Stolica.ruРеклама

Na pervuyu stranicu
Arhivy Minas-TiritaArhivy Minas-Tirita
  Annotirovanniy spisok razdelov sayta

Г.Т. Шарлаимова, В.В. Козлов
Комсомольский-на-Амуре пединститут

Hекоторые особенности перевода Дж.Р.Р.Толкином средневековой английской поэмы "Сэр Гавэйн и Зеленый Рыцарь".

Литература в контексте культуры: Материалы межвузовской научно-практической конференции, 26-28 окт. 1994. - Комсомольск-на-Амуре, 1995, с.51-57


     Поэма "Сэр Гавейн и Зеленый Рыцарь" относится к произведениям так называемого "артуровского цикла", ибо повествует о приключениях Гавейна, рыцаря Круглого Стола, и племянника легендарного короля Артура. Гавейн являлся для людей средневековья носителем и образцом всех рыцарских доблестей: храбрый сердцем, могучий в бою, верный своему слову и долгу, чистый душой, прекрасный обликом, он воплотил в себе рыцарский идеал позднего средневековья и стал главным героем многих произведений: "Голагрос и Гавейн", "Ивейн и Гавейн" и других1.

     Поэма была написана в 70-х гг. ХIV веке неизвестным автором и представляет собой 2530 аллитерированных нерифмованных стихов, перемежающихся рифмованными четверостишиями. По содержанию она делится на четыре части, соответствующие основным этапам развития действия. Поэма начинается с рассказа о том, как король Артур в окружении рыцарей встречает новый год. В самый разгар пиршества в зал, верхом на коне, въезжает никому не известный рыцарь. И тело, и одежда у него зеленые. Таинственный рыцарь заявляет, что ищет храбреца, который отвадится отрубить ему голову его же топором, а через год и один день явиться в назначенное место для ответного удара. Желающих не находится, и когда уже сам Артур, задетый издевками рыцаря, берет в руки топор, его останавливает Гавейн и принимает все на себя. Он поднимает топор и отрубает рыцарю голову. Однако рыцарь не умирает, а спокойно поднимает свою голову, вновь садится в седло и уезжает.

     В назначенное время Сэр Гавейн отправляется в путь и вскоре приближается к красивому замку на холме. Владелец замка обещает указать путь к часовне, где у Гавейна должна состояться встреча с Зеленым Рыцарем, а пока просит героя остаться на отдых. При этом хозяин замка просит гостя составить общество его жене, так как он уезжает на охоту. Хозяин замка заключает с Гавейном условие, что по его возвращении в замок каждый из них будет отдавать друг другу все, что принесет ему день. После этого начинаются испытания Гавейна. Хозяйка замка пленилась рыцарем, но встречает с его стороны почтительную непреклонность: она целует его, но Гавейн в тот же вечер отдает эти поцелуи ее супругу в награду за принесенную ему охотничью добычу. Однако в последний раз Гавейн не до конца выдерживает испытание и после страстных увещеваний прекрасной дамы принимает от нее в подарок зелёный пояс, который, по ее словам, предохраняет человека от смерти и от ран. Таким образом, победив в себе искушение плоти, Гавейн изменяет другой своей добродетели: он поддается страху смерти.

     И вот наступает роковой день. Гавейн покидает замок и встречает Зеленого Рыцаря, который требует, чтобы Гавейн приготовился для удара. Слышен взмах топора, и Гавейн невольно вздрагивает. Это вызывает недовольство рыцаря, и он взмахивает топором снова, но медлит с ударом. Гавейн требует, чтобы рыцарь рубил скорее, и тот покоряется. Он вновь поднимает топор и рассекает кожу на шее Гавейна. После этого Зеленый Рыцарь признается, что это он был хозяином замка и приказал своей жене испытать его. Первые два раза Гавейн не поддался искушению, и именно поэтому Зеленый Рыцарь дважды колебался с ударом. В третий же раз Гавейн проявил слабость и поплатился за это раной.

     Гавейн возвращается к Артуру и все рассказывает, горько вздыхая от стыда и показывая свидетельство своего бесчестия - пояс, подаренный ему Зеленым рыцарем в память о случившемся. Однако и король, и вся его свита утешают Гавейна и решают, что в его честь зеленый пояс будет носить каждый из рыцарей Круглого Стола.

     Поэма была написана на западно-центральном диалекте среднеанглийского языка и была в новое время известна лишь узкому кругу специалистов. Начиная с XIX века переводы поэмы предпринимались не один раз, но ни один из них не отражал асе особенности оригинала, как это делает перевод Толкина2. Джон Рональд Руэл Толкин был профессором английской словесности в Оксфорде, но больше известен широкому кругу читателей как автор сказочно-фантастических произведений "Хоббит", "Властелин Колец" и других, которые теперь хорошо известны и в нашей стране. Успех, который имели эти книги во всем мире, вызывал большой интерес к творчеству Толкина вообще, что повлекло за собой возрождение интереса к древне- и среднеанглийской литературе, а также скандинавским сагам.

     Перевод Толкина появился в 1953 году. Толкин писал, что делал перевод прежде всего для себя, чтобы изучить идиомы текста. Другой причиной была необходимость донести этот шедевр английской литературы до массового читателя. Толкин поставил себе задачу сохранить размер поэмы, а также ее архаический стиль, что ему блестяще удалось.

     Известно, что эпоха, когда было создано литературное произведение, накладывает свой отпечаток как на вещественное содержание художественных образов, так и на языковое оформление произведения. Переводчику необходимо передать печать эпохи, исторический колорит произведения, написанного языком, который в значительной мере отличается от современного языка данного народа. Передача исторической окраски оригинала предполагает систематический отбор языковых элементов, определяющих особенности оригинала. В англосаксонской поэзии рифмы не было, и основой поэтической формы, организующим принципом стихосложения была аллитерация. Каждый стих разделялся паузой на полустишия и содержал четыре ударных слога, при том, что общее количество слогов в строке могло быть любым. Из четырех ударных слогов обычно первые три начинались на один и тот же звук. Таким аллитерационным стихом и написана поэма "Сэр Гавейн и Зеленый Рыцарь": With sturne chere ther he stod he stroked his berde3.

     Как правило, Толкин передает максимально точно аллитерацию такого типа: With stern face as he stood he stroked at his beard. "С суровым лицом когда он стоял, то гладил свою бороду." Однако не всегда аллитерирующие звуки в подлиннике и в переводе Могут совпадать, например: Compast in his conscience to what that case might (and mused in his mind how the matter would go) "и размышлял о том, как обернется дело".

     В ряде случаев переводчиком используются другие типы аллитерации. Так, в оригинале имеем: Ye аr sleper unslye that mon may slide hlder - "Ты спишь неосторожно, раз сюда можно проскользнуть", в то время как в переводе представлена аллитерация двух пар звуков: к/s/k/s/: You are a careless sleeper if one can creep on you so.

     Толкин прибегает и к так называемому валлийскому типу аллитерации, когда в одной строке содержатся две аллитерации, зеркально отражающие друг друга, например: I am a Knight unworthy, as well indeed I know - "Я рыцарь недостойный, и хорошо это знаю" (kn/w/w/kn), хотя в оригинале аллитерация традиционная.

     Таким образом, в переводе шире, чем в подлиннике, представлены различные виды аллитерации. Толкин виртуозно владел аллитерацией разного типа, но ему не всегда удавалось сохранять ее в рифмованных четверостишиях.

     Из других особенностей, присущих древней английской поэзии и поэме "Сэр Гавейн и Зеленый Рыцарь", в частности, следует отметить широкое употребление эпитетов и богатую синонимию.

     Для стиля поэмы характерны традиционные и постоянные эпитеты, определяющие предметы и явления с точки зрения народного идеала и свойственные эпическому жанру поэзии больше, чем какому-либо иному. Эпитеты можно разделить на несколько подгрупп.

     Описательные эпитеты отражают зрительное, слуховое, осязательное восприятие мира: Sharp knife - "острый нож", tall cliff - "высокая скала", bright fire - "яркое пламя ", tight-knitted knot - "тугой узел ". Они употребляются в описаниях природы, одежды и вещей, окружающих рыцарей, и могут быть довольно длинными: bright silk brocade, embroidered most richly, furred fairly and all edged with ermine - "яркое парчовое одеяние, вышитое богато, подбитое мехом красиво и все отороченное горностаем".

     Оценочные эпитеты применяются при характеристике рыцарей и дам, их поступков, действий: brave man - "храбрый муж", noble knight - "благородный рыцарь", lovely lady - "прекрасная дама", generous favour - "щедрая милость" и т.д. Среди них существенно преобладают эпитеты, несущие положительную оценку. Так, рыцари Круглого Стола характеризуются эпитетами renowned - "прославленный", noble - "благородный", bold, brave - "храбрый", fearless - "бесстрашный, chivalrous - "доблестный", with virtues adorned - "украшенный добродетелями".

     Сравнительных эпитетов немного, это традиционно-поэтические сравнения: as green as grass - "зеленый, как трава", as lightning bright - "яркий, как молния", chalk-white - "белый, как мел", as bright as the sun - "яркий, как солнце", as still as stone or the stump of a tree - "неподвижный, как камень или пень", fairer than white snow - "прекрасней белого снега".

     Для стиля поэмы характерны гиперболические эпитеты, выражаемые либо прилагательными соответствующей семантики, либо превосходной степенью прилагательного: great din - "великий шум", mighty voice - "зычный голос", marvelous hues - "дивные оттенки", the largest man alive - "самый большой из живущих", knight more noble was never made by Christ - "более благородный рыцарь никогда не ходил под Богом".

     Эмоциональный фон поэмы усиливает также такой прием, как цепочки из нескольких эпитетов (до пяти): Standing so stout, so stern there and fearless, armed and unafraid - "стоящий там такой отважный, такой суровый и бесстрашный, вооруженный и неустрашимый". Следующие друг за другом эпитеты усиливают напряженность повествования, заставляя читателя сопереживать, внимательно следить за событиями.

     С переводческой точки зрения интересны также структурные типы эпитетов и их дистрибуция, поскольку переводчику приходится решать, какова значимость этих факторов в стилевой системе оригинала. В поэме эпитеты чаще всего выражаются прилагательными и причастиями, большинство из них одиночны и стоят в препозиции к определяемому. Цепочки эпитетов могут раздвигаться, и тогда один из элементов оказывается в постпозиции, например: handsome ermine gay - "красивый горностай нарядный", the green horse and high - "зелёный конь и высокий", abundant wine of the best - "обильное вино самое лучшее".

     Постпозитивные эпитеты встречаются в поэме довольно часто, в основном это оценочные эпитеты knights most noble - "рыцари благороднейшие", ladies most lovely - "дамы наипрекраснейшие", a man monstrous" - человек ужасный", of face so fair - "ликом такой прекрасный". Характерно, что эпитеты в постпозиции часто выражаются прилагательными в превосходной степени или усиливаются наречием so. Все это помогает выделить определяемое слово, придать ему большую значимость. С другой стороны, постановка эпитета в постпозицию могла быть вызвана законами стихосложения. Такие эпитеты характерны для рифмованных четверостиший, завершающих строфы: Therefore of face so fere / He stightlesostir in stalle / So his face doth proud appear / And he stands up stout and tall.

     Для перевода Толкина характерна более частая постановка эпитета в постпозицию. Принадлежность эпитета к определенной части речи переводчиком в основном сохраняется, хотя нередко эпитеты-прилагательные передаются предложными структурами, например: hapnest - first in fame, rechles - without care.

     Для воссоздания исторической окраски языка оригинала переводчик вносит в повествование словарные и грамматические архаизмы. Так, он использует прием инверсии: mercy hе knows not - "пощады он не знает", архаическую грамматическую конструкцию: many a lovely lord - "многие прекрасные господа", архаичные формы глаголов, существительных и местоимений, например: canst, quoth, wot, becometh, thou, thy, nay, aught, naught, brethren и другие, а также вышедшие из употребления слова forsooth (indeed), ween (think), trow (believe). Этим средством Толкин пользуется с большим чувством меры, поэтому перевод не вызывает впечатления архаизации.

     Таким образом, сохранив аллитеративную основу поэмы и обогатив ее разными видами аллитерации, сохранив образность поэмы через использование эпитетов, Толкин отразил стилистические особенности поэмы "Сэр Гавейн и Зеленый Рыцарь", а также передал исторический колорит произведения, приблизив его к современнику. В этом причины успеха его перевода.


Примечания.

1. "Goladros and Gawain" in "Scottish Alliterative Poems, ed. F.J. Amours, Edinburgh, 1987; "Ywain and Gawain", ed. A.B. Friedman and N.T. Harrington, Eary English Text Society, vol. 254, 1964.

2. J.R.R. Tolkien. Sir Gawain and The Green Night, Pearl, Sir Orfeo, Boston: Houghton, Miffin, Company, 1975.

3. Sir Gawain and The Green Knight ed. by E.V. Gordon and J.R.R. Tolkien. London: Basil Blackwell, 1926



Обсуждение

 


Новости | Кабинет | Каминный зал | Эсгарот | Палантир | Онтомолвище | Архивы | Пончик | Подшивка | Форум | Гостевая книга | Карта сайта | Кто есть кто | Поиск | Одинокая Башня | Кольцо | In Memoriam



Na pervuyu stranicy Отзывы Архивов


Хранители Архивов