ". Но это был всего лишь дешевый трюк. Тем не менее, несмотря на недостаточную доигровую подготовку, на мой взгляд, мы играли вполне пристойно, по крайней мере в присутствии сторонних наблюдателей.

Опишу игровые правила, касавшиеся энтов:

  1. Энт неуязвим на территории леса Фангорн.
  2. Энт снимает все хиты объятием на территории все того же Фангорна.
  3. Энт может покидать лес Фангорн только с санкции главного мастера игры.

Последний пункт, с учетом отсутствия у нас рации, очень удачно моделировал нашу неторопливость, потому что, когда возникал вопрос, нельзя ли нам выйти из лесу, мы собирали энтомолвище и я бежал в мастерятник спросить разрешения. В результате решение о том, чтобы выйти из леса, могло быть принято не ранее чем через час "энтомолвища" (а с учетом того, что главного мастера не так легко найти, ждать обычно приходилось больше полутора часов). Так что все, кого это могло интересовать, быстро выяснили, что работать в качестве скорой военной помощи энты не могут.

Для того, чтобы не превратить наш лес в проходной двор, мы еще до начала игры придумали нового, не описанного в правилах монстра - хуорна (или сумасшедшего энта). Отыгрывали мы это так, что если один из нас надевал черную повязку на лоб, то он становился невменяем и убивал всех не-энтов попадавшихся под руку. По нашему замыслу это должно было отпугивать часть визитеров. Специально для наших друзей (в первую очередь для маленьких миролюбивых друаданов) был придуман пароль "Даро!", который прекращал безумие хуорна. Однако весь этот замысел реализован практически не был, поскольку чрезмерного наплыва посетителей у нас не наблюдалось. Тем не менее, все наши постоянные гости приобрели неприятную привычку при виде энта громко кричать "Даро!", не вглядываясь в повязку (особенно меня напугал этот крик из кустов, когда я возвращался в лагерь в два часа ночи поспать). Только один раз хуорну удалось поймать несчастного путника - это оказался эльф из Лихолесья, которого мы сами же и попросили придти к нам в лес, забыв рассказать про пароль. Но пленнику удалось вымолить себе жизнь, упав перед хуорном и рассказав ему о молодой невесте, ожидающей его в родном Лихолесье... Смилостивившийся хуорн - небывалое дело!

Всех приходящих гостей мы поили энтовой водой (ручьевая вода + пакетик сухого порошка), в общей сложности мы извели за пять дней игры немного более 40 литров воды (расход воды особенно повысился, когда я выяснил, что энтова вода утоляет игровой голод, и гости повалили косяками). После долгих и мучительных попыток придумать обряд изготовления энтовой воды (высыпание порошка из пакетика в пластиковую бутылку - не самое вдохновляющее зрелище), когда я обнаружил, что не могу даже придумать никаких подходящих к случаю слов, я решил опираться на Профессора, согласно которому энты поили гостей из своих особенных родников, не творя при этом никаких внешне заметных обрядов. Посему высыпание порошка в бутылку символизировало разве что простертые над родником руки. По этой причине гости обычно к обряду добывания энтовой воды не допускались...

У энтов, в отличии от большинства других народов Средиземья, не было ярко выраженной цели, требовавшей больших усилий - например, уничтожить кольцо или вынести Харад. Хотя каждую зиму, когда в Хараде с использованием барабанов праздновали новый год, мешая нам впадать в зимнюю спячку, возникала идея "А давайте пойдем и вынесем Харад!". Правда, после игры выяснилось, что это был не Харад... Кстати насчет зимней спячки, мы с удивлением обнаружили, что зимой засыпает едва ли не все Средиземье, включая эльфов (лориэнские эльфы рассказали нам про новый прогрессивный метод измерения времени, при котором год делится на 24 месяца - такое летоисчесление было весьма популярно). Так вот, никаких глобальных задач у нас не было, жен мы не искали, так что жизнь у нас тянулась, как и положено, неспешной чередой лет, листья облетали и снова появлялись на ветках, гости приходили и уходили, а Фангорн стоял вечно... Поэтому повествование об игровых событиях разбивается на много маленьких рассказов:

Сказ о том, как энты читать учились

"Как называются эти маленькие й, которые летают и жужжат?"

Энт Долгодум

Пришли как-то к нам в лес маленькие миролюбивые друаданы и понарассказывали разных страшных историй - Черная Земля пробудилась ото сна, в мир явились девятеро забытых и прочие ужасы в этом роде. (У маленьких миролюбивых друаданов вообще были страшные истории - как-то они меня напугали слухами о том, что на поверхность явился кто-то могучих огненных демонов древнего врага, я ажно сознание потерял на месяц от испуга [бегал в мастерятник проверять, пылая праведным гневом мастера по первоисточнику]). И еще маленькие миролюбивые друаданы сказали, что у них есть древние бумаги, в которых можно прочесть обо многом, что может помочь и обещались принести нам их.

И тут выяснилось, что за тысячи лет никто из нас так и не удосужился научиться читать, несмотря на наше виртуозное владение устным языком (и не одним). Собрав энтомолвище, мы решили отправить послания в Золотой Лес и Лихолесье, чтобы оттуда прислали учителей (Хрумкинс Валандур из Гондора интересующими нас древними письменами не владел). Сказано - сделано. Не прошло и года, как из Земли-долины-поющего-золота явились к нам две эльфийские девы, увенчанные премудростью и снабженные письменными принадлежностями.

Обучение шло долго и трудно, наши прекрасные образовательницы не сразу постигли, что мы не разумеем слов "буква", "знак", "звук", не знаем азбучных правил "слева-направо" и "сверху-вниз". После долгих мытарств мне удалось-таки начертать на бумаге ругательное слово "бурарум", но так, что его внешний вид вполне гармонировал с его непотребной сущностью [вы когда-нибудь пробовали писать по бумаге, лежащей на тонком березовом бревне, обхватив ручку ладонью, как рукоятку оружия?]. Однако эльфийский алфавит поразил нас своей непостижимой сложностью, а присутствие в нем знака для звука "щ" (отсутствуещего в эльфийских языках) повергло нас в трепет. Когда же мы попросили показать нам хотя бы одно слово в эльфийском языке, содержащее букву "й", наши просветительницы странно замялись, так что Долгодум, неожиданно быстро сообразив, сказал "Я понял! "Й" - это неприличное ругательство!". Как нам удалось узнать, особо неприличной формой этого ругательства, непригодной для употребления в присутствии дам, было "и-краткое". Век живи - век учись! А когда живешь сотни солнечных веков...

Нам удалось прочесть бумаги маленьких миролюбивых друаданов, откуда мы узнали много интересных и познавательных история, таких, например, как эта:

Я, друху Стилхан, дальше записываю здесь хронологии, получил известие от людей, которые изучили меня, чтобы записать. Я единственный друху, способный записывать:

[дальше записываю] Но с прохождением лет жизнь вышеупомянутого народа Хитлум, типа все еще остался. Эльфы или Люди, стали когда-либо тяжелее и более рискованными. Для как в другом месте сообщает, Чёрный разбил его залоги к Человек Востока, который обслужил его, и он отверг к ним богатые страны Белерианд, которого они жаждали, и быть отгонял этот злой народ в Хитлум, и там управлял ими, чтобы жить. И хотя они любили Чёрного больше, они обслуживали его все еще в опасении, и ненавидеть весь народ Эльф; и они презирали остаток семьи Хадор (старый и женщин и дочерних записей, главным образом), и они угнетали их, и преданный их женщины силой, и брали их страны и товары, и порабощали их дочерние записи. Горгун пришел и пошел относительно совершает посадку, как они будут, при преследовании вялых Эльфов в устойчивости гор, и принимающий много пленника к источникам Ангбанд к труду как раб Чёрный.

Следовательно Аннаэль вел его маленькие людей к пещерам Андрот, и там они жили жесткая и осторожная жизнь, пока Туор не был шестнадцать лет возраста и стал сильным и способным владеть руками, и поклоном серых эльфов; и его основа стала горячей внутри него в рассказе огорчений его людей, и он желал идти дальше и мстить за их на Горгун и Человек Востока. Но Аннаэль запретил это.

" Далеко, я считаю, ваша ложь гибели, Туор сын Хуор, " он сказал. " И этот совершать посадку не должен быть освобожден от тени Чёрный до Тангородрим свергнутый. Мы решены наконец, чтобы оставить это, и отбыть в Юг; и с нами вы должны идти. "

" Но как мы выйдем из сети наших врагов? Для похода так многие вместе будут конечно отмечены. "

" Мы будем не март через совершаете посадку открыто, " сказал Аннаэль; " и если наше благосостояние хорошо, что мы прийдем в секретный способ, которым мы вызываем Аннон-ин-Гелид, Выход на посадку Нолдор; для этого был сделан умением этого людьми, давно в дни Тургон. "

В том имени Туор размешивался, хотя он знал не почему; и он высказал сомнение относительно Аннаэль относительно Тургон. "Он - сын Финголфин," сказал Аннаэль," и теперь объяснен Высокий Король Нолдор, начиная с падения Фингон. Поскольку он живет однако, наиболее боящийся из противников Чёрный, и он вышел из крушения Нирнаэт, когда Хурин Дор-Ломин и Хуор ваш отец задержал проходы Сирион позади него."

"Затем я буду идти и искать Тургон, " сказал Туор; " для конечно он предоставит мне помощь для пользы моего отца? "

"То, что Вы не можете," сказал Аннаэль. "Для его цитадели скрыт от глазов Эльфов и Людей, и мы знаем не, где это стоит. Из Нолдор некоторые, возможно, знают способ, но они будут говорить относительно этого к ни одному. Однако, если Вы имели бы речь с ними, затем прийдите со мной, поскольку я предлагал цену Вас; для в далеких приютах Юга Вы можете встречаться со странниками из Скрытого Королевства."

Сказы о новом энте, Айвендиле и ломах

Жили-были мы в своем Фангорне, жили не тужили, годы сменяли друг друга, тысячелетия текли своим чередом и жизнь была в порядке. Но однажды, когда Долгодум отправился по дрова... то есть нет, за водой, дров у нас хватало... то есть какие дрова у энтов??? Ну в общем пошел он куда-то и споткнулся об бревно. И кончилось бы все это кратким "Й-й-й!", если бы не одно обстоятельство. Дело в том, что, по меткому выражению Виньорна, "Долгодум у нас такой... основательный...", поэтому, когда он наступил на Виньорна (мирно досыпавшего второе тысячелетие), тот вынужден был проснуться. Тут уж дело одним коротким "Й-й-й!" не ограничилось (тем более, что Виньорн этого выражения еще не мог знать). Так или иначе, у нас в Фангорне с того дня появился Виньорн - "Новый энт".

Виньорн не проявил той разговорчивости и бодрости, какой можно было бы ожидать от пролежавшего в траве столько времени, скорее он даже был молчалив и задумчив, заставляя остальных временами беспокоиться, не собрался ли он засыпать снова. Тем не менее, он быстро занял достойное новенького место в нашем коллективе [то есть бегал за водой и заготовлял дрова] и даже открыл новый источник особенной энтовой воды - воды там было очень мало и никому из гостей мы ее не предлагали. Только особенно суровые энты и (неожиданно) Хрумкинс могли сделать более одного глотка - крепость воды была необычайной [пробовали когда-нибудь пить неразбавленный лимонный концентрат?].

Кажется вскоре после появления Виньорна в нашем лесу (дела в мире шли уже как-то наперекосяк) к нам заявились Айвендил (на языке людей - Радагаст) и Алатар. Нас к этому времени уже достигли странные слухи о пребывании Айвендила в Мордоре, так что, пока остальные энты развлекали гостя беседой, Скородум опрометью бросился искать Курунира (который просил нас организовать ему встречу с Айвендилом при первой возможности). Так что вежливая беседа на тему Черной Земли с Айвендилом была прервана, когда по комариной плеши стал, задыхаясь, взбираться Курунир (ах да, на языке людей его зовут Саруманом), подбирая полы белых одежд.

Често признаться, их разговор был столь же непонятен простым необразованным энтом, сколь и краток. Речь шла об Ордене, о посохе и о деяниях Айвендила. Когда, со словами гордыми и непонятными, Курунир простер руку, посох в руке Айвендила внезапно преломился и после короткого обмена репликами Айвендил побежал куда-то в сторону Лориэна искать помощи у высших сил. Курунир, с сомнением посмотрев на комариную плешь, решил пока остаться у нас отдохнуть.

Как выяснилось впоследствии, Виньорн владел особой разновидностью кармэ (эльфийская способность уметь сделать видимым или осязаемым образ из своего воображения) - умением-навсегда-запечатлеть-для-всех-то-что-было-единожды-видно-оставить- отпечаток-изображения-на-тонком-прямоугольном-листе-сделанном-из-дерева- серебра-и-многих-других... [ах, я забыл, для кого я пишу эти строки. Торопливые народы всегда создают торопливые имена для великих понятий. Словом, люди называют это искусство фотографией]. Воспользовавшись своим даром, Виньорн навсегда запечатлел Курунира и Айвендила с посохом.

Курунир, отдыхая у нас на удобном пятачке над комариной плешью, мирно побеседовал с Алатаром (я был искренне изумлен, поскольку полагал, что "друг моего врага - мой враг". Вот уж воистину в делах волшебников непосвященный ничего не поймет!). Затем Курунир также удалился, оставив нас с Алатаром. Мы вознамерились было узнать у него последние новости и выяснить наконец, почему же в последнее время разнообразные гости с таинственным видом рассказывают нам какие-то байки про золотую бижутерию, преподнося их как важнейшие новости. Однако Алатар отказался просвещать нас, в результате чего разговор естественным образом перешел на тему загадочной болезни "ломЫ!" (судя по симптомам, это болезнь родственна друэдайнскому "ломает"). Обсудив имеющиеся у нас данные, мы пришли к выводу, что болезнь эту распространяет вокруг себя сам Алатар, причем передается она через землю с довольно большой скоростью, так что чем большая поверхность тела соприкасается с землей, тем больше восприимчивость к болезни (так, например, лежащий практически сразу переходит в финальную стадию "всё - ломЫ", тогда как стоящий может сопротивляться болезни довольно долго). После этой неутешительной беседы Алатар покинул нас по каким-то своим волшебниковским делам, а мы остались возле комариной плеши, прикованные "ломАми" к месту...

Сказ о том, как энты из лесу выходили

Из того, что может заинтересовать посторонних слушателй в нашей истории, осталось совсем немного (вам ведь не понять тех событий и чувств, которые занимали большую часть нашего времени, как, например, того радостного момента, когда Скородум нашел рябину в нашем лесу - о Орофарнэ, Лассемиста, Карнимириэ!). Расскажу о тех редких (в конце третьей эпохи) случаях, когда мы покидали лес.

В первый раз мы вышли из лесу по призыву короля лесных эльфов Лихолесья. Но, как выяснилось, к тому моменту, как Энтомолвище закончилось, нападение врагов на Лихолесье было уже отбито, так что первый наш поход завершился лишь разговором с эльфами (в их числе с Трандуилом) под стенами Лихолесья. Надо заметить, впрочем, что мы не очень торопились на битву (битвы вообще не в нашем вкусе) и к концу пути подзабыли куда и зачем идем.

Затем мы вспомнили о древнем пакте с Келеборном и решили почаще (по поводу и без него) захаживать в Долину-Земли-Поющего-Золота. Дело кончилось тем, что меня пригласили на очередной Белый Совет, а за мной увязались прочие энты, объявив, что у нас демократия и я не имею права представлять наш лес в единственном числе. Мы зашли в долину Имладрис, однако не стали заходить внутрь прославленного Дома Элронда (высота потолков не всюду была рассчитана на наш рост, да и вообще - каменный пол нарушает единение с почвой). Так весь Белый Совет, энты, гордо заявив о своей нелюбви к войнам, простояли снаружи. [Энты чуть меня не убили за то, что я от их имени отказался войти внутрь и присутствовать на совете. Но где это видано - энты на Белом Совете? Тем не менее, мы сочли возможным присутствовать на совете в качестве глюков.]

Когда мы в очередной раз оказались в Золотом Лесу, нас отправили на заготовку дров для будущего менестрельника. Тем, кто скажет, что заготовка дров - дело, противное энтовой натуре, я отвечу, что это не более (но и не менее) неприятная для нас работа, чем для людей - разделка мясной туши на бойне. Смею заметить, что отношения между энтами и деревьями похожи более всего на отношения пастухов и овец, хотя конечно же, за всю жизнь мы ни разу не убили живого дерева, благо на дрова вполне хватает мертвых.

Но я отвлекся. После менестрельника (на котором энты обеспечивали внешнюю охрану), как можно прочесть в других записях, состоялся обряд призывания сил Валар на помощь объединенным силам Запада. После обряда (в котором я принял посильное участие, обращаясь к Владычице Земли) объединенное сообщество двинулось в сторону Черной Земли. В этом походе мы, после на удивление краткого энтомолвища [отец Федор оказался доступен по рации], решили не участвовать. Дальнейшие события известны. Мы еще поучаствовали в малоизвестном обряде в Золотом Лесу, целью которого было помочь ушедшим в Черную Землю, поразгадывали таинственный дунландский шифр [так до сих пор и не знаю, что было написано в той книжечке] и пошли спать.

[От себя могу добавить, что в ту ночь я четыре раза (один раз - с фонариком, два раза - в полной темноте и один раз, когда светало) пробежал путь от Лориена до Раздола, побывав на очередном Белом Совете - на этот раз во плоти, поскольку было уже все равно. Кто знает - поймет, почему на следующее утро я совершенно никуда не ходил и вообще норовил заснуть - я проспал меньше четырех часов, что также не прабавляло бодрости, хотя, конечно, никаким подвигом не являлось. По вышеуказанным причинам я прошляпил весь конец игры.]

С уважением, Фангорн.

 


Новости | Кабинет | Каминный зал | Эсгарот | Палантир | Онтомолвище | Архивы | Пончик | Подшивка | Форум | Гостевая книга | Карта сайта | Кто есть кто | Поиск | Одинокая Башня | Кольцо | In Memoriam



Na pervuyu stranicy Отзывы Архивов


Хранители Архивов