Stolica.ruРеклама

Na pervuyu stranicu
Arhivy Minas-TiritaArhivy Minas-Tirita
  Annotirovanniy spisok razdelov sayta

Е. А. Концесвитная (Славянск-на-Кубани)
Антропоцентрическая парадигма в филологии. - Ставрополь, 2003. - Ч. 2. - С. 239-248.

Мифонимы в трилогии1 Дж.Р.Р. Толкиена "Властелин колец"


     В XX веке усиливается тенденция к интеграции междисциплинарных связей в системе языка, начинается исследование грамматики теста, лингвистический анализ опирается на сведения из других, не только близких языковедению наук социально-гуманитарного цикла, но и на естественно-научные дисциплины. Научное познание рассматривается в контексте социальных условий его бытия и его социальных последствий как особая часть жизни общества, детерминируемая на каждом этапе своего развития общим состоянием культуры данной исторической эпохи, ее ценностными риентациями и мировоззренческими установками. Современная наука пoставила в центр исследования уникальные, исторически развивающиеся системы, в которые в качестве особого компонента включен сам человек.

     Как подчеркивает Б. Мальмберг, "никакой другой вид деятельности человека не является более человеческим, чем язык и ... следовательно, никакая другая наука не может быть более фундаментальной для планирования лучшего мира, никакая другая наука не дает большего для познания нас самих"[13, 3-18]. При этом важное место отводится в современной лингвистике и проблеме именования как самого человека, так и предметов его деятельности.

     Имя собственное является объектом изучения многих исследователей русской и зарубежной лингвистики XX столетия (Суперанская А.В., Топоров B.Н., Бондалетов В.Д., Толстой Н.И. и др.), причем особый интерес представляет проблема специфики имен собственных в художественном тексте.

     В традиционной народной культуре личное имя рассматривает Толстой Н.И., который предлагает свою классификацию. По его мнению, имя собственное "имеет две основные функции - социальную, служащую для идентификации его носителя среди окружающих, и мифологическую, регулирующую отношения человека с природой, космосом и сверхъестественным миром. Имя становится полноправным представителем (заместителем) человека перед лицом высших, божественных, небесных защитников, но оно же открывает его опасным, демоническим, потусторонним враждебным силам. В нормальном случае эти две функции исполняются одним, "настоящим" именем (чаще всего - данным при крещении), но при особых обстоятельствах, требующих защиты человека от грозящей ему опасности, эти функции разделяются, и каждая закрепляется за отдельным антропонимом. "Настоящее" имя табуируется и скрывается, а в повседневной жизни используется другое, ложное", временное, магическое имя, защищающее человека и отводящее от него опасность. Этот способ имянаречения основан на магии референциальных свойств имени, т. е. на апелляции к известным носителям выбираемого имени с целью передачи вновь нарекаемому их качеств, их жизненной силы, а в случае "отрицательной" магии - с целью обмана злых сил, укрытия ребенка от опасности. Другой тип - собственно "ономастическая магия" - представлен такими способами имянаречения, когда выбор имени определяется не свойствами референта, а "семантикой" или мифопоэтическими коннотациями самого онима" [8, 51]. Таким образом, имя сравнимо с загадкой, ответ на которую мы получаем, опираясь на общеязыковые и культурно-психологические коннотации личных имен собственных в сознании народа. В них отражаются верования, быт, чаяния, фантазия и художественное творчество народов, их исторические контакты.

     Элементы, содержащиеся в слове, помимо его основной денотативной информации, связаны с психологическими и социальными факторами, определяющими процесс человеческого общения, составляют прагматический аспект лексического значения слова, который является вторичным. По отношению к собственно семантическому. Его составляющие: экспрессивно-эмоциональная оценка и коннотации культурно-исторического и индивидуально-психологического планов.

     Имена собственные в художественном тексте приобретают смыслообразующие функции, не свойственные номинациям официально-деловых текстов. Их анализ, выявление каких-либо закономерностей, осознание их смысловой целенаправленности - шаг к постижению эстетической функции художественного произведения. Вербального текста, становится семантическим центром частного контекста. Именование является при этом средством художественного обобщения.

     Любой текст является результатом речевого акта, непосредственно связанного с действительностью. Поэтому слово в сообщении приобретает более богатое содержание, складывающееся из образа предмета или представления о нем; эмоциональных оттенков, которые выражают переживания, чувства участников речевой деятельности; социальных коннотаций, передающих социальную принадлежность говорящего. Языковая семантика имен собственных в художественном тексте претерпевает изменения: формируется особое, художественное значение апеллятивной лексики. Это связано с тем, что на основе языкового значения у имени появляется новый семантический план - авторский. Одновременно в этой связи оживляются и объединяются признаки разных значений. Такое осложнение концептуальной части значения слова обусловлено контекстом его употребления.

     Имя собственное, варьирующее в художественном тексте, приобретает такие функции, как коммуникативно-номинативная, характерологическая, темпоральная, локальная, культурно-историческая и др., которые объединяет "эстетическая гиперфункция", рассмотренная в работах О.И. Фоняковой. Онимическая лексика выполняет также текстообразующую функцию. Кроме того, в литературном произведении имена собственные выполняют "ведущую роль в создании "семантических композиций" художественного текста наряду с другими средствами стиля" [3, 105-107].

     Вслед за А.В. Суперанской мы выделяем в качестве "имен живых существ и существ, воспринимаемых как живые" антропонимы, зоонимы и мифонимы.

     Предметом нашего исследования является мифоним - "имя любой сферы ономастического пространства в мифах, эпопеях, сказках, былинах" [7, 261], включающий в себя, согласно "Словарю русской ономастической терминологии" Н.В. Подольской "несколько разновидностей мифонимов:

     - мифоантропоним - имя собственное человеческого существа в мифах, былинах, которое человек представляет себе как реально существующее (Прометей, Геркулес, Василиса Прекрасная);

     - мифоперсоним - имя собственное персонажа, действующего в мифах, былинах, сказках (Солнце, Месяц, Горыныч, Гром - Молния, Кощей);

     - мифотопоним - имя собственное географических объектов, которые человек представляет себе реально существующими: Буян-остров, Смородина-река, река Лета;

     - мифозооним - имя собственное животного, которое фактически не существует, но человек представляет его реальным (Царевна - Лягушка, змея Шкуропея, птица Сирин);

     - мифофитоним - имя собственное растения, которое фактически не существует, но человек представляет его реальным (дуб Проскурин, трава Нечуй - Ветер)" [6, 39].

     Мифоним, являясь значимым элементом, играет важную роль в системе языка и культуры. Входя в состав художественного текста, он, как отмечает В.В. Катермина "способствует выявлению национально-культурных особенностей определенного этноса" [2,49].

     Сложностью и многоуровневостью отличается система мифонимов в трилогии известного филолога и писателя Дж. Р.Р. Толкиена "Властелин колец". Нами были проанализированы мифоантропонимы, содержащиеся в "Летописи первой" ("Хранители"); ссылки на русский перевод В. Муравьева и А. Кистяковского приводятся далее в круглых скобках [8].

     Одним из персонажей, центрирующих повествование, является хоббит Бильбо Торбинс, "впервые прославивший свой народец в большом мире" (с. 7). Фамилия героя (Baggins) образована от английского A BAG - "1 .сумка, (~ small, hand ~) сумочка; 2. (large ~, sack) мешок; 3. (luggage) чемодан; 4.(game shot by sportsman) добыча; 5. остаток" [] 1, 44], переводчик же в русском языке нашел соответствующую по смыслу фамилию Торбинс, опираясь при этом преимущественно на звуковую оболочку слова. "Это происходит потому, что антропоним обозначает индивидуальный объект непосредственно, минуя ступень представления или общего понятия (референта). Так, апеллятив город означает вообще населенный пункт с определенными признаками, а оним Москва означает не "Москву вообще", а данный конкретный город" [1,5].

     Другой русскоязычный эквивалент мифоантропонима - Бэггинс - чистое заимствование. Бильбо Бэггинс//Торбинс - представитель "неприметного, но очень древнего народца", населяющего Хоббитанию (в другом переводе - Хоббитшир). Известно, что в антропоцентрическом мире человек служит мерой всех вещей. Отношения между хоббитами и людьми, которые также фигурируют в произведении, суть отношения притяжения и отталкивания. С одной стороны, хоббиты "исстари говорили ... на человеческом наречии, по-своему перекроенном, и во многом походили на людей"; "вероятно, хоббиты - наши прямые сородичи" (с. 8-9); с другой - "они ведь маленькие, в полчеловека ростом"; "издревле сторонились они людей - на их языке Громадин" (с.8). В то же время не следует думать, что выражение "большой мир" характеризует исключительно людское общество, - соседями хоббитов являются эльфы, гномы и иные группы персонажей с нулевыми денотатами.

     Не будь маленькая Хоббитания вовлечена "в самую лавину грозных событий" (с.7), по законам антропометрии (здесь - хоббитометрии), она все равно стала бы центром ойкумены: начальные главы Алой Книги Западных Пределов написаны от лица хоббита Бильбо. Виртуальный мир Толкиена полностью лишен так называемых единичных антропонимов - собственных имен реально существовавших людей, которые получили широкую известность. Тем не менее по ряду признаков читатель, обладающий некоторым запасом фоновых знаний, может узнать в тексте "Пролога" описание британской истории2 древнейшего периода. К собственным именам - "подсказкам" относятся следующие: Летоисчисление Хоббитании (Л.Х.) - ср. англ. B.C. ('до Рождества Христова' = 'до нашей' эры'), русск. Р.Х.; Брендидиум ( измененное хоббитами название местной речки Барандуин), напоминающее латинизированные топонимы времен римского владычества в Британии; Хоббитан (титул наместника бывшего князя) - ср. шотландский3 титул тан; Беорн (медведь-оборотень) - отсылка к древнегерманскому эпосу с его героем - Беовульфом; Старшина Ширрифов (стражи) - ср. шериф и др.

     Летописный свод хоббитов, в котором "легенды наконец сменяет история, несчетные века - отсчет лет" (с. 11), подобно любому "человеческому" своду, дает представление о становлении государственности в стране, о ее выдающихся деятелях. Древнейшие из собственных имен образованы исключительно от нарицательных - Мудрецы, Правители, князь из Форноста. Их сменяют в "летописи" однокомпонентные антропонимы братьев-близнецов Марчо и Бланко (ср. Ромул и Рем). Двучленные формы имен призваны свидетельствовать о более позднем времени возникновения: Брандобрас Крол (Быкобор), сын Изенгрима Второго (с. 8). Практика присоединения эпитетов (Быкобор) и числительных (Второй) к именам царствующих особ проявляется в различных культурах, в том числе и в британской.

     Связь мнра хоббитов с миром людей - его создателей - не прерывается и в основном тексте "Хранителей". Так, вымышленным именем Бит Осинник наделён персонаж, который "кого угодно за грош продаст" (С. 211), - чем не предатель Иуда, повесившийся на осине (согласно легенде)?

     "Национальное поле мифологического имени собственного способствует более точному восприятию имен, более четкой их соотнесенности с определенной языковой подсистемой. Национально - культурная специфика активно проявляется в словах с ярко выраженной коннотацией, понятиях, относящихся к "безэквивалентной лексике", к которой можно отнести все личные имена собственные". [2, 13]

     Мифонимы обладают определенной актуализацией в любом художественном тексте, передачей коннотативных смыслов они выполняют свои художественные функции. Особое место занимают окказиональные мифонимы, созданные писательским воображением и бытующие только в его произведениях.

     На уровне художественного текста мифонимы приобретают новое семантическое наполнение. Во многом это обусловлено тем обстоятельством, что писатель далеко не всегда пользуется действующими в языке ономастическими ресурсами. Часто он не ограничивается ономастическим выбором и прибегает к ономастическому творчеству, создавая нужные для реализации художественного замысла собственные имена. Дж.Р.Р. Толкиен создает такие антропонимы, как Бильбо Торбинс (Bilbo Baggins), Сем Скромби (Sam Gamgee), Тод Пескунс (Ted Sandyman), папаша Двулап (Daddy Twofoot), Булкинсы (Boffins), Ейлы и Пойлы (Chubbs), Кролы (Tooks), Ройлы (Grubbs), Глубокопы (Burrowses).

     Синтагматика художественного текста действует таким образом, что, по формулировке А.В. Суперанской, "имя и образ, параллельно развивающиеся в творчестве писателя, дополняя и уточняя друг друга"[7, 89], работают друг на друга. Цель - образ, показывающий, что знак-имя, вбирая в себя черты образа, одновременно содействует его созданию. При этом чем меньше писательского текста отводится образу, тем большую роль в его создании играет имя. У Толкиена самые яркие и запоминающиеся имена присвоены эпизодическим персонажам (старый Сдубень (Old Noakes), Толстобрюхл (Bracegirdle), Дороднинг (Goodbody), Лякошель-Торбинс (Sackwille - Baggins)), которые появляются лишь в качестве гостей на празднике. И наоборот, чем обстоятельнее писатель обрисовывает образ, тем меньше становится роль имени в его создании (Бильбо Торбинс (Bilbo Baggins), Гэндальф (Gandalf).

     "Говорящие" имена персонажен из окружения Бильбо позволяют представить внешность последних (Горбадок, Дороднинг, Толстик, Толстобрюха, Толстопоп, Шерстопал), их занятия (Ейлы - есть, Пойлы - пить, Ройлы - рыть, Побегайк - бегать), характер (Бирюк, Скромби, Мелирот, Любелия, Жихарь), интеллект (Дурди, Сдубень), происхождение4 (Боромир, Горислав). Такую черту национального характера хоббитов, как добродушие, способность всегда "смеяться во весь рот", подчеркивают антропонимы Многорад, Мерри (англ. merry - 'веселый').

     Усечения производящих - свидетельство близких отношений персонажей, родства: наш Хэлиус (о правителе) - мой братан Хэл (с. 57-58); юная Анджелика - Анджеличику5 от дяди Бильбо (с. 49); этнической общности Деагорл - Смеагорл (с. 69-79).

     Своеобразие семантизации онимов в сравнении с апеллятивами обусловлено генетически: апеллятив, отсекая один за другим лексико-семантические варианты, реализует значение в тексте, оним же, напротив, претерпевает семантические приращения, порождающие индивидуально-художественное значение слова, причем не всегда контекст может объяснить выбор того или иного имени собственного. Писатель может видоизменять ономастические модели, по-своему интерпретировать ономастические нормы, но он не нарушает принципа узнаваемости. Ведь имена персонажей в художественном произведении соотносят его действие с определенным местом (страной, языком), временем, реальной страной. Даже художественный замысел при этом опирается на данные характеристики: "Хоббиты - порождение незапамятных дней Предначалъной Эпохи (курсив мой, Е.К., соотнесение действия с определенным временем) - жили себе в Средиземье (указание на место) долгие века. Собственные их летописи начинались с заселения Хоббитании, и даже самые старые хоббитанские были восходят к Дням Странствий, не ранее того" (с. 8-9).

     Что касается топонимов, то в большинстве случаев Толкиен осознает предметную соотнесенность слова и подводит имя собственное под то или иное понятие. В традиционной лингвистической науке топонимы - неотъемлемая часть фоновых знаний носителей языка и культуры: в них, как в зеркале, отражаются история народа, история заселения и освоения территории. Поэтому именно эта часть лексики с давних пор привлекает внимание не только филологов, но и историков, этнографов, географов.

     Национально-культурная обусловленность нации проявляется в процессе топонимизации апеллятива или заимствования топонима. Возражая Куриловичу Е., который относил все имена собственные в разряд "маргинальной лексики", А.А. Реформатский справедливо замечал, что "факты топономастики находятся в очень разных отдалениях от основного фонда лексики и сами по себе чрезвычайно разнообразны и разкокалиберны... Но и в любой топономастике есть такие случаи, какого бы языка они ни касались, которые выдержали испытание временем и нужны всем: таковы в русской топонимике слова Россия, Москва..." [5,12]. Необходимость включения имён собственных не только в энциклопедические, но и в общие словари Л.В. Щерба аргументировал таким образом: "Поскольку собственные имена, будучи употребляемы в речи, не могут не иметь никакого смысла, постольку мы должны их считать словами, хотя бы и глубоко отличными от имен нарицательных; поскольку же они являются словами, постольку нет никаких оснований исключать их из словаря" [10, 278].

     Вслед за В.А. Никоновым, выделяющим в значении топонима три плана: дотопонимический, топонимический и оттопонимический [4, 26], весьма важные для лингвострановедения, мы рассматриваем эти составляющие на материале онимов, созданных Толкиеном. Дотопонимическое значение, "внутренняя форма" топонима, его этимология, в том числе и "народная" (здесь - хоббитская, эльфийская или др.), не всегда соответствующая действительности, входит в фоновые знания носителей языка. Однако дотопонимическое значение не исчерпывает полностью семантику литературного мифонима. Его семантика формируется в процессе повествования по мере развития содержания образа. Примером создания дотопонимического значения может служить переименование места обитания хоббитов6 - Великой Пущи, на которую "надвинулась какая-то тень, и омраченная Пуща даже и называться стала по-новому - Лихолесье" (с. 9). Топонимическое значение, кроме минимальной информации - указания на объект - может содержать сведения об объекте, хорошо известном данной национально-культурной общности (но не всегда известном за ее пределами). В этом случае мы выделяем такие именования, как Гондор, Эриадор, Арнор, созданные на базе одинаковых аффиксов, но утративших свою первоначальную этимологию. В этом случае онимия вторична на фоне общенародной и определяется как субъективное отражение объективного, при этом Толкиен актуализирует все потенциальные свойства художественного текста. Оттопонимическое значение, возникающее в результате выдвижения на первый план каких-либо отдельных признаков обозначаемого объекта, является логическим продолжением того образа объекта, который актуален в массовом сознании носителей языка, и яркой демонстрацией социальной детерминированности оттопонимического словообразования. Однако наибольший интерес представляет оттопонимическое значение, те коннотации, которыми обрастает топоним в национальном сознании.

     Топоним как лексическая единица при этом может нести минимум и максимум информации. Так, называя географический объект, он указывает, что данный объект обладает именно этим именем, а это и составляет минимальную информацию. К максимальной информации относят диахронию и функциональные типы информации. Диахроническая информация обозначает языковые данные, заключённые в топониме, и может быть получена лишь при специальном лингвистическом исследовании.

     Группировка общеизвестных топонимов по тематическому принципу в произведении Толкиена может идти по двум линиям:

     а) по денотативному значению, т.е. по характеру обозначаемых объектов (названия особенностей рельефа, гидронимы, ойконимы, урбанонимы - Норгорд или Землеройск7 (Hobbiton) - местность, сплошь покрытая норами - жилищем хоббитов, Торба-на-Круче (The Hill at Big End) - дом Бильбо и Фродо Торбинсов, находящийся на холме, Приречье (Bywater) - местность у Великой реки Андуин8, Вековечный лес (The Old Forest);

     б) по коннотациям, ассоциирующимся с историческими событиями, особенностями культуры и т.п., независимо от характера обозначаемого предмета (Глухоманье (Wilderland), Мордор (Land of Mordor), Лихолесье (Mirkwood) и др.

     В топонимах, выделяемых по денотативному принципу, можно выделить тематические гнезда. Название крупного объекта может включать в себя ряд названий мелких объектов, входящих в его состав (Средиземье Хоббитания Торба-на-Круче) и т.д. Топонимы могут быть сгруппированы по любому из этих принципов в зависимости от целей их практического использования в лексикографических или учебный пособиях (названия, выделяемые из различных пластов топонимической лексики и сгруппированные по денотативному признаку). Однако, исходя из примата культурно-исторического фактора, определяющего место топонима в фоновых знаниях носителей языка и культуры, наиболее плодотворным, видимо, станет принцип ассоциативности - классификации топонимов по их культурно-историческим ассоциациям, когда в одну группу могут входить имена самых различных по своему характеру объектов (гидронимы, ойконимы, оронимы, урбанонимы и др.): Хоббитания (Shire), Западный край (Westernesse), Андуин (The Great River), Мория (Moria), Ирисная Низина (Gladden Fields), Серебристая Гавань (Grey Haven), Средиземье (Middle-earth).

     Проанализированный топонимический материал показывает, что из словообразовательных аффиксов продуктивными являются -esse, -or (Arnor, Gondor, Mordor, Westernesse), образованные по романским прототипам. В двусоставных топонимах аффиксальное оформление происходит за счет второго компонента, как правило, имени нарицательного из современного английского языка (wood - лес (Chetwood, Greenwood the Great), land - земля (Wilderland, Dunland, Вucкland)).

     Актуальность топонима в общественном сознании, его общеизвестность является категорией исторической: то, что было актуальным вчера, может быть забыто сегодня или перейти в разряд историзмов. Так, например, всемирная слава трилогии Толкиена и фильма, снятого по мотивам данного произведения, определяет и значимость топонимов, входящих в картину мира автора. Лингвострановедческая значимость топонима всецело определяется ролью обозначаемого им объекта в истории, социально-политической, хозяйственной и культурной жизни народа - носителя языка и данной культуры.

     Заслуга Толкиена в том, что, вопреки ономастическим нормам, он создает свой, ни на что не похожий мир, меняя традиционные координаты и выходя за рамки традиционной культуры. Образы, созданные автором по мотивам валлийских легенд, ирландских и исландских саг, скандинавской мифологии и древнеирландского эпоса, рисуют нам удивительно красивую и правдоподобную картину целого мира, жизнь и законы которого удивительно похожи на наши.

Библиографический список
  1. Гиляревский Р.С., Старостин Б.А. Иностранные имена и названия в русском тексте. Справочник. М., Высшая школа, 1985.

  2. Катермина В.В. О национально-культурном компоненте имен собственных (на материале английской фразеологии) // Духовные ценности современной российской молодежи. Материалы межвузовской научной конференции. - Орел, 1997.

  3. Личные имена в прошлом, настоящем и будущем. Проблемы антропонимики. Сб. статей. Отв. Ред. В.А. Никонов. -М.: Наука, 1970.

  4. Никонов В.А. Введение в топонимику. М., 1965.

  5. Реформатский А.А. Топономастика как лингвистический факт. М., 1964.

  6. Подольская Н.В. Словарь русской ономастической терминологии. Отв. редактор доктор фил. наук А.В. Суперанская - 2-е изд., перераб. и доп.-М.: Наука, 1988.

  7. Суперанская А.В. Общая теория имени собственного. - М.: Наука, 1973.

  8. Толкиен Дж.Р.Р. Хранители. Летопись первая: Перевод с англ. B. Муравьева и А. Кистяковского. - М.: Росмэн, 2001.

  9. Толстой Н.И., Толстая С.М. Имя в контексте народной культуры // Язык о языке: Сб. статей / Под. общ. рук. и ред. Н.Д. Арутюновой. - М:: Языки русской культуры, 2000.

  10. Томахин Г.Д. Топонимы как реалии языка и культуры (на материале географическх названий США) // Вопросы языкознания. 1984. N 4. С. 84.

  11. Щерба Л.В. Опыт общей теории лексикографии. Л., 1974.

  12. The Oxford Russian Dictionary (English-Russian). Oxford - Moscow., 1997.

  13. J.R.R. Tolkien. The Lord of the Rings. The Fellowship of the Ring. M., 2002.

  14. Malmberg B. The application of linguistics // Perren G., Trim J. Application of linguistics. - London-Cambridge, 1971.




Примечания хранителя.

1. "Властелин колец" - не "трилогия".

2. Сделанный вывод о содержащемся в прологе к "Властелиену кодец" "описании британской истории" представляется надуманым: Дж. Р. Р. Толкиен просто воспользовался для "перевода" "Алой книги" английскими терминами.

3. Тан, тэн (thegn, thane, thain; в латинской терминологии - miles, minister) - термин англосаксонский, означал служилую знать.

4. Неясное место.

5. "Усечение производящих" не наблюдается.

6. Хоббиты "обитали" не в "Великой пуще", в равнинных верховьях Андуина, между закраинами Великой Пущи и Мглистыми горами.

7. Автор не различает Норгорд (Hobbiton) и главный город Хоббитании Землеройск (Michel Delving). "Даже в холмистых областях и старых поселках, таких, как Норгорд или Кролы, да и в главном городе Хоббитании, в Землеройске на Светлом нагорье, выросли деревянные, кирпичные и каменные строения".

8. Без комментариев.



Обсуждение

 


Новости | Кабинет | Каминный зал | Эсгарот | Палантир | Онтомолвище | Архивы | Пончик | Подшивка | Форум | Гостевая книга | Карта сайта | Кто есть кто | Поиск | Одинокая Башня | Кольцо | In Memoriam


Все для сада и огорода, секаторы и другой инвентарь на www.cekatop.ru

Na pervuyu stranicy Отзывы Архивов


Хранители Архивов