Stolica.ruРеклама

Na pervuyu stranicu
Cabinet professoraCabinet Professora
  Annotirovanniy spisok razdelov sayta

В этом файле приведены страницы с 254 по 271. Ринглин.

Дж.Р.Р.Толкиен

ПОЗДНИЕ ВЕРСИИ ИСТОРИИ ФИНВЭ И МИРИЭЛИ В КВЭНТА СИЛЬМАРИЛЛИОН

Перевод Эйлиан

Следующая версия этой истории - краткий машинописный текст, очень близкий к варианту, приведенному в "Законах и Обычаях эльдар"; он озаглавлен "О Финвэ и Мириэль" и начинается: "Финвэ, первый властитель нолдор, взял в жены Мириэль, прозванную Сериндэ..."(см. стр. 236). Нет указания на то, что он был предназначен для того, чтобы быть включенным в Квэнта Сильмариллион, но вряд ли можно сомневаться в том, что мой отец намерен был поступить так; я буду ссылаться на него как на "ФМ2".

Самое значительное расхождение ФМ2 и текста в Законах и Обычаях - в словах (стр. 237): "Тогда Манвэ стало жаль Финвэ, и он был милостив, и когда Мандос провозгласил свой рок, как было сказано, Манвэ призвал Финвэ к себе..." При включении этого рассказа в "Квэнта Сильмариллион" рассуждение Мандоса, видимо, должно было быть приведено здесь (как в изначальном варианте, ФМ1, стр. 206); и в ФМ2 это суждение предварялось ссылкой на Спор Валар и некоторые указания на причину их тревоги. Слово "Статут" используется здесь и в более узком, и в более широком смысле: как название записи, сделанной эльдар в связи со всем, что связано с Приговором Мандоса, и как название самого Приговора.

Тогда Манвэ стало жаль Финвэ, и он был милостив. Но, так как он счел это вопросом огромной важности, который не так легко разрешить, то он созвал валар на Совет. Эльдар сделали запись о долгом споре, что вели они, ибо их предводителям позволено было присутствовать1. Она была названа "Статут Финвэ и Мириэли" и хранилась среди главных сводов их законов; ибо в этом споре, что велся перед тем, как Статут был наконец утвержден речением Намо Мандоса, рассматривалось и обсуждалось многое касаемо эльдар, их судьбы в Арде, их смерти и возрождения и природы их брака. И валар были весьма озабочены, убедившись, что все их труды по охранению Валинора были бесплодны, не впустить туда зло и тень Мелькора, если что-либо, будь то живое или нет, привезти туда из Средиземья и оставить свободным и не охранять; и они поняли, наконец, насколько велика была власть Мелькора в Арде, в создании ее, такой, какой она была*.


* Арда Хастайна, или "Арда Искаженная", как они называли ее. Ибо словом Арда, или полностью Арда Алахаста, "Неискаженная", они называли ту мечту, которая была у них, у каждого в отдельности или у всего Совета с Манвэ во главе, о той Арде, в которой не было Мелькора.

А проник он в нее так глубоко, что все, кроме как в одном лишь Амане, имело склонность ко злу и к извращению исходных форм и путей. Так что те, что имели начало в Арде, и, более того, по природе своей были союзом духа и тела, черпающего силы из Арды Искаженной, должны всегда быть, в какой-то степени, подвержены печали, делать или сносить что-либо неестественное; и хотя жизнь в Амане может стать защитой от этого зла, она не несла полного исцеления, разве что через многие века. И с этой мыслью тень легла на сердца валар, даже в полдень Благословенной Земли, предвестником тех печалей, которые принесут в мир Дети Илуватара.

И таким был приговор Намо для этого случая, и для всех случаев, когда супруги-эльдар разлучены смертью одного из них. "Брак эльдар заключается Живыми и для Живых..."

Приговор Мандоса в ФМ2 отличается от изложенного в Законах и Обычаях (стр. 225-6) лишь в деталях выражения и ничем не отличается по сути, за исключением некоторого добавления в конце.

...Ибо следует хорошо понимать, что когда воля не возвращаться торжественно провозглашена и подтверждена Мандосом, супруг, оставшийся в живых, может по закону вступить в новый брак. Потому что жить не в браке противно природе эльдар, и Умершие не могут принудить Живущих оставаться одинокими против их воли. И если Живущий вступит в новый брак, Умерший не сможет изменить своей воли, ибо она будет утверждена приговором Мандоса. Потому что он не позволит ходить по земле никому из эльдар, у кого есть два живых супруга.

Таков вкратце был Приговор Мандоса, что позже был назван "Статутом Финвэ и Мириэли". И когда Мандос заговорил как Уста Манвэ, эльдар, что слышали его, спросили: "Как мы узнаем эту волю или приговор?", и отвечено было: "Только обратившись к Манвэ и услышав слово Мандоса. В этом случае ни один из эльдар не вправе решать сам. Ибо кто из Живущих может познать думы Умерших или предугадать Приговор Мандоса?"

Тогда Манвэ призвал Финвэ к себе...

Прочие отличия от текста Законов и Обычаев в ФМ2 сведены в окончательный текст (ФМ4), который полностью приведен здесь, начиная со следующей страницы, и потому их не нужно приводить здесь, или в примечания к нему.

За ФМ2 следовал еще один машинописный текст, "ФМ3", выполненный на другой машинке (см. стр. 300). Это явно глава из "Квэнта Сильмариллион", озаглавленная сначала "О Феаноре и Затмении Валинора", потом заглавие изменено на "О Финвэ и Мириэли". Этот вариант был заметно уменьшен, многие фрагменты опущены, и мой отец, видимо, счел его неудовлетворительным, поскольку позже он создал следующий, гораздо более крепко сбитый вариант, "ФМ4", на котором заканчивается история текста о Финвэ и Мириэли.

Ясно, что при написании ФМ3 и ФМ4 он имел перед собой предыдущие тексты и по-разному выбирал из них фрагменты, пытаясь найти удовлетворительную форму. Рассказ обо всех подробностях этого процесса займет много места, но с него будет мало толку, поскольку из окончательного, "восстановленного" варианта ФМ4 было опущено очень мало; и я привожу его здесь полностью.

ФМ4 имеет общее заглавие "О Сильмариллах и Затмении Валинора" с подзаголовком "О Финвэ и Мириэли" (потом машинописный текст продолжается дальнейшими "параграфами", которым, однако, мой отец дал номера, как главам, см. стр. 299). Номера параграфов, приведенные для ссылок, не соотносятся с какими-либо номерами, использованными ранее, поскольку после начала текст совершенно иной; вариант начала этой главы в "Позднем Сильмариллионе".

О СИЛЬМАРИЛЛАХ И ЗАТМЕНИИ ВАЛИНОРА

О Финвэ и Мириэли

╖1. И, наконец, все три народа эльдар собрались в Валиноре, и Мелькор был скован. То был полдень Благословенной Земли, расцвет ее славы и благости, долгий в повести лет, но слишком короткий в памяти. В те дни эльдар достигли полной зрелости телесной и духовной, и нолдор выросли также в мастерстве и знании; и долгие годы наполнили они своими радостными трудами, в которых создали много прекрасного и удивления достойного. В то время нолдор первыми придумали буквы, и Румиль из Туны было имя первого ученого, кто первым приспособил знаки для записи речей и песен, некоторые - для гравировки на металле и камне, иные - чтобы рисовать их кистью или пером.

╖2. И вот в Эльдамаре, в королевском дворце в Тирионе, родился старший из сыновей Финвэ, и самый любимый. Куруфинвэ было его имя, но матерью своей был он назван Феанор*, Дух Огня, и этим именем называется он во всех историях нолдор.


* "Феанаро" в речи тех времен.

╖3. Его мать звали Мириэль. Ее волосы были как серебро; и она была словно белый цветок в траве. Ее голос был мягок и сладкозвучен, и за работой она пела, словно журчащая вода, музыкой без слов. Ибо руки ее были более искусны в создании вещей изящных и тонких, нежели руки кого-либо другого даже и среди нолдор. Это она изобрела вышивание; и если бы хоть один кусочек полотна, что вышила Мириэль, попал в Средиземье, он ценился бы там более целого королевства; ибо богатство ее воображения и цветов, что она подбирала, были подобны россыпям листьев, цветов и ветра в полях Йаванны. И потому ее называли Сериндэ. *


* Мириэль Сериндэ; что означает Мириэль Вышивальщица; примечание Эльфвинэ.

╖4. Велика и полна радости была любовь Финвэ и Мириэли, ибо она начиналась в Благословенной Земле во дни блаженства. Но, вынашивая своего сына, она истомилась духом и телом, и, казалось, почти вся сила покинула ее; и, дав ему имя2, она сказала Финвэ: "Никогда больше не выносить мне дитя, ибо силы, каких хватило бы на многих, вошли в Феанора."

╖5. Велика была печаль Финвэ, ибо молоды были нолдор, но мало их было пока, и он желал породить многих детей для блаженства Амана. И потому он сказал: "Разве нет исцеления в Амане? Здесь уйдет любая усталость."

╖6. Но Мириэль по-прежнему чахла, и Финвэ искал совета Манвэ, и Манвэ поручил ее заботам Ирмо в Лориэне3. При их расставании (недолгом, как он надеялся) Финвэ был грустен, ибо несчастьем казалось ему, что мать должна уйти и не будет рядом с сыном во дни его детства.

╖7. "В самом деле это несчастье, - сказала Мириэль, - и я бы плакала, если бы я не была столь утомлена. Но не вини меня за это, и за все, что может случиться потом. Прощай, дорогой мой супруг!"

╖8. Такие слова говорила она тогда, но в сердце своем она стремилась не просто ко сну и отдыху, но к освобождению от бремени жизни. И она ушла в Лориэн и легла там под серебристым деревом; но, хотя она казалась спящей, на деле дух ее оставил ее тело и в молчании ушел в залы Мандоса, и поселился в чертогах Вайрэ4. Девы Эстэ ухаживали за ее прекрасным телом, так что оно оставалось нетленным, но она не вернулась.

╖9. Финвэ жил в печали; и часто приходил он в Лориэн, и там, сидя под серебряными ивами у тела своей жены, звал ее, называя по именам. Но зов его был напрасен, и Финвэ один в Благословенной Земле был лишен радости. Спустя время он перестал приходить в Лориэн, ибо все больнее было ему видеть прекрасное тело Мириэль, что не слышала его зова. Всю свою любовь он отдал теперь сыну; ибо Феанор в детстве был похож на свою мать голосом и лицом, и Финвэ был ему и отцом и матерью, и двойные узы любви связывали их.

╖10. Но Финвэ не успокоился, ибо он был молод и страстен; и он все еще желал, чтобы его дом благословило рождение новых детей. И, когда прошло двенадцать лет, он вновь обратился к Манвэ. "Мой Повелитель, - сказал он, - взгляни! Я обездолен. У одного меня среди всех эльдар нет жены, и не могу я надеяться породить иных сыновей, кроме одного, и дочери нет у меня. А Ингвэ и Ольвэ зачинают многих детей в блаженстве Амана. Должен ли я навсегда остаться так? Ведь мое сердце говорит мне, что Мириэль никогда не вернется из чертогов Вайрэ."

╖11. И тогда Манвэ стало жаль Финвэ; но он счел это вопросом огромной важности, и пришествие смерти (хоть и добровольной) в Благословенное Королевство - мрачным предзнаменованием, и потому собрал валар на Совет и повелел также прийти туда предводителям и ученым эльдар. О долгом споре валар эльдар сделали запись. Она зовется Намна Финвэ Мириэлло, Статут Финвэ и Мириэли5, и хранится среди книг их Законов; ибо в споре том рассматривалось и обсуждалось многое, касающееся эльдар, их судьбы в Арде, и их смерти и возрождения. Ибо валар были весьма озабочены, обнаружив, что их труды по охранению Валинора от Тьмы были бесплодны, если что-либо, живое или неживое, было привезено туда из Средиземья, и они поняли теперь более ясно, как велик был вред, нанесенный в древние времена Мелькором веществу Арды, так что все, кто был воплощен и черпают телесные силы из Арды Искаженной, вовеки подвержены печали, и делают или сносят то, что неестественно для Арды Неискаженной. И нельзя было полностью уничтожить это искажение, даже и самому Мелькору, если бы он раскаялся; ибо сила ушла из него и не могла быть (неразборчиво), но продолжала свою работу в соответствии с волей, пославшей ее. И с этой мыслью тень пала на сердца валар предвестьем печалей, что суждено принести в мир Детям Илуватара.

╖12. Но когда все было сказано, Манвэ повелел Мандосу говорить и провозгласить свое суждение. И Мандос встал на Горе Рока и сказал так: "Таков порядок жизни, что заповедал Илуватар вам, детям его, как вы хорошо знаете, что жизням квэнди не должно оканчиваться до конца Арды; и что каждый возьмет себе одного в супруги и в жизни не будет иметь другого, пока стоит Арда. Но здесь ничего не сказано о Смерти, что исходит из искажения Арды. И потому этот рок ныне сделан по праву создания законов, что Илуватар дал Манвэ.

Когда дух одного из супругов, будь то муж или жена, почему-либо уйдет в Мандос, тогда живущему может быть позволено вступить в новый брак, если предыдущий союз будет расторгнут навсегда.

╖13. Как может брак быть расторгнут навсегда? Волею Умершего, или же приговором Мандоса. Волею Умершего, если он навеки откажется от жизни и тела; роком Мандоса, если Мандос не позволит Умершему вернуться. Ибо союз, заключенный для жизни в Арде, расторгается, если он не может быть продолжен в жизни Арды.

╖14. Мы говорим "волей Умершего", ибо будет несправедливо, если Живущий для своих целей заточит Умершего в Мандосе, лишив его надежды на возвращение. Также несправедливо было бы, если Умерший отказом от жизни принудит Живущего оставаться одному до самого Конца; и потому мы провозгласили, что в таком случае Живущий может вступить в новый брак. Но вы должны понять, что если это будет сделано, отказ Умершего от жизни станет ненарушаем, и он никогда не вернется вновь к телесной жизни. Ибо никто из Квэнди не может иметь двух живых супругов одновременно.

Таков Приговор Намо Мандоса для этого дела."

╖15. Когда Мандос это сказал, эльдар, что были там, спросили: "Как мы узнаем волю или приговор?" И ответили им: "Только обратившись к Манвэ и услышав слово Мандоса. Ибо кто из Живущих может познать волю Умерших, или предугадать приговор Мандоса?"

╖16. Тогда Манвэ призвал Финвэ к себе, и так сказал: "Ты слышал приговор, что был провозглашен. Если Мириэль, твоя жена, не вернется, ваш6 брак будет расторгнут, и ты сможешь взять себе другую жену. Но это разрешение, не совет. Ибо разлука происходит из искажения Арды; и те, кто приемлет это разрешение, приемлют искажение, в то время как те, кто остался одинок, но стоек, духом и волею принадлежат к Арде Неискаженной. Это серьезное дело, от которого может зависеть судьба многих. Не торопись!"

╖17. Финвэ отвечал: "Я не тороплюсь, Мой Повелитель, и мое сердце не может желать большего, нежели надежды на то, что, когда Мириэль узнает об этом приговоре, она, возможно, все-таки смягчится и избавит меня от одиночества."

╖18. Вайрэ, у которой Мириэль пребывала, сказала ей о приговоре7, и также говорила о скорби Финвэ. Но Мириэль отвечала: "Я пришла сюда, чтобы избавиться от тела, и я не хочу когда-либо возвращаться в него. Моя жизнь вошла в Феанора, моего сына. Этот дар я отдала ему, которого любила. Ничего больше я не могу отдать. Вне Арды могла бы я исцелиться, но не внутри ее."

╖19. Тогда Вайрэ сказала Мандосу: "Дух Мириэли пребывает со мной, и я знаю его. Он мал, но силен и упорен: один из тех, кто, сказав "Я это сделаю", превращает сказанное в закон, непреложный для них. Без принуждения она не вернется ни к жизни, ни к Финвэ, хотя бы он ждал ее до тех пор, пока не состарится мир."8

╖20. Но Мандос сказал: "Нет у валар права принуждать Умерших возвращаться"; и он призвал дух Мириэли, и она предстала перед ним. "Твоя воля должна править здесь, дух Мириэли, что была женою Финвэ, - сказал он. - В Мандосе ты останешься. Но подумай! Ты из квэнди, и даже если ты откажешься от тела, ты должна оставаться в Арде и во Времени ее. Эльдар не таковы, как валар. Их души менее стойки, нежели ты думаешь. Не удивляйся, поэтому, если твоя воля со временем изменится, и этот рок, что сейчас ты принимаешь на себя, покажется тебе горьким. Да, и многим другим!"

╖21. Но дух Мириэли молчал. И Мандос принял ее выбор, и она ушла потом в Чертоги Ожидания, предназначенные для эльдар, и ее оставили в покое (*)9. Тем не менее Мандос объявил, что должно пройти двенадцать лет между объявлением воли Умершего и провозглашением рока расторжения брака.


(*) Но сказано, что спустя время ей позволили вернуться в дом Вайрэ, и там ее работой было ткать и вышивать все истории Рода Финвэ и деяния нолдор.

╖22. Феанор рос в доме своего отца. Скоро обнаружилось, что он унаследовал таланты ума и рук и от Финвэ, и от Мириэли. Подрастая, он становился все более похож на Финвэ сложением и лицом, но духом он был более сходен с Мириэлью. Его воля была сильной и определенной, и он достигал своих целей страстно и упорно. Немногим удавалось изменить его пути советом, и никому - силой.

╖23. И вот, спустя три года Финвэ взял в жены Индис Ясную. Ни в чем не была она сходна с Мириэлью. Она была не из нолдор, но из ваньяр, сестра Ингвэ; золотоволосая, статная и необыкновенно быстроногая. Она не работала руками, но создавала музыку и ткала песни из слов; и вокруг нее всегда был свет и радость, пока длилось блаженство Амана.

╖24. Она очень любила Финвэ; ибо ее сердце повернулось к нему задолго до того, когда ваньяр еще жили с нолдор на Туне. В те дни она взглянула на Повелителя нолдор, и он показался ей прекраснейшим и наиблагороднейшим из эльдар, темноволосый и белолицый, с гордым лицом и задумчивыми глазами; и ее радовали его голос и слова. Так она оставалась незамужем, когда ее народ ушел в Валинор, и она часто бродила одна в полях и лесах Валинора, наполняя их музыкой.

╖25. И вот Ингвэ, услышав о странной печали Финвэ, пожелал поднять его дух и отвлечь его от бесплодных стенаний в Лориэне, и отправил ему послания с приглашением покинуть на время Туну и прийти и пожить в полном свете Дерев. Финвэ поблагодарил его, но не пошел, ибо у него была еще надежда, что Мириэль вернется. Но когда был провозглашен приговор Мандоса, в сердце своем Финвэ решил попытаться построить свою жизнь заново. "Может быть, в свете Лаурэлин я найду исцеление, а в цветении Тэльпериона - надежду, - сказал он себе. - Я приму совет Ингвэ."

╖26. Так однажды, когда Феанор был далеко, бродил по горам в полной силе своей юности, Финвэ встал и ушел из Туны, и прошел через Калакирью, и шел к дому Ингвэ на западных склонах Ойолоссэ. Его приход был не объявлен и не предсказан; и когда Индис увидела Финвэ идущим вверх по склонам Горы, и свет Лаурэлин был за ним подобно славе, неожиданно запела она в великой радости, и ее голос взлетел вверх, как песня лирулин (*) в небесах. И тогда Финвэ услыхал эту песню, летящую с высоты, и посмотрел вверх, и увидел Индис в золотом сиянии, и в тот момент понял, что она давно уже любит его. И его сердце наконец повернулось к ней; и он поверил, что этот случай, казалось бы, несет утешение им обоим. "Взгляни! - сказал он себе. - В самом деле есть исцеление в Амане!"


(*) жаворонок

╖27. Через год после встречи на Горе Финвэ, король нолдор, взял в жены Индис, сестру Ингвэ; и большая часть ваньяр и нолдор приняла это с радостью. Для Индис впервые оправдалась пословица: "Где один потерял, другой найти может"; но и иную истину открыла она для себя: "Дом помнит того, кто его строил, кто бы ни жил в нем после." Ибо Финвэ горячо любил ее, и радость вернулась к нему; и Индис принесла ему пятерых детей, и он любил их**10; и все же тень Мириэль не покинула ни дома Финвэ, ни его сердца; и более всех своих родных всегда любил он Феанора.


** Финдис, Финголфина, Финвайн, Финарфина и Фаниэль: трех дочерей и двух сыновей (Финголфина и Финарфина).

╖28. Женитьба отца не радовала Феанора; и хотя она не уменьшила их с Финвэ взаимной любви, Феанор не слишком-то жаловал Индис и ее детей. Как только он достаточно вырос, он стал жить отдельно от них, изучая земли Амана, или же углубляясь в знания или искусства, в которых он находил радость. В тех несчастьях, что последовали потом, и в которых Феанор был главным виновником, многие видели последствия этого разрыва в доме Финвэ, сочтя, что если бы Финвэ перенес свою потерю и удовлетворился одним могучим сыном, пути Феанора были бы иными, и великая печаль и зло могли бы быть предотвращены. Но и дети Индис были велики и славны, и их дети также; и если бы они не жили, история эльдар была бы куда беднее.11

ПРИМЕЧАНИЯ

1 См. прим. (i) следующий за текстом "Законы и Обычаяи"+ и комментарий моего отца к нему на стр. 250-1.


+ Имеется ввиду комментарий (i) в тексте "История Финвэ и Мириэль" (см. замечания к "Законам и Обычаям"). Ринглин.

2 В ФМ2 сказано, вслед за "Законами и Обычаями" (стр. 236), что Мириэль дала своему сыну имя Феанаро "при рождении", и здесь приводится длинное подстраничное примечание, касающееся имянаречения:

В соответствии с законом эльдар. Дополнительно к их "подлинным именам", то есть отцовскому и избранному, они часто получали другие или "добавленные имена". Из таких наиболее важными были материнские имена. Матери часто давали своим детям особые имена по своему выбору, наиболее замечательными из них были "имена проникновения". В час рождения, или когда-либо еще, мать могла дать своему ребенку имя, которое соответствовало важным чертам его натуры, которые она постигала так или иначе, или же исходило из прозрения и касалось его особой судьбы. Подобные имена использоваться более широко, чем отцовское (которое часто было всего лишь повторением или изменением имени отца); и если ребенок принимал материнское имя в качестве "избранного", оно также становилось "истинным". Куруфинвэ избрал для себя имя Феанаро. Феанор - форма, которую это имя приняло позднее в речи Изгнанников нолдор. Это представляет собой предельно сжатый раздел "Об Именах" из "Законов и Обычаев".

3

4 И пребывала в доме Вайрэ: эти слова впервые появляются в настоящем тексте; см. прим.9

5 По поводу употребления термина "Статут" см. стр. 254.

6

7 В машинописном тексте ФМ2 здесь стояло некое добавление к "Законам и Обычаям": "Но Мандос призвал Мириэль, и сообщил ей о Приговоре..." Позднее это было изменено на: "Вайрэ, у которой Мириэль пребывала, сказала ей о Приговоре..."

8 Эти слова Вайрэ происходят из ее вмешательства в Спор Валар в "Законах и Обычаях", стр. 244.

9 Подстрочное примечание здесь происходит из "Законов и Обычаев", хотя вступление Мириэли в дом Вайрэ (стр. 249-50) здесь помещено после длинного рассказа о приходе Финвэ в Чертоги Мандоса, его отказе от возрождения, и возвращении Мириэли в ее тело, по-прежнему покоившееся в Лориэне. В ФМ2 нет упоминаний о Мириэли после слов "Она вошла затем в Чертоги Ожидания, предназначенные для эльдар, и ее оставили в покое." В ФМ3 текст здесь очень сжат: (вместо текста ╖╖ 18-23 из ФМ4, который целиком присутствует в ФМ2):

..."Я пришла сюда, дабы избавиться от тела, и я не вернусь в него"; и по прошествии десяти лет был провозглашен Приговор о расторжении брака. И Мириэль с тех пор пребывала в Чертогах Вайрэ, и это она вышивает там все повести о Родичах Финвэ и деяниях нолдор.

И случилось, что три года спустя Финвэ взял себе вторую жену, Индис Ясную..."

Таким образом, эти тексты не согласуются в том, что сказано об окончательной судьбе Мириэли. Особенно любопытны ссылки на Чертоги Вайрэ. В Анналах Амана (╖3) (другая часть "Morgoth's Ring" - прим. перев.) говорится, что "Вайрэ Прядильщица живет с Мандосом", и то же самое сказано в КвС (╖6) и Валаквэнта: "Cупруга его - Вайрэ Прядильщица, что ткет все, что когда-либо существовало во Времени, в своих полотнах, и Чертоги Мандоса... увешаны ими." В "Законах и Обычаях" (стр. 236) дух Мириэли ушел из ее тела в Лориэне "и в молчании вошел в Чертоги Мандоса", и Финвэ говорил Манвэ: "Мое сердце говорит мне, что Мириэль никогда не вернется из Чертогов Вайрэ"; в споре валар перед провозглашением Статуса Вайрэ сказала: "...феа Мириэли со мной" (стр. 244). Но позже Ниэнна просит Мандоса перенести Мириэль "из Чертогов Ожидания в дом Вайрэ" (стр. 248); на это последовал отказ, а когда Финвэ был убит, их феар встретились "в Мандосе". Затем, когда феа Мириэли была "освобождена" и воссоединилась с ее телом, "она подошла к дверям Дома Вайрэ и попросила впустить ее; и ее просьбу исполнили, хотя ранее в этом Доме не был никто из Живущих и никто не входил в него во плоти." Таким образом, внутри одного и того же текста "Дом Вайрэ" и совпадает с "Чертогами Мандоса", и является отличным от них.

В ФМ4 (╖8) дух Мириэли "в молчании вошел в залы Мандоса, и поселился в чертогах Вайрэ" (см. прим.4 выше), и в ╖18 "Вайрэ, у которой жила Мириэль, сообщила ей о Приговоре". После того, как Мириэль отказалась вернуться, "она вошла в Чертоги Ожидания, предназначенные для эльдар, и там ее оставили в покое" (╖21), но (в соответствии с подстрочным примечанием к этому параграфу) "спустя время ей позволили вернуться в дом Вайрэ". Таким образом, из этого окончательного варианта вроде бы становится ясно, что Вайрэ в каком-то смысле жила отдельно.

Любопытно, что мой отец впоследствии взял это примечание в скобки и написал рядом "опустить", а также рядом: "Изменить это. Что произошло, когда Финвэ пришел в Мандос?" Но он уже очень полно ответил на этот вопрос в "Законах и Обычаях", где, действительно, самый факт прихода Финвэ в залы Мандоса привел к освобождению Мириэли и ее принятию в дом Вайрэ.

10 В ФМ2 подстрочное примечание по поводу имен детей Индис выглядело так:

Трех дочерей и двух сыновей, в таком порядке: Финдис, Нолофинвэ, Фаниэль, Арафинвэ и Иримэ. Материнское имя Нолофинвэ было Инголдо и значило, что он происходит из родни Ингвэ и из нолдор. Материнское имя Финарфина было Ингалаурэ, потому что он унаследовал золотые волосы родичей своей матери, и его потомки также.

Это проистекает из фрагмента в тексте А "Законов и Обычаев" (стр. 230, прим 22.), который был опущен в В; там, однако, дочери не упоминались. Имя Иримэ (позднее измененное на Финвайн) восходит к оригинальному тексту ФМ1 (стр. 207). В примечании к ФМ3 имена таковы же, как и в ФМ4, но добавлено: "Эти имена приводятся в более поздних средиземских формах (кроме имен Финдис и Фаниэль, которые не покидали Валинора.)

В очень позднем очерке (1968 или позднее) мой отец говорил, что материнское имя Финрода Фелагунда также было Инголдо, но он придал ему совершенно другое значение. Слово Ингар ("Народ Ингвэ"), встречающееся в тексте А "Законов и Обычаев" (стр. 230, прим 22.) и здесь, ранее не появляется.

11 ФМ2 по-иному кончается после слов "Могло быть предотвращено":

Так что случаи, когда эльдар могут вступить во вторичный брак или желают этого, редки; и еще реже они делают это, даже когда это законно; ибо скорбь и раздор в доме Финвэ запечатлены в памяти эльфов нолдор.

Это происходит из текста "Законов и Обычаев"(стр. 239.). В ФМ3 заключение таково же, как и в ФМ4, но после слов "великая скорбь и великое зло могли быть предотвращены" следует: "но это суждение было лишь догадкой. Истинно то, что дети Индис были велики и славны..." Более поздний вариант окончания происходит, по его мыслям, от предсказания Мандоса в "Законах и Обычаях" (стр. 247) во время окончательного провозглашения "Статута Финвэ и Мириэли".

Примечание к определенным концепциям в истории Финвэ и Мириэли

Природа эльфийского "бессмертия" и "смерти" описывалась намного ранее в "Книге Утраченных Сказаний":

Туда (то есть в Мандос) в последующие дни приходили эльфы всех родов, которые были несчастливо убиты оружием или умерли от печали по тем, кто был убит - и только так могли эльдар умереть, и это было лишь на время. Там Мандос провозглашал им приговоры, и там они ждали в темноте, вспоминая свои прежние деяния, до назначенного часа, когда они вновь могли возродиться в своих детях, и вновь смеяться и петь.

И в изначальном тексте "Музыки Айнур" сказано, что эльфы, "умирая, возрождаются в своих детях, так что их число не уменьшается и не увеличивается".

В "Повести" (из "Наброска Мифологии", все - IV том "Истории Средиземья", стр. 100) идея возрождения такова:

Бессмертны были эльфы, и их мудрость расцветала и росла из века в век, и ни болезни, ни мор не несли им смерти. Но их могли убить оружием, даже и смертные люди, и некоторые угасали в печали и покинули землю. Духи же умерших и погибших отправлялись в Мандос и должны были ждать там тысячу лет, если Мандос не смилостивится над ними, пока их не призывали вновь в Валинор, или же они не возрождались, как говорят, в своих детях.

В КвС (╖85, V том, стр. 246) соответствующий фрагмент расширен:

Бессмертны были эльфы, и их мудрость расцветала из века в век, и ни болезни, ни мор не несли им смерти. Но все же их тела были созданы из земной материи и могли быть разрушены, и в те времена они были куда более схожи с телами людей, и с землей, ибо не так долго еще жил в них огонь духа, что сжигает их в течение долгих веков. И потому среди мук мира могли они сгинуть, и вода и камень были властны над ними, и их могли убить оружием, даже и смертные люди. А вне Валинора они изведали великие муки, и некоторые угасали в печали и покинули землю. Такова была мера их смерти, провозглашенная Мандосом в Эрумане. Но если они были убиты или исчахли, они не уходили с земли навсегда, и их духи возвращались в Чертоги Мандоса, и там ждали, дни или годы, или тысячи лет, в соответствии с приговором Мандоса и их желаниями. И так в конце концов они возвращаются на свободу, или же как духи, принявшие форму в соответствии с их фантазией, как младшие из божественного народа; или же, говорят, они иногда возрождаются в своих собственных детях, и древняя мудрость их народа не гибнет и не становится меньше.

В конце "Айнулиндалэ" (я ссылаюсь на текст D, стр. 37, но этот отрывок оставался практически неизменным с варианта, предшествовавшего "Властелину Колец", V том, стр. 163) сказано:

Ибо эльдар не умирают, пока не умирает мир, если их не убьют или они не исчахнут в печали (а обеим этим кажущимся смертям они подвластны); и время не уменьшает их силы, разве что они устанут от десяти тысяч столетий; и умерших Мандос собирает в своих Чертогах в Валиноре, откуда они часто возвращаются и возрождаются в своих детях.

И в Жребии нолдор, приведенном в Анналах Амана (╖154, стр. 117), сказано:

Ибо знайте, что, хотя волею Эру вам не суждено умирать в Эа, и никакая болезнь не может поразить вас, все же сражены вы быть можете, и сражены будете: оружием и муками и скорбью; и ваши бездомные духи придут тогда в Мандос. Там долго будете вы пребывать и желать тела, и мало милосердия обретете, хотя бы все, кого вы погубили, просили за вас.

Все эти фрагменты (и другие, не процитированные), ранние и поздние, свидетельствуют о том, что эльфийская "смерть" (или "кажущаяся смерть", как сказано в "Айнулиндалэ"), всегда была возможна, исходя из их природы - как воплощенных существ. Но всегда существует опасность двусмысленности употребленных слов. Эльфы не могут "умереть" в том смысле, в котором "умирают" люди, поскольку люди (в силу Дара Илуватара) уходят из "мира" и не возвращаются, в то время как эльфы не могут покинуть его, пока он существует. В легенде о Берене и Лютиэн Мандос предложил Лютиэн выбор: и жребий, избранный ею, заключался в том, что судьба, предназначенная ей ее природой, должна быть изменена. "И так случилось, что одна из всего народа эльдар она умерла истинной смертью и много веков назад покинула мир ("Сильмариллион"). Но эльфы, тем не менее, могут испытывать отторжение духа от тела, то есть "смерть". Таким образом, можно сказать, что существенное различие между (возможной) смертью эльфов и (неизбежной) смертью людей в их посмертной судьбе. См. Том V и "Законы и Обычаи": "Изначально главное различие между людьми и эльфами заключалось в судьбе и природе их духов. Судьбою феар эльфов было пребывать в Арде в течение всей жизни Арды, и смерть плоти не отменяет этой судьбы."

В черновике письма, написанном в октябре 1958г. (см. стр. 300), мой отец размышлял над "бессмертием" эльфов ("Письма", N212):

В этой мифической "предыстории" бессмертие, точнее долгожительство в сосуществовании с жизнью Арды, была частью дарованной природы эльфов; о том, что будет после Конца, ничего не было известно. О смертности, то есть кратком веке, не связанном с жизнью Арды, говорят как о дарованной природе людей...

В эльфийских легендах есть запись о странном случае, когда эльф (Мириэль, мать Феанора) попытался умереть, и это имело тяжкие последствия, приведшие к "падению" Вышних Эльфов. Эльфы не были подвержены болезням, но могли быть "убиты": то есть их тела могли быть разрушены или искалечены так, что они не смогут поддерживать жизнь. Но это само по себе не вело к "смерти": они могли быть возвращены в восстановленные тела или возродиться и рано или поздно к ним возвращалась полная память об их прошлом: они оставались "теми же личностями". Но Мириэль хотела отказаться от бытия и отвергла возрождение.

"Но Мириэль хотела отказаться от бытия" - темное речение. Не из чего не следует, что она хотела уничтожения, окончания своего существования в какой бы то ни было форме. В "Законах и Обычаях" (стр. 222) мой отец писал, что "некоторые феар в печали или утомлении отвергали надежду, и, отвернувшись от жизни, оставляли свои тела, хотя они могли быть исцелены или были вовсе неповрежденными. Немногие из них... желали возрождения, по крайней мере, пока они не пробыли достаточно долго в "ожидании"; некоторые из них так и не вернулись." Это, безусловно, согласуется с тем, что сказано по поводу смерти Мириэли.

Видимо, когда мой отец говорит здесь, что Мириэль "попыталась умереть", он подразумевал, что она искала "подлинной смерти": не "кажущейся смерти", но возможности покинуть Арду навечно. Но этого не могло быть: ибо такая смерть противоречит "дарованной природе эльдар", данной им волею Илуватара; и в самом деле, в "О Финвэ и Мириэли" (╖20) Мандос говорит феа Мириэли: "В Мандосе ты останешься. Но подумай! Ты принадлежишь к квэнди, и даже если ты откажешься от тела, ты должна оставаться в Арде и во Времени ее."

Но "кажущаяся смерть", которой подвержены эльфы, никогда не приходила в Аман с тех пор, как ваньяр и нолдор пришли в Эльдамар. В Анналах Амана, написанных до того, как возникла история Мириэли, Феанор говорил перед валар после смерти Дерев (╖╖120-1, стр. 107):

"Может быть, я смог бы раскрыть свои камни, но я никогда не сотворю ничего подобного им; и если их разбить, разобьется и мое сердце, и я умру: первым из всех Детей Эру."

"Не первым", - рек Мандос, но они не поняли его слов...

Мандос знал, что Моргот уже убил Финвэ в Форменосе, "и пролил первую кровь Детей Илуватара"(╖122).

Напротив слов Мандоса мой отец позднее написал на машинописном тексте Анналов Амана (стр. 127, ╖120): "Это больше не истинно даже для эльдар Валинора. Финвэ, отец Феанора, был первым из Высших эльфов, кто погиб, Мириэль, мать Феанора - первой, что умерла", и в самом тексте он изменил слова Феанора "Я умру" на "Я погибну". Может показаться, что здесь есть разница между "умереть" и "погибнуть", но я так не думаю. Здесь всего лишь имеется в виду, что Мириэль была первой из умерших, а Финвэ вторым - но первым из убитых. После того, как история Мириэли была написана, Феанор уже не мог говорить "Я умру: первым из всех Детей Эру"; поэтому мой отец, желая сохранить многозначительные слова Мандоса "Не первым", изменил слова Феанора на "Я погибну".

Много позднее этот фрагмент Анналов Амана был вновь использован в очередной обработке "Квэнта Сильмариллион" (см. стр. 293) в следующем виде: "...и я погибну, первым из всех Детей Эру." "Не первым," - рек Мандос, но они не поняли его слов, сочтя, что он говорит о Мириэли.

Кажется, здесь имеется в виду, что те, кто слышал слова Мандоса (говорившего об убийстве Финвэ, еще неизвестном им), сочли, что он говорит о Мириэли, потому что она была единственной из эльдар, о смерти которой было известно; но поскольку Мириэль не была убита, они "не поняли его слов". Но даже если так, нельзя предположить, что Финвэ был первым из Детей Эру, кто погиб: см. примечание моего отца на машинописном тексте Анналов Амана "Это больше не истинно даже для эльдар Валинора", и фрагмент из "Законов и Обычаев" (стр. 218): "Такое разрушение роа, вызывающее смерть или потерю дома для феа, испытывали бессмертные эльдар, когда они пробудились в искаженной и затемненной земле Арды."

Из "Законов и Обычаев" и из новой "подглавы" в "Квэнта Сильмариллион" ясно, что изначальное значение смерти Мириэли - первое пришествие Смерти в Аман; и спор был связан с неожиданным событием и его влиянием на законы, что управляли жизнью не знающего смерти Амана. В "Законах и Обычаях" (стр. 241 ) Йаванна заявляет, что "Тень... исказила самую рон Арды, и все Средиземье искажено злом Мелькора... Так, никто из проснувшихся в Средиземье и живших там перед тем как прийти сюда, не может явиться здесь полностью свободным. Потеря сил телом Мириэли может поэтому быть приписано, по некоторым причинам, злу Арды Искаженной, и ее смерть - быть неестественной." В ФМ2 (стр. 254) эта мысль, представленная как новое восприятие некоторых из валар, выглядит так:

И валар были весьма озабочены, убедившись, что все их труды по охранению Валинора были бесплодны, не впустить туда зло и тень Мелькора, если что-либо, будь то живое или нет, привезти туда из Средиземья и оставить свободным и не охранять; и они поняли, наконец, насколько велика была власть Мелькора в Арде, в создании ее, такой, какой она была. А проник он в нее так глубоко, что все, кроме как в одном лишь Амане, имело склонность ко злу и к извращению исходных форм и путей. Так что те, что имели начало в Арде, и, более того, по природе своей были союзом духа и тела, черпающего силы из Арды Искаженной, должны всегда быть, в какой-то степени, подвержены печали, делать или сносить что-либо неестественное; и хотя жизнь в Амане может стать защитой от этого зла, она не несла полного исцеления, разве что через многие века.

Большей частью этот фрагмент сохранен в окончательном варианте ФМ4 (╖11, стр. 258), хотя без ссылок на Аман; и Мандос прямо говорит о том, что Смерть (т.е. Перворожденных) есть последствие Искажения Арды (╖12).

В черновике письма от 1958 года, цитированном выше, в связи со смертью Мириэли мой отец продолжал:

Я думаю, что различие между этим Мифом и тем, что могло бы быть названо христианской мифологией, состоит вот в чем. В христианской мифологии Падение Человека следует и является последствием (хотя и не неизбежным последствием) "Падения Ангелов": бунт сотворенной свободной воли более высокого уровня, чем Человеческая; но нигде не сказано прямо (а во многих версиях вообще не сказано), что это повлияло на природу "Мира": зло было привнесено извне, Сатаной. В этом мифе бунт сотворенной воли предшествует созданию Мира (Эа). Эа содержит в себе привнесенные изначально элементы зла, бунта, противоречия, которые содержались в его природе уже тогда, когда звучали слова "Пусть он будет". Падение или запятнанность всего и всех в нем, таким образом, изначально возможно, если не неизбежно.

В "О Финвэ и Мириэли" все это присутствует в качестве нового восприятия, или по крайней мере очень обостренного восприятия валар; и "с этой мыслью тень пала на сердца валар, предвестье печалей, что Дети привнесут в Мир." Можно удивиться тому, что для того, чтобы привести Стихии Мира к этому восприятию, понадобилась смерть Мириэли. Можно также удивиться, как так может быть, что даже в Амане никто из эльдар никогда не тонул в море, не срывался со скал и не падал со страшной высоты. Это позднее рассмотрение в самом деле до некоторой степени противоречит тому, что сказано о телесной природе эльфов. Их тела описываются как очень сходные с телами смертных людей, но против этого говорит следующий фрагмент из "Законов и Обычаев" (стр. 218):

Судьбою феар эльфов было пребывать в Арде в течение всей жизни Арды, и смерть плоти не отменяла этого. Так что их феар были приспособлены к жизни "в одеяниях Арды", и далеко превосходили духи людей во власти над этими "одеяниями", с самых первых дней защищавшие их тела от многих бед и неприятностей (болезней, к примеру), и быстро исцеляли их раны, так что эльфы оправлялись от таких ран, которые были бы смертельны для людей.

Это, таким образом, хотя и уменьшает физическую уязвимость эльфов по сравнению с людьми, не меняет того факта, что реальное уничтожение таких тел силой - возможность, присущая природе Арды: "хотя феа не может быть разрушен или уничтожен никакой силой, роа может быть ранено или полностью разрушено" (ibid). Очень точны слова Манвэ в его заключительном обращении к валар перед провозглашением Статута ( стр. 218):

[Эльфы] пришли в Арду Искаженную, и были обречены так поступить, и выносить Искажение, хоть и пришли они в своем начале извне Эа. Об этих "новых вещах", проявлении воли Илуватара, как мы говорим: они могут не принадлежать Арде и быть непредсказуемыми до своего появления, но у них самих есть последствия, которые мы предсказать можем, в соответствии с мудростью и знаниями, поскольку они сразу же становятся частью Эа, и частью прошлого для всего, что будет. Мы можем, таким образом, сказать, что эльфы обречены познать "смерть" если они пришли в мир, который содержит "смерть", и обладают формой, для которой "смерть" возможна. Ибо хотя по исходной своей природе, неискаженные, они правильно живут как дух и тело согласованные, и все же это две вещи, не одно и то же, и всегда существует возможность их разлучения (то есть "смерти") .

Но ясно, что, с одной стороны, эта возможность "смерти" эльфов была последствием Искажения Арды Мелькором, с другой стороны, смерть Мириэли так глубоко обеспокоила валар, потому что была первой смертью в Амане. Значит, следует предположить, что до той поры валар обманывались, неверно считая, что воплощенные эльфы самим фактом их пребывания в Амане защищены от любой возможности разлучения духа и тела, какие только есть для этого в Средиземье - в самом деле веря, что Искажение Арды и возможность смерти для воплощенного существа могло проявиться лишь к востоку от Великого Моря, и поняли свое заблуждение, только когда Мириэль умерла? (См. фрагмент из "текста VII", стр. 400).

"Бессмертие" эльфов (сосуществование с "жизнью" Арды), их смерть и возрождение, были глубоко заложенными фундаментальными частями концепции моего отца. В это время он подвергал эти идеи тщательному анализу, и применял этот анализ к идеям "не ведающего смерти Амана" и роли Мелькора в извращении Творения, каким оно было представлено Айнур Илуватаром в Начале. Этот анализ частично представлен спором самих валар, в котором они достигают нового понимания природы Арды; но теоретическое обсуждение законов природы и естества связано со странной историей страданий Финвэ и Мириэль. Эта история сохранена в опубликованном "Сильмариллионе", но без сообщения о ее значении для Правителей Арды и ученых эльфов.

В этих работах видно, чем были заняты мысли моего отца в годы, последовавшие за публикацией "Властелина Колец", в связи с философскими аспектами мифологии и ее систематизацией. О размышлениях Богов мудрецы эльдар сохранили запись среди книг своих законов. Какой далекой от этих мрачных работ кажется "рогатая луна", которая уехала на корабле Эльфвинэ с берегов Одинокого Острова (Том II), пока "длилась долгая ночь Фэери"! Эльфвинэ по-прежнему присутствует как переводчик и комментатор; но в Эльфинэссе произошли великие изменения.

 


Новости | Кабинет | Каминный зал | Эсгарот | Палантир | Онтомолвище | Архивы | Пончик | Подшивка | Форум | Гостевая книга | Карта сайта | Кто есть кто | Поиск | Одинокая Башня | Кольцо | In Memoriam



Na pervuyu stranicy
Хранитель: Oumnique