Stolica.ruРеклама

Na pervuyu stranicu
Cabinet professoraCabinet Professora
  Annotirovanniy spisok razdelov sayta

В. Грушетский

Дж.Р.Р. ТОЛКИЕН: ПОПЫТКА ОСМЫСЛЕНИЯ

В 30-х годах нашего столетия в ноосфере планеты произошло событие, оставшееся незамеченным для основной кассы человечества, но воспринятое отдельными его представителями. Одним из следствий происшедшего было возникновение в Кембридже литературного кружка. Членами его стали несколько ученых, испытывавших потребность в более широких способах выражения, чем те, что были необходимы в научной деятельности. Одним из них был Дж.Р.Р. Толкиен. Даже на первый взгляд, без глубокого анализа, творчество этого человека поражает настойчивыми попытками выражения некоей, вполне конкретной идеи, очевидно, не дающей автору покоя. Удивительно, что и старший его товарищ по кружку, Клайв Стейплз: Льюис, также ищет формы выражения все той же идеи. По непроверенным сведениям, и другие члены кружка испытали на себе воздействие некоего информационного массива, настоятельно требовавшего выражения.

Толкиен, автор романов, повестей, сказок, рассказов, баллад и песен (это помимо собственно научной работы), известен нам, прежде всего как автор трилогии-эпопеи "Властелин Колец". Хорошо. Человек написал сказку, - что ровным счетом ничего не значит. Да, сказку многоплановую, имеющую несколько уровней прочтения и диапазон читателей от ребенка до пожилого человека. Это тоже случается, хотя и несравненно реже, чем просто явление сказочника.

В качестве базы сравнения удобно взять, например, широко известную "Алису" Л. Кэрролла. Игра ума блестящего математика, выраженная в соответствующей форме, привлекла внимание читающих люде" практически во всех странах мира. И, тем не менее, осмелюсь утверждать, что "Алиса" - книга, лишенная настоящей глубины. За лабиринтами и тонкими намеками Кэррола нет ничего, кроме изысков изощренного специалиста в области чисто абстрактных построений. Именно абстрактных, идущих из глубины мощного интеллекта, но с очень размытыми историко-философскими, морально-этическими и общечеловечески-нравственными критериями. Другими словами - много пищи для ума и мало для сердца. И, тем не менее, какой успех!

Что же у Толкиена? У него - напрямую, с утраченной в большой мере светской литературой непосредственностью, идет речь о тая называемых "проклятых вопросах": Добре и Зле, Долге и Чести, Красоте и Гармонии во взаимоотношениях с миром. Но за всем этим ощущается уверенность автора в правоте собственных позиций, основанная на точном знании. - Но, позвольте! - скажет читатель, не ощутивший при чтении Толкиена "тихого взрыва" узнавания внутри себя, - позвольте! Разве может человек знать здесь что-либо наверняка? - Да, может, если этот человек живет в древнем русле эзотерической философии, если в основе его взгляда на мир лежит знание-уверенность в двойственности окружающего, если мир для него - сложносоставляющая действий разнообразнейших сил различной направленности, если мир многослоен и подлинно-эволюционно иерархичен. А если еще этот человек получает тем или иным путем доступ в один из сопредельных нашему миров - вот тогда в его изложении и начинает звучать интонация очевидца. А именно очевидец вздет нас по дорогам Средиземья во "Властелине Колец", по горам к долинам Благословенного Края в "Сильмариллионе", ведет, чтобы привести в Страну Мелкина - незаметного художника и доброго христианина, после смерти открывающего все новые миры, главным объединяющим признаком которых служит Творчество.

Нy, вот мы и сформулировали идею или суть информацион- ного массива, "пеплом Клааса" стучавшуюся в сердце проф. Толкиена и его друзей в довоенной Англии. Это - понятие о сложности мира, о наличии в нем законов нравственного и эволюционного развития, о надстоянии над нашим миром высочайшей пирамиды иных миров, для которых больше всего подходит слово "инобытие", и о взаимодействии этих миров с нашим, о реальности столкновения персонифици- рованных сил Добра и Зла и о фокусе их на нашем многострадальном слое. О причинах установления взаимодействия наших и "тех" миров в случае с Кембриджским кружком мы сказали в самом начале наших построений, а о способах известно достаточно из традиционной эзотерики. Среди них далеко не последнее место занимает так называемая "глубинная память", т.е. способность оперировать информацией, накопленной конкретной личностью в предыдущих воплощениях; открытые духовные слух и зрение, ясновидение и яснослышание,0, другими словами, или, например, такое свойство человеческой природы, правда, крайне редко реализуемое, как способность к созерцанию панорам тех самых миров инобытия.

Мир во "Властелине Колец" и узнаваем и нет. Вообще, популярность автора трилогии, на наш взгляд, объясняется именно "узнаванием" читателем некоей Истины, сквозящей через ткань повествования. "Узнавание" происходит на уровне глубинных ощущений и сродни редким состояниям, многим хорошо знакомым, при которых неожиданно возникает уверенность, что "это так и никак иначе", даже если логика, здравый смысл и жизненный опыт говорят о противополож- ном.

Так вот, узнаваем мир Толкиена именно за счет такой уверенности, а нет - потому, что представления зкзотерической науки о мире, на протяжении столетий настойчиво предлагаемые всем и каждому, не содержат никаких сведений (или игнорируют таковые) о предыстории человека, о его истинном происхождении, о роли высших сил в его истории, о преемственности человека и его наставниках там, на заре мира, и, наконец, о долженствовании человека, или о цели и смысле его существования.

Итак, краткий очерк космогонии по Толкиену.

Мир сотворен Эру, Единым, Илуватаром, единственным обладателем и хранителем животворного огня, и сформирован верными помощниками Эру, осуществителями его замыслов - Силами. Придя на планету сразу после ее творения. Силы распределили сферы Влияния: воздушное пространство, водную стихии, подземный мир, животное и растительное царства, и принялись обустраивать его, готовя к приходу Перворожденных (Эльфов), а затем - Людей. План осуществлялся в соответствии с замыслом, покуда не возникли искажения, причиною коих явился один из числа Сил. Кстати, их было СЕМЬ... Этого, в принципе, достаточно, чтобы опознать один из самых распространенных мифологических сюжетов о восстании ангелов и их обращении в демонов после поражения. И это вполне естественно, если учесть, что направлением научной деятельности Толкиена-ученого была мифология. Но, во-первых, кто и когда занимался мифологией так? Толкиен начинал с реконструкции эльфийского языка. И язык этот существует: не только звуковой, но и рунический письменный, тот самый Андарон, на котором говорят герои "Властелина Колец". А, во-вторых, уже в самом начале описания устройства мира возникают интересные параллели. Вот, например, фрагмент, кратко описывавший распределение владений на Земле среди Сил, пришедших ее творить - имя им - Валары, а еще раньше, в Довременье, звались Они Айнуры.

"Валарами, Стихиями Арды, звали Эльфы Великих Духов. Люди звали их Богами. Семь владык Валаров на Арде... Манве предстояло стать Верховным Владыкой и правителем жизни. Его стихия - ветра и облака, все токи воздуха от верхнего покрывала Арды до неизмеримых глубин, от acecoepyoa?uaro урагана до полевого ветерка..."

А сейчас я процитирую другой материал, но называть источник пока не стану.

"Верховных стихиалей - семь... Царь Благословляющих Крыльев, Ваюмн, воплощенный дух воздушного океана, распространяет свое владычество от крайних пределов атмосферы до naiuo глубоких пропастей. Его брата, Царя Оживляющих Вод, Эа, почитали еще греки под именем Посейдона... Оба древни, как вода и воздух, и безгрешны, гак они..."

Снова Толкиен: "Один из Айнуров особенно возлюбил вода. Эльфы зовут его Ульмо. Забота его - вся Арда. ибо все моря, чеки, озера, водопады и родники подвластны ему. Эльфы говорят, что дух Ульмо течет во всех жилах земли..."

Опять Толкиен: "Йаванна - Мать Изобилия. Она покровительствует росткам Земли, помнит деревья предначальных эпох... мох на камнях и слабенькие травинки болот... Среди всех Духов Мира самую горячую любовь и самое преданное почитание дарят Эльфы Варде. Для них она - Элберет. К ней обращаются их голоса..., ей поют песни на восходе звезд".

И снова другой голос: "Мати - называют ее все. Она любит всех. Ей можно и должно молиться с "великим смирением".

Пока достаточно цитат. В таком совпадении не было бы ничего странного, так как за ликами Валаров легко узнаются божества древнегреческого пантеона, да и не только древнегреческого. Но второй источник, цитированный здесь, - не из глубин веков. Это - работа нашего современника и соотечественника - Д.Л. Андреева - "Роза Мира". Создавались "Сильмариллион" и "Роза Мира" практически синхронно - в пятидесятых годах нашего столетия. Взаимовлияние исключено. "Сильмариллион" был опубликован после смерти Толкиена в 1973 году его сыном, Кристофером, а из лагеря, где писал главы "Розы мира" Андреев, до Англии было так же далеко, как до Туманности Андромеды. А ведь процитирован- ные выше совпадения - не единственные...

Думаю, что теперь, когда названы имена, можно вполне пользоваться определениями, вводимыми Андреевым, для анализа работ Толкиена. Итак, то, что у Толкиена служит для нас "предметом узнавания" и заставляет нас с внутренней улыбкой кивать головой, соглашаясь, Андреев называет "метаисторией" - тем, что сквозит для нас сквозь канву исторических событий, определяя их истинные причины и следствия. У большинства из нас знание метаисторических фактов запрятано глубоко в памяти предыдущих воплощений и oне относится к разряду оперативной информации. У большинства, но не у всех. Например, у Толкиена и Андреева глубинная память была открыта... И не только глубинная память. Посмотрим, как описывает Толкиен ландшафты Средиземья, например, в главе 14 "Сильмариллиона". После напрасных попыток отыскать аналоги на карте Западной Европы, начинает казаться, что автор, сидя за рабочим столом, глядит в. магический кристалл и с удовольствием живописует ландшафты, проплывающие перед его взором. Здесь представляется уместным вспомнить одно из "скрытых", "резервных" чувств человека, которое Д.Л.Андреев именует способностью к nica?oaie? иных уровней бьггия.

Россыпь не мифологических, а именно эзотерических фрагментов, заставляет уверенно классифицировать произведения Толкиена как канонически-эзотерические. По традиционным эзотерическим представлениям, материк Атлантида располагался своей северной частью на несколько градусов к востоку от современной Исландии, включая Шотландию, Ирландию, северную Часть Англии, далее через Атлантику и примерно до современной Бразилии. Ее население - т.н. 4-я раса, остатки которой перенесли чудовищную геологическую катастрофу и дали основание следующей - 5-й расе. Не надо отличаться большой проницательностью, чтобы узнать в Толкиеновских дунаданцах, "рыцарях из Заморья" или с Заокраинного Запада, владык погибшего Нуменора - представителей 4-й эзотерической расы - Атлантов.

Можно было бы еще долго проводить параллели между основными тезисами эзотерики и произведениями Толкиена, но лучше попытаться воспользоваться знанием эзотерической доктрины для освещения сложных для понимания мест эпопеи. К таким неясностям, несомненно, следует отнести вопрос: почему с уничтожением Кольца Всевластья заканчивается Третья Эпоха Средиземья, Эпоха, характеризовавшаяся удивительным единением с природой, достигнутым Эльфами, Эпоха проникновения и тайны Красоты и Гармонии, Эпоха магов и мудрых? Что такое реально случилось в Средиземье, что заставляет покидать его пределы Галадриэль и Элронда, Гэндальфа и Фродо? Или, иначе говоря, в чем смысл символа, заключенного в образе Кольца Всевластья?

Прежде всего, никакого привычного нашему взгляду события или факта, изгоняющего содержание Третьей Эпохи, нет. Все совсем иначе. Известно, что основой эзотерической доктрины является идея эволюции, эволюции безостановочной, где каждый новый шаг ведет к свободе и гармонии. А если учесть, что направление эволюционного вектора есть направление из глубин материи через самосознание к высотам духа, то становится понятно, что каждый новый эволюционный уровень отделен от предыдущего множеством барьеров, сквозь которое свободно проницает только одно: ответственность каждого последующего уровня перед предыдущим. А теперь приведем один из основных эволюционных законов, выведенных эзотерической традицией: эволюция возможна только за счет решения эволюционных задач подопечного звена. Такую эволюцию легко представить себе в виде звеньев цепи, каждое из которых есть плоскость разума. Одной из таких плоскостей у Толкиена и является мир эльфов. Для того, чтобы привести цепь в движение, необходимо давление, и давление именно снизу. В недрах Третьей зпохи вызревает Четвертая. В книге ее олицетворяет Хоббитания и ее население, ревностно охраняемое Гэндальфом (в этом, отчасти, и состоит его миссия, как представителя Белого Братства) и суровыми дунаданцами. Помните, в разговоре с Денетором Гэндальф напоминает ему о том, что он тоже Хранитель. Связующим звеном между Третьей и Четвертой Эпохами остается Гондор, с одной стороны хранящий память о Нуменоре, а с другой - обновленный, мощный и грозный защитник нового. И символом этой связи эпох, культур и рас выступает прекрасная Арвен.

События в книге развиваются так: судьба Четвертой Эпохи под угрозой. Враг, как и во все времена, стремится остановить эволюционное развитие, перевести эволюционную динамику в статику. Задачи спасения своего будущего решают сами представители Четвертой Эпохи, но учат их решать эти задачи Мудрые Эпохи Третьей. Задачи <неразборчиво>. Новая плоскость разума, пройдя через горнило суровых испытаний, обретает уверенность в собственных силах. Т.о., единственная настоящая эволюционная задача Третьей Эпохи решена. Теперь ничто не препятствует нашей цепи переместиться на один шаг. Движение это обеспечено с одной стороны - накопленным эльфами опитом, а с другой - силами приходящего им на смену нового. Реализован очередной эволюционный принцип: выход на новый эволюционный уровень возможен только тогда, когда подготовлена замена выходящему.

Но что же это за новый уровень, к которому уходит белый корабль? Где расположена обетованная страна эльфов? Увы, ответы на эти вопросы мы узнаем только тогда, когда берега этой страны откроются перед нами. Важно, что в истории земли ото уже случалось: плоскости разума покидали этот мир. Движение это неостановимо, и мы с вами занимаем теперь место главного в нашем мире эволюционного звена, со всеми вытекающими отсюда правами и обязанностями. Именно такова жизненная взаимосвязь хоббитов с людьми, читающими книгу Толкиена.

Но что же такое Кольцо Всевластия? Задумаемся над понятием "всевластье". Это, видимо, не что иное, как стремление подчинить себе все на свете. Но именно так и звучит точный" перевод с древне-еврейского названия древа, плоды которого привели прародителей к грехопадению. Это стремление и есть та духовная катастрофа, отзвуки которой еще не отгремели в мире. И до тех пор, пока такой мощный и страшный символ находился в мире, эльфы, разум которых уже набрал необходимый потенциал для того, чтобы изменить уровень и условия своего существования, разумеется, не могли покинуть этот мир. Покинуть его - означало оставить один на один с решением задачи хоббитов, у которых нет ни сил, ни способов ее решения.

Возникает очень интересный момент. К чему стремится Враг в трилогии? Зачем ему Кольцо? - "Чтоб поработить их всех, и лишить их воли, и навеки заточить в их земной юдоли" - это вражий наговор на Кольце Всевластья. Что это значит? В переводе на современный язык, - стремление к абсолютной тирании. Но именно предупреждая против этого верховного зла, отдал жизнь Д.Л. Андреев, создавая своя "Розу Мира". Возникает предположении об участии Второй Мировой войны в замысле "Властелина Колец", тем более, что на этом настаивает и переводчик детгизовского издания "Хранителей". Его можно понять. Но на самом деле, все наоборот. Обратимся к авторскому предисловию к "Хранителям". Толкиен говорит: "Мне говорят, что Вторая Мировая война напоминает Войну Колец. Это совсем не так. Если бы она направляла ход повествования, Кольцо не было бы уничтожено. Его использовали бы против Саурона и, возможно, победили бы, ii не уничтожили (Толкиен применяет термин "аннигилировали"), то Барад-Дур был бы захвачен, а не разрушен, а Саруман со временем обыскал бы в Мордоре недостающие сведения и создал бы свое Кольцо, позволившее бы ему бросить вызов Правителю Средизьмья. Я снова столкнулись бы две силы, и в этом столкновении хоббитам уже не уцелеть..."

Да, во Второй мировой войне Толкиен увидел попытку инфернальных сил осуществить свой вековечный замысел, но столь же хорошо он увидел, что в результате войны уничтожен только претендент на роль абсолютного тирана, но не сама возможность установления такой тирании. А до тех пор, пока. в мире будет существовать "стремление подчинить себе все на свете", говоря словами Элронда, "пока не выкорчеваны корни зла, наши победы будут оставаться на удивление безрезультатными". Нет, не интуиция самодеятельных политиков привела двух удивительных авторов одновременно к проникновению в корень зла!

Трудно, следя за эволюцией Эльдаров в "Сильмариллионе", не заметить глубокой символики, подчеркивающей основные моменты в нравственно-зтическом развитии не только каждого народа, но и всего человечества.

Впервые проблема выбора возникает перед народом Эльфов после смерти светоносных Дерев, символизирующих прямой, как стрела, путь эволюционного восхождения. Пока их благословенный свет разлит в мире, причем так, что тьме просто нет в нем места, свободная воля Эльфов и Единого совпадала, и мир восходил к гармонии. Моргот убил Деревья, но опоздал, ибо Феанор уже создал Сильмариллы, наполнив их первичным светом, т.е. сумел перенять истину из божественного источника. Но Феанор отказался отдать Сильмариллы, чтобы вернуть к жизни Дерева. Он объявляет Сильмариллы своими - узурпация истины, неизбежно приводящая к искажениям развития. Манвэ недаром плачет, узнав о решении Феанора. Ему ясно, что первоначальному замыслу Единого не суждено воплотиться и Мир отныне выбирает для себя длинную окольную дорогу развития. И народ Эльфов погружается в пучину раздоров, междуусобиц, недоразумений, предательств, Жертвенным актом Эарендила, вернувшего Сильмарилл, и вторым, как бы проверочным актом - отказом от Кольца Всевластья, мир Эльфов искупается и получает возможность перехода на следующий уровень бытия. Как не вспомнить здесь человечество даймонов, описанное Д.Л. Андреевым, в котором миссия Христа была благополучно довершена, и искажения начального периода были выправлены.

И еще одна характерная деталь. С самых первых дней дети Илуватара - Эльфы и Люди не остаются без водительства. Сначала, в качестве воспитателя и опекуна выступает Валинор, откуда, непосредственно от Валаров, творивших этот мир, Эльфы черпают истинную мудрость и знания. Затем, после перехода Валинора в иные планы бытия, для нуменорцев роль Наставника выполняет дивный остров Эрессэа; позже, в Средиземье, для Людей и Эльфов очагами хранимой мудрости пребывают Раздол и Лориэн; когда же не остаётся Эльфов, обязанности наставника принимает на себя Гондор. Так рисует Толкиен своеобразную эстафету водительства, без коего этот мир не оставался никогда и, видимо, долго еще не останется.

Так что же заставило людей, подобных Толкиену и Льюису в, Англии, Андрееву в России, настойчиво искать формы выражения эзотерических истин в середине нашего века? Думаю, ответить надо так: деятельность Провиденциальных сил, активно стремившихся помешать инфернальным силам в осуществлении планов установления абсолютной тирании. Именно это инициировало в сознании наших авторов резервные возможности, открывшие перед ними принципиально новый взгляд на мир.

Те, кто в конце Третьей Эпохи ушли на Запад, действительно не вернутся больше, но их уход вовсе не исключил их участия в наших сегодняшних делах. Нет, сквозь Англию сегодняшнюю непрестанно сквозит другая, отделенная планами бытия Англия, населенная всем лучшим, что сумело подняться туда на протяжении веков и веков, ее Синклит, по выражению Андреева. Но есть и антипод Синклита. Об этом повествует Льюис в своей повести "Мерзейшая мощь", где устами одного из героев выражена та же мысль:

" - Есть Британия, а в ней, внутри, Логрис. Разве вы сами не замечали, что есть две Англии? Радом с Артуром - Мордред, рядом с Милтоном - Кромвель... Надо ли удивляться, что нас считают лицемерами? Это не лицемерие, это - борьба Британии и Логриса".

Вот о чем настоятельна забота проф. Толкиена: о недопущении верховного зла, о восстановлении правильного взгляда на мир, о возвращении человеку отчетливого понятия о своем месте на эволюционной лестнице, о его долженствовании и об установлении утраченной некогда взаимосвязи различных планов бытия. О том, как эта связь утончается и рвется, прекрасно повествует Мэри Стюарт в своей трилогии ("Кристальный грот", "Полые холмы" и "Последнее волшебство"). Ее Мерлин, один из последних друидов на земле, скорбит о замолкающем мире, в котором рощи, ручьи и камни не говорят больше с человеком о гармонии, а словно готовятся ко сну, который может продлиться тысячелетия.

Об этом же говорит и Толкиен в "Сильмариллионе": "Только Ульмо, исполняя волю Манвэ, с самых первых дней говорил с людьми голосом ручьев и рек, но несведущи были они в языках природы..."

Нельзя не отметить и такую тайну тайн, как смерть, завесу над которой приподымает Толкиен в строгом соответствии с эзотерическими представлениями. Вот фрагмент из приложения к "Властелину Колец" - "Повесть об Арагорне и Арвен": Арвен обращается к умирающему Арагорну:

-... если смерть действительно, как говорили в Эльдамаре, дар Единого Людям, - горько принимать его...

- Это только кажется, - улыбнулся Арагорн. - Мы, отвергшие Тьму, отказавшиеся от Кольца, устоим и перед последним испытанием: уйдем в печали, но не в отчаянии. Слушай! Не навек привязаны мы к кругам мира, и за ними - больше, чем память...".

Но как же быть будущим редакторам и издателям русских переводов Толкиена? Как рекомендовать его читателям и как формировать их отношение к этому феномену? Думается, что только как философа-гуманиста, счастливо нашедшего адекватную форму для изложения древнейших эзотерических символов, вновь явленных ему. Символов, жизненно необходимых в наши дни, когда мир уже почти осознает ошибочность выбранного пути развития и с большим вниманием начинает присматриваться к другим вариантам, еще недавно считавшимся отжившими заблуждениями и суевериями.

Очевидно, что в перспективе задачу издания произведений Дж.Р.Р. Толкиена должна взять па себя редакция "Литературных памятников", в качестве которых, несомненно, и предстает творчество этого удивительного писателя.


Статья из сборника "Московский хоббит". М., 1988 г.
Из Архива Романа Шебалина (д'Арси).

 


Новости | Кабинет | Каминный зал | Эсгарот | Палантир | Онтомолвище | Архивы | Пончик | Подшивка | Форум | Гостевая книга | Карта сайта | Кто есть кто | Поиск | Одинокая Башня | Кольцо | In Memoriam



Na pervuyu stranicy
Хранитель: Oumnique