Stolica.ruРеклама

Na pervuyu stranicu
K Oglavleniu Odinokoi Bashni
  Annotirovanniy spisok razdelov sayta

Darth Vader, Dark Lord of Sith

Рецензия на повесть М.Тук и П.Брендибэк "Осенний сад с хризантемами"
(объем 2.5 авт.листа)

Девять стадий "женской толкинутости":
- первая - люблю хоббита (любого из);
- вторая - люблю Арагорна;
- третья - люблю Фарамира;
- четвертая - люблю Финрода;
- пятая - люблю Феанора;
- шестая - люблю Турина;
- седьмая (черная) - люблю Мелькора;
- восьмая (странная)- люблю Саурона с багровым оком;
- девятая - люблю Профессора.
Справочник толкиниста

Вся жизнь - как "Пастуший календарь". Скромная маргаритка, невинная лилия, стыдливая фиалка...
     А потом? Плодоносная яблоня.

Э.Л.Войнич, "Сними обувь твою"

Ах, он непосредственен, как ребенок! А попробуй этот "ребенок" напрудить в штаны - желательно на защите кандидатской диссертации.

Г.Л.Олди, "Нопэрапон"

Можно ли сделать из него любовника в фантазии? А как бы ей самой понравилось, обнаружь она, что является главной героиней чьих-нибудь эротических сновидений?

Л.М.Буджолд, "Гражданская кампания"

     Итак, перед нами новое творение молодых, но наделенных богатым творческим потенциалом фэндомских авторесс М.Тук и П.Брендибэк. Жаль только, что их потенциал по большей части так и остается потенциалом, сиречь возможностью. Реализация оного потенциала - или, выражаясь языком физики, перевод в энергию, приложенную к работе - весьма слаба и непроизводительна, ибо результат этой работы по-прежнему не блещет высокими достоинствами, которых мы вправе были бы ожидать от авторесс, столь яро добивающихся признания. Увы, недостатки их нового творения (как и прежних повестей, принадлежащих тому же перу) затмевают все его достоинства, к каковым можно отнести более или менее приличную стилизацию под японские повести. Хотя, быть может, удачной эта стилизация выглядит лишь на мой взгляд - взгляд человека, не сильно разбирающегося в реалиях японской жизни и литературы. Пусть специалисты скажут свое веское слово по этому поводу. Мы же перейдем к другим аспектам данной повести, куда более известным и привычным опытному рецензенту. Начнем, по уже сложившейся традиции, с грамматики.

     Некоторое количество пропущенных запятых и прочих знаков препинания ("...видно какая она тоненькая", "укоряла себя, опасаясь, и не без оснований гнева моего Государя", "приносил мне самые искренние извинения за то, что необдуманными поступками оскорбил меня и просил позволения зайти сегодня вечером") или, напротив, наличие лишних запятых ("я сжалась, было, в комочек") иногда лишь свидетельствует о невнимательности или недостаточной грамотности авторесс, а иногда самым странным образом искажает значение фразы. Например, отсутствие запятой между словами "меня" и "и" во фразе про искренние извинения заставляет думать, что король извинялся перед героиней в том числе и за то, что просил позволения зайти сегодня вечером. Ах, госпожи писательницы, не забывайте, что одна фраза - как, например, знаменитое "казнить нельзя помиловать" - от правильной или неправильной постановки запятой может полностью изменить судьбу человека!
     Орфографических ошибок в тексте не обнаружено - очевидно, авторессы научились наконец-то пользоваться функцией "проверка орфографии". Хочу лишь сделать замечание по поводу странного словечка "окаем", встретившегося в повести. Судя по контексту, имеется в виду горизонт на севере ("северный окаем"), и данное слово является однокоренным со словами "кайма", "окаймлять". В таком случае, это новообразование, изобретенное нашими писательницами и имеющее право на существование в их текстах. Если же имеется в виду слово "окоем", то им обозначаются все пространство от горизонта до горизонта, и происходит сие словечко от сочетания слов "око" и "емлет" (объемлет, окидывает).

     Теперь от орфографии перейдем к правильности построения предложений, каковой правильностью наши авторессы по-прежнему не грешат. Вот лишь несколько примеров:
     "...вытянутых до самого потолка окон" - так и видятся окна, которые сперва были обычной высоты, а теперь их вытянули до самого потолка... Окна вообще-то бывают высокими. А если они вытянутые - то просто вытянутые, без определений. Иначе - см выше.
     "...одежды цвета морской воды в зимнее ненастье", а через строчку поясняется, что это значит - зеленые. Морская вода в зимнее ненастье сизо-серая, милые барышни.
     "... могло бы привести в восхищение художника прежних лет." - это как? Тот, кто рисует прежние года? Или это обозначение возраста - вроде как "художник преклонных лет"?
     "... одет на западный манер- в рубашку и штаны, заправленные в сапоги." - что, и рубашка тоже? Нет? А судя по строению фразы, именно так.
     "оно смеялось, это лицо, хотя у Государя разве что уголки губ слегка приподнялись, выражая усилие скрыть улыбку". Опять лицо (в прошлой повести было тело) делает что-то отдельно от своего носителя. А уголки губ приподнимаются, как раз выдавая улыбку, а не выражая усилие ее скрыть. Чтобы скрыть улыбку, губы плотно сжимают.

     И это только первые несколько абзацев. Что и говорить, плоховато у наших милых авторесс с чувством родного языка. Хотя в целом уже немного лучше, чем раньше. Относительное содержание ошибок на единицу текста снизилось примерно на 15%. Продолжайте работать над собой и над текстом, и лет через 7-8 критики будут посрамлены - ваши повествования станут соответствовать правилам русского литературного языка.
     Увы, увы, не могу сказать того же самого в отношении содержания. Впрочем, есть некая идея (Великий Метод Кота Камышового - A.S.). Замените Арагорна на благородного Броффенгарда, Арвен - на царицу Кутюрьель, Эомера - на рыжего Думбрана, а Гондор и Рохан - на Штайнланд и Стидландию соответственно. И будет у вас превосходная повестуха из жизни некоего Невер-неверленда, слегка стилизованная под японские женские романы.
     Ибо иначе, чем женским рОманом я назвать сие творение наших неиссякаемых авторесс не могу. Впрочем, они, судя по всему, и сами это понимают. Точнее, сужу я не по всему, а по уведомлению, что предпослано сему творению. Авторы честно признаются, что это всего лишь их фантазия - смею добавить, фантазия на чисто любовные темы. Ну, хочется нашим милым дамам любви Арагорна, застряли они на второй стадии женской толкинутости. Увы, где ж взять такого в реальной жизни? И предаются они сладостным грезам о том, как...
     Далее следует признание в том, что, цитирую: "мы не ставили своей целью подражание Толкину или какое-либо соответствие духу и букве его произведений."
     Вынужден целиком и полностью согласиться с авторами. Ибо в мире Толкина не мог существовать подобный избалованному, ветреному и капризному ребенку Арагорн, представленный в данном романе. Остается списать такое восприятие образа на юный возраст наших дам (если не паспортный, то душевный). Эти непосредственные, как дети, писательницы полагают скучной мирную жизнь без войн, приключений и "дикой вольницы". Им невдомек, что "долг длиною в жизнь" может быть просто жизнью - такой, какой сам человек хочет ее видеть. Какую хочет прожить. И вовсе не потому, что иной не дано. И не потому, что человек не подозревает о возможности прожить жизнь иначе.
     Кстати, заметьте, насколько всем молодым "дописывательницам" невыносимо видеть рядом с Арагорном-королем королеву Арвен. Уж как только ее не расписывали! И "холодная, словно зимняя звезда", и "далекая в своей красоте от мира людей", а теперь вот с ледяной скалой сравнили. Ну да, они хотели бы видеть рядом с Арагорном себя самих - таких живых, непосредственных, милых и простых. Уж они бы создали Королю душевный комфорт, наполнили бы его жизнь человеческим теплом, обаяли бы его наивностью и душевной чистотой... Да вот только беда: сдается мне, что Арагорну - Королю Людей, прожившему на свете сотню лет, прошедшему через все испытания к победе, к заветной цели - эти милые, наивные девочки были бы просто не нужны, даже окажись они рядом с ним. И нечего приписывать персонажу - пусть даже любимому - собственное желание удрать "на волю, в пампасы" от якобы скучных государственных обязанностей, от якобы холодной и душевно далекой "семейной половины". А то, что государственные обязанности могут быть призванием - не предопределением, не долгом, не "лямкой", а именно призванием - и интересной работой, им и в голову не приходит. Ведь "политика - грязное дело"! И то, что любовь к прекрасной и мудрой женщине, способной ждать полвека, прежде чем соединиться с любимым... так вот, то, что такая любовь не может просто так умереть или быть отвергнутой ради интрижки с "прекрасной дикаркой" или "заморской пленницей", наши милые авторессы не могут принять и допустить.
     Впрочем, что толку читать лекции относительно соответствия образа персонажа общепринятой трактовке или распространяться на тему любви, брака, долга и личного выбора. Ясно же, что этот романчик вырос оттуда же, откуда произошли "Галахад", "Карибэль" и "Верные". Безответная любовь кого-то из авторесс к Светлому Рыцарю заставляет хотя бы в романах сделать из него "героя своего романа" (пардон за каламбур) и хоть так выразить свои нежные чувства к нему. Быть может, с тайной надеждой, что прочтет, проникнется и обратит внимание... Впрочем, последнее предположение - это уже чистые домыслы.
     Не могу также не отметить, что со стилизацией у наших юных романисток наблюдаются некоторые проблемы. В частности, стиль части, озаглавленной "Дневник Йомера", ничем не отличается от стиля прочего повествования. Не говоря уже о том, что вряд ли Эомер писал дневник (это не в его характере), сия часть заставляет читателя подвергнуть сомнению сексуальную ориентацию автора сего дневника. Некоторые выражения наводят на мысль об отнюдь не только духовной любви Йомера к Арагорну, а также к самой героине повествования. Милая троица собралась в этом "охотничьем домике", не так ли? Впрочем, мне, как сугубо черной личности, вероятно, свойственно преувеличивать склонность рода человеческого ко всякого рода грехам. Однако же претензий к стилю это не снимает.
     Напоследок позвольте задать вопрос, касающийся внутреннего противоречия в тексте. Все остальные претензии можно еще списать и за счет "своего вИдения" мира - и Арагорн в том мире, какой рисуют милые авторессы, может оказаться "диким оленем, уловленным в силки долга и предназначения", и Арвен станет фригидной стервой, и Йомер будет бисексуалом-сводником, и откуда-то возьмется неизвестная островная империя с японизированным укладом жизни... Но вот проясните мне следующий вопрос: героиню повести отправили в Гондор заложницей. Ее долг - сидеть там и изображать принцессу Осеннюю Хризантему. Ее отец, мать и старший брат, в свою очередь, являются заложниками ее послушания - их жизни зависят от того, насколько она следует воле своего императора. И вдруг в конце повести она намеревается "вернуться на свои острова". Она хотела бы сделать это тайно от Короля, но полагает, что у нее не получится. Ну хорошо, пусть даже Король без звука отпустит свою заложницу-наложницу, не подозревая о ее беременности. А как примут ее на родине? Что будет с нею самою, с ее семьей и с еще не рожденным ребенком? Если уж героиня так переживала по поводу того, какая судьба постигнет оную семью в результате того, что ей не удалось выдать себя за принцессу, то читатель вправе предположить, что такое пикантное возвращение вызовет репрессии со стороны императора и "всэм будэт полный секир-башка". Но, естественно, авторессы, увлеченные романтическими переживаниями, намерены довести свой женский рОман до традиционного финала, и внутренние противоречия текста их не волнуют. "Любовь рушит все преграды." Ну что ж, продолжайте и дальше следовать сему девизу так, как вы понимаете его. Быть может, вам удастся если не добиться внимания со стороны своего Светлого Рыцаря, то, по крайней мере, утомить критиков настолько, что у них уже не будет сил подвергать грамматическому, стилистическому и логическому разбору очередное ваше творение. Однако я всегда остаюсь к услугам милых дам в качестве их верного рецензента, и даже толпы Осенних Хризантем, Диких Орхидей и не менее диких Роз не воспрепятствуют мне сражаться с безграмотностью и безыдейностью до полной победы. Так что, увы, не ждите от меня "приветственных криков и грома оваций", ибо искусство, с которым вы "сыграли свою пьесу", не столь велико, как вы полагали, и "принять вас, как равных" я пока что не могу. Но те не менее мое критическое перо всегда к вашим услугам. Засим позвольте мне откланяться - до выхода в свет следующего рОмана наших дорогих авторесс.

январь 2001


Обсуждение - в гостиной Одинокой Башни.

 


Новости | Кабинет | Каминный зал | Эсгарот | Палантир | Онтомолвище | Архивы | Пончик | Подшивка | Форум | Гостевая книга | Карта сайта | Кто есть кто | Поиск | Одинокая Башня | Кольцо | In Memoriam



Na pervuyu stranicy Отзывы Архивов


Хранители Архивов