Отдельное сообщение
Пред. 02.09.09, 20:27   #2
Gaergon
youngling
 
На форуме с: 05.2009
Сообщений: 165
Gaergon is on a distinguished road
Глава четвёртая
ВОИНЫ

В трактире было чисто и малолюдно. В дальнем конце зала стояла большая барная стойка. Маленькие круглые столики стояли по всему залу. Несколько гномов сидели в дальнем конце зала, и пили пиво. За одним из столов сидел одинокий эльф, весь какой – то печальный и отрешённый. Друзья подошли к бармену и попросили комнату и пива с закуской, так что воспоминания о тяжёлом путешествии у них вскоре улетучились, и они были вполне счастливы и довольны жизнью. Как, однако, мало нужно человеку порой для счастья!
Арадан пошёл погулять, и Кинем лежал один на кровати в своей комнате. Комната в трактире оказалась опрятная, но маленькая. По углам стояло две кровати. Между ними был небольшой шкафчик для вещей, куда друзья клали свою одежду. На шкафчике лежало оружие: двуручный меч Кинема и маленький мифриловый меч Арадана. В другом конце комнаты, у стены, стоял небольшой деревянный письменный стол с гладко выскобленной столешницей. Под стол был задвинут большой колченогий стул, под одну ножку которого всё время подкладывали деревяшку. Каменные стены комнаты были, как и весь трактир, вытесаны гномами прямо в стене пещеры, которая, кстати, тоже была вытесана ими. Стены комнаты были покрашены в приятный, бежево – коричневый цвет.
Пока Кинем валялся на кровати в своей уютной комнате, Арадан решил разведать обстановку. Гномий город был красив. Извилистые, но широкие улицы пересекали его во всех направлениях. Дома были построены в классическом гномьем стиле: вырубленные в скале двухэтажные постройки, в постройке которой преобладали формы круга и трапеции. Иногда на втором этаже помещался балкон. Дома были массивны и основательны, под стать гномьему характеру. Часто над входной дверью был помещён кристалл изумруда – символа королевства.
Арадан зашёл в квартал кузнецов. Повсюду здесь сверкали искры, слышались тяжёлые, временами – громоподобные удары молотом, жара от плавильных печей и горнов стояла нестерпимая. Наверное, только гномам было здесь комфортно. Арадан поспешил покинуть квартал.
Следом шёл квартал ювелиров. Глаза разбегались по сторонам. В каждом доме, в каждой мастерской хранилось столько драгоценностей, что если бы их все продать, можно было бы снарядить крупную армию. Если в обычных домах бывал иногда вставлен изумруд над входом, то ювелиры вставляли их сотнями, окружая входы и окна жарко сверкающим кольцом из кристаллов – не только изумрудов – ещё и сапфиров, аметистов, бриллиантов, рубинов, и сотен других драгоценных и полудрагоценных камней, имён которых жрец не знал. Трепетный, порой алчный огонь сверкал в глазах каждого, кто заходил в этот квартал. Арадан, не желая искушать себя, поспешно вышел из квартала.
Следующим кварталом был квартал воинов. Здесь жили те, кто служил в страже или армии короля. Квартал ничем ни отличался от других, лишь тем, что в каждом доме была тренировочная площадка, да и оружейных и бронных лавок здесь было едва ли не меньше, чем в торговом районе.
Ах, как был прекрасен торговый район! Всё было здесь: буйство цвета и красок, миллиарды кристаллов и украшений, кубки и посуда, выточенные из цельного куска драгоценной породы, богато украшенное камнями оружие и броня. Светло сверкали мифриловые доспехи с рубиновыми или изумрудными шлемами и поясами, мечи были украшены разноцветными, жарко пылавшими камнями; драгоценная посуда лежала на столах торговцев; в дальнем конце рукотворной пещеры стояли склады, где можно было купить руду и камни почти за бесценок. Сказочно богаты были торговые ряды. Путники со всего света стекались сюда, чтобы купить гномьи товары.
Вскоре Арадан вернулся в трактир. Кинем встал и спросил:
- Ну, как город?
- Великолепно. Стихия земли полностью воплотилась здесь, отдав все свои красоты этому городу. Ах, Кинем, но как здесь не хватает неба и природы! Ни единого дуновения ветра нет здесь; ни воды, ни травы. Из – за этого здесь немного неуютно. Но, если привыкнуть, то можно жить.
- Когда пойдём наниматься на службу королю? Сегодня, или завтра?
- Давай сегодня.
- Тогда пойдём.
Друзья встали и вышли из комнаты.
Королевский дворец представлял собой огромное помещение, вырубленное в скалах. Огромный фасад, украшенный резьбой, смотрел свысока на город.
Друзья вошли в высокие и чересчур широкие ворота. Высокая зала, освещённая через световые окна, открылась им. В дальнем конце зала стоял грузный мраморный стол. За ним сидел молодой чернобородый гном и что – то сосредоточенно писал, чеша мизинцем лоб, как делают все гномы в минуты крайнего напряжения. Гном и не подумал обращать своё внимание на вошедших. Он увлечённо, со знанием дела, продолжал писать. Минут пятнадцать друзья стояли у входа, боясь потревожить занятого гнома. В итоге стражник подошёл к писарю и тихонько стукнул ему по плечу. Гном поднял глаза на вошедших и громко спросил:
- Подойдите. Чего вам угодно, господин?
Друзья подошли вплотную к столу. Писарь раздражённо поднял на них глаза и сказал:
- Теперь отойдите. – Друзья отошли на несколько шагов. - Так лучше.
Так что вам угодно?
- Мы хотели бы наняться в армию короля.
- Должности?
- Воин и жрец. Очень хотелось бы в один отряд.
- Хорошо, - гном поковырялся в бумагах, вытащил одну и что – то записал, - я очень хорошо обставил дела во дворце, - похвалился писарь, - если раньше все приходили прямо к королю и беседовали с ним, и его величество уставал, разбирая каждое дело сам, то теперь все вопросы решают чиновники, вроде меня. А язык чиновников – бумага и записи. Так что вы меня уж простите.
Друзья переглянулись. Если б не этот чинуша, то они давно уже поговорили бы с королём. Возможно, король бы уже заключил бы союз с другими гномьими королями и начался бы поход против Дракона. Да, похоже, что чиновники способны убить любое дело.
Гном, тем временем, исписал два листа пергамента, поставил на них печати, и отдал бумаги друзьям.
- Вам в тот коридор, потом первый поворот направо, будет Воинский Зал. Покажете бумаги Фрагту. Он вам всё объяснит, - сказал гном, показывая коротким пальцем куда – то налево.
Друзья вошли в коридор. Стены были украшены статуями неизвестных им героев. По полу вились рунные надписи. Друзья свернули направо. Коридор пошёл под уклон, и они вышли в небольшой зал. По стенам висело старинное оружие и стояли доспехи. В дальнем углу зала стоял такой же стол, что и в зале наверху. Старый гном со шрамом на щеке стоял, привалившись к стене, зорко глядел на друзей.
- Вы новые воины? – тяжёлым хрипящим басом спросил он.
- Да,- сказал Кинем, отдавая записи гному.
Тот мельком глянул на записи, затем кинул их в мусорное ведро.
- Ненавижу Хродда. Испоганил всё королевство своими бумажками. Раньше всё как? Король сам поговорит с просителем, оценит его, испытание назначит, может быть. Суд вершил сам. А теперь? Всё бумажки заполонили. Только бумажки. Если б не они, сидел бы я сейчас в крепости и испытания проводил. Или с врагом бы бился, славу бы зарабатывал. Про меня, может, песню сложили бы – а нет, всё бумажки. – тут гном плюнул с досады. - Стыд и позор. Вам то хорошо, вы в битву скоро пойдёте, о вас, может, песню сложат. А обо мне – ни слова ни скажут.
- Нам тоже это не нравится, - участливо сказал Кинем. – Не люблю, когда много слов и нет дела.
- Да…- устало сказал гном.- Запишу вас в Рубиновый отряд. Вот вам первое жалованье, - гном отдал Кинему и Арадану по звонко позвякивающему мешочку, - снаряжение вам выдадут на месте. Вот вам карта. По ней найдёте, где сейчас отряд. Он осаждает гору Фальмирг – скоро штурм. Город захвачен орками. Отличитесь – попадёте к королю Орди. Удачи, воины!
Скоро друзья уже снова шли по дороге. На поверхности стояла приятная прохладная погода, в воздухе пахло солёным морским ветром, прилетевшим с далёкого моря. Небо было затянуто светло - серыми тучами.
Вскоре дорога вошла под сень старой дубравы. Каменная дорога сменилась грунтовой. Вокруг чувствовалась жизнь. В лесных чащобах по краям дороги на путников пристально смотрело множество глаз. Через несколько часов ходьбы дорога и вовсе пропала. Теперь путники шли по мягкой, шелковистой траве. Временами их путь пересекали ручейки, тонкими струйками спускавшиеся с гор. Воздух был кристально холоден и чист.
Фальмирг находился по другую сторону перевала Кханариз. Перевала путники достигли уже к концу второго дня пути. Им так никто и не повстречался – дороги замерли лет семь назад, когда из всех горных королевств осталось только три самых могущественных. Все они постоянно, активно воевали друг с другом. К границам королевств шли и шли войска, чтобы столкнуться друг с другом и сгинуть в котле войны, оставив после себя лишь прах и пепел. Война ослабляла королевства, но не воевать они не могли – каждый хотел покорить других, возвыситься. И ещё – война нравилась гномам, и они не хотели её прекращать. Они воевали ради войны.
Забыто было, что некогда все они были друзьями; забыто было, что все они гномы, что у них одна культура, один язык, одни боги – нет, они помнили лишь давние притязания одних частей старой империи на другие. Шла беспощадная, бессмысленная война. У неё было начало, но не было конца. Война была гражданская.
Гора Фальмирг была важным пунктом в приграничной полосе. Там находились склады припасов для сражающихся войск, там был сборный пункт для войск, отправляющихся на границу.
Гора была мощной крепостью – тот кто владел ей, владел перевалом Кханариз, открывавшим путь в столицу. Если бы войска королевства Урокб прорвались сквозь границу, крепость была бы последним оплотом обороны.
Недавно армия Урокба начала наступление, и гарнизон крепости был рошен в битву. В крепости оставались лишь две сотни новобранцев – следить за местностью и собирать налоги с окрестных земель. Какая - то орочья банда, забредшая в горы, воспользовалась этим, захватив крепость. Орков было немного – вряд ли больше полутора тысяч, но они хорошо забаррикадировались и не желали уступать гору. Уже два месяца гномы осаждали её – безуспешно. А армия Удокба тем временем, смяв посланные против неё войска одмирцев, шла вперёд, по дороге к столице, не встречая никакого сопротивления. Судьба королевства зависела от горы Фальмирг.
Друзья шли по перевалу. Слева вырисовывалась громада Фальмирга. Снег приятно похрустывал под ногами. Небо был чистое и пронзительно синее и холодное. Воздуха отчаянно не хватало, и друзья шли дыша полной грудью, хватая воздух ртами. Они не могли дождаться, когда их примут тёплые, душные, полные густого воздуха тоннели горы. Гора приближалась очень медленно, словно желая взбесить путников.
Наконец показались палатки перед входом в крепость. Три или четыре хлипких сооружения колебались на горном ветру. Пятеро гномов с топорами сидели перед входом в крепость – высоким каменным проёмом в горе. Один из гномов встал и пошёл в сторону путников.
- Кто идёт? Чего надо? – издали закричал он.
- Мы – новые воины. Вот бумаги, - сказал Кинем и достал из сумки два потёртых листа и отдал гному.
Гном внимательно прочитал их, посмотрел на друзей, улыбнулся и сказал:
- Ну, будем знакомы. Я – Тард. С великим конунгом Ладри познакомишься потом. Давайте-ка лучше выпьем. Эй парни, у нас тут новенькие, Арадан и Кинем, - крикнул он гномам. Те приветственно закричали.
- Мы задыхаемся, - болезненно сказал Арадан.
- Нам надо отдышаться в крепости, - сказал Кинем. Вдруг его глаза помутнели, зрачки расширились и он плашмя упал на снег лицом вниз.
- Он умирает! – вскричал жрец.
Гном без вопросов схватил воина за ноги и потащил в крепость. Арадан бежал впереди него, забежал первый в крепость, кинул на пол свой мешок, достал склянки с зельями, несколько пучков какой – то плохо пахнущей травы, измял её в руках, облил жидкостью из склянки и принялся шептать молитвы. Гном тем временем втащил Кинема в туннель. Арадан поднёс пучок под нос Кинему и поджёг. Трава сгорела в мгновение ока, издав тошный, резкий запах, который через мгновение рассеялся. Кинем вдруг открыл глаза.
- Всё в порядке, - сказал жрец. – С тобой всё будет хорошо. Пошли к конунгу.
Воины встали и пошли к конунгу. Туннель вёл их всё дальше и дальше, кругом были лежанки, ящики, бутылки, грязь – здесь был лагерь гномов. Дальше туннель вывел их в обширный зал. В углах стояли светильники, полные масла. Они ярко горели. В другом конце зала виднелся вход в тоннель, наглухо заделанный грубо отесанными камнями. Посреди зала стоял большой дубовый стол. На столе лежали старая карта, большой боевой топор и огромная кружка пива. За столом стоял гном. Он подозрительно смотрел на вошедших. Кинем и Арадан учтиво поклонились, подошли вплотную к столу и стали смотреть на конунга.
- Вы новые воины? – спросил он, зная ответ на свой вопрос.
- Да.
- Вот и замечательно. Добро пожаловать в Рубиновый отряд. Краткая обстановка: орки забаррикадировали все входы во внутренние помещения. Штурм сегодня, через два часа. Вы вместе с Серым отрядом будете штурмовать десятый нижний горизонт. Вопросы? Вот так – то.
Друзья пошли на нижний горизонт. Через час они спустились по длинной витой лестнице на самый нижний уровень. Их ожидала такая же зала, что и наверху, разве что погрязнее и поменьше. Около баррикады стоял мощный деревянный таран с мифриловым наконечником. В зале было много народу – сотни две воинов молчаливо готовились к штурму. И всё это были люди и эльфы, а не гномы. Король выделял наёмников в отдельные отряды, не допуская их сближения с остальной армией. Особенно – сближения с верховными конунгами.
Друзья сели в углу. Через несколько минут к ним подошла стройная эльфийская лучница. Через её спину был перекинут колчан, русые волосы падали на лоб. Она села рядом с друзьями и спросила:
- Вы никогда не воевали в руднике?
- Нет.
- Я тоже. Мне страшно. Эти стены, эта каменная толща над нами, эта тишина – они сдавливают меня. Скорее б избавиться от этого.
- Не говори так, - сказал Арадан. – Желаниям свойственно исполняться.
Девушка молча кивнула и отошла от них.
Штурм начался стремительно; таран с первого раз начисто выбил хлипкую, неумело построенную стенку. Жрецы и маги стремительно кинули заклинания света в открывшийся туннель. В ответ из туннеля полетели короткие орочьи стрелы. Воины с криками ворвались в проход. К ним навстречу бежала большая ватага звонко визжащих орков. Воины сшиблись и битва началась. Кинем размахнулся и расшиб первому же попавшемуся орку череп. Следом в него полетело копьё. Воин пригнулся, поднял руки вверх и поймал копьё за конец древка. Тут Кинем с бешеным воплем кинул копьё в ряды орков и побежал вместе с отрядом на них. Орки падали как колосья под серпом жнеца. Ряды орков заколебались. Воины, почувствовав, что скоро их ждёт победа, и ринулись вперёд. И все они жестоко ошибались. Из незаметных боковых проходов на них выкатилась целая орда орков. Воины были окружены, маги не могли помочь им – орки пустили в зал заклинание безмолвия. Кинем вбежал в один из боковых проходов. Перед ним стоял, тихо нашёптывая заклинание, старый колдун - орк. Воин кинул в него меч - меч проткнул орку живот. Кинем выдернул оружие и побежал вперёд. На него кинулся огромный орк в обагрённом кровью рогатом шлеме. Орк размахнулся боевым топором и рубанул воздух – Кинем увернулся. Воин отскочил к стене, схватил тяжёлый камень и кинул прямо орку в лицо. Камень смял орку нос, выбил несколько зубов и глаз. Разъярённый орк кинулся на воина, размахивая топором во все стороны. Кинем присел, проскочил у орка между ног, резко встал и снёс ему голову мечом. Кинем победно закричал и ринулся дальше, сминая орков. Вдруг свет померк в глазах Кинема – кто – то ударил ему дубинкой по голове. Кинем медленно повернулся, отрубил замахнувшемуся было орку руки, опустился на колени и упал лицом вниз. Мир медленно затянуло чёрной пеленой.
Арадан тем временем вбежал в тоннель, заклинание безмолвия пропало, и он кинул огромный огненный шар прямо в группу орков перед ним. Другие маги последовали его примеру. Арадан побежал дальше, швыряя огненные и световые заклинания направо и налево, уничтожая всех орков на своём пути. Внезапно где – то в дальних рядах орков прокатился плачущий крик отчаяния, и толпы орков побежали назад, вглубь тоннеля. Люди кинулись им вслед, рубя отстающих. Воины заполонили боковые тоннели и уничтожили всех орков, скрывавшихся там.. Маги бежали вперёд по главному туннелю. Вскоре орки оказались прижаты к стене и были закиданы магическими шарами с кислотой. Дальше туннель обрывался такой же залой, что и в начале туннеля – эта зала вела дальше наверх. Орий, командир отряда, приказал поставить там дозор – орки могли бежать вниз. Сверху доносились звон мечей, дикие крики орков и стоны раненых – битва на верхних горизонтах только начиналась. По лестнице скатилось окровавленное тело орка. Воины встревожено смотрели наверх.
Арадан устало оттёр пот с лица и пошёл искать Кинема. Ему было страшно и тяжело идти по этому туннелю; на полу вперемешку лежали мертвецы и раненные, люди, эльфы и орки – все вместе лежали на полу тоннеля. Все вместе они лежали на земле и тяжело смотрели вверх, в небо, которое так и не увидели перед смертью. Все они имели одно и тоже выражение лиц: все были усталые после боя, но счастливые, что их путь окончен, и у них больше не было никаких проблем. Все они одинаково умиротворённо лежали на полу, все вместе, смерть уравняла их всех, больше никто не ненавидел друг друга, понимая, что там, куда они сейчас отправляются, нет места ненависти и злобе. Все понимали, что зря ссорились всю жизнь, что лучше им жить в мире, не тратя жизнь на войны.… Но все упустили эту возможность, посвятив свою жизнь ненависти и войне, не замечая, что кроме неё есть и другие вещи.
Арадан медленно брёл по тоннелю, ища Кинема среди всех этих мёртвых лиц. Вдруг он споткнулся об чьё – то тело. Это была та эльфийская девушка, что заговорила перед ними перед битвой. Она была ранена отравленной стрелой, и больше на неё не давили ни тяжесть камня, ни тишина подземелий – ничто более не беспокоило её. Арадан встал на колени, провёл рукой по её окровавленным волосам и заплакал. Она была прекрасна при жизни – а теперь война забрала её. Арадан бережно закрыл ей глаза, медленно встал, вытер слёзы, осмотрелся вокруг, затем гневно посмотрел на свой меч. Меч был залит кровью. Арадан тяжело посмотрел на него и стёр с меча кровь. Меч весело засверкал в свете факела. Жрецу показалось, что меч, утолив свою жажду крови, отдыхает теперь после шумной попойки. Клинок продолжал весело блестеть в свете факела. Ему было наплевать на чувства своего хозяина – он был сыт кровью и теперь сиял от удовольствия. Войне было всё равно на тех, кто творит её.
- Будь ты проклят. – тихо промолвил Арадан и, что было силы, швырнул меч на пол. Меч всё равно сиял. Арадан прошептал заклинание, и меч почернел, покрывшись коррозией. Арадан устало продолжил искать друга.
Вдруг из бокового тоннеля несколько воинов вынесли Кинема.
- Что с ним? – спросил жрец, подбежав к воинам.
- Он жив, просто получил по голове дубинкой. Он убил вождя орков. Теперь его примет сам король.
Арадан сладко вздохнул – пророчество начало исполняться.
- Я ненавижу войну. Но мне приходится начинать величайшую войну из всех, какие только видел мир. Нет других путей. Так кем я буду - спасителем тех, кого я защитил этой войной, или убийцей погибших в ней? Не знаю. Остаётся надеяться лишь на время – оно даст мне ответ.
Арадан подошёл к воинам и спросил:
- Куда вы его несёте?
- В залу, там больше воздуха.
- Оставьте его здесь. Я жрец, - сказал Арадан и встал на колени перед телом Кинема. Жрец долго шептал заклинания, занеся руку над телом воина, и когда раны его затянулись, Арадан тихо встал и попросил воинов дать Кинему отдохнуть.
Битва шла хорошо; орков окружили на верхнем горизонте. Звуки битвы доносились сверху. Через несколько часов битва была закончена.
Gaergon оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала