Stolica.ruРеклама

Na pervuyu stranicu
Arhivy Minas-TiritaArhivy Minas-Tirita
  Annotirovanniy spisok razdelov sayta

Валерия Александровна Маторина (В.А.М.)

ИНТЕРВЬЮ ИЗ ШИРА-НА-ЗАДВОРКАХ
ДЛЯ АРДЫ-НА-КУЛИЧКАХ *

18 июня 2003 г.

Вопрос: С чего началось Ваше знакомство с творчеством Толкина?

Ответ: С плохого настроения в начале отпуска в 1978 году. Друг, у которого я гостила в Ленинграде, решил развеять мою хандру и, уходя на работу, протянул "Хоббита" в переводе Н. Рахмановой. Когда он вернулся, книжка была уже прочитана полтора раза, жизнь стала прекрасной, и мы дружно и безуспешно принялись искать "другие работы того же автора". В начале 80-х вышли "Хранители" в переводе А.Кистяковского и В.Муравьева. Потом мне подарили всего "Властелина колец" в великолепном польском переводе Марии Скибневской. А потом - еще в первой половине 80-х - случайно встреченный в Донецком бюро переводов человек любезно привез из Москвы микропленки с оригиналом. Это было первое чудо.

Вопрос: Вы работали инженером. Как появилась мысль заняться переводом?

Ответ: Очень хотелось поделиться радостью, но никто из моих друзей - круг был довольно широк - не знал английского настолько, чтобы книги читать. А мелкие детские книжечки для сына я переводила. Только тогда не могла себе представить, что из всего этого выйдет совершенно сказочная для меня история.

Вопрос: Расскажите историю.

Ответ: Я жила в Донбассе, в Горловке. Когда друзья (кстати, Каменковичи старшие) достали "Хранителей" в первом Детгизовском издании, вещь настолько увлекла, что мы с мамой ее за неделю в четыре руки переписали. Но, читая ее же на польском, я обнаружила, что "Детская литература" сократила текст страниц на сто, и решила сделать с польского вставки в переписанное. Вставки не вставлялись, не связывались с текстом ни по тону, ни в мелких деталях. Так что я начала переводить с польского подряд. И как раз тогда у меня появились микропленки. Я их распечатала в шесть больших альбомов мелким шрифтом, отложила и Муравьева, и Скибневскую, и стала переводить с английского, начав с "Хоббита". Наслаждение получала незабываемое. Автор любит своих героев и с удовольствием рассказывает о них читателю, которого тоже любит. Книжка удивительно теплая, об нее можно греться. Перебираешь пальчиками слова, и тепло переходит на бумагу. Вдобавок, меня не покидало ощущение, будто я за автором иду по той же тропке. Нашла его биографию - оказывается, мы в детстве одни и те же книжки читали! (У меня по советскому времени смешное образование, да еще я старый турист из 60-х, т.е. пейзажи для меня - не только картинки.) В общем, это все было настолько мое, родное, что объем работы не пугал, а радовал. Писала в амбарных книгах, перепечатывала на машинке в 6 экземплярах, сшивала, а друзья выхватывали из-под рук. Несколько экземпляров были сразу подарены, один "поселился" в Горловском КЛФ. Тогда же сам собой придумался псевдоним - мне просто повезло с инициалами - читайте, это все В.А.М.! Долго получала письма, начинавшиеся "Здрасьте ВАМ!"

Вопрос: Как Вам удалось найти издателей?

Ответ: Я их не искала. Меня с детства приучили не хотеть невозможного. Переводила для друзей и для себя. События складывались, связывались, развивались будто сами собой. Знаете, как кольчужку плетешь: звено за звеном, одновременно ряд к ряду, в итоге получается ткань. Собственно, "Властелин колец" так сделан - масса нитей сплетается в узлы, сразу не поймешь, какая куда потянется. В судьбе моего перевода было несколько крупных сопутствующих обстоятельств. Во-первых, ролевые игры.

Вопрос: Вы в них участвуете?

Ответ: Сейчас уже редко и больше косвенно. Но горжусь тем, что в 1989 мне удалось покачать колыбель первой ролевой игры по Толкину в Красноярске. Это было чудо второе. Благодаря книге я попала на эту игру, а благодаря игре рукопись сделала шаг к изданию.

Вопрос: Как Вы оказались в игре?

Ответ: Поиграть в героев Толкина впервые всерьез предложил Михаил Гончарук из Красноярска на "Аэлите-88". В то же лето красноярцы разослали всем КЛФ письма. Я послала им из нашего клуба только что законченный конспект биографии профессора, завязалась переписка. Игру они начали готовить, имея под рукой "Хоббита", "Хранителей" и умного человека А.Алехина, который частью начитал на аудиокассету по-русски с польского перевода, частью рассказал ребятам, что было дальше. Естественно, я пришла в ужас, села за машинку, с сентября по декабрь перепечатала заново все, что у меня было, и книгу за книгой переслала Гончаруку в двух экземплярах: один - игру готовить, другой - ребятам читать (потом узнала, что этот второй за полгода облетел весь Союз от Иваново до Владивостока). А перед игрой оба экземпляра выложили на лавки в клубе, и приехавший заранее народ читал сутками, обалдевая от прикосновения к необычайному.

Вопрос: Мы отвлеклись от вопроса об издании.

Ответ: Издание с этим связано. К январю 1989 года у меня оказалась полная машинописная рукопись в переплете, из тех, что готовились для Красноярска. Правда, она была подписана: "улучшенный подстрочник" (чтобы не украли). А председатель Горловского КЛФ Виктор Черник получил письмо от товарища по "Аэлите" Юрия Шмакова: в Хабаровске родилось новое издательство "Амур", хотят начать с хорошей книги, уже условились с Муравьевым, что в конце января поедут заключать с ним договор. Черник тут же отправил встречное предложение - взять "наш" перевод, и объяснил, что он вовсе не подстрочник. Шмаков попросил рукопись. Вот тут сообщили мне, и произошло третье чудо.

Начинался год 1989, перестройка, на почте посылки не принимали. Удалось уговорить почтовиков отправить какими-то пакетами, и они дошли! В марте был заключен договор, а в июле произошла Игра, на которой мы с Гончаруком клятвенно пообещали, что все, кто останется на связи, получат "амурское" издание, когда оно выйдет. Слово мы сдержали: хабаровцы обеспечили свой регион, красноярцы - западную Сибирь, а я заказала часть гонорара книгами и разослала около ста посылок по Европейской части Союза (после первого тома пришлось рассылать второй и третий, вот это уже было трудно и дорого).

Вопрос: Пока все гладко.

Ответ: Да нет, не очень. В процессе подготовки игра несколько раз оказывалась на грани срыва, спасала только взаимная поддержка, а у печатников свои проблемы, мы это в шутку называли "козни Сарумана". Даже пожар в издательстве был. Поднятый по звонку в три часа ночи редактор бежал через весь Хабаровск, приговаривая, как молитву: "Рукописи не горят, рукописи не горят..." Разложенный на столах оригинал-макет, к счастью, уцелел, его лишь засыпало пеплом. Сгорела соседняя комната. Мне прислали на память об этом эскиз обложки в туши с сильным запахом гари.

"Амурское" пятикнижие в мягких обложках ("Хоббит", три томика "Властелина" и "Волшебные истории") выходило с 1990 по 1992 год.

Вопрос: Вы им остались довольны?

Ответ: Я была счастлива. Хабаровчанам удалось сделать все, что они тогда могли, остальное от них не зависело. Набирали на линотипе, латинского шрифта не было, были проблемы с бумагой и типографиями. Приложения пришлось сократить, словарь исключить. Работать с редакторами я не могла из-за расстояния и плохой почтовой связи (компьютерами в то время так широко не пользовались). Кроме того, во всем этом есть еще одно чудо - нас всех связала крепкая дружба, и без этих "родных друзей", начиная с подруги по КЛФ художницы Елены Кулинич, красноярцев Гончаруков, Алехиных, моего "первопечатника" Шмакова из Хабаровска, москвича Павла Вязникова, иркутян Бабкиных, я себя уже не мыслю, хоть мы и реже теперь пишем друг другу. Друзей по играм даже сосчитать трудно, их уже несколько поколений.

Вопрос: У Вас и за границей есть друзья?

Ответ: Для меня сейчас и Россия - заграница. А с дальним зарубежьем все складывалось тоже совершенно сказочно. Когда "Амур" взял рукопись, я написала в Лондон в Толкиновское общество и в издательство "Анвин". Потом уже в "Харпер Коллинз" - как в колодец бросала письма, никакого ответа. Утром 10 мая 1990 года я собиралась в гости, но пошел дождь. Вдруг звонок из экскурсбюро: туда зашел немец, которого никто не понял ни по-немецки, ни по-английски. Карл Терёрд из бывших военнопленных разыскивал тех, кто ему помог выжить зимой 45-го (кстати, одну женщину он потом нашел, но не в Горловке, а в Шахтах). Сам давно живет во Франции. К Англии это все-таки ближе, и я попросила его написать в Лондон. Через два месяца получила ответы из издательства (просили экземпляр моего перевода, они все собирают), из Толкиновского общества и... от Кристофера Толкина! Оказалось, что Кристофер живет там же, где и Карл, в соседнем городке в Провансе, но Карл узнал об этом уже от меня. Потом я переехала в Запорожье - всем сообщила новый адрес. Бейли, жена Кристофера, тут же написала, что ее отца мальчишкой вывезли в Канаду в 1912 году из-под Екатеринослава, с Хортицы (в Запорожье так называется остров и два поселка). Именно в том поселке, откуда вероятно родом тесть Кристофера, стоял знаменитый 700-летний Запорожский дуб! Дерево было еще живым, я смогла послать Толкинам фотографию - у них в семье любят деревья - а мои друзья-экстрасенсы возопили: "Теперь понятно, зачем ты сюда переехала!"

А от Дэвида Дагана из Лондона я получила одновременно два первых письма - одно из Лондона в ответ на свое, а другое - через Хабаровское издательство, он просил познакомить его "с ним (ней), кто перевел "Лист кисти Ниггля". В газете, где сказка-притча печаталась, не указали имени переводчика. Так завязалась еще одна ниточка. Потом мне удалось побывать в Англии и во Франции, знакомство по переписке перешло в дружбу.

Вопрос: Новое издание Вашего перевода очень отличается от первого?

Ответ: Я бы не сказала. Текст "причесан", исправлены замеченные ляпсусы, добавлено то, что по техническим причинам не вошло ранее: часть приложений и словарь. Изменен ряд имен собственных. Тон книги остался прежним.

Вопрос: Почему изменены имена?

Ответ: Я уже говорила, что вначале не думала об издании и авторских правах. Перевод Муравьева становился популярным, и я употребила некоторые имена из него, чтобы не плодить разночтений. В первом издании дали об этом честное примечание. Теперь, в соблюдение авторских прав, словарь переработан. Арагорн остался Бродяжником по просьбе издателей. В рукописи он уже был Долгобродом (грубее для бродяги, более звучно для короля, и можно обыграть фразой: "Долгий путь прошли мы все..."), но осталось только размещение имени Бродяжник в словаре на букву Д на стр. 1325 после глобальной замены. Имена бросаются в глаза, но дело не в них.

Вопрос: А в чем, по-Вашему?

Ответ: Во-первых, в технике. Знание переводчиком языка оригинала и своего родного, умение использовать языковые возможности. Без свободного владения английским не услышишь интонаций, не заметишь междустрочия (оно у Толкина богатейшее), не почувствуешь настроения, а значит, и не передашь. Моя мама говорила, что должно быть "чутье языка". Надо, чтобы у читателя через пару десятков страниц возникло чувство, созвучное тому, что появляется у читающих оригинал на родном языке. Эту задачу я и пыталась решить. И подзадачу: чтобы читалось легко и с удовольствием. Когда я работала над "Хоббитом", у меня сын служил в армии (кстати, под Хабаровском - может, уже был намек на будущее?). Я, конечно, не посылала ему свои упражнения, но представляла, как он будет это читать. Обычный парень, без склонности к литературным изыскам, мой массовый читатель - школьник, студент, солдат, молодой специалист...

Позиция переводчика, т.е. социальный заказ, имеет большое значение. В течении двадцати лет книги Толкина у нас не то чтобы запрещались, но категорически не рекомендовались к переводу, потому мы о них и не знали. Когда стало уже можно, еще оставался кордон редакторов советской школы, знающих, "что нашему читателю надо". По-моему, Кистяковский с Муравьевым поставили задачу сделать из "Властелина" рыцарский роман и в первом томе начали блестяще ее выполнять. Потом Кистяковский умер, у Муравьева пошло слабее, но первую книгу я люблю. Лихая книга, хотя и "не Толкин".

Вопрос: Мы, кажется, подошли к причине появления в России сразу массы разношерстных переводов. Не согласились с Муравьевым - и давай творить!

Ответ: Именно так. Горе в том, что творили (и еще творят) не только профессионалы. Профессор пишет просто. Кажется, пересказать легко - ан нет! Писать просто и при этом ёмко гораздо труднее, чем писать с выкрутасами. Вдобавок, объем сумасшедший, располагает к халтуре.

Вопрос: Вы уверены, что у Вас получилось то, что надо?

Ответ: Нет, что Вы! Лишь приближение и направление. Старалась идти за автором след в след, ничего не убирать, не добавлять, по возможности сохранять акценты и выдерживать ритмику. Первый том я сначала прочитала, а приступив ко второму, заставила себя не заглядывать в конец, чтобы читатель волновался там, где хотел автор. Боялась, что знание финала повлияет на интонации перевода. От этого работа была вдвойне увлекательной!

Может быть, сейчас я жалею, что не подчеркнула в тексте разницу речи гондорцев, рохирримов и эльфов на фоне хоббичьей. Но это архи-сложно, тем более что автор часто оперирует английским "ты", а русская архаика в Гондоре лично мне режет ухо. Кое-какие наметки были, но я от них отказалась.

Стихи пришлось делать самой, потому что не было знакомых поэтов. Утешаюсь тем, что мои рифмовки достаточно точно передают смысл и более или менее гармонично вписываются в ткань текста.

Вопрос: Между первым и вторым изданиями Вашего перевода прошло 10 лет. Вы не пытались предлагать книгу другим издательствам?

Ответ: Пыталась, конечно. Хотя бы потому, что первое издание вышло неполным. В 1994 году Запорожское издательство "Интербук-Хортица" взяло рукописи, (тогда же я "причесала" текст), но успели напечатать только "Хоббита". Дела у них пошли плохо, и рукописи мне вернули. Петербург со мной разговаривать не желал, Москва брала только мелкие вещи. Я уверена, что и на этот раз помог случай: у меня попросили "Хоббита", от "Властелина" наотрез отказались ("уже есть"), а меньше чем через месяц потребовали "Властелина" ("изменились обстоятельства"). Зато книга превзошла все мои ожидания. Солидный красивый том, прекрасная гарнитура, тактичные редакторы - спасибо "Эксмо"! Теперь я знаю, что такое - ощущение выполненной большой работы.

Вопрос: Знакомы ли Вы с другими переводчиками?

Ответ: С некоторыми знакома, но отношения чисто дружеские, не по работе. С Павлом Вязниковым мы познакомились перед игрой, он уже перевел "Дюну", с Наташей Григорьевой встретились на игре. У нас обеих к тому времени рукописи были сданы в издательства. Она прекрасный человек, мы довольно долго переписывались, потом контакт угас, а с Павлом до сих пор изредка перебрасываемся письмами. С Алиной Немировой встречались на играх и КОНах, когда мой перевод вышел, а у нее был готов.

Несбывшийся контакт - с Борисом Заходером. Он удивительно умеет передать читателю обаяние материала. Я никогда к нему не обращалась, но считаю учителем. Люблю его пересказ "Алисы в стране чудес" больше, чем суховатый академический перевод Н.Демуровой.

Вопрос: Ходят слухи, что Ваш перевод и Каменкович, Каррика и Степанова делались на основе одного подстрочника. Вашего? Совместного?

Ответ: Валерий - сын моих друзей. Я сама разрешила Маше взять в Питер давно подаренный его отцу экземпляр первой версии моего перевода и совершенствовать его. Договорились работать вместе, я - в Горловке, Маша - в Ленинграде, потом сведем и... И я не сразу догадалась, что мы по-разному понимаем слова "работать вместе" и что вообще бывает настолько серьезная несовместимость стилей. Я ждала, что мне начнут присылать переделки по страницам, по главам, обсудим. Но мне лишь через полтора года прислали уже размноженную и сшитую летопись четвертую, затем еще три. Текст становился чужим. Я предложила довольно много правок, еще надеясь получить результат и с ним согласиться. Но меня только спросили, что писать на титуле - мою фамилию или псевдоним. Окончательного текста я не увидела. Весной 1989 года практически одновременно пришли два письма - от Шмакова с договором и от Маши - с примечанием, что текст прислать не могут, "он уже у редактора". Ставить подпись, т.е. отвечать за то, чего не видела, я не могла. Подписала договор с "Амуром", а Каменковичам сказала, чтобы печатали без меня и моего имени на титуле. На этом наши отношения кончились. Маша еще раз переделала текст, убрав из него все мои слова; у них, вероятно, срывались сроки, а я отдала "Амуру" сыроватый вариант, потому, что, ожидая правок из Питера, этим вариантом текста не занималась. Вот и вся история. Они проделали большую работу, издание у них очень приличное, ценность его еще и в примечаниях (о которых я, кстати, узнала, лишь когда купила книги).

Вопрос: Что, по-Вашему, читатели находят в Вашем переводе?

Ответ: Любовь. Книга делалась с любовью, это заслуга Толкина, а не моя. Книга светлая и добрая. Может, мне удалось немножко этого света уловить и передать. Легко читается. Кроме того, эта книга - катализатор вдохновения, настраивает на активный лад. Когда у моей подруги Елены Кулинич что-то не ладилось - картина или рукопись, - она брала у меня какую-нибудь часть "Властелина", а через день звонила: "Ура! Всё получается, пишу, рисую!"

Вопрос: Ваши дальнейшие планы.

Ответ: Выжить. Планы сейчас - мечты и желания, время не простое. Если будет время - перевести Эддисонового "Уробороса". Если повезет, издать сборник сказок "Эльфы, люди, драконы", куда включена "Дочь короля Эльфланда" лорда Дансани. Где-нибудь напечатать хотя бы куски "Сильмариллиона". Докончить пересказ приключений Мишки Мохнатика для внуков. Еще раз выпустить в свет свою любимую Халлу - "Иди легко" Наоми Митчисон. В общем, как повезет.

Привет! - В.А.М.


Перечень переводов В.А.М.:

  1. Джон Рональд Роэл Толкин. Хоббит, или Туда и обратно / Пер. с англ. В.А.М.; Худож. Е.Б.Мартынец и др. - Хабаровск: Амур, 1990.

  2. Джон Рональд Роэл Толкин. Хоббит, или Туда и обратно / Пер. с англ. В.А.М.; Худож. Л. А. Дзядык, Л. В. Малинка. - [2-е изд., испр.]. - Калининград: ИПП "Янтар. сказ"; Запорожье: Интербук-Хортица, 1994.

  3. Джон Рональд Роэл Толкин. Хоббит, или Туда и обратно / Пер. с англ. В.А.М.; Худож. Д.Свит. -- М.: ЗАО Изд-во ЭКСМО-Пресс, 2000.

  4. Джон Рональд Роэл Толкин. Хоббит, или Туда и обратно; Властелин колец: Трилогия / Пер. с англ. В.А.М. - М.: Эксмо, 2003.

  5. Джон Рональд Роэл Толкин. Властелин Колец / Пер. с англ. В.А.М. - Хабаровск: Амур, 1991. - Летопись 1: Содружество Кольца.

  6. Джон Рональд Роэл Толкин. Властелин Колец / Пер. с англ. В.А.М. - Хабаровск: Амур, 1991. - Летопись 2: Две твердыни.

  7. Джон Рональд Роэл Толкин. Властелин Колец / Пер. с англ. В.А.М. - Хабаровск: Амур, 1991. - Летопись 3: Возвращение короля.

  8. Джон Рональд Роэл Толкин. Волшебные истории / Пер. с англ.; Иллюстрации А. И. Бутеева. - Хабаровск: Амур, 1993. - (Все звезды фантастики).
    В переводе В.А.М.: Кузнец из Большого Вуттона; Лист кисти Ниггля; О волшебных сказках.

  9. Сказки старой Англии: Сборник: Пер. с англ. Составитель Т. Васильева - М.: Аргус: Мастер, 1992. - (Венок сказок).
    В переводе В.А.М.: Кузнец из Большого Вуттона

  10. Джон Рональд Роэл Толкин. Сильмариллион / Пер. с англ. В.А.М. - машинопись.

  11. Н. Митчисон. Иди легко - Хабаровск: Амур, 1993.

  12. Н. Митчисон. Иди легко // "Победители драконов" - М: Аргус, 1996.



[*] Интервью взяла Наталья Семенова


Обсуждение

 


Новости | Кабинет | Каминный зал | Эсгарот | Палантир | Онтомолвище | Архивы | Пончик | Подшивка | Форум | Гостевая книга | Карта сайта | Кто есть кто | Поиск | Одинокая Башня | Кольцо | In Memoriam



Na pervuyu stranicy Отзывы Архивов


Хранители Архивов