Stolica.ruРеклама

Na pervuyu stranicu
Cabinet professoraCabinet Professora
  Annotirovanniy spisok razdelov sayta
J.R.R.Tolkien, "The Book of Lost Tales 1" (HOME I)

 

X

Рассказ Гильфанона:
Страдания Нолдоли
и приход людей

Отвергнутый набросок текста "Сокрытие Валинора" продолжен немного после окончания рассказа Вайрэ так:
После того как эта история была поведана, речей в эту ночь не велось, лишь Линдо просил согласия Айлиоса, чтобы церемония рассказа историй состоялась следующей ночью или как можно скорее. Но Айлиос ответил отказом, ссылаясь на то, что он должен посетить дальнее селение, чтобы привести в порядок дела. И было так, что рассказ историй был назначен на вечер, когда свечи сна будут зажжены в седьмой раз начиная с сегодняшнего - и был это день Турухалмэ1, или День Сбора Дров. "Се будет гожий день," - рек Линдо, - "для утренних забав на снегу и сбора дров в лесах, а песни и возлияния Турухалмэ должным образом расположат нас послушать старинные истории у этого огня."
Как я отмечал ранее (с. 204), первоначальный вариант "Сказания о Солнце и Луне" и "Сокрытия Валинора" был написан до введения Гильфанона из Тавробэля вместо Айлиоса.

Сразу же вслед за этим отвергнутым наброском, на той же странице рукописи, начинается написанная чернилами "Сказание Турамбара" (Турина):

В то время, как Айлиос о многом уже успел поведать, приблизился час возжигания свечей, и так первый день Турухалмэ подошел к концу; но на следующую ночь Айлиоса не было, и по просьбе Линдо, некий Эльтас начал рассказ...
О чем должен был рассказывать Айлиос? (я уверен, что это повествование никогда не было написано). Ответ дан в отдельном коротком черновом тексте, который продолжается от разговора в конце "Сокрытия Валинора", приведенного выше. В нем говорится, что наконец подошел день Турухалмэ и все обитатели Мар Ванва Тьялиэва отправились в заснеженные леса, чтобы привести на санях дров. Никогда не случалось Огоню Историй погаснуть или исчезнуть в серой золе, но в канун Турухалмэ он всегда сам по себе убывал до небольшого огонька, пока не наступал Турухалмэ, когда в Зал Огня Историй вносили огромные древесные стволы и, благословленный древним волшебством Линдо, огонь снова с шумом вспыхивал в очаге. Вайрэ благословила двери и стропил зала и вручила Румилю ключ, снова назначая его Привратником, а Малому Сердечку было дано било его гонга. Потом Линдо молвил то, что изрекал он каждый год:
"Возвысьте ваши голоса, о Играющие на Свирелях по Берегу и вы, Эльфы Кора, воспойте громко; и все вы, Нолдоли и сокрытые фэери мира, танцуйте и пойте; пойте и танцуйте и вы, малые дети Людей, дабы Дом Памяти зазвенел вашими голосами..."
Потом звучала песня древних дней, что сложили Эльдар, когда они обитали под крылом Манвэ и которую пели, следуя по великому пути от Кора к граду Богов (см. стр. 143-144). Прошло уже шесть месяцев с тех пор, как Эриол был у Мэриль-и-Туринкви взыскуя глотка лимпэ (см. стр. 96-98) и желание сие на время покинуло его; но в эту ночь он молвил Линдо: "Если бы я мог с тобою вместе отведать твоего напитка!" На то ответствовал Линдо, что Эриолу не следует "мыслить о том, чтоб преодолеть пределы, положенные Илуватаром", но также следует ему иметь ввиду, что "Мэриль еще не отказала тебе в твоем желании наотрез". И был Эриол опечален, ибо в самой глубине сердца догадывался, что "вкус лимпэ и блаженство Эльфов не могут быть изведаны им вовеки". Текст заканчивается тем, что Айлиос готовится рассказывать историю:

"Поведаю я как умею о том, что видел и знаю, о самых древних днях мира, когда впервые взошло Солнце, и страдания и многие печали были тогда, ибо Мэлько властвовал беспрепятственно и мощь и сила, что исходили из Ангаманди, едва не достигли было пределов великой Земли."

По всей видимости, ничего больше написано не было. Если бы этот текст был закончен, то далее следовало бы начало "Турамбара", цитированное выше ("В то время когда Айлиос о многом уже успел поведать..."); и этот текст был бы центральным в истории Великих Земель, повествовавшей о приходе Нолдоли из Валинора, пробуждении Людей и Битве Бессчетных Слез.

Упомянутый текст, связывающий "Сокрытие Валинора" с ненаписанной повестью Айлиоса, не был вычеркнут, и мой отец позже написал на нем: "Поместить после Истории Эарэндэля и до того, как Эриол отправляется в Тавробэль - после Тавробэля он пьет лимпэ". Это приводит в замешательство, поскольку он не мог поместить историю Прихода Людей вслед за историей Эарэндэля; но, может быть, он собирался всего лишь использовать содержание этого короткого текста, описывающего праздник Турухалмэ, без его окончания. Однако может быть и так, что он задумал новое обрамление для изложения этих историй, хотя и не довел его до конца, а измененный порядок размещения дальнейшего повествования появился в "Сказании о Солнце и Луне", где после вмешательства Гильфанона (стр. 189) было решено, что через три ночи после той, в которую Линдо и Вайрэ поведали "Сказание о Солнце и Луне" и "Сокрытие Валинора", должно состояться празднество, когда Гильфанон расскажет "Страдания Нолдоли и приход Людей".

Рассказ Гильфанона продолжается с последовательно проставленными номерами страниц от второго варианта рассказа Вайрэ о "Сокрытии Валинора"; но здесь Гильфанон рассказывает его на следующую ночь, а не тремя днями позднее. К сожалению, с Гильфаноном получилось едва ли лучше, чем с Айлиосом, ибо если Айлиос едва успел начать рассказ, то повествование Гильфанона внезапно обрывается всего лишь через несколько страниц. Этот рассказ поспешно записан карандашом, и совершенно ясно, что он заканчивается там, где обрывается запись потому, что мой отец не дописал его. Здесь мой отец оставил "Утраченные Сказания", вернее, перестал записывать те из них, что ожидали своей записи; и это продолжало сказываться на протяжении всей истории написания "Сильмариллиона". Основные истории, следующие за рассказом Гильфанона, о Берене и Тинувиэль, о Турине Турамбаре, Падение Гондолина, Ожерелье Гномов (Dwarves), были написаны и (первые три) переписаны; и последняя из них должна была подвести к "великому сказанию об Эарэндэле". Но оно не было даже начато. Таким образом, "Утраченные Сказания" лишены середины и окончания.

Далее я привожу текст Рассказа Гильфанона как есть.

 

Теперь, когда Вайрэ умолкла, рек Гильфанон: "Не сетуйте, ежели завтра сотку я длинное предание, ибо события, о которых я поведаю, охватывают многие годы, и я долго ждал, дабы рассказать о них", и Линдо засмеялся, молвив, что он может повести речь по желанию своего сердца обо всем, что ведомо ему.

И на другой день Гильфанон, опустившись на сидение, начал так:

"Ныне многие из древнейших знаний Земли забыты, ибо они были утеряны во тьме, что была до Солнца, и никакая мудрость не может вернуть их вновь; и, может статься, ново сие для ушей многих присутствующих здесь, что когда Тэлэри, Нолдоли и Солосимпи последовали за Оромэ и позже достигли Валинора, не весь народ Эльдалиэ покинул Палисор, и тех, кто остался, многие называют Квэнди, фэери, затерянные в мире, а вы, Эльфы Кора, именуете их Илькорины, Эльфы, никогда не зревшие свет Кора. Из них иные отстали по дороге, или заплутали в лишенном путей мраке тех дней, одичав и лишь впоследствии вновь пробудившись на Земле, но больше было тех, кто вовсе не уходил из Палисора и долгое время они жили в сосновых борах Палисора или сидели, безмолвно взирая на звезды, что отражались в бледных и недвижных Водах Пробужденья. И минули столь многие века, что самое явление Норнорэ средь них поблекло в их памяти и превратилось в давнюю легенду, и они говорили друг другу, что их собратья ушли на запад к Сияющим Островам. Там, говорили они, пребывают Боги, и они называли их Великим Народом Запада, и думали, что они обитают на озаренных огнями островах в море; но многие даже никогда не видели великих волн тех могучих вод.

Эльдар, или Квэнди, обладали даром речи, данным им самим Илуватаром, и лишь разделение их судеб изменило их, сделав несхожими; и ничто не изменилось столь мало, как язых Темных Эльфов Палисора.2

Далее сказание повествует о неком фэй, и именует его чародеем Ту, ибо был он более искусен в магии, нежели любой из когда-либо еще живших вне земель Валинора; и, странствуя по миру, он повстречал...3 Эльфов и он приблизил их к себе и обучил их многим тайнам, и стал он подобен могущественному королю средь них, и их сказания именуют его Владыкой Сумерек, а всех фэери его королевства - Хисильди, или народом сумерек. Местность вокруг Койвиэ-нэни, Вод Пробуждения, была холмистой и полна огромных скал, и поток, что питал эти воды, падал туда сквозь глубокую расщелину . . . . как бледная и тонкая нить, но вода истекала из этого темного озера под землю через множество бесконечных пещер и уходила еще глубже в недра мира. Там в бездонных пещерах находились чертоги чародея Ту, но двери их давно запечатаны, и никто не знает ныне входа туда.

Там . . . . всегда мерцал бледный серебристо-голубой свет, и помимо [?множества] Эльфов там обитало много странных духов. В те времена среди этих Эльфов был некий Нуин, что был весьма мудр и очень любил странствовать вдали от своего жилища, ибо глаза Хисильди стали чрезвычайно зоркими, и в те сумрачные дни они могли ходить по едва заметным тропам. Однажды Нуин отправился далеко на восток от Палисора, и некоторые из его народа пошли с ним, потому что Ту никогда не давал им поручений в те края, и о них рассказывали необычайные истории; но теперь4 любопытство Нуина взяло верх, и странствуя, пришел он в незнакомое и удивительное место, подобного коему он никогда дотоле не видал. Горная стена возвышалась пред ним, и долгое время искал он дальнейший путь, пока не нашел темный и тесный проход, что пронизывал огромный утес и, извиваясь, уходил все глубже. Тогда он отважно последовал этим узким путем, пока внезапно стены не расступились пред ним, и узрел он, что нашел вход в огромную чашу долины, окруженную кольцом непроходимых гор, пределы которого он не смог разобрать во мраке.

Вдруг вокруг него разлилось нежнейшее благоухание Земли - и нигде, даже в воздухе Валинора, не витало более дивных ароматов, и он застыл, в великом восхищении вдыхая эти запахи, а с благоуханием [?вечерних] цветов мешался густой аромат, испускаемый в полночной воздух множеством сосен.

Неожиданно далеко внизу в темных лесах, что высились в долине, запел соловей, и другие соловьи тихо откликнулись издалека и, едва не лишившись чувств от очарования этого сказочного места, понял Нуин, что вступил в пределы Мурменалды - "Дола Сна", где под юными звездами всегда царит первозданная безмолвная тьма и никогда не дует ветер.

Тогда Нуин, осторожно ступая, спустился в долину: некое неизведанное доселе изумление овладело им, и вот, под деревьями в теплом сумраке узрел он очертания спящих, иные из которых обнимали друг друга, другие же спокойно спали в одиночестве, и Нуин, едва дыша, стоял и дивился.

Потом, охваченный внезапным страхом, он повернулся и тихо покинул это священное место, и, снова миновав проход в горе, поспешил назад к чертогам Ту; и представ пред этим старейшим из чародеев, он поведал ему, что только что явился из Восточных Земель, и мало был обрадован Ту этой вестью. Не радовался он и тогда, когда Нуин окончил свои речи, рассказав обо всем, что видел. "И мнится мне", - добавил он, - "что все, кто спал там, были детьми, хотя ростом равны они самым высоким из Эльфов."

Тогда убоялся Ту Манвэ, нет более того, самого Илуватара, Властителя всего Сущего, и сказал он Нуину:

Здесь обрывается "Рассказ Гильфанона". Чародей Ту и Темный Эльф Нуин навсегда исчезают из этой мифологии вместе с удивительной историей о том, как Нуин набрел на Отцов Людей, которые еще не пробудились в Доле Мурменалда - хотя, если судить по сущности этой работы и тому вниманию, которое мой отец впоследствии уделял ее различным частям, все-таки невозможно отличить наверняка отвергнутое от "временно отмененного". И хотя, к сожалению, этому рассказу суждено было остаться незаконченным, мы, тем не менее, не остаемся в полном неведении относительно его продолжения.

Ранее я упоминал (стр. 107, комментарий 3) о существовании двух "конспектов" или набросков, в которых описывается порядок "Утраченных Сказаний". Я писал, что один из них является изложением настоящих "Сказаний", в то время как другой заметно отличается - это проект перестановки, которая никогда не была предпринята. Несомненно, первый из них, который я буду здесь называть "B", был составлен, когда "Утраченные Сказания" достигли уровня развития, представленного в этой книге позднейшими текстами и порядком их расположения. Когда этот набросок переходит к содержанию "Рассказа Гильфанона", он сразу становится значительно подробнее, опять сводясь к беглым ссылкам, когда дело касается сказаний о Тинувиэль, Турине, Туоре и Ожерелье Гномов (Dwarves). Переходя к сказанию Эарэндэле, набросок снова становится более подробным. Отсюда ясно, что "B" является подготовительной формой, соответствующей тому методу, который мой отец постоянно использовал во время написания "Рассказа Гильфанона", и в самом деле, та часть рассказа, которая является собственно повествованием, очевидно следует сразу же за наброском, хотя излагает его содержание более подробно.

Также имеется крайне небрежный, хотя и завершенный, набросок содержания "Рассказа Гильфанона", который, несмотря на близость к варианту "В", содержит некоторые детали, отсутствующие в "В", и наоборот; это, несомненно, предшественник "В", и в этой главе он будет называться "А".

Второй набросок, о котором говорилось ранее, неосуществленный план пересмотра всей работы, привносит некоторые особенности, которые не будут здесь обсуждаться; достаточно сказать, что мореплаватель теперь зовется Эльфвинэ, а не Эриол, и его предыстория изменилась, но общий план "Сказаний" большей частью остался нетронутым (с несколькими примечаниями в том смысле, что они нуждаются в сокращении или переработке). Этот набросок я буду называть "D". Сколько времени прошло между написанием "В" и "D", сказать невозможно, но я полагаю, что, скорее всего, не много. Представляется возможным, что появление нового плана связано с неожиданным обрывом "Рассказа Гильфанона". Как в случае с "В", "D" неожиданно становится более подробным после места обрыва.

Hаконец, в гораздо более кратком и поверхностном наброске, содержащем, однако, несколько интересных моментов, Эльфвинэ также заменил Эриола; поскольку этот набросок следует за "В" и предшествует "D", назовем его "С".

Я не буду приводить все эти наброски in extenso, что излишне ввиду большого числа совпадений между ними; с другой стороны, попытка объединить их в единое целое привела бы к путанице и неточностям. Но в силу близости "А" и "В" вполне могут быть объединены. За ними я располагаю "D" и "С" постольку, поскольку они добавляют кое- какие интересные детали. И поскольку в том, что касается "Рассказа Гильфанона", содержание набросков явственно распадается на Пробуждение Людей и историю Гномов в Великих Землях, я разделяю каждое повествование на две части.

Представляется излишним вводить материал набросков в начало "Рассказа Гильфанона", который все-таки был написан, но необходимо указать на некоторые различия между этими набросками и рассказом.

"А" и "В" называют чародея-короля Туво, а не Ту; в "С" он никак не именуется, а в "D", как и в рассказе, он назван Ту, "фэй". Зловещие мотивы, связанные с ним, появляются в "А": "Мэлько во времена его заключения встречается с Туво в чертогах Мандоса. И он учит Туво многому из черной магии." Это было вычеркнуто, и больше ничего на эту тему не говорилось; но и в "А", и в "В" сказано, что именно после побега Мэлько и убийства Древ Туво пришел в мир и "основал чародейское королевство в срединных землях".

Только в "А" об Эльфах, оставшихся в Палисоре, сказано, что они из народа Тэлэри (позднее - Ваньар). Этот абзац "Рассказа Гильфанона" является первым упоминанием о самом существовании оставшихся Эльфов (см. стр. 131); и я склоняюсь к мысли, что концепция Темных Эльфов (позднее - Авари), которые никогда не уходили от Вод Пробуждения, возникла в процессе создания "Утраченных Сказаний". Но имя Квэнди, впервые появляющееся в ранних повествованиях именно здесь, является в этом месте до некоторой степени неоднозначным. В написанном фрагмент слова "тех, кто остался, многие называют Квэнди, фэери, затерянные в мире5, а вы, Эльфы Кора, именуете их Илькорины" выглядят как ясное утверждение, что Квэнди=Темные Эльфы; но немного позднее Гильфанон говорит об "Эльдар, или Квэнди", и в наброске "В" сказано, что "многие из первоначального народа, называемого Квэнди (имя Эльдар было дано Богами), остались в Палисоре". Из последних утверждений очевидно, что слово Квэнди мыслилось как обозначение всех Эльфов.

Тем не менее, это мнимое противоречие. Квэнди в самом деле было первоначальным наименованием всех Эльфов, а Эльдар - имя данное Богами и принятое Эльфами Валинора; те же, кто остался, сохранили старое имя Квэнди. Ранний словарь языка Гномов определенно говорит о том, что наименование Эльда было дано "фэери" самими Валар и было "в значительной степени принято ими; Илькорины по-прежнему хранили старое наименование Квэнди, и так же назывались воссоединившиеся кланы на Тол Эрессэа".6

И в "А", и в "В" добавлено, что "Боги не говорили меж собою на языках Эльдалиэ, хотя и могли, и что они понимали все языки. Мудрейшие из Эльфов изучили тайную речь Богов и издавна берегли ее, но после прихода на Тол Эрессэа никто не помнил ее за исключением Инвира, и теперь это знание исчезло и сохранилось лишь в доме Мэриль." Сравните с пояснением Румиля Эриолу, стр. 48: "Также существует тайный язык, на котором Эльдар написали множество стихов и книг мудрости и историй о том, что было в древние времена, но на котором они не говорят. Лишь Валар используют язык сей на своих высоких советах, и немногие из Эльдар наших дней способны читать на нем, или разобрать его знаки."

Интересны обращенные к Ту слова Нуина о росте спящих в Долине Мурменалда. В "А" добавлено: "Вначале Люди и Эльфы были почти равны в росте, фэери были намного больше, а Люди - меньше, чем теперь. В то время как сила Людей росла, фэери уменьшались, а Люди становились выше." В других местах утверждается, что Люди и Эльфы изначально были сходного роста и что уменьшение Эльфов в росте было тесно связано с приходом и владычеством Людей. Поэтому слова Нуина представляют собой загадку, особенно потому, что в "А" они стоят непосредственно перед упоминанием о первоначальном сходстве роста; ибо он несомненно имел ввиду, что спящие в Мурменалде были очень велики по сравнению с Эльфами. Что спящие на самом деле были детьми, а не просто походили в чем-то на детей, становится ясно в "D": "Нуин находит Сонную Долину (Мурменалду), где покоились во сне бесчисленные дети."

С этого момента повествование продолжается только в набросках.

 

Пробуждение Людей
согласно ранним наброскам

И сказал чародей Туво Нуину, что спящие, найденные им, были иными Детьми Илуватара, и что они ожидали света. Он запретил кому-либо из Эльфов будить их и даже посещать те места, страшась гнева Илуватара; но несмотря на это Нуин часто приходил туда и наблюдал, сидя на камне. Однажды он споткнулся о спящего, который пошевелился, но не пробудился. Наконец, побежденный любопытством, он разбудил двоих, названных Эрмон и Эльмир; они были немы и чрезвычайно напуганы, но он научил их многому из языка Илькоринов, по каковой причине его называют Нуин Отец Речи. Затем наступил Первый Рассвет; и Эрмон и Эльмир единственные из Людей зрели, как Солнце впервые восходит на Западе и плывет в Восточную Гавань. Тогда Люди вышли из Мурменалды подобно "множеству сонных детей".

(Согласно сказанию "Сокрытие Валинора", Гавань на Востоке была построена много позже первого отплытия Солнечной Ладьи из Валинора; см. стр. 214-215. Интересно, что первые Люди, Эрмон и Эльмир, были разбужены Нуином до первого восхода Солнца, и хотя Туво было известно, что Люди "ожидали света", никакой связи между деянием Нуина и Восходом Солнца не прослеживается. Но, конечно, невозможно составить мнение о содержании этого повествования из такого краткого изложения. Примечательно также, что в то время как язык Эльфов изначально был прямым даром Илуватара (стр. 232), Люди, появившись в мире, не имели речи и научились ей от эльфа-илькорина. Ср. "Сильмариллион", стр. 141: "Сказано также, что эти Люди [народ Беора] давно были в дружбе с Темными Эльфами к востоку от гор, и от них они научились многому из их речи; и так как все языки Квэнди имели единый источник, язык Беора и его народа походил на речь Эльфов многими словами и оборотами.")

В этот момент в повествовании появляются прислужники Мэлько - Уванимор, его "выкормыши под землей" (Уванимор, "которые суть чудовища, великаны и исполины", упоминаются в одном из предыдущих сказаний, стр. 75); и Туво защищал Людей и Эльфов и от них, и от "злых фэй". Вариант "А", сверх того, упоминает об Орках.

Слуга Мэлько, названный "Фукиль, или Фангли" пришел в мир и, явившись среди Людей, совратил их, и они вероломно напали на Илькоринов; так произошла Битва Палисора, в которой народ Эрмона бился рядом с Нуином. По "А" "фэй и те из людей, что помогали им, были побеждены", но в "В" говорится, что "победа не досталась ни одной из сторон"; и Люди, совращенные Фангли, бежали и впоследствии образовали "дикие и свирепые племена", поклонявшиеся Фангли и Мэлько. Впоследствии (только в "А") Палисор был захвачен "Фангли и его воинствами Науглат (или Гномов (Dwarves))". (В ранних работах Гномы (Dwarves) всегда предстают злым народом.)

Из этого наброска видно, что искажение некоторых Людей в начале их дней происками Мэлько было характерной чертой самого раннего периода мифологии; но относительно всей кратко набросанной здесь истории в "Сильмариллионе" мы можем найти, самое большее, намек или предположение (стр. 141): "Тьма лежит за нами," сказал Беор; "и мы отвратились от нее, и не желаем мы возвращаться к ней даже в мыслях своих."7

 

Пробуждение Людей
согласно более позднему наброску

В начале повествования рассказано, что Уванимор Мэлько спаслись, когда Боги разрушили Крепость Севера, и блуждали в лесах; Фанкиль, слуга Мэлько, избежав плена, остался жить в мире. (Фанкиль = Фангли / Фукиль в вариантах "А" и "В". В "С" он назван "отпрыском Мэлько". Фанкиль упоминался в "D" ранее, когда во времена Пробуждения Эльфов "Фанкиль и множество темных призраков вырвались в мир"; см. стр. 107, примечание 3.)

Нуин "Отец Речи", который снова и снова приходил в Мурменалду вопреки предупреждениям Ту (о которых здесь не сказано), разбудил Эрмона и Эльмира и научил их речи и многому другому. Эрмон и Эльмир единственные из Людей зрели, как Солнца всходило на западе и как, прорастая, выпускали листья и бутоны семена Палуриэн. Множества Людей вышли подобно сонным детям, издавая невнятные крики при виде Солнца; они последовали за ним на запад, когда оно повернуло обратно, и ужасно испугались первой Ночи. Нуин, Эрмон и Эльмир научили их речи.

Люди росли и перенимали знания Темных Эльфов,8 но Ту ослабел пред ликом Солнца и сокрылся в бездонных пещерах. Люди обитали посреди мира и рассселились оттуда во все стороны; и многие века минули с тех пор.

Фанкиль с Гномами (Dwarves) и Гоблинами явился среди Людей и сеял отчуждение между ними и Эльфами; и многие Люди помогали Гномам (Dwarves). Один лишь народ Эрмона был на стороне фэери в первой битве Гоблинов и Эльфов (здесь на месте слова "Гоблины" вначале стояло слово "Гномы" (Dwarves), а до того - "Люди"), которая названа Битвой Палисора. Нуин погиб от рук Гоблинов из-за вероломства Людей. Много родов Людей были изгнаны в восточные пустыни и южные леса, откуда является тьма и приходят дикари.

Войска Тарега Илькорина ушли на северо-запад, вняв слухам о приходе Гномов; и многие из затерянных родов присоединились к нему.

 

История Изгнанных Гномов
согласно ранним наброскам

Гномы после перехода через Хэлькараксэ расселились в Хисиломэ. В этой земле они "столкнулись" с древним Народом Тени, в "А" названным "народ фэй", в "В" "Увалеар фэй". (Мы уже встречали Народ Тени из Хисиломэ в повести "Приход Эльфов", стр. 119, но там это имя, данное Людьми, запертыми Мэлько в Хисиломэ, Потерянным Эльфам, которые остались там, заблудившись во время похода из Палисора. В более поздних набросках будет видно, что этот Народ Тени был неизвестным народом, полностью отличным от Эльфов; поэтому ясно, что хотя это наименование сохранялось, его интерпретация менялась.)

Гномы пришли к Водам Асгона* и разбили там лагерь; затем произошли Сочтение Народа, предреченное рождение Тургона и смерть Фэанора. По поводу последнего события наброски расходятся. В "А" умер Нолэмэ, также называемый Финголма: "его барка уплыла скрытым путем - тем самым, по которому, как говорят, впоследствии спасся Туор. Он плыл по Асгону на остров-скалу, чтобы принести жертву." (Кому он приносил жертву?) В "В" первоначально также погибал "Финголма (Нолэмэ)", но потом это имя было исправлено на "Фэанор"; "его барка уплыла скрытым [путем], то, как говорят, был проход, что Нолдоли после расширили и превратили в путь, которым спасся Туор. В поисках своих драгоценных камней он плыл по Асгону на Остров-Скалу, ибо узрел там нечто сверкающее."

Покидая Асгон, Гномы прошли через Холмы Горечи и впервые бились с Орками в предгорьях Железных Гор. (О Железных Горах как о южной границе Хисиломэ см. стр. 111-112, 158-159. В "Сказании о Тинувиэль" Берен пришел из Хисиломэ, что "по ту сторону Холмов Горечи", и "чрез ужасы Железных Гор", и отсюда становится ясно, что Холмы Горечи и Железные Горы могут быть одним и тем же.)

Следующий лагерь Гномы разбили "у Сириона" (впервые упомянутом здесь); и там Гномы впервые встретили Илькоринов - в "А" добавлено, что эти Илькорины по происхождению были из Нолдоли и заблудились во время Похода из Палисора. Гномы узнали от них о приходе Людей и о Битве Палисора; и они поведали Илькоринам вести из Валинора и рассказали, что ищут свои драгоценные камни.

Здесь впервые появляется Майдрос, сын Фэанора (ранее, в повести "Воровство Мэлько", так звали деда Фэанора, стр. 146, 158). Майдрос, ведомый Илькоринами, привел войско в холмы, по "А" - "в поисках камней", по "В" - "чтобы обыскать обиталище Мэлько" (здесь, возможно, следует читать "чтобы искать обиталище Мэлько", как в "С"), но после кровопролитной схватки они были оттеснены от врат Ангаманди; а сам Майдрос был взят живым и подвергнут пыткам - потому что не хотел открыть известные Нолдоли секреты искусства создания самоцветов - и отослан к Гномам искалеченным. (В "А", где в Водах Асгона погиб не Фэанор, а Нолэмэ, войско против Мэлько возглавлял сам Фэанор, и именно он был захвачен, подвергнут пыткам и искалечен.)

Далее Семь Сыновей Фэанора дали клятву вечно враждовать со всяким, кто завладеет Сильмарилями. (Это первое упоминание Семи Сыновей, и Клятвы, хотя о том, что у Фэанора были сыновья, говорится в "Сказании о Солнце и Луне", стр. 192.)

Войска Мэлько подошли к лагерю Гномов у Сириона, и те бежали на юг, и поселились в Горфалоне, где свели знакомство с Людьми, и хорошими и дурными, но особенно с людьми из народа Эрмона; и было послано посольство к Туво, к Тинвэлинту (т. е. к Тинголу, см. стр. 132), и Эрмону.9 Было собрано великое войско из Гномов, Илькоринов и Людей, и Финголма (Нолэмэ) повел его в Долину Источников, впоследствии названную Долиной Плачущих Вод. Но Мэлько сам пришел в шатры Людей и ввел их в обман, и некоторые из них предательски напали с тыла на Гномов, которых в то самое время атаковало войско Мэлько; некоторых же Мэлько убедил оставить своих друзей, и вместе с другими, которых он сбил с пути, затуманив им глаза и зачаровав, он заманил их в Страну Теней. (Ср. с этим упоминание в повести "Приход Эльфов" о том, как Мэлько запер Людей в Хисиломэ, стр. 118.)

Просле этого произошла "страшная Битва Бессчетных Слез". Дети Урина** (Сыновья Урина, "А") единственные из Людей сражались до конца, и никто из них (кроме двух вестников) не вышел из боя; Тургон с большим воинством, видя, что сражение проиграно, развернулся, прорубил себе путь к отступлению и спас часть женщин и детей. Тургона преследовали, и имеется упоминание о том, что "Илькорин Маблон пожертвовал собою, чтобы спасти войско"; Майдрос и остальные сыновья Фэанора поссорились с Тургоном - потому что они сами хотели главенствовать, "А" - и ушли на юг. Остатки уцелевших и беглецов были окружены, и поклялись в верности Мэлько; и он был разгневан, ибо не мог узнать куда исчез Тургон.

После упоминания о "Рудниках Мэлько" и "Заклятии Бездонного Ужаса" (которое Мэлько накладывал на своих рабов) история завершается "Строительством Гондолина" и "отчуждением Людей и Эльфов в Хисиломэ, последовавшим из-за Битвы Бессчетных Слез": Мэлько сеял недоверие и заставлял их следить друг за другом, чтобы они не могли объединиться против него; и он создал лже-фэери, или Каукарэльдар, подобных эльфам, и те обманывали и предавали Людей.10

Так как в этом месте в набросках приводятся лишь заглавия сказаний о Тинувиэль, Турине и т. д., ясно, что "Рассказ Гильфанона"на этом заканчивается.

 

История Изгнанных Гномов
согласно более позднему наброску

Гномы обитали в Стране Теней (т. е. Хисиломэ), и жили в дружбе с Народом Тени. Те же были фэй ("С"); никто не знает, откуда явились они: они ни от Валар, ни от Мэлько, но полагают, что они пришли из внешней пустоты и первозданной тьмы, когда мир был только создан. Гномы нашли "Воды Митрим (Асгон)", и здесь погиб Фэанор, утонув в них. Гномы впервые придумали оружие и разрабатывали темные холмы. (Это странно, потому что в повествовании о Братоубийстве в Алквалунтэ "впервые Эльдар умирали от оружия их родичей", стр. 165. Долгое время оставалось неясным, когда именно народ Эльдар получил оружие.)

В то время Гномы первый раз воевали с Орками и захватили проход через Холмы Горечи; так они покинули Землю Теней к страху и изумлению Мэлько. Они вступили в Лес Артанор (позднее - Дориат) и Край Великих Равнин (возможно, предшественник более поздней Талат Дирнэн, Хранимой Равнины Нарготронда); и народ Нолэмэ сильно увеличился в числе. Они занимались многими искусствами, но более не жили оседло. Главный лагерь Нолэмэ был у вод Сириона; и Гномы изгнали Орков в предгорья Железных Гор. Мэлько копил свои силы в тайном гневе.

У Нолэмэ родился сын, Тургон.

Майдрос, "глава сыновей Фэанора", повел войско против Ангбанда, но, оттесненый от его врат огнем, он был схвачен живым и подвергнут пыткам - в соответствии с "С", повторяющим ранний набросок, - потому что он не открыл тайные искусства изготовления самоцветов. (Здесь не говорится, что Майдрос был освобожден и вернулся, но это подразумевается в Клятве Семи Сынов, о которой далее.)

Семь Сынов Фэанора дали ужасную клятву вечной ненависти ко всем: Богам, Эльфам или Людям, кто бы ни пожелал завладеть Сильмарилями; и Дети Фэанора оставили войско Нолэмэ и вернулись в Дор Ломин, где они стали могущественным и неистовым народом.

Народ Тарега Илькорина (см. стр. 237) встретился с Гномами на Празднестве Объединения; и Люди Эрмона впервые зрели Гномов. Тогда воинство Нолэмэ, возросшее за счет присоединения войска Тарега и сынов Эрмона, приготовилось к битве; и были посланы вестники на север, на юг, на восток и на запад. Один Тинвэлинт не внял призывам, молвив: "Не ходите в холмы." Урин и Эгнор*** шли с бесчисленными отрядами.

Мэлько отвел все свои силы, и Нолэмэ полагал, что тот испугался. Войска Эльфов вошли в Холмистые Земли и расположились в Долине Источников (Горфалонг), которая впоследствии называлась Долиной Плачущих Вод.

(Набросок "D" отличается в последовательности событий, произошедших до Битвы Бессчетных Слез от более ранних набросков, включая "С". В ранних набросках Гномы бежали из лагеря у Сириона, когда подошли войска Мэлько, и отступили к Горфалону, где собралось великое войско Гномов, Илькоринов и Людей и вступило в Долину Источников. В "D" нет упоминания о каком-либо отступлении войск Нолэмэ: скорее, кажется, они выдвинулись из лагеря у Сириона в Долину Источников (Горфалонг). Но судя по сущности этих набросков, на таком варианте нельзя слишком сильно настаивать. В наброске "С", который оканчивается здесь, говорится, что когда Гномы впервые встретили Людей в Горфалоне, Гномы обучили их ремеслам - и отсюда, несомненно, берет начало история бэлериандских Друзей Эльфов.)

Некоторые Люди, подкупленные Мэлько, ходили по лагерю, притворяясь менестрелями, и раскрыли его Мэлько. На ранней заре во время проливного дождя Мэлько напал на них, и тогда произошла ужасная Битва Бессчетных Слез, о которой не рассказывают всего, ибо ни один Гном вовеки не станет говорить о ней. (Здесь на полях мой отец написал: "Был ли здесь сам Мэлько?" В более раннем наброске Мэлько сам ворвался в лагерь своих врагов.)

Во время битвы Нолэмэ был окружен и убит, и Орки вырезали его сердце; но Тургон отбил у них и тело и сердце, которое стало его эмблемой.11 Около половины всех Гномов и Людей, что бились там, погибли.

Люди бежали, и одни сыновья Урина стояли насмерть, пока не были убиты; но Урин был схвачен. Тургон был ужасен в своей ярости, и его великий отряд только благодаря отваге прорубил себе путь из битвы.

Мэлько послал свое войско Балрогов за ними, и Маблон-илькорин погиб, чтобы спасти их от преследования. Тургон бежал на юг вдоль Сириона, собирая женщин и детей, оставшихся в лагерях, и с помощью магии этой реки вышел в потайное место и Мэлько потерял их.

Сыновья Фэанора подошли слишком поздно и узрели только поле битвы: они убили оставшихся там грабителей, и, хороня Нолэмэ, возвели величайший в мире курган из камней над ним и [?Гномами]. Он был назван Холмом Смерти.

Далее следует Рабство Нолдоли. Гномы были полны горечи из-за вероломства Людей и легкости, с которой Мэлько обманул их. Набросок заканчивается упоминаниями о "Рудниках Мэлько" и "Заклятии Бездонного Ужаса" и утверждением, что все Люди Севера были заперты в Хисиломэ.

Далее набросок "D" обращается к истории Берена и Тинувиэль, с едва намеченной естественной связью с предыдущим рассказом: "Берен, сын Эгнора, бродил за пределами Дор Ломина**** в Артаноре..." Это должно было стать следующим повествованием, рассказанным у Огня Историй (так же в наброске "В"); в "D" "Рассказ Гильфанона" занял четыре ночи.

 

*

Если попытаться выделить характерные особенности этих набросков, делая ударение скорее на сходных чертах, чем на различиях, то можно легко обнаружить совершенно очевидную близость с повествовательной структурой "Сильмариллиона":

  • Нолдоли пересекают Хэлькараксэ и распространяются в Хисиломэ, разбив лагерь у Асгона (Митрим);
  • Они встречают Эльфов Илькоринов (=Уманиар);
  • Смерть Фэанора;
  • Первая битва с Орками;
  • Армия Гномов идет на Ангбанд;
  • Майдрос схвачен, подвергнут пыткам и искалечен;
  • Сыновья Фэанора уходят от остальных Эльфов (только в "D");
  • Между Эльфами и Людьми и войсками Мэлько происходит великая битва, названная Битвой Бессчетных Слез;
  • Предательство в этой битве Людей, совращенных Мэлько;
  • Но народ Урина (Хурина) оставшись верным, гибнет в этой битве;
  • Вождь Гномов окружен и убит (только в "D");
  • Тургон и его войско прорубают себе путь и уходят в Гондолин;
  • Мэлько разгневан из-за того, что не может узнать, куда ушел Тургон;
  • Фэаноринги приходят на эту битву слишком поздно (только в "D");
  • Сложен великий курган из камней (только в "D").
Это существенные черты данной истории, сохранившиеся и в дальнейшем. Но также много и значительных отличий. Самое заметное из них то, что всей наиболее поздней истории многолетней Осады Ангбанда, закончившейся Битвой Внезапного Пламени (Дагор Браголлах), перехода Людей через Горы в Бэлерианд и прихода их на службу к Королям Нолдор только предстояло появиться; несомненно, эти наброски производят впечатление, что между приходом Нолдоли из Кора и их страшным поражением прошло короткое время. Это впечатление может быть в некоторой мере результатом сжатости этих набросков, и, несомненно, упоминание в последнем из них, "D", о том, что Нолдоли занимались многими искусствами (стр. 240) до некоторой степени сглаживает это впечатление - в любом случае, Тургон, рожденный когда Гномы жили в Хисиломэ или (по "D") когда они разбили лагерь у Сириона, уже совсем вырос ко времени Битвы Бессчетных Слез.12 Но все равно в "Сильмариллионе" картина тех веков, что прошли пока Моргот был накрепко заперт в Ангбанде и "под защитой своих армий на севере Нолдор возвели свои дома и башни" определенно отсутствует. Позднее мой отец основательно увеличил срок между восходом Солнца и Луны и Битвой Бессчетных Слез. В старой концепции также весьма существенно то, что победа Мэлько была настолько полной и безоговорочной, что многие из Нолдоли стали его рабами, и куда бы они ни ушли, они жили, порабощенные его заклятием; лишь в Гондолине были они свободны - так в раннем повествовании "Падение Гондолина" говорится, что Гондолинцы "были из Нолдоли, что единственные избежали власти Мэлько, когда в Битве Бессчетных Слез он истребил и поработил их, соткав над ними заклятья, и заставил их жить в Железных Адах, откуда они могли уходить лишь по его воле и приказу". Кроме того, Гондолин был основан лишь после Битвы Бессчетных Слез.13

О смерти Фэанора в более ранней концепции мало что известно; однако, по крайней мере, ясно, что она никак не связана с историей его смерти в "Сильмариллионе" (стр. 107). В этих ранних набросках Нолдоли, покидая Хисиломэ, бились в первой битве с Орками в предгорьях Железных Гор или в ущелье Холмов Горечи, и вполне ясно, что эти возвышенности соответствуют более поздним Горам Тени, Эред Вэтрин (см. стр. 158, 238) но в "Сильмариллионе" (стр. 106) Нолдор впервые столкнулись с Орками в Митриме. Встреча Гномов и Илькоринов напоминает встречу недавно прибывших Нолдор с Серыми Эльфами Митрима (там же, стр. 108); но при этом Нолдор узнали о могуществе Короля Тингола из Дориата, а не о Битве Палисора.

Если в этих набросках Майдрос, сын Фэанора, возглавил нападение на Ангбанд, завершившееся большим кровопролитием и его собственным пленением, то в "Сильмариллионе" перед Ангбандом явился Финголфин, который, будучи встречен молчанием, благоразумно отошел в Митрим (стр. 109). Майдрос (Маэдрос) уже был схвачен во время встречи с послами Моргота, якобы прибывшими для переговоров, и он слышал трубы Финголфина с места своих мучений на Тангородриме - куда Моргот приковал его до тех пор, как он сам сказал, пока Нолдор не откажутся от войны и не уйдут прочь. О разделении Нолдор на два народа в раннем повествовании упоминаний нет; и спасение Маэдроса Фингоном, который отрубил ему руку, чтобы спасти, отсутствует в нем в какой бы то ни было форме: скорее он был, хотя и искалеченный, освобожден самим Мэлько, и причин этого не приводилось. Но очень характерно, что искалечивание Майдроса - важный "момент" в этих легендах - само по себе никогда не было исключено, хотя и было помещено в иной сюжет.

Клятва Сынов Фэанора здесь была произнесена после прихода Гномов из Валинора и смерти их отца; и в более позднем наброске "D" они после Клятвы покинули войско (Финвэ) Нолэмэ, Властителя Нолдоли, и вернулись в Дор Ломин (Хисиломэ). Эта и иные особенности, что появились только в "D", приближают повествование к его более позднему варианту. Возвращение в Дор Ломин является зачатком ухода Фэанорингов из Митрима в восточные части Бэлерианда ("Сильмариллион", стр. 112); в Празднестве Объединения видится происхождение Мэрэт Адэртад, Празднества Воссоединения, устроенном Финголфином для Эльфов Бэлерианда (там же, стр. 113), хотя те, кто принимает в них участие, во многом неизбежно разнятся; в опоздании Фэанорингов и их приходе на поле Бессчетных Слез уже после поражения - происхождение запоздавшего прихода войска Маэдроса (там же, стр. 190-192); в окружении и смерти (Финвэ) Нолэмэ - происхождение смерти Фингона (там же, стр. 193 - когда Финвэ занял в повествовании место отца Фэанора, заменив, таким образом, Бруитвира, убитого Мэлько в Валиноре, его место предводителя войск в Битве Бессчетных Слез было занято Фингоном); и в великом кургане из камней, названном Холмом Смерти, возведенном Сынами Фэанора - происхождение Хауд-эн-Ндэнгин, Холма Мертвецов, сложенного Орками в Анфауглите (там же, стр. 197). Предвосхищает ли посольство к Туво, Тинвэлинту и Эрмону (которое в "D" становится только отправкой вестников) Союз Маэдроса (там же, стр. 188-189) неясно, хотя отказ Тинвэлинта присоединиться к силам Нолэмэ сохранился в отказе Тингола, данном в ответ на предложения Маэдроса (стр. 189). Я не могу уверенно истолковать слова Тинвэлинта "Не ходите в холмы", но я предполагаю, что "холмы" являются Железными Горами (в "Сокрытии Валинора", стр. 209, они названы "Железными Холмами") расположенными над Ангбандом, и что он предостерегал от нападения на Мэлько; в старой "Повести о Турамбаре" Тинвэлинт говорит: "От мудрости сердца моего и от предопределения Валар не пошел я с народом своим на Битву Бессчетных Слез."

Сохранившиеся детали этой истории - стойкость народа Урина (Хурина), отступление Тургона - в то время уже существовали в записанной повести о Турине.

Географических указаний мало, и карты Великих Земель для самого раннего периода развития легенд не существует; в любом случае, обсуждение этих вопросов стоит отложить до рассказов, которые происходят в тех землях. Дол (или Долина) Источников, впоследствии Долина (или Дол) Плачущих Вод, в варианте "D" определенно отождествляется с Горфалонгом, который в более ранних источниках назван Горфалоном и, кажется, представляет собой нечто иное; но, во всяком случае, ни это место, ни "Холмистые Земли", невозможно связать с какими-либо местностями или наименованиями в позднейшей географии - за исключением (особенно с учетом того, что в "D" говорится о Тургоне, бежавшем "на юг, вниз по Сириону") возможного предположения, что уже существовало нечто напоминающее более позднюю Долину Сириона, и которая называлась Долом Источников или Плачущих Вод.

 

ПРИМЕЧАНИЯ

1 Выше Турухалмэ писалось, как Дурухалм (вычеркнуто) и Халмадхурвион.

2 Этот параграф помечен вопросительными знаками.

3 Это слово может быть прочтено равно как "dim" (тусклых), так и "dun" (сумрачных, темных).

4 Первоначальное прочтение этого места было следующим: "и некоторые из его народа последовали с ним, не смотря на то, что Ту запретил это своему народу, страшась гнева Илуватара и Манвэ" (т. е. любопытство Нуина взяло верх, и т. д.).

5 Ранее в "Сказаниях" "Потеряные Эльфы" - это те, кто были потеряны во время великого похода и блуждали по Хисиломэ (см. стр. 118).

6 В этом рассказе "фэери" владений Ту (т. е. Темные Эльфы) названы Хисильди, народ сумерек; в набросках "А" и "В", в дополнение наименованию Хисильди даны и другие названия: Хумарни, Калионди, Ломэарни.

7 Ср. также слова Садора, обращенные к Турину в его отрочестве ("Неоконченные Предания", стр. 61): "Тьма лежит за нами, и мало рассказов дошло от нее. Отцы наших отцов могли поведать нечто, но они ничего не рассказали им. Даже имена их забыты ныне. Горы стоят меж нами и той жизнью, из которой они ушли, бежав никто из людей не знает от чего."

8 Ср. "Сильмариллион", стр. 104: "Сказано, что задолго до этого они во многих местах встречали Темных Эльфов и те были в дружбе с ними; и Люди в своем детстве стали товарищами и учениками этого древнего народа, странников народа Эльфов, которые никогда не ступали на путь, ведущий в Валинор, и для которых Валар были лишь слухом и отдаленным именем."

9 Над словом "Эрмон" написано, по всей видимости, древнеанглийское слово Эск (Æsc) - "ясень". Представляется возможным, что это англизированная форма древнеисландского имени "Аск" (Askr), в древнескандинавской мифологии - имя первого человека, которого вместе с первой женщиной (Эмбла) сделали Богами из двух деревьев, найденных на морском берегу ("Старшая Эдда", "Прорицание Вельвы", строфа 17; "Младшая Эдда", "Видение Гюльви", 8).

10 Здесь текст содержит заключенное в скобки слово "(Гонги)". Это может быть наименованием Каукарэльдар или "лже-фэери", но в словаре Гномов слово Гонг толкуется как "один из племени Орков, гоблин".

11 О том, что Орки вырезали сердце Нолэмэ, и о том, что Тургон, его сын, отбил его у них, упоминается в ранней заметке, где говорится также, что Тургон заключил его в золото; и эта эмблема Народа Короля в Гондолине, Алое Сердце, упоминается в сказании "Падение Гондолина".

12 Ср. стр. 167: "Турондо, сына Нолэмэ, еще не было на Земле." Имя Тургон было гномским вариантом имени Турондо (стр. 115). Позднее Тургон был вождем Нолдор еще в Валиноре.

13 Так как впоследствии эта история была изменена и основание Гондолина было помещено намного раньше, заключительная часть "Сильмариллиона" оказалась лишена согласованности; и это было главным источником трудностей в подготовке опубликованной работы.

 

* Позднее - Озеро Митрим.

** Позднее - Хурин.

*** Отец Берена

**** т. е. Хисиломэ; см. стр. 112.

 

ИНФОРМАЦИЯ О ПЕРЕВОДЕ

Перевод - Виноходов Д. О., под редакцией (на самом деле, много больше, чем просто редакцией) Анариэль. Редакция пока не окончательная. Буду рад замечаниям и поправкам. Мои адреса: wb@tu.spb.ru, wb@ctinet.ru. Письма лучше всего дублировать на оба адреса. "Во избежание".

Пояснение: так как возникла проблема с совмещением в русском языке этнонимов Dwarves (традиционно переводится, как Гномы) и Gnomes (ранний этноним Нолдор), первый из них в данном тексте пишется "Гномы (Dwarves)", т. е. с указанием в скобках английского написания, а второй - "Гномы", без указания в скобках английского аналога.

Рекламная пауза: Перевод подготовлен в рамках проекта ТТТ. Информацию о последнем можно прочесть в каталоге "Кто есть кто" в Арде-на-Куличках. К участию в нем приглашаются все желающие.

 


Новости | Кабинет | Каминный зал | Эсгарот | Палантир | Онтомолвище | Архивы | Пончик | Подшивка | Форум | Гостевая книга | Карта сайта | Кто есть кто | Поиск | Одинокая Башня | Кольцо | In Memoriam



Na pervuyu stranicy
Хранитель: Oumnique