Форум Арды-на-Куличках  

Вернуться   Форум Арды-на-Куличках > Свободный форум

Свободный форум Для общения на разные темы. На форуме действуют общие правила форума АнК.

Ответить
 
Возможности Вид
Пред. 23.12.04, 20:56   #61
URUK-HAI Charlie
old timer
 
Аватарка URUK-HAI Charlie
 
На форуме с: 07.2003
Откуда: Нора в South-West.
Сообщений: 2 398
URUK-HAI Charlie is an unknown quantity at this point
С первыми лучами солнца Харальд, ехавший впереди отряда, поднял вверх руку и остановил коня.
- Мы достаточно далеко уехали... Надо дать отдохнуть лошадям, да и нам самим не помешает перевести дух.
Горм быстро спешился и подошел к Вульфу, чтобы помочь c Бланшефлер. Берсерк взял на руки девушку.
- Аккуратнее с ней, Горм! - рявнкул Эриксон.
Наемник опустил Бланш на землю возле высокого дерева и развязал ей руки. Она растирала затекшие запястья, когда Харальд подошел к девушке и хладнокровно произнес:
- Леди, вас я тоже прошу отдохнуть... Путь еще долог... - Эриксон обернулся к своим - До вечера останемся здесь!
Она молча повиновалась и не встречаясь с ним глазами, устроилась на расстеленной на земле попоне. Бланш была так измучена, что хотела сейчас только одного – забыться сном.
Наемники спешились и принялись выполнять приказ ярла - отдыхать. Горм уснул моментально, Ворон куда-то ушел, еще двое сопровождающих отправились охотиться. Вульф сидел напротив леди Бланшефлер, погрузившейся в сон. Он смотрел на Бланш своими уставшими, холодными глазами. Наконец-то он получил ее. Мысль эта заставила его усмехнуться.
Она ровно дышала во сне, лицо ее было печальным и заплаканным, а под глазами пролегли тени. Эриксону стало даже немного жаль Бланш. Харальд хмыкнул - последний раз у него было такое настроение, когда он убил парня по имени Маркус Айронхарт... Вульф вновь вернулся в свое прошлое, к той ночи, когда началось все это...
- Зачем... - тихо спросил он сам себя.
- Харальд!
Вульф отвлекся от своих дум и посмотрел в сторону. Ворон звал его.
- Харальд подойди ко мне.
Эриксон поднялся и направился к колдуну. Ворон держал в руке небольшой медный котел с водой.
- Что это? - спросил Эриксон.
- Я хочу найти парня, и закончить начатое... - низким голосом ответил колдун на вопрос наемника.
Теперь Вульф понял, к чему вода. Этот жестокий древний обряд наемнику уже приходилось видеть. Такая магия была распространнена в Лапландии. Колдун мог вызвать в воде образ своего заклятого врага, которого он уже видел, и, пустив стрелу в воду, ранить или убить противника. Эриксон сам убеждался в действенности этого обряда. Бормоча монотонные заклинания, иногда начиная петь глухим голосом и вскрикивать, называя имена духов, Ворон переливал воду из одного небольшого котла в другой. Наконец он встал на ноги, наклонившись как коршун над своей жертвой и взял в руки лук... Харальд смотрел на колдуна, целящего стрелой в воду. Что-то явно шло не так, как всегда.
- Странно... - колдун опустил лук и перевел взгляд на Вульфа,- Я не вижу его...
- Ворон, что вообще происходит?
- Это не твое дело... - огрызнулся колдун. - Мне нужно подумать...
***
Ворон долго не возвращался, хотя прошло уже довольно много времени. Но Вульфу сейчас было все равно не до колдуна с его магией. Горм сел рядом со своим командиром.
- Ярл, где Ворон?
- Не знаю, Горм... Не знаю... - Харальд все думал о чем-то своем, и совершенно не хотел отвечать на вопросы.
- Ярл, а что с обозом?
- С этим все в порядке. - Эриксон махнул рукой - Скоро пересечемся с ними...
- У тебя есть идеи, что делать потом?
Харальд вздохнул. Если бы Горм не был берсерком и хорошим войном, Вульф бы давно убил его за тупое любопытство.
- Потребуем выкуп... Горм, все как и прежде.
- А если нас будут искать?
Вульф усмехнулся
- А когда нас не искали?... На такой случай я и взял заложников. Этих... Арчибальда, Патрика и... как же ее имя?
- Гертруду? - осторожно спросил Горм.
- Да.
Глаза Горма увеличились. Казалось, что свирепый воин слегка испугался. Вульф улыбнулся.
- Нужно же, чтобы кто-то присматривал за нашей пленницей...
URUK-HAI Charlie оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 23.12.04, 21:14   #62
Gamaun
old timer
 
Аватарка Gamaun
 
На форуме с: 05.2004
Откуда: Летучий голландец
Сообщений: 1 331
Gamaun is an unknown quantity at this point
Бланш. Попытка побега.

В это же время в обозе.
Патрик, Гертруда и Арчибальд.


Повозку в очередной раз тряхнуло, из глубины ее раздался стон и следом за ним сдавленное проклятие. Трое связанных по рукам и ногам пленников лежали на тюках с приданым.

- О-о-о... Моя голова-а... Что эти ублюдки с нами сделали... и почему я не мертв, если чье-то... копье воткнуто мне... в спину!? – сипло проговорил Патрик.
- Боюсь, что это моя конечность, любезный друг мой, - возмутительно бодро отозвался Арчибальд и дернул коленом так, что у Патрика из глаз искры посыпались, - насколько я понимаю, нас везут обходным путем к месту встречи, назначенной разбойниками.
- Боже, голова... вот оно - наказание за то, что я не выпил тот бочонок эля! Глупец, для кого я его хранил! – в голосе юноши звучала неподдельная горечь и раскаяние.
- Бланш!!! – дернулся он, - Что случилось с леди Бланш?!!
- Успокойся, Патрик, насколько я понял, ПОКА она в безопасности. По крайней мере, до тех пор, пока эти головорезы не получат за нее выкуп. И сдается мне, что потребуют они его и у лорда Родерика и у ее супруга...
У Патрика вырвалось проклятие. Помолчав, он добавил еще несколько выразительных фраз, которые заставили алхимика поперхнуться.
- Если бы я только смог подвинуть мешки, которыми я придавлен!
- Это не мешки, друг мой, это, увы, наша добрая Гертруда, - ответил, вздохнув, алхимик.
- О, Господи милосердный, – возопил юноша, - она жива??? Я категорически отказываюсь лежать под трупами!
- К сожалению, нет, - сухо ответил алхимик, - и целую вечность я вынужден слушать ее храп, который не дает мне сосредоточиться.

Только теперь его ученик понял, что страшные звуки, прежде казавшиеся ему рокотом водопада, были на самом деле ни чем иным, как могучим храпом поверженной матроны.
- Рррр - хррр - РРР - гррр – хрр - РРРРРР....
- Это невыносимо, - промолвил он после паузы, - я с трудом разбираю собственные мысли... Мы должны ее разбудить, если не хотим расстаться с жизнью и рассудком!
- Гертруда! ГЕРТРУДА! – рявкнул он прямо ей в ухо...
Она заворочалась, тяжко, как просыпающаяся совесть, (так что придавленный Патрик охнул) и открыла глаза...

- Что случилось? Где Бланш, что с ней?! Где она?! Если хоть один волос упадет с ее головы, они об этом пожалеют!!!
- Тише, тише, - ответил ей Арчибальд, - Я только что объяснял Патрику, что до получения выкупа (а они несомненно рассчитывают на это) леди Бланшефлер ничто не угрожает. Она умна и отважна, мы должны молиться за нее... и верить в то, что увидим ее снова!
Гертруда прерывисто вздохнула и посмотрела на него глазами, полными слез. Затем шмыгнула носом и огляделась по сторонам. Самообладание возвращалось к ней быстро.
- Лежа тут связанными как овцы, которых везут к мяснику, мы ей не поможем, - решительно произнесла она и набрала полную грудь воздуха:
- Эй, кто там есть!!! Помогите!!! На помощь!!!
От ее оглушительных воплей у Патрика с Арчибальдом заложило уши.
- Сюда!!! На помощь!!! Караул!!!

Деревенского вида парень, шагавший позади повозки, споткнулся, растерянно оглянулся по сторонам и осторожно приподнял полог, чтобы тут же встретиться глазами со своей жертвой, которую даже в связанном состоянии, язык не поворачивался назвать беспомощной...
- Эй, ты! Я к тебе обращаюсь, Эрик! – крикнула Гертруда, глядя на него в упор, - Развяжи меня сию же минуту!
- Мне не велено, - ответил он, - я не получал приказа развязывать пленных.
- Ты и вправду такой дурень или притворяешься? – рявкнула дама, лицо которой приобрело свекольный оттенок.
- Куда, по-твоему, я побегу?! В лес?! Подобрав юбки?! Чтобы попасться на съедение диким зверям или еще хуже – в лапы к другим разбойникам вроде вас?!
- Я не знаю. Мне не было велено, - тупо повторил викинг и совершил попытку ретироваться, но отделаться от кормилицы было не так-то просто.
- Тогда пойди и найди того, кто тебе отдает приказы! И приведи его сюда! – приказала его пленница, добавив ясным голосом, который ей и в голову не пришло понизить, - Надеюсь, что он не так непроходимо глуп, как те, кем он командует...

Спустя несколько минут Эрик вернулся в сопровождении мрачного темноволосого всадника, который морщась выслушал гневную тираду Гертруды и позволил развязать пленников, предупредив, что если они позволят себе какие-нибудь глупости, он лично и с преогромным удовольствием перережет им глотки.
- Так что не отходите от повозки и старайтесь не попадаться мне на глаза. Жизнь ваша стоит немного, а с этим щенком у меня вообще старые счеты, - викинг с ненавистью глянул на ученика алхимика, - так что потише, если не хотите расстаться с жизнью медленно и болезненно.
С этими словами он развернул коня и направил его к голове обоза.
Эрик довольно усмехнулся и тоже отошел от повозки, оставив троих пленников размышлять над услышанным.
...

Наконец Патрик прервал молчание.
- Мы все погибнем... Мы попали как кур в ощип... Я не хочу умирать молодым! Я и не жил еще! – он затравленно смотрел на них, и казался сейчас еще худее и угловатее.
«Ни дать ни взять - перепуганный кузнечик», - подумала Гертруда с щемящим чувством. Она погладила его по плечу и уже было собралась сказать что-то по-матерински утешительное, когда Арчибальд наставил на него указующий перст и потряс им в воздухе.
- Мальчик мой, не теряй самообладания, если ты уже потерял свободу, -сказал он сурово, - у меня появился план... Но сначала проверь, как далеко от нас охранники.
Юноша отогнул полог и высунул голову наружу. Его рыжая шевелюра на мгновение вспыхнула на солнце.
- Поблизости никого, мы можем говорить.
Изрядно помятый алхимик, которому не добавляла красоты всклокоченная борода, понизил голос:
- Мы должны подготовить побег! До встречи с отрядом Харальда осталось не больше недели. Как только мы снова окажемся вместе с нашей дорогой леди Бланш... ах, бедная моя девочка... - Арчибальд шумно высморкался и вытер глаза, - да... о чем это я? Ах, да... простите великодушно, память моя никуда не годится... итак, если все пойдет как задумано, к тому времени мы уже будем готовы к побегу!
- Я займусь изготовлением химического состава, который усыпит и, скажем так, обезвредит наших охранников, и что-нибудь вроде «греческого огня» нам тоже бы не помешало... Так-так... Патрик поможет мне с зельем, будет следить за тем, чтобы нам не помешали и отвлекать викингов, если понадобится... Мальчик мой, ты – наши мускулы!
Патрик надулся от гордости и сдержанно, как и полагается настоящему мужчине, от которого зависит безопасность ближних, кивнул головой.
- А Гертруда может взять на себя добывание нужных нам предметов и оружия, и подслушивать разговоры наемников, потому что никто другой не сможет пройти там, где она не вызовет подозрения!
- Еще бы, - фыркнула тайно польщенная замечанием о своей незаменимости кормилица, - Есть вещи, в которых слабая женщина может дать сто очков вперед любому мужчине!
Упоминание «слабой женщины» заставило ее сообщников переглянуться, но они тут же сделали серьезные лица и согласно закивали.

Теперь у них появилась надежда, и будущее не представлялось больше таким мрачным.
- Ну-с, - произнес алхимик и подмигнул друзьям, - приступим!

Last edited by Gamaun; 14.03.05 at 05:10.
Gamaun оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 23.12.04, 22:27   #63
Unicorn
old timer
 
Аватарка Unicorn
 
На форуме с: 11.2004
Откуда: иногда Неверленд, чаще - дорога
Сообщений: 769
Unicorn is an unknown quantity at this point
***
Изольда, оставив Мархауса и Ричарда наедине, прохаживалась по тенистой галерее, оплетённой изумрудным разросшимся плющом. Её доставляли немало беспокойства мысли о странном поведении отца. Мархаус частенько делился с любимой дочерью, но на сей раз ни словом ни обмолвился о своих предположениях и тревогах…
«О чём-то они теперь говорят…» - думала Изольда, шагами меряя пространство галереи. В этот момент её взгляд задержался на двери. Перед ней предстала Марта, не то перепуганная, не то чем-то расстроенная. Губы её дрожали, она из последних сил сдерживала набегавшие слёзы. Изольда без слов поняла, что что-то случилось.
Бедная, она уже не сдерживала слёз. Из её сбивчивых фраз Изольда поняла только одно: Аглая, чувствуя неприязнь и холодность Айронхартов, тайно убежала из поместья с твёрдым намерением распрощаться с жизнью.
- Дочка, что же нам теперь делать?! – причитала Марта, успевшая не на шутку привязаться к Аглае. – Она же пропадёт… Она же ещё совсем ребёнок… Что же мы наделали?!
Большего Изольде добиться от Марты не удалось.
«И откуда только у Аглаи такие мысли берутся? Может я, и правда, была к ней слишком требовательна?..» - размышляла про себя Изольда, пытаясь утешить старушку, и уже вслух добавила:
- Слезами тут не поможешь… Вели Филиппу седлать Алекто…
Марта, ещё всхлипывая и вытирая слёзы с лица, побрела в конюшню к своему мужу, а Изольда отправилась к своему отцу. Она больше не собиралась сбегать из дома.

***
Рианнон поднялась в этот день по старой привычке рано и, позавтракав, принялась за рукоделии, давно позабытое, но когда-то трепетно любимое ею. Иголка послушно сновала сквозь тонкое сукно, водя за собою цветную пёструю нитку.
Вошёл Мархаус. Он выглядел озабоченно и тревожно хмурил брови.
Потом вопросительно посмотрел на жену. Он всегда советовался с Рианнон. Не изменил этому правилу и на этот раз.
- Что скажешь, матушка? К добру ли к худу ли появился в нашем доме этот человек?
- Никто не знает, – отвечала она, не отрываясь от работы, – я скажу только, что наша девочка словно очнулась, она ведь ходила как неживая, с тех пор как Маркус… - не смогла продолжать. Воспоминания о несчастном сыне всегда задевали за живое и заставляли проливать бесконечные слёзы.
- Да… - согласно кивнул Мархаус, - Она вернулась к жизни, но только теперь я ещё больше беспокоюсь за неё. Что как это дурной человек?
- Нет, отец, быть не может. Ты же говорил с ним… - недоумевала женщина.
- Сказать-то можно всё, что угодно… знаешь, я предупредил его открыто, что никому не позволю обидеть Изольду.
- Да чем же он может обидеть её? Она его спасла! Выходила! Неужели возможно чтобы после этого… Отец! Зря ты оскорбил его подозрением! Сэр Ричард не позволит себе и в мыслях оскорбить нашу дочь.
- Да не о том, я говорю. Конечно, этот благородный рыцарь не держит в мыслях нанести ей обиду явно, но ты же сама видишь, как у Изольды озаряются глаза, когда она на него смотрит. Боюсь, наша девочка его любит. Не приведёт это к добру. И что если он даст ей надежду, а потом покинет?
Рианнон не успела ответить мужу, на пороге появилась Изольда.
Мархаус по одному её взгляду, полному решимости и тревоги, понял, что ничего хорошего от грядущего ждать не приходится.
- Дочка?.. – обратился лаэрд к Изольде. В его глазах застыл требовательный вопрос. Рианнон с беспокойством следила за дочерью, ожидая её ответа. Изольда ещё некоторое время медлила, подбирая подходящие слова для нелёгкого объяснения…
- Матушка… Отец, Аглая… она ушла из дому… из-за меня… - наконец сообщила Изольда.
Мархаус тяжело вздохнул и нахмурился:
- Господи, и откуда только такие глупости берутся! Ребёнок, что и говорить… Много у неё ветру в голове…
Рианнон, соглашаясь, кивнула и, отложив работу в сторону, вопросительно и нетерпеливо смотрела на Изольду. Нет, не обманывало её сердце – она почти наверняка знала, чувствовала, какое безрассудство владеет сейчас мыслями драгоценной дочери. Слова Изольды лишь подтвердили её догадки и горькие опасения:
- Я так виню себя… Мне должно было выслушать бедняжку, о как несправедлива я была… Отец, я найду её, непременно найду, сегодня же!
Эти последние слова были абсолютным безрассудством:
- Изольда, милая… будь благоразумна! Одна… где ты будешь искать её?! – всплеснула руками Рианнон.
- Матушка, нельзя медлить… Время не ждёт! Мой долг – вернуть её! – настаивала Изольда.
- Дочка, подумай о нас... Я не могу отпустить тебя одну. Не подвергай себя лишней и напрасной опасности. Подожди до завтра! Мы вместе отправимся на поиски! – возражал Мархаус.
- Отец, она не могла уйти далеко. Я вернусь сегодня же… Отпусти меня – я обещаю, что буду осторожна…
Мархаус ещё сопротивлялся, пытаясь доказать дочери всё безрассудство и необдуманность такого решения, но с самого начала было понятно, что его попытки обречены на неудачу. Изольда была упряма, как и старый лаэрд. Её решение было окончательно!
Рианнон внимательно смотрела на мужа, ожидая его решения.
- Изольда... Ты знаешь, какой опасности подвергаешь себя! Я вижу, что бессилен переубедить тебя! Ступай с богом, будь осторожна и обещай, что вернёшься?.. - заключил наконец лаэрд.
Рианнон укоризненно взглянула на него, но и ей пришлось смириться. Вряд ли бы помогли и её слёзы, и её упрёки...
- Я обещаю, - твёрдо ответила Изольда и, обняв на прощание родителей, поспешила на двор, где уже ждал её Алекто.
Филипп напоследок проверял подпруги и поправлял седло, ожидая прихода хозяйки.Рядом с ним стояла взволнованная Марта,то и дело теребя в руках мокрый платок.
- Береги себя, дочка!.. – напутствовал Изольду Филипп, Марта ничего не сказала, слёзы вновь градом катились из её воспалённых глаз.
Скрипнули дубовые ворота… Алекто, почувствовав вкус ветра и скорости, стремительно уносил свою хозяйку прочь от дома… Изольда его не сдерживала: время было теперь дорого.
Unicorn оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 24.12.04, 04:33   #64
Unicorn
old timer
 
Аватарка Unicorn
 
На форуме с: 11.2004
Откуда: иногда Неверленд, чаще - дорога
Сообщений: 769
Unicorn is an unknown quantity at this point
МОРИЯ - ЮНИКОРН

К счастью, Аглая не успела убежать слишком далеко, да и для бегства она выбрала оживлённую дорогу. Изольде было не трудно выяснить, куда направилась беглянка. И к вечеру ей удалось догнать Аглаю. Девочка сидела у края дороги: дальше идти она не могла от усталости, да и идти было некуда. Появление Изольды оказалось для неё совершенно неожиданным. Выражение лица у Аглаи сделалось точно такое, какое бывает у нашкодивших и напуганных детей, ожидающих наказания.
Но Изольда и не думала укорять её за эту глупость.
«Хорошо, что с нею всё в порядке…» - облегчённо вздохнув, подумала Изольда.
- Аглая, ну зачем же ты так? Мы все так за тебя перепугались? – доброжелательно обратилась она к Аглае.
Та, ничего не ответив, разрыдалась. Изольда крепко обняла девочку и что-то успокоительно шептала ей.
Аглая, немного успокоившись, постаралась объясниться:
- Я так боялась… я не хотела быть вам всем помехой… Маркус… я так виновата… - слёзы вновь подступали к горлу и мешали говорить.
- Тише, тише… Это всё позади… Ты ни в чём перед нами не виновата… - успокаивала её Изольда.
Так прошло ещё около часа. День клонился к закату – пора было отправляться в обратный путь. Но тут случилось непредвиденное.
Где-то совсем рядом послышались громкие голоса: о чём-то спорили, может, ругали и хохотали во всё горло. Эта встреча не сулила девушкам ничего хорошего. Нужно было что-то незамедлительно решать…
И тут случилась ещё одна непредвиденная неприятность: Алекто, и без того встревоженный странными голосами, не выдержал и, чего-то испугавшись, рванулся в сторону. Изольда не была готова к такому выпаду лошади и не удержала поводьев: Алекто унёсся прочь от надвигавшейся опасности, оставив без защиты двух безоружных девушек.

***

Ричард мрачно выслушивал объяснения Мархауса.
Он ожидал чего-то необычного - в семье Айронхардов многое казалось странным и Ричарду трудно было это принять.
Но такого он и помыслить не мог. Чтобы отпустить дочь, одну, на ночь глядя… когда известно, что в округе неспокойно.
- Ну, вот что, лаэрд, - молвил рыцарь, - пожалуй, будет лучше и мне поехать за ней.
- Милорд! – Тут же запротестовала Рианнон. Достаточно того, что наша девочка…
- Нет, Ричард! - Не дал договорить жене Мархаус, - ты не поедешь.
Де Бар смотрел на старого лаэрда и не верил своим глазам. Айронхарт сейчас был воплощенное величие. И никто не посмел бы ослушаться его. Но только не де Бар.
- Вы не можете запретить мне!
- Ты не поедешь! Сказал я!
- Но почему? Не вижу причины мне оставаться здесь, когда леди Айронхарт выехала из М…Т… одна… неужели вы позволили ей? Разве некому больше было отправится за этой девочкой? Почему ничего не сказали мне?
- Успокойся Ричард! И выслушай меня. У нас принято доверять детям. Да, я не желал отпускать её, но раз отпустил должен верить. Изольда сказала, что вернётся, значит так и будет. Надо только подождать. Если ты сейчас поедешь за ней – выйдет будто я не во что не ставлю её слова. Так не годится! Будем ждать! – повторил он.
Его уверенный голос и взгляд на какое-то время убедили де Бара, что Мархаус знает что делает. Обычаи валлийцев во многом оставались для него непонятными…
«Наверное Мархаус поступил как должно…но всё же лучше бы он позволил ехать за ней!» - Не оставляла Ричарда беспокойная мысль. Впрочем, спорить было бесполезно.
Как уже неоднократно мог убедится де Бар, в М…Т… всё решал старый лаэрд. Пренебречь приказом или даже малейшей просьбой хозяина – значило оскорбить его.
Все домочадцы и слуги полагались на мудрое слово лаэрда и исполняли волю Мархауса нераздумывая.
Но так ли он был прав?
Разве мог Ричард знать, что та же самая мысль неотступно преследовала Мархауса.
Не ошибся ли я, отпуская Изольду на поиски Аглаи? – Вот о чём думал лаэрд с невозмутимым видом переставляя шахматы на небольшом квадратном столе.
- Она вернётся, как и обещала.- Наконец сказал он, убеждая не столько Ричарда, сколько самого себя, - Иди, сыграй со мной, сынок, так время пройдёт быстрее.

***

Закат догорел, оставив на небе розово-фиолетовые отсветы, ночь надвигалась неумолимо.
Изольда так и не вернулась. Новое беспокойство поселилось в доме Айронхартов… Так минули сутки.
Лаэрд Айронхарт уже ни в чём не был уверен, но он всё ещё ждал.
Так же как и тогда… перед страшным известием о гибели Маркуса, вместе с хозяином М…Т… весь замок оцепенел в напряженном ожидании надвигающейся беды. В том что с Изольдой неладно – никто не сомневался. Но говорить об этом не смели.
Де Бар или метался наверху, бормоча все известные ему проклятия, или сидел в нижнем зале вместе с Мархаусом, Рианнон и большинством обитателей М..Т…, которые старались делать вид, что ничего не происходит.
- Кровь Христова! – Воскликнул Ричард в очередной раз меряя шагами расстояние от окна до ложа в спальне леди Айронхарт, неужели я так и буду пребывать в бездействии? Лаэрд может приказывать своим людям, но я не буду ждать!
Ричард твёрдо намеревался ещё раз с Мархаусом и убедить его начать розыски Изольды.
Но спустившись в зал он увидел не только членов семьи и слуг Айронхартов, но и нескольких гостей. При чужих людях де Бар не стал пререкаться с лаэрдом,он приветствовал Мархауса, Рианнон и гостей, а потом занял своё обычное место на скамье в оконной нише.
В зале готовились к вечерней трапезе. Слуги укладывали крышки на столы застилали скатерти, расставляли блюда и чаши.
Словно ничего не изменилось! Возмутился в душе Ричард.
Рианнон бледная, с неестественно выпрямленной спиной сидела в высоком кресле у камина. Она встретила осуждающий взгляд рыцаря едва заметно покачала головой и снова уставилась на свои руки, сцепленные в замок на коленях.
Когда дело касалось отношений Изольды с отцом Рианнон не могла спорить с Мархаусом.
Хозяин и гости садились за стол, когда на мосту послышался долгожданный и тревожный конский топот.
Мархаус бросился к дверям.
Остальные ждали, замерев в странном оцепенении.
Рианнон, белее мела, поднялась и стояла неподвижно, сжимая в холодеющих рука вышивание.
Марта держала поднос с посудой, напряжённо ожидая новостей.
Ричард не отводил глаз от полукруга оконного переплёта.
Рыцарь видел что происходит во дворе, но не желал верить. Сначала Бланшефлер, теперь Изольда...
Мгновения тянулись мучительно долго.
Наконец, Мархаус вернулся… один! Безжалостным приговором были его слова:
- Изолда пропала. Алекто пришёл нерассёдланным.
Рианнон вскрикнула и лишилась чувств. Мархаус едва успел подхватить жену. Марта выронила поднос – посуда с грохотом посыпалась на каменный пол, но старушка этого не замечала: закрыв лицо руками, она содрогалась всем телом в беззвучных рыданиях.
Гости все разом, принялись подавая советы, слуги заметались.
- Я говорил вам лаэрд Айренхарт! - Воскликнул Ричард, не следовало отпускать её!
Рыцарь поднялся так резко, что боль пронзила его плечо. Но Ричард не думал уже ни о своих ранах, ни о предательской слабости. Он думал только об Изольде, и о той опасности, которой она могла подвергнуться в горах.
И хоть подобные мысли не имели под собой никакой почвы, но он связывал все беды, грозящие Изольде с Харальдом Эриксоном.
- Простите отец! Но теперь не время медлить. Прикажите людям собираться, если вы не сделаете этого – я поеду один!- Сказал Ричард, - И сразу надо было… - де Бар не стал продолжать, только безнадёжно махнул рукой.
Мархаус теперь не спорил. Он и сам видел, как далеко завело его потакание своеволию Изольды и просьбам Рианнон
- Джош! ступайте к Филиппу пусть готовит лошадей,- начал отдавать приказания лаэрд, - Вилгар разбуди Саймона, возьмите побольше факелов. Мы выедем сейчас же. Седлайте моего Рустана.
- Отец! – Рианон пришла в себя и пыталась встать, Марта поддерживала госпожу М…Т… Отец! Ты хочешь ехать с ними?
- Да, , я еду с ними …Я еду с ними! Ричард прав - нчего было ждать! Клянусь подмётками святого Патрика - это последний раз, когда я послушал женщин в моём доме и получил такое беспокойство в наказание!
Рианон в отчаянии закрыла лицо ладонями.
Не тревожься Рианнон… мы отыщем их, – уже мягче заверил жену Мархаус. - Идём, Ричард!

Last edited by Unicorn; 09.01.05 at 02:41.
Unicorn оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 09.01.05, 02:31   #65
Unicorn
old timer
 
Аватарка Unicorn
 
На форуме с: 11.2004
Откуда: иногда Неверленд, чаще - дорога
Сообщений: 769
Unicorn is an unknown quantity at this point
Юникорн - Финритель

Элиза и Раса в бурге(продолжение)


Давно прозвучал призыв гасить огни.
Жизнь в городе замерла, окна погасли, никто больше работал в мастерских – это было запрещено магистратом, и улицы опустели, ходить по ночам даже внутри городских стен было небезопасно.
Разве что проходил бряцая оружием дозор гарнизона бурга, да сторож с колотушкой уныло гнусавил.
- В городе всё спокойно, спите добрые люди…
Элиза и Раса сидели в полумраке небольшой комнаты.
Они думали каждый о своём. Мысли Элизы были на удивление спокойны. Казалось бы, она узнала о Уилфреде нечто такое, что должно было пошатнуть её веру в красивые обещания рыцаря. Он оказывается не был свободен, его невеста… какая она? Должно быть настоящая леди, знатная... не чета бедной девушке из леса… Элиза вздохнула. Она не знала, как совместить, то что говорил ей Уилфред и то, что она услышала сегодня. Может быть, Раса ошибся? Может, он чего-то не понял?
Она расшнуровала пулены, подняла ноги на ложе и закутала ступни подолом платья.
- Ты замёрзла? – Спросил Раса. Он с тревогой смотрел на девушку. Поведение Элли беспокоило его.
В продолжение всего вечера Элиза оставалась молчаливой и печальной. Этого Раса не мог объяснить. Было бы лучше, если бы она рыдала, сыпала упрёками в адрес этого проклятого Уатфорда, чтоб ему пропасть по дороге в Уэльс… но девушка обхватила колени руками и сидела молча, задумчиво глядя на угли в жаровне.
- Нет, здесь не холодно, - отвечала она. И опять умолкла.
В комнате и правда было тепло, заботливый брат дядюшки Клодта сделал всё, чтобы разместить гостей с удобствами. Он несколько раз заглядывал и справлялся не надо ли чего – Элиза только отрицательно качала головой не изменяя позы.
Мысли её текли неспешно. Она думала о том, как отправится за родителями в Уэльс. Теперь когда домик в лесу сгорел, и Элиза узнала, что Уилфред не ищет её девушке тоже захотелось покинуть эти места. Не потому, что она бежала от воспоминаний – всё что произошло с ней в последние дни оставалось сокрытым в сердце, но Элизабет хотела увидеть новые земли…узнать новых людей…мир так велик. Что же будет с ней и Уилфредом об этом она теперь совсем не думала. Когда-нибудь они встретятся. А до того времени следует просто ждать.
- Да что с тобой! Не выдержал, наконец, Раса, - что он такого сотворил? Неужели ты не расскажешь. Если он обидел тебя, хоть пальцем тронул…постой… ты ведь жила в его владениях. Скажи мне… скажи… он… приходил к тебе в лес?
- Да приходил, - рассеяно отвечала Элиза.
Ах, вот что! – Раса задохнулся от ярости кровь бросилась ему в лицо, кулаки сжались. Он почувствовал такую жгучую обиду за Элли,– Я…я…убью его! Как он посмел воспользоваться твоей беззащитностью, слабостью!
- Да что ты говоришь, - словно очнулась Элиза. – Я сама мечтала чтобы он пришел…
- Неудивительно. Он – лорд, высокородный рыцарь. Ясное дело - он завлёк тебя!
- Да нет же…
- Не оправдывайся, сестра! Когда бы знал наш отец! Он… Раса замолчал и вдруг схватился за голову.
- Раса, Раса…что с тобой. Элиза спрыгнула с ложа и как была босая подбежала к нему. Раса тяжело опустился на скамью, и всё сжимал виски ладонями. Голова его болела нестерпимо.
- Раса! - Элиза села рядом с ним, взяла его лицо в свои руки, повернула к себе. Боже, какая боль и отчаяние в его глазах. - Раса! Я здесь, всё хорошо…ты говорил о нашем отце. – Отчётливо произнесла она. Никогда ещё так близко не удавалось Элизе рассмотреть его. Раса был красив. Тонкие черты лица, он мог бы сойти за девушку. Голубые глаза, изогнутые луком губы, на подбородке ямочка. И такие длинные ресницы, а кожа белая легко вспыхивает румянцем. – Ты говорил о нашем отце, - тихо повторила Элиза. Она знала нельзя отвлечь его от воспоминания. Громким возгласом, неосторожным жестом всё можно было испортить… Взгляд юноши стал отстраненным, а голос едва слышным, говорил он медленно, будто с трудом.
- Да…ты не должна была допускать такого…у тебя есть жених…наш отец будет гневаться, если ты станешь бегать за чужими рыцарями. Но я ничего не скажу ему…
- Да, пожалуй, не говори…Раса.
- Почему ты так странно называешь меня, разве… ты забыла моё имя?
- Нет не забыла, - прошептала Элиза я пошутила…скажи мне как тебя зовут?
- Меня… зовут… Меня зовут…
Дверь распахнулась, Раса вздрогнул и повалился на лавку без сознания.
- Что это с ним? – Всплеснула руками жена талье. Она пришла посмотреть всё ли хорошо у детей и принесла им два одеяла, чтобы не озябнуть ночью.
- Ничего, ничего… Элиза с трудомподдерживала обмякшее тело Расы, - с ним такое с самого детства случается. Когда он очень устанет. Засыпает на полуслове…
- А мне показалось, - засомневалась госпожа Рэнальф Что он… - женщина подошла ближе и склонилась над юношей. Раса дышал ровно и спокойно, он даже чуть улыбался во сне. – В самом деле, спит, покачала головой добрая женщина. А только что говорил.
- Мы сильно устали в дороге.
- А ты почему ходишь босиком? – Жена талье с удивлением смотрела на ноги Элизы. - Пол здесь каменный, холодный, одень башмаки.
- Нет, я тоже сейчас лягу, вот только устрою его поудобнее. - Девушка стянула с Расы сапоги и одну за другой подняла его ноги на скамью. Он всё ещё оставался в глубоком обмороке, который жена талье приняла за сон.
- Надо же, и не проснётся, Ладно отдыхайте теперь. Вот тебе одеяла – женщина протянула девушке аккуратно свёрнутые куски серого камелотового полотна, - шкур у нас нет, не в замке.
- Спасибо добрая госпожа –Элиза приняла ткань, и заботливо укрыла Расу. Она отвела спутанные рыжие кудри с его лба, склонилась и коснулась щеки своего «брата» лёгким поцелуем. Жена талье умилённо засопела.
- Ах, дети… дети… Господь не дал нам с мессиром Рэналфом ни сына ни дочери. А вы… сиротки?
- Нет, мы затем и пришли в бург, что направляемся теперь к нашим родителям и нуждаемся в средствах для путешествия.- Отвечала Элиза.
- Много ли есть у вас? Клод болтал, что вы хотите с утра навестить ювелира. Так он даром денег не даст.
- Да, у нас есть…, - Элиза запнулась, вспомнив наставления Расы. Как бы не была она благодарна госпоже Рэналф, а всё же не стоит говорить про камни.- У нас есть несколько украшений нашей матушки. Думаю, он согласится взглянуть на них…
- Я попрошу мужа замолвить словечко. Они с мессиром Товьё в добрых отношениях. Да и что им делить. Рэналф шьёт, а Товье выделывает пуговицы. Теперь все с ума сходят по этим пуговицам да колокольчикам. Никто не хочет возиться со шнурами. А по мне шнуровки гораздо удобнее…ладно ты совсем озябла ступай в постель, а я придвину жаровню поближе.
- Нет, нет…запротестовала Элиза. – Оставьте около Расы, я и так согреюсь на ложе, а он на скамье… с этими словами она вернулась на ложе, свернулась калачиком и закуталась в покрывало.
- Господь с вами, спите! – Госпожа Ренальф бросила последний взгляд на Расу и вышла, плотно притворив за собой дверь.
Элиза подождала, и только когда шаги хозяйки стихли в коридоре, вновь поднялась. На этот раз девушка одела пулены и накинула на плечи своё одеяло. В комнату сквозь щели в ставнях заползал сырой ночной воздух, а угли в жаровне совсем почти погасли.
Элиза подошла к Расе. Он всё лежал с закрытыми глазами. Она отвернула полотно и распустила шнуровку его камизы, обнажив грудь. Сейчас он не мог ей воспрепятствовать внимательнее рассмотреть шрам.
В комнате было темно, но чуткие пальцы заменяли Элизе глаза. Она прикасалась к ране, ощупывала неровности сросшейся плоти. Да, это боевая рана. След от копья…Девушка наклонилась и приложила ухо к груди Расы. Сердце его билось ровно и сильно. Видно обморок и правда, перешел в сон.
Может случиться, что завтра он проснётся, вспомнив всё. Это происходит… отец говорил ей.
Память у таких больных неожиданно возвращается, если они находят в настоящем, что-то подобное своей позабытой жизни.
Что же нашел Раса? Он говорил о сестре, о женихе сестры…ещё, о каком-то чужом рыцаре. Что случилось с его сестрой. Он пытался защитить её. Может быть тогда и был ранен… Элиза приподнялась, поправила камизу на спящем юноше, накрыла Расу получше.
Если бы не вошла госпожа Рэналф, Раса назвал бы своё настоящее имя. Девушка сокрушенно вздохнула. И тогда всё вернулось бы… возможно, завтра он поднимется и будет знать, как его звали. А может и нет…Но если он вспомнит, то захочит ли по прежнему оставаться с ней?
Или ей придётся добираться в Уэльс одной? Нет, Раса не оставит её…почему-то в этом Элизабет была твёрдо уверена.
Она ещё немного постояла над юношей, в полумраке Элизе было не различить его лица, но по ровному дыханию моно было догадаться что сновидения не тревожат его, положив ладонь на лоб Расы, Элиза удовлетворённо улыбнулась – жара нет, значит, Раса здоров.
Благодарение Богу! Завтра они смогут продолжить путь.

Last edited by Unicorn; 09.01.05 at 02:44.
Unicorn оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 12.01.05, 17:41   #66
URUK-HAI Charlie
old timer
 
Аватарка URUK-HAI Charlie
 
На форуме с: 07.2003
Откуда: Нора в South-West.
Сообщений: 2 398
URUK-HAI Charlie is an unknown quantity at this point
Вульф и Бланш.
***
***
Рольф схватил копье, что лежало возле дерева. Харальд хмыкул и медленно вытащил меч из ножен.
-Сейчас, Вульф, я отправлю тебя к предкам! – крикнул Рольф.
-Давай посмотрим. – спокойно ответил Эриксон.
Тут из леса вернулись Ворон и Горм. Они сразу поняли, что сейчас будет еще один поединок Вульфа с его же бойцом.
Харальд стоял, слегка отведя руки в разные стороны, меч, что он сжимал в правой, был направлен вниз. Рольф крикнул и бросился на своего командира. Он делал быстрые выпады копьем: слева, справа, по прямой. Харальд быстро отступал, уклоняясь от острия копья своего противника. Эриксон отразил очередную атаку Рольфа, быстро развернулся и ударил свободной рукой наемника в спину.
-Давай! – крикнул Харальд.
Рольф быстро побежал на Вульфа. Эриксон перешел в наступление. Он нанес сильный удар сбоку, Рольф ушел от него, потом Харальд провел еще две таких же атаки. Рольф уклонился от последнего бокового удара, прошел под клинком Харальда и совершил быстрый прямой выпад. Но он не предполагал, что этого то Эриксон и ждал. Харальд схватил левой рукой древко копья и нанес единственный удар мечом в живот Рольфа. Наемник упал на спину, но был еще жив. Эриксон перехватил копье.
-Прощай, Рольф. – сказал Харальд. Острие копья пронзило сердце поверженного противника. Харальд вытер кровь с меча о плащ Рольфа и убрал в ножны. Вульф подошел к Бланш и коротко сказал.
-Простите его.
Харальд направился к своему коню.
-Я проверю дорогу, а вы оставайтесь здесь.

Last edited by URUK-HAI Charlie; 04.03.05 at 16:40.
URUK-HAI Charlie оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 12.01.05, 17:44   #67
URUK-HAI Charlie
old timer
 
Аватарка URUK-HAI Charlie
 
На форуме с: 07.2003
Откуда: Нора в South-West.
Сообщений: 2 398
URUK-HAI Charlie is an unknown quantity at this point
Мория и Чарли. Встреча.

***
Вульф погнал своего коня вверх по дороге. Нужно было осмотреться и поискать место для ночлега. За Бланш теперь он был спокоен. Еще бы. После того, что Харальд сделал с Рольфом, вряд ли бы еще кто-то посмел ослушаться главаря и хоть пальцем притронуться к девушке. Наемник был зол на своих, зол сам на себя. Эриксон не понимал, что происходит с ним. Призраки прошлого преследовали его с того момента, как он похитил Бланшефлер. Что-то тревожило Вульфа, что-то должно произойти... И тут наемник остановил скакуна. На дороге он увидел двух испуганных девушек.
- Один, быть этого не может... я... не верю своим глазам.
Сердце наемника остановилось, как будто он увидел призрака.
- Скади... - прошептал наемник. Харальд спешился и медленно пошел к Изольде и Аглае...
Вульф не сводил своего взгляда с Изольды.
- Это невозможно... - говорил сам себе Харальд. Голова наемника шла кругом. Голоса прошлого сливались в одну дикую какофонию. Наемник остановился в двух шагах от Изольды и Аглаи. Эриксон посмотрел в лицо второй.
- Я знаю тебя... - негромко сказал Вульф - Мы встречались тогда, на дороге... Когда я убил Айронхарта... Твое имя Аглая.
Харальду казалось, что все это произошло вчера. Наемник никогда не забудет того дня. Он сейчас как будто снова был на том тракте...
«Убил Айронхарта…» - эти слова прежней болью пульсировали в висках у Изольды. Но как бы ей теперь ни хотелось высказать всё, что бушевало внутри, разрывая душу, она молчала, сдерживая гибельную бурю чувств.
- Да, я была там... - ответила Аглая, пытаясь скрыть свой страх перед Харальдом.
Но в тот момент Эриксона волновал только один вопрос. Наемник снова смотрел на Изольду. Сердце Эриксона сжималось от боли, словно острый меч пронзил его.
- Кто эта девушка с тобой? - спросил Эриксон.
Девушка ответила нераздумывая:
- Это моя кузина. Ее имя Изольда.
Аглая прятала взгляд от наёмка, боясь раскрыть собственный обман. Она не хотела более быть причиной бед в семье Айронхартов. Ей хватало той вины, которую она уже ощущала на себе с того страшного дня, когда Вульф убил Маркуса.
- Изольда... - чуть слышно произнес Харальд.
Эриксон всегда чувствовал страх других. Но после всего, что было сегодня, он совершенно не хотел причинять зло девушкам.
- Не бойся меня, Аглая.- спокойно сказал Вульф - Я обещал не причинять тебе вреда полтора года назад. Не сделаю этого и сейчас.
В этот момент Вульф встретился взглядом с Изольдой. Совсем не страх был в этом прямом и настойчивом взгляде... Этот странный взгляд заставил Харальда засомневаться в словах Аглаи. Такие разные, они совсем не были похожи на родственниц. Но переспрашивать и допытываться Эриксон не стал: ему отчего-то совсем не хотелось знать правду. Прошлое, так внезапно ворвавшееся в его реальный мир, смотрело на него с суровым и горьким укором, неприветливо и холодно. Пауза безмолвия повисла в воздухе. Изольда не сводила глаз с Харальда. О, как бы он хотел, чтобы этот взгляд изменился!
- Вульф! - громко крикнули за спиной Харальда.
Эриксон нехотя повернул голову. Харальд отдал бы сейчас все, просто, чтобы побыть немного с девушками. Он забыл про все на свете.
- Вульф!
Это был Олаф. Зачем он поехал следом, Эриксон не понимал. Был же четкий приказ.
- Что тебе нужно? - спросил Харальд, с явной злостью.
- Ворон послал за тобой. Ну... нужно где-то лагерь разбить на сегодня... Ворон приказал вернуть тебя, - сказав это, Олаф опустил голову и не мог поднять своего взгляда на Вульфа.
- Что?! - Эриксон пришел в ярость - Что ты сейчас сказал?! Ворон что-то приказал?! Я приказал вам оставаться на месте! Мои приказы нужно исполнять, а не поручения этого чародея!
Вульф схватился за рукоять меча. Но тут же снова встретился взглядом с Изольдой... Она напряжённо ожидала, что будет дальше. В её печальном взгляде застыл вопрос. Эриксон закрыл глаза и убрал руку с оружия. «Нет. Не здесь и не сейчас», - сам себе сказал Харальд.
- Проклятый колдун... - тихо произнес Эриксон.
Харальд обратился к девушкам:
- Темнеет... Возвращайтесь домой... Никому не говорите про эту встречу.
Аглая согласно кивнула. Ей совсем не хотелось продолжать этот странный и опасный разговор.
Вульф последовал к своему коню. Сделав несколько шагов, Эриксон обернулся и ещё раз взглянул на Изольду...
Она по-прежнему неподвижно стояла, замерев в напряжённом ожидании. Лишь ветер лёгким дуновением едва шевелил её тёмные локоны.
Харальд не в силах был оторвать взгляд от девушки. Он знал, что должен теперь уйти, но не мог.
Её взгляд: такой печальный и... такой знакомый. В нём столько боли, столько страдания и сомнений!
Харальд хотел помочь ей, защитить её, но не мог, и приходил в ярость от своего бессилия.
Уже сидя в седле, Вульф обернулся в последний раз, в последний раз бросил беглый взгляд на девушек, будто пытаясь запомнить этот единственный момент. Ему вряд ли приходилось надеяться на новую встречу... Да и что могла эта новая встреча принести?..
Изольда, не проронив за всё время ни слова, и без слов поняла многое... И уже теперь, когда всё страхи и опасности были позади, она уже не находила в себе прежней ненависти... Что-то в его взгляде, почти неуловимое, заставило её смягчить свой гнев... Это было почти сострадание, но воспоминания о похищении леди Бланшефлёр, вновь затмили хрупкое чувство, вновь погрузив её душу в мир мрачных теней.
URUK-HAI Charlie оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 12.01.05, 17:45   #68
URUK-HAI Charlie
old timer
 
Аватарка URUK-HAI Charlie
 
На форуме с: 07.2003
Откуда: Нора в South-West.
Сообщений: 2 398
URUK-HAI Charlie is an unknown quantity at this point
Изольда и Аглая. Ворон и Харальд.
URUK-HAI Charlie оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 12.01.05, 17:47   #69
URUK-HAI Charlie
old timer
 
Аватарка URUK-HAI Charlie
 
На форуме с: 07.2003
Откуда: Нора в South-West.
Сообщений: 2 398
URUK-HAI Charlie is an unknown quantity at this point
Харальд сидел возле костра и смотрел на языки пламени. Сегодня был не его черед караулить, но спать он все равно не мог. Слишком много всего произошло сегодня…Он услышал шаги позади и на миг обернулся. К нему шла Бланш. Эриксон снова стал смотреть на пламя. Девушка села рядом, казалось, она хотела о чем-то спросить наемника, но не решалась.
-Иногда… - сказал вдруг Вульф, на секунду посмотрев на Бланш – мы совершаем поступки, последствия которых будут следовать за нами до конца дней.
Бланш с еще большим удивлением взглянула на Харальда.
-Сегодня… я убедился в этом еще раз… - негромко сказал Вульф .
-Расскажи о своем прошлом. – вдруг попросила Бланш.
-О прошлом? – переспросил Харальд – Да нечего тут рассказывать. Не думаю, что леди заинтересуют рассказы об убийствах, которые я совершил.
-Неужели ты никогда не любил?
Харальд хмыкнул.
-Это чувство губительно в моем деле… Когда ты идешь по следу жертвы, когда сражаешься, нужно думать головой и только ей, но не сердцем… - Эриксон замолчал – А знаете, когда я это понял? – спросил наемник у Бланш.
-Когда?
-Когда все это началось… - Вульф посмотрел на ночное небо – это было несколько лет назад – начал свой рассказ Харальд – в моей стране шла война… Но мне тогда не было до нее дела. Я путешествовал по соседним землям, воевал там, а когда вернулся, то не занял ни одну из сторон… Мои родители давно умерли, родственников не было… Я скитался по центральным землям в поисках места, чтобы начать новую жизнь… И я ее начал… Но не так, как рассчитывал… – Харальд умолк на минуту – В землях, названия которых, для вас – пустой звук, я случайно увидел ее… - Эриксон закрыл газа – Скади… Таким было ее имя… Она шла по берегу небольшой речушки, когда мы встретились первый раз… Она была прекрасна… - Вульф посмотрел на Бланш – Мы полюбили друг друга… Но нам не суждено было быть вместе… Я не верю в вашего бога, верю в богов своих предков… Ее мать была рада мне, я ей очень понравился, но отец… Этот старик… Он не дал мне взять Скади в жены из-за моей веры, ведь его дочь была христианкой… Я говорил, что ради нее обращусь в вашу веру, но он твердо сказал, чтобы я держался от Скади подальше… Мы продолжили встречаться на том месте, на берегу рекчи… - Вульф снова уставился на огонь – А потом случилось это… Скади не пришла ко мне один день, потом следующий… Я пошел в дом ее отца, чтобы найти ее, но меня просто выгнали он и его слуги… Я шатался по лесу, звал Скади, но так и не мог найти… На четвертый день, ночью ветер донес до меня голос… Он сказал, что отец Скади, узнав про наши встречи, разозлился и убил ее… - Харальд замолчал минуты на две-три – Ненависть и злость охватили мне, я взял свой меч и направился в дом своего врага… И я убил их… Я убил их всех… В живых осталась только мать Скади… - Харальд посмотрел в глаза Благш - Где же был ваш бог, когда он был так нужен?… Сознание вернулось ко мне, только когда я был снова, на берегу той речки… Я взывал к Тору, своему богу, чтобы он сделал что-нибудь… И Тор ответил мне… - Эриксон бросил еще одно бревно в костер – Он явился, но явился не один… Форсети, бог справедливости, был вместе с ним… Я практически не помню, всего, что произошло… - Вульф cнова посмотрел на Бланш и спросил – Вы, наверное считаете меня сумасшедшим? Но так оно и было… Форсети сказал, что я пролил кровь невинных… А я ответил, что мне все равно… И тогда… Он проклял меня… Проклял меня за убийства… Тор отговаривал Форсети, говоря, что я эйнхерий, Форсети был непреклонен. Хотя сам Один помогает мне, в Вальхаллу мне не попасть, пока Форсети не простит меня.
-А как этого можно добиться? – спросила Бланш.
-Я не помню… - покачал головой Вульф – Но мне было наплевать на себя тогда, наплевать и сейчас… Я нашел свое дело – я наемник, убийца. – Харальд улыбнулся – И пока меня ничто не может остановить… Убивая, я чувствую легкость и радость… Я ушел из своей страны, поскольку не могу там находиться… И я никогда не вернусь туда… - Вульф посмотрел на Бланш – Идите спать, леди Бланшефлер… Завтра мы должны встретить обоз…

Last edited by URUK-HAI Charlie; 18.02.05 at 22:15.
URUK-HAI Charlie оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 13.01.05, 17:26   #70
Unicorn
old timer
 
Аватарка Unicorn
 
На форуме с: 11.2004
Откуда: иногда Неверленд, чаще - дорога
Сообщений: 769
Unicorn is an unknown quantity at this point
МОРИЯ - ЮНИКОРН

Только к вечеру Изольда с Аглаей добрались до замка.
Необычная картина предстала взорам перепуганных девушек.
На первый взгляд могло показаться, что в .. готовятся к походу.
Такое случалось, наверное, когда воинственные кланы по первому зову лаэрда поднимались в бой.
Двор был освещён неверным пламенем факелов, в зловещем метании огненных бликов мужчины выводили из конюшни осёдланных лошадей.
Все были взволнованны, возбужденно переговаривались. В руках у многих Изольда заметила оружие.
Посреди двора на своём игреневом жеребце возвышался сэр Ричард де Бар, рыцарь торопил людей.
Около Ричарда Изольда увидала отца, который тоже собирался подняться в седло. Тут же стояла и мать Изольды. Она что-то горячо доказывала старому Мархаусу, а он только недовольно хмурился.
Среди общего гвалта, ржанья и топота лошадей ничего нельзя было расслышать.
В стороне Изольда заметила своего Алекто: кто-то из слуг уводил его в конюшню - лошадей хватило всем, и помощь Алекто не понадобилась.
Тут Изольда вдруг поняла, что вся эта суматоха из-за неё!
Кто-то из слуг увидел девушек и указал Рианнон на них. Женщина с криком бросилась к дочери навстречу.
- Изольда, дочка, родная моя! Живая… вернулась!
Рианнон крепко сжимала Изольду в объятиях, слёзы ручьём катились по
бледным щекам матери истомлённой тревогой.
А Изольда? Она, словно каменная, оставалась неподвижна. Её взгляд, он уходил в никуда. Она была здесь, в стенах родного имения, но вместе с тем где-то очень далеко.
Рианнон не замечала этого - она была бесконечно счастлива возвращению любимой дочери. Ей до сих пор не верилось, что беда на сей раз минула их дом, что жестокое проклятие смилостивилось над ней.
Мархаус тоже не обращал внимания на странное поведение Изольды, он
благодарил судьбу за возвращение дочери.
Изольда высвободилась из объятий матери, взяла за руку Аглаю и подвела дрожащую от страха девушку к отцу.
- Отец, я нашла Аглаю, как и обещала! Мы вернулись!
- Изольда, дочка, мы так волновалис! Ну где же Вы были? Алекто вернулся один…мы с Ричардом думали…
Изольда взглянула на Ричарда: ей отчего-то вспомнилась их первая встреча, та ночь на безлюдном тракте. Не так много времени прошло с тех пор, но будто минула целая вечность.
Рыцарь спешился. Было видно, что ему ещё тяжело это.
Изольда заметила, как он облокотился о бок вороного, пытаясь совладать со слабостью. Тревога о нём, вдруг заслонила все остальные чувства, горячей волной поднялась в сердце нежность, в это мгновение Изольда позабыла обо всём, кроме того, что снова видит его…
- Вы не должны были подниматься с постели, милорд! - воскликнула она.
- А вы не должны были покидать замок, леди, не поставив в известность меня! - Неожиданно резко ответил де Бар.
Изольда отпрянула при этих словах, но когда встретила его взгляд, полный упрёка и беспокойства, поняла, почему он так говорит с ней.
И она бы всё рассказала ему, всё здесь и сейчас в благодарность за его заботу, за один только этот взгляд…но нет - Ричард был по-прежнему слаб.
Изольда не могла подвергать его новой смертельной опасности.
- Велите людям расседлывать лошадей, лаэрд Мархаус, - сказал со вздохом де Бар.
Изольда смотрела то на рыцаря, то на отца. Она видела, что между ними происходит или произошло нечто такое, во что она не будет посвящена.
- Идём, дочка, - сказала Рианнон, - ты всё расскажешь нам.
Это предложение «рассказать ВСЁ» - было очень, очень некстати. Изольда
понимала, что не время теперь для откровений.
"Этот колдун, Ворон, он слишком опасен, а Ричард ещё очень слаб… Нет, я не могу теперь всего рассказать… не сегодня, не сейчас", - размышляла про себя Изольда, следуя за матерью в столовую залу.
Ричард всё это время не сводил глаз с девушки. Страшное беспокойство за неё отпустило его, он мог бы позволить себе радоваться её счастливому возвращению, но тревожные предчувствия бередили его сердце.
Последние события никак не укладывались в его голове. Сначала - этот странный поспешный отъезд, потом – Алекто, теперь - это внезапное возвращение и никаких объяснений.
«Что с ней случилось? Она так странно молчалива, не как всегда. Ричард научился распознавать перемены и в молчании Изольды. Должно быть между ними установилась некая связь… с той самой ночи, когда она нашла его беспамятного на безлюдной дороге. Какую тайну она скрывает? Захочет ли рассказать ему? Что-то теперь будет дальше?» - мысленно задавал себе вопросы Ричард и не находил ответов.
Одно он знал наверное: едва ли Изольда расскажет всю правду теперь, послушно выполняя требования матери. Не стоило торопить её. Она лишь хуже замкнётся в себе… И вряд ли кто-то сможет
узнать истину прежде, чем девушка поведает обо всём по доброй воле. Если она вообще захочет им что-то рассказать.
***
Немало времени прошло покуда всё в замке успокоилось. Те из соседей, кто явились помочь лаэрду Мархаусу в поисках остались на вечернюю трапезу, которая превратилась в настоящий пир. Повод для праздника оказался достаточным. Было выпито много эля, ещё больше сказано добрых слов р властелине … и его семье. Вспоминали и Маркуса…
Ричард видел, как при этом напрягаются хрупкие плечи Изольды, как бледнеют её щёки, сжимаются кулаки. За трапезой Ричард и Изольда сидели рядом, но не разговаривали более, чем этого требовали приличия. На людях им следовало казаться весёлыми, чтобы не обидеть гостей лаэрда.
Хотя и он и она с радостью оставили бы этот шумный пир и поднялись в башню. Им хотелось остаться вдвоём.
Наконец, большой зал опустел, - кто-то из гостей уехал восвояси, кто-то отправился в покои, приготовленные для сна.
Слуги разбирали столы в другом конце зала раскладывали на полу свои матрасы набитые соломой.
Хозяева смогли уединится в комнате лаэрда Мархауса.
Рианнон сидела в кресле у самого камина, грея
озябшие ладони у ярко пылавшего огня. Сухие поленья гулко потрескивали в жарком очаге, наполняя тёмную залу звонкой музыкой домашнего уюта и покоя. Скоро Аглаю отправили спать, за нею ушла и Марта.
Изольда тревожно ожидала начала неприятного объяснения: вступать в беседу первой ей не хотелось.
Мархаус медленно прохаживался по комнате взад и вперёд, дожидаясь объяснений от дочери.
Ричард, сидя на невысокой и широкой скамье, внимательно следил за
перемещениями старого лаэрда: он прекрасно понимал его волнение и смятение - его собственной душе не давали покоя те же тревоги и опасения.
Но он хотел бы сейчас только одного. Увести Изольду отсюда. Не принуждать её к откровенности, не добавлять к её страданиям новых.
Изольда стояла в стороне, там, куда не добирался яркий свет камина: она будто пряталась от этого света.
Пауза безмолвия затянулась непозволительно долго, от напряжения воздух звенел в ушах.
Мархаус чувствовал себя неловко: устраивать допрос было
неловко, тем более при Ричарде… это выглядело совсем уж некрасиво, но и оставлять всё, как есть, тоже было нельзя.
Рианнон, не отрывая взгляда от извивавшихся языков пламени, обратилась к дочери:
- Изольда, дочка, мы все так перепугались, когда Алекто один вернулся!
В голосе матери звучало мягкое, но настоятельное требование объяснений.
Рианнон посмотрела на Изольду и протянула к ней руки – этим жестом она как бы пыталась защитить своё дитя, но вместе с тем призывала девушку приблизиться, выйти на свет…
Изольда глубоко вздохнула, она до последнего надеялась, что этот разговор состоится не сегодня. Но, увы, иного пути не было, вопреки всему своему нежеланию, ей придётся отвечать им… здесь и сейчас.
Unicorn оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 12.02.05, 12:29   #71
Lomienna
old timer
 
Аватарка Lomienna
 
На форуме с: 03.2004
Откуда: Нигде
Сообщений: 1 006
Lomienna is an unknown quantity at this point
Хватит спать!

Когда Этель добралась до поворота на лесную тропу луна уже высоко поднялась над верхушками деревьев. Лес кругом окрасился серебристо-серым и черным. Этель оглянулась на яркий диск полной луны и пробормотала себе под нос:
- Да, сегодня надо быть поосторожней в лесу...
Ветви кустов сомкнулись за ее спиной с тихим шелестом, спугнув какую-то ночную птицу.
Сегодня, в полнолуние, лес был совсем не таким, как обычно - тишина нарушалась непонятными шорохами, скрипами, шелестом. Лес не спал - полная луна не давала покоя. Этельфлид не была напугана - она знала, что такое бывает и не боялась. Она скорее тревожилась за Элизу и Лиса - как они там без нее. Девушка прибавила шагу.
Тропа под ногами была ровной и хорошо утоптанной лесным зверьем. Этель долго шла погрузившись в свои мысли и не обращая внимания на окружающий лес. Однако когда по ее подсчетам уже пора было объявиться развилке и сухому вязу, тропинка не разделилась на две части и не свернула к поляне, а по-прежнему вела прямо в глубь леса.
Этель остановилась ? неужели она заблудилась в знакомом с детства лесу? Да быть такого не может? или может? Девушка огляделась ? никаких знакомых примет, ничего. Только яркий свет луны по капле просачиваясь сквозь переплетенные ветви деревьев рисуя на утоптанной земле причудливые узоры.
- Ах да, сегодня же полнолуние, - самой себе сказала Этельфлид.
Идти сейчас в глубь леса - было бы чистым безумием. Заплутаешь и никто не найдет ? это деревья все дороги спутывают. Так что Этель решила переночевать у корней одного из деревьев, а как зайдет луна отправиться к Элизе и Лису.
Девушка сбросила с плеч свою ношу и завернувшись в плащ улеглась на палые листья. Бессонная ночь не прошла для нее даром и потому уснула она мгновенно.
Проснулась Этель оттого, что жаркий солнечный луч сильно жег ей щеки. Девушка открыла глаза и сладко потянулась. Ох и долго же она спала - вон и солнце уже взошло. Эта мысль поразила Этельфлид. Как же она могла забыть о Элизе и их новом знакомом?!
Этель скорее схватила свой мешок и почти бегом кинулась по тропе, не глядя под ноги. Ранним солнечным утром лес уже не пугал и все дорожки вновь вели туда, куда нужно.
На знакомой поляне Этель оказалась, когда солнце поднялось над верхушками деревьев. Но никто девушку не ждал - только теплый ветер гонял по пепелищу сажу. Они ушли, не дождались.
Расстроенная, Этельфлид бессильно опустилась на траву. Где теперь искать Элизу и Лиса? Она корила себя за то, что слишком долго спала и опоздала. Но сидеть на поляне не было смысла ? нужно идти. Вот только куда ? в замке она теперь не желанный гость. Лучше стоит попытать счастья в городе, заодно может о Элизе и Лисе что узнает.
Этель решительно поднялась на ноги и пошла к лесу. Теперь надо найти тропинку, чтобы поскорее добраться в бург. Отец когда-то показал Этель все тропы в лесу, какие знал. Теперь нужно было только вспомнить.
Этельфлид с большим трудом сумела отыскать нужные приметы: русло высохшего ручья и заросшую высокой травой каменную плиту, оставшуюся от древнего святилища.
Сидя на плите свесив ноги Этель жевала хлеб и жмурилась, глядя на солнечную рябь в листьях. Сама мысль об уходе из родных мест казалась ей дикой. Оставить знакомые с детства тропы, деревья, ручьи, болото и лес было немыслимо и страшно. От нелегких раздумий Этельфлид отвлек крупный рыжий муравей, укусивший ее за палец. Девушка соскочила с камня и, решительно раздвинув ветки бузины, закрывавшие дорогу, зашагала по тропе.
Солнце уже прошло половину своего дневного пути, когда Этель добралась до дороги. Исхоженная тропа теперь шла в зарослях молодняка и бурьяна совсем рядом с трактом.
Народу на дороге прибавилось. Крестьяне окрестных селений спешили в город чтобы успеть до закрытия ворот, а если повезет, то и на сегодняшний торг, нищие всех сортов и мастей торопились к воскресной службе, бродячие торговцы, музыканты, врачеватели и ремесленники несли на продажу и потеху людям свой товар и талант.
Подождав, пока дорога не опустеет на время, Этель выбралась из кустов и зашагала по ее сухой горячей пыли.
Она не прошла и мили, когда услышала далеко за спиной перестук копыт. Обернувшись, Этель увидела большой отряд, быстро приближающийся к ней в жарком мареве. Прищурив глаза, девушка разглядела стяг, вьющийся на конце древка длинного копья. Герб на полотнище был знаком почти с детства ? отряд несомненно был из Уайтфорда. Неужели это за ней? Этельфлид испуганно огляделась - всадники наверняка заметили ее и если она скроется в кустах это непременно вызовет подозрения.
Примерно шагах в ста впереди по дороге шла большая толпа людей. Не раздумывая долго, Этель подобрала юбки и кинулась вдогонку. И лишь только догнав странников, девушка поняла, какую ошибку допустила. Это была не толпа пилигримов, паломников и путешествовали они не по доброй воле. Прокаженные шли в город совсем с другой целью.
Плащи и накидки скрывали их лица, обезображенные болезнью, а трещотки своим дробным перестуком предупреждали добрых людей и спугивали птиц из придорожных кустов.
Первоначальный испуг Этель быстро прошел. Мать говорила ей, что прокаженные не так опасны, как думают. Только кровь из их ран способна передать хворь другому человеку. Но немногие знают об этом - никто из уайтфордского отряда не станет лезть в толпу прокаженных.
Этельфлид прикрыла голову капюшоном, а лицо до глаз замотала материей накидки - теперь ее не узнают. Согнув спину и опустив глаза к земле, девушка шла вперед.
Через очень недолгое время конники догнали путников. Всадники видимо хотели узнать, кто такие эти паломники, но заметив обезображенные руки и заслышав стук трещоток, люди испуганно отодвигались в сторону. В свою очередь, нищие обступили лошадей и протягивали руки, выпрашивая подаяние и на все голоса слезливо просили всадников о снисхождении.
Напуганные шумом, лошади прядили ушами и переступали с ноги на ногу. Их всадники, как могли отбивались от прокаженных, обрушивая на их головы страшные проклятия.
Среди всей суматохи Этель хорошо разглядела отряд: их было человек тридцать. Плюмаж шлема Уилфреда виднелся где-то в середине отряда, рядом со знаменосцем. По правую руку от наследника Уайтфорда верхом на смирной белой кобыле сидел отец Стефан, сжимавший в руках ветку дуба и отбивавшийся ей от тех из нищих, что сумели прорваться к нему через кольцо всадников.
- Ах ты змея, - Этель не смогла сдержать негодования.
На минуту она задумалась, а потом улыбнувшись сложила пальцы правой руки щепотью, сделала ими такое движение, словно лущила горох и взмахнула кистью в сторону капеллановой кобылы. Раздался звук, похожий на жужжание многих пчел над летним лугом. В тот же момент, спокойная до этого лошадь громко заржала, резко поднялась на дыбы и рванулась вперед. Не ожидавший этого, отец Стефан кулем свалился на землю, но зацепился ногой за стремя и пока кто-то не остановил лошадь все же несколько футов проехался по пыли, показав всем вокруг свои тощие ноги. Всадники кругом покатились со смеху.
Капеллана подняли с земли и усадили на успокоенную лошадь. Хоть отец Стефан и желал казаться грозным и суровым, но пыльная ряса и сор в бороде сильно портила весь его вид.
Этель улыбнулась и пошла вперед, увлекаемая толпой прокаженных, понявших, что ничего не добьются от всадников. Единственное, что она слышала напоследок, это то, как Уилфред громко сказал, обращаясь к одному из спутников: "Видимо отца Стефана придется оставить в городе - падение с лошади не пройдет для него даром".

Last edited by Lomienna; 12.02.05 at 17:03.
Lomienna оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 16.02.05, 18:19   #72
Lomienna
old timer
 
Аватарка Lomienna
 
На форуме с: 03.2004
Откуда: Нигде
Сообщений: 1 006
Lomienna is an unknown quantity at this point
Похожее на новую медную монету солнце медленно и томно опускалось за верхушки деревьев. От дыма многих очагов края солнечного диска казались размытыми. Город был все ближе и людей на дороге прибавилось. Этель давно оставила позади прокаженных, своих невольных спутников.
До этого девушка была в городе лишь один раз ? на весеннем торге, когда вместе с Уилфредом и управляющим замка ездила выбирать скот. Ни тогда ни сейчас город ей не понравился ? слишком много людей, опасностей, да и этот запах? Этельфлид поморщилась. Уж лучше жить в лесу.
Наконец она достигла городских ворот ? низкого свода крепостной стены. Толстый латник с поеденным ржавчиной наконечником копья рядился с каким-то крестьянином из-за телеги и не обратил никакого внимания на Этель. Она быстро прошла мимо и сразу оказалась в круговерти узких захламленных улочек города. Под ногами хрустела зола, которую хозяйки не задумываясь выбрасывали прямо на улицу. Сточные канавы по бокам улиц пересохли из-за засухи и множество мух роилось над разным хламом.
Ремесленники и торговцы на все голоса нахваливали свои товары, хватали прохожих за полы. Оборванные мальчишки всех мастей сновали в толпе, угрожая кошелькам неосторожных людей.
Этельфлид не сразу сориентировалась и освоилась в городской толпе и лишь только через некоторое время, вынесенная потоком людей на главную площадь, решила что нужно делать.
Вся площадь была забита народом ? торговцы располагались в специально отстроенных рядах, больших шатрах, крестьяне - на телегах. Густой многоголосый гул висел над площадью: люди торговались, бранили негодный товар.
Этельфлид стала в стороне рядом с палаткой гончара и стала оглядывать площадь и толпу. Прямо напротив того места, где оканчивалась главная улица был возведен собор. Местами его фасад еще скрывался в деревянных лесах и каменщики с подмастерьями сновали тут и там, весело перекрикиваясь. Этель улыбнулась, оглядывая громаду собора ? как все-таки тщеславны люди. Вон сколько украшений, завитков, статуй, а все не ради благочестия, а ради славы города.
Этель решила зайти посмотреть, как собор устроен внутри, тем более что колокол на недостроенной башне уже призывал горожан на вечернюю мессу. Девушка отошла от палатки и пересекла площадь, чтобы подняться по каменным ступеням. Перед самым входом Этель приостановилась и посмотрела на тимпан над входом, расписанный сценами Страшного Суда, призванный внушать людям благочестие. Девушка улыбнулась еще раз и шагнула под своды собора, тем более что ее толкали в спину. Какая же это глупость ? вот она, безбожница вошла в храм и ее не убила молния. Так зачем все эти запугивания?
Этель прошла в правый неф и осталась там у колонны. Она не стала слушать проповедь священника, а принялась с любопытством оглядываться. В церковном полумраке лица людей были неразличимы. Однако Этель увидела, что на колонне, рядом с которой она стояла кто-то уже нацарапал несколько не самых благочестивых слов.
Этельфлид пробыла в храме почти всю мессу, но потом заметила, что лучи солнца, проникающие через окна стали слабеть и вспомнила, что надо бы еще найти ночлег. Девушка поспешно стала пробираться к выходу, не обращая внимания на недовольство прихожан. Она уже вышла из-под арки с тимпаном, как вдруг кто-то схватил ее за плечо. Этель резко обернулась и увидела отца Стефана с искаженным от злобной радости лицом.
- Ну вот ты и попалась, ведьма! ? прошипел уайтфордский капеллан, - И не пытайся кричать.
Священник, не отпуская Этель стал быстро спускаться по ступеням. О том чтобы вырваться и речи не могло быть ? капеллан держал руку очень крепко. Этель беспомощно оглядывала толпу, но никто не стал бы ей помогать.
Отец Стефан свернул с площади на одну из боковых улочек и зашагал еще быстрее. Очень скоро они достигли добротного каменного дома. Служанка как раз закрывала ставни на ночь. Капеллан отрывисто постучал в дверь, которая почти сразу открылась. Мальчик-прислужник высоко держал масляную лампу, освещая отцу Стефану путь в темных сенях.
Священник позвал служанку и приказал открыть подвал. Этель поняла, что ее решили запереть и стала вырываться. Капеллан злорадно засмеялся:
- Ничего, посидишь до завтра, а уж там я позабочусь, чтоб на костре тебе было нескучно!
Капеллан толкнул девушку в открытую дверь подвала и лязгнул ключом в замке. Этель упала на земляной пол сильно ударившись локтями.
В доме еще долго была суета ? по разговорам Этельфлид поняла, что это жилище местного священника, - но после все резко стихло, только где-то неподалеку потрескивал одинокий сверчок. Девушка устроилась на полу, подложив под голову свой мешок ? хотя бы не пришлось искать ночлег. А уж утром она что-нибудь придумает.
Lomienna оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 19.02.05, 19:10   #73
Finritel
old timer
 
Аватарка Finritel
 
На форуме с: 02.2004
Откуда: Дом на берегу Моря
Сообщений: 897
Finritel is an unknown quantity at this point
Юникорн - Финритэль

...Когда Элиза проснулась, Р а с с а еще мирно посапывал, свернувшись калачиком на скамье. Он проспал спокойно всю ночь, значит все с ним в порядке. Элиза улыбнулась: все не так уж и плохо! Она вдруг вспомнила, что последние дни, была сама не своя, как будто в вязком бреду. Так много всего случилось! Этельфлид, Уилфред, известие о ее родителях, пожар, Р а с с а. За те два года, что она прожила в лесу одна, не произошло и десятой доли недавних событий! И все же, ей стоило быть сильнее. Элиза усмехнулась над собой: да она только и знала, что ревела последние дни! Молго ведь быть и хуже. У нее же появились друзья, надежда на скорую встречу с родителями и тот, кого теперь она любила больше жизни... Сейчас ее сознание было удивительно светло, не осталось больше неуверенности и беспричинных переживаний. Девушка осознала, что ее цель, как и раньше, была найти отца и мать, и сейчас эта цель приблежалась к осуществлению. Она знала, что Уилфред любит ее, и что бы ни говорили, они будут вместе. Все равно они будут вместе! Элиза еще беспокоилась за Этель, но сегодня они обязательно должны встретиться с ней. А для этого надо побыстрее закончить все дела. Она откинула одеяло, легко спрыгнула со своего ложа и подошла к Р а с с е, чтобы разбудить его.

***
...Когда ювелир увидел камни, руки его затряслись от волнения. Он всеми силами старался не выдать своей радости. В жизни не попадались ему такие изумруды и рубины. Они были достойны украсить императорскую корону. Но эти двое простецов не должны догадываться какой ценностью владеют.
Ювелир откашлялся и приготовился солгать о цене. В лучшем случае он собирался заплатить десятую часть того, что стоили эти камни.
- Ну, вот что я скажу вам, сокрушенно покачивая головой, чтобы произвести больше впечатления на своих посетителей, начал он, - конечно камушки мутноваты, и ничего путного из них не? внезапно он запнулся и высыпал те рубины, что держал в руке на черную бархатную подушку, которая была приготовлена для товара.
Мессиру Тибо показалось что камни сейчас прожгут ему ладонь. Рубины засветились изнутри, ярким пламенем, а потом полыхнули, как живые глаза неведомого зверя, разгневанного ложью.
Ювелир с опаской покосился на Элизу, но девушка не производила впечатления колдуньи. Она смотрел с надеждой в ожидании окончательного слова мессира Тибо. Рыжий парень, судя по всему, был не так прост, но и он не мог знать истинную цену камней.
Тибо решил проявить порядочность и назвать половину цены. Он не притронулся к подозрительным рубинам, а взялся за изумруды.
- Ну, только из моего особого расположения к вам, и только потому что сейчас у меня есть заказ на?
Изумруды посыпались на подушку следом за рубинами. Тибо испуганно моргал. Он уже готов был заплатить вдвое, лишь бы поскорее избавиться от этих двоих.
Но тут в комнату вошла его супруга, а с ней госпожа Ренальф. Женщины продолжали прерванный разговор.
- Как жаль, дорогая Матильда, что мы не виделись вчера, - тараторила без остановки жена ювелира, - если бы ты зашла вечером, то застала у нас прекрасных господ, молодого синьора Уйтфордского замка с целым отрядом латников, а ещё почтенного капеллана, и одного юношу - он вроде в оруженосцах при Уилфреде Уайтфордском, по всему видно, любимец молождого синьора. Такой красавчик, просто загляденье. Сэр Уилфред купил для него отличный пояс, меч с ножнами, кинжал - всё это у оружейника, я это точно знаю, доподлинно, можешь мне поверить, вчера мы целый вечер судачили с племянницей оружейника и она мне столько всего порассказала. Оказывается невесту молодого синьора похитили!
- Да неужели? - Всплеснула руками госпожа Ренальф очень довольная, что ей удалось, наконец, вставить слово.
- Да, именно так - тот самый юноша и привёз вести об этом, так отец Стефан из ..... говорил, очень он на этого юношу сердит, а тот над ним только посмеивается, а синьор такой печальный, такой печальный: видно сокрушается о своей наречённой. Они ведь с детства сговорены.
Р а с с а повернулся к Элизе, чтобы видеть реакцию девушки на только что услышанные от жены ювелира слова. Он надеялся, что теперь-то она убедится в обмане своего Уилфреда. И действительно, Элли стояла, пораженная рассказом. Но в следующее мгновение она придвинулась к юноше и прошептала:
- Так вот, что на самом деле случилось... Бедняжка! Ты представляешь, как страшно ей там, у этих ужасных людей! Уилфред должен спасти ее!
Р а с с а хотел было что-то ответить, но тут к ним обратился ювелир:
- Я дам вам за эти камни... М-м-м... м-м-м... Тибо изо всей силы боролся со своим языком, но так и не смог назвать заниженную цену, - (?.) серебряных марок. - и даже зажмурился от ужаса, что произнёс это.
- Хорошо, - не торгуясь, кивнул Раса, - мы торопимся, так нельзя ли прямо сейчас.
- Как угодно, как угодно...

Last edited by Finritel; 20.02.05 at 06:16.
Finritel оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 20.02.05, 03:21   #74
Unicorn
old timer
 
Аватарка Unicorn
 
На форуме с: 11.2004
Откуда: иногда Неверленд, чаще - дорога
Сообщений: 769
Unicorn is an unknown quantity at this point
Финритель - Юникорн

После того, как они обменяли камни и купили на рыночной площади всё необходимое, Элиза и Раса в сопровождении наёмного слуги – носильщика вернулись в дом к мессиру Рэнальфу.
У двери мастерской талье Раса рассчитался со слугой и велел занести вещи в дом.
Не успели они с Элизой перемолвиться и парой слов о своих дальнейших намерениях, как
Госпожа Ренальф пригласила своих постояльцев разделить вечернюю трапезу со всеми домашними и Элиза с Расой не смогли отказать ей. Разговор во время ужина вертелся о последних городских новостях. Больше всего обсуждали предстоящий суд над ведьмой.
- Откуда она тут объявилась, дьявол её сюда прислал, что ли? Не к ночи будь помянут, тут же перекрестилась благочестивая жена талье.
После рассказа о ведьме госпожа Ренальф поведала и об интересных подробностях личной жизни молодого лорда Уайтфорда. В её устах история любви Уилфреда и леди Бланшефлер приобрела подобие модной жесты из тех, что распевали труверы.
Раса всё больше хмурился, но Элиза, казалось, не воспринимала эти подробности близко к сердцу.
Когда они после ужина остались в своей одни в своей комнате Раса в возмущении принялся расхаживать от стены к стене и всё повторял.
- Неужели ты не хочешь понять, он не вернётся к тебе! Никогда!
Элиза только молча покачала головой. Она не могла объяснить Р а с с е своей веры в Уилфреда, разве такое объяснишь… она просто верила. И говорить тут было не о чем.
- Я устала, давай ляжем спать, пожалуйста, - попросила она.
- Хорошо. – Тотчас согласился Р а с с а. Гнев его остыл, как только Элиза взглянула на него со своей мягкой улыбкой.
- Сегодня ты устроишься на ложе, а я на скамье, сказал он, - вороша угли в жаровне, а завтра мы отправимся дальше, теперь нам больше нечего делать в бурге.

Однако наутро, когда Раса ещё раз осмотрел все купленные вещи он сказал
- Я не подумал о том, как буду защищать нас в пути. Мы идём в чужие земли… в случае если кто нападёт в лесу или на дороге, не худо было бы иметь оружие. Мне доводилось драться только кулаками, а всё же стоит обзавестись чем-то посущественнее..
- Тогда я пойду с тобой, - ответила Элиза. Ей не хотелось оставаться одной в
доме талье, слишком болтливой была их благодетельница, госпожа
Рейнальф. К тому же Элиза хотела и себе выбрать что-нибудь у
оружейника.
- Как хочешь, но лучше бы тебе подождать меня тут. Я скоро вернусь.
- Давай, я все же с тобой пойду, хорошо? - мягко настаивала Элли.
- Нет…думаю тебе лучше подождать здесь.
- Но почему?
- Не знаю… мне трудно объяснить.
- Оставь, Р а с с а, это ты говоришь потому что просто не хочешь взять меня с собой! Почему я всегда должна ждать?- В голосе девуши послышались нотки обиды .
Хоть и с явным нежеланием, но ..... все же уступил.
Чем ближе подходили Элиза и Раса к рыночной площади, тем
многолюднее становилось вокруг. Народ стекался из переулков, возбуждённые
горожане шли в одном направлении – к ратуше.
- Неужели в дни торга это всегда так? – изумилась Элиза.
- Не знаю, - со всё возрастающей тревогой оглядываясь, отвечал Раса, вчера такого
не было. Послушай, может ты всё же вернёшься?
- Нет!
- Послушай, Элли, не стоит искушать судьбу, говорю тебе, возвращайся! Идём
я провожу тебя, и сам схожу к оружейнику, так будет лучше.
- Мы же решили уже, что я иду с тобой! - Элиза и слышать не хотела о
том, чтобы вернуться.
- Но я буду беспокоиться за тебя, идти медленнее, и опять мы ничего не
успеем! Нам надо выйти за городские ворота до полудня!
Эти слова юноши остудили Элизу. Чего она действительно не хотела, так
это быть ему помехой.
Видя, что Элли сдает позиции, ..... решил убедить ее теперь уже
окончательно:
- Или ты хочешь посмотреть казнь?
Девушка вздохнула и покачала головой.
- Тогда пошли обратно! – Он решительно взял её за руку.
Элиза больше не спорила.

Last edited by Unicorn; 02.03.05 at 05:32.
Unicorn оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 20.02.05, 03:24   #75
Unicorn
old timer
 
Аватарка Unicorn
 
На форуме с: 11.2004
Откуда: иногда Неверленд, чаще - дорога
Сообщений: 769
Unicorn is an unknown quantity at this point
Lomienna

Ее разбудили задолго до рассвета - служанка открыла дверь, и кивком головы указала на выход. В сенях собралась вся прислуга - мальчик привратник, державший лампу, кухарка с метлой в руках и рослый монах, живший вместе со священником. Все были напуганы - еще бы, ведь Этель считали ведьмой. Она гордо подняв голову прошла мимо всех и свернула к двери в комнату.
Отец Стефан со священником уже ждали ее, сидя за столом. Увидев Этель, священник сразу же осведомился у капеллана:
- Так что же, отец Стефан, это и есть та самая уайтфордская ведьма?
- Да, отец Вильгельм, это несомненно она. Вы знаете, что ее обвиняют в убиении младенцев и потраве скота?
- Ужасно, ужасно! Я сейчас же отпишу об этом епископу N-скому - нужно провести суд над этой девушкой! - и священник потянулся рукой к листу пергамента и перу, лежавшим рядом на низкой конторке.
Отец Стефан быстрым движением перехватил его руку.
- Ну к чему такие проволочки, отец Вильгельм, кто знает, на что способна эта ведьма, - капеллан быстро кивнул в сторону Этель, - лучше давайте назначим казнь на завтра.
Отец Стефан вложил в ладонь руки Вильгельма, которую еще не отпустил, кошель темной кожи. Тот странно посмотрел на кошелек, прерывисто дыша и слегка покачивая рукой, словно определяя тяжесть.
- Нет-нет, я не хочу подкупить вас, отец Вильгельм, но подумайте сколько богоугодных дел вы сможете совершить на эти деньги - достроить колокольню, оплатить витражи собора.
Отец Стефан аккуратно и решительно загнул пальцы собеседника и, наконец, отпустил его дрожащую руку, сразу упавшую вниз под тяжестью кошелька. Этель насмешливо фыркнула:
- А я еще удивлялась рассказам, что будто у некоторых священников детей больше, чем зерен в колосе пшеницы.
Отец Вильгельм резко вскинул голову и уставился на девушку.
- Несомненно, это несчастное создание одержимо дьяволом, - медленно произнес он, - и наш долг поскорее избавить ее от страданий. Брат Беренгар, - позвал священник рослого монаха, - ступай и приготовь все к завтрашнему сожжению ведьмы. А теперь уведи ее.
Этель пришлось собрать все силы, чтобы не упасть. Она даже сумела усмехнуться и сама дошла до двери в подвал. Монах грубо толкнул ее вперед и Этель, не ожидавшая этого ничком упала на пол. Она почувствовала, как по лицу полилось что-то теплое, и догадалась, что это кровь - видно обо что-то оцарапалась. Девушка кое-как прикрыла царапину куском материи, оторванной от рукава платья. Теперь нужно было придумать, что делать. Но усталость и страх взяли свое - Этель уснула, подложив под голову свой мешок.
Совсем скоро дверь снова открыли, и кухарка плеснула на спящую водой из ведра. От неожиданности у Этель перехватило дыхание - вода была очень холодной и пахла тиной. Жидкость затекла в нос и девушка закашлялась. Глядя на то, как она неуклюже ворочается на скользком полу, кухарка резко засмеялась и сказала:
- Так тебе и надо, ведьмино отродье!
Этель уже прокашлялась, посмотрела на нее и не удержалась, сказала:
- А кто тебе сказал, глупая, что я растеряла всю свою силу? Я ведь и так могу сделать, что у тебя счастья в жизни не будет.
Служанка зло сверкнула глазами, но промолчала. За ее спиной показалась фигура брата Беренгара. Он проговорил:
- Хватит, Мод! Уже рассвет и скоро прозвонят к утренней мессе. Отец Стефан приказал тебе надеть на ведьму вот эту рубаху, - монах протянул плотный темный сверток.
- Ну почему я! - воскликнула служанка, - Я ее боюсь!
Монах басовито засмеялся и решительно вложил в руки Мод сверток:
- Отец Вильгельм считает, что хоть я и монах, но и на меня могут навести чары. Так что придется тебе заняться нарядом ведьмы. Да, еще отец Стефан не велел никому копаться в ее вещах - мало ли чего там может быть.
Шаги брата Беренгара загрохотали по деревянному настилу, хлопнула дверь. Служанка Мод некоторое время еще постояла, потом решилась и вошла в погреб. Пристроила светильник на притолоку, достала из-за пазухи крестик и зажав его в кулаке подошла к Этель, стоявшей прямо посреди комнаты.
- Ну что же, ведьма, снимай свое платье - отец Стефан прислал тебе обнову...

Потом Этель вывели во двор, чьи-то руки помогли ей взобраться в телегу. Брат Беренгар привязал ее к столбу. Девушка даже не пыталась сопротивляться - не было сил. Монах вскочил на козлы и телега тронулась, подскакивая на булыжнике.
Этельфлид впала в полусон. В лицах прохожих ей виделись мать, отец, Элиза, мелькнуло лицо Уилфреда. Все они появлялись и исчезали в странном мареве. Откуда-то выплыло лицо Лиса. Этель моргнула, но оно не пропало, как другие до этого. Это действительно был их новый знакомец, стоявший посреди толпы на площади.
Из тумана сознания явилась какая-то девушка, вскочившая на телегу. Крики толпы, стук конских копыт. Кто-то дернул ее за руку и Этель провалилась в жаркую темноту бреда.


хххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххххх х

Меоф - Юникорн


***Вечером она въехала в город, лежавший на пути в Уэльс. Что-то тянуло её туда. Какая-то сила, злая или добрая, она еще не знала, только чувствовала призыв, который становился тем мощнее, чем ближе она продвигалась к Уэльсу. Эта сила манила и звала её.
В небе уже зажглись звезды. Стражники закрывали ворота.
Вонь и суета города увлекали и тревожили. Наступало время воров. Её время. Но сначала нужно позаботиться о крыше над головой. Гюрза тряхнул гривой, будто соглашаясь с этим. В глухих и темных уголках города всегда есть трактиры и харчевни, прячущиеся от дневного света, угрюмые и безобразные, где располагается разный сброд. И где не задают лишних вопросов, откуда и зачем ты приехал. Днём ли, ночью – она безошибочно могла найти такое место.
Гюрза шел, вскидывая голову и прижимая уши, косился на шершавые стены внутренних дворов, ограничивающие улицу с обеих сторон, на выступы вторых этажей, что нависали над головой, местами образуя подобие свода и совершенно скрывали небо.
Просветов между стенами и оградами не было, улица поворачивала то вправо, то влево, всего несколько раз на пути попадались такие узкие переулки, что по ним мог бы пройти только пеший.
Моргана уверено направляла коня, как будто бывала в этом городе раньше. Что вело её? Она и сама не могла бы ответить.
Вокруг становилось всё тише. Прозвучал сигнал к тушению огней и улица погрузилась во тьму. Некоторое время Гюрза шел на ощупь, Моргане только и оставалось, что доверится воле коня.
Но вот, за очередным поворотом, впереди и слева замаячил свет. Подслеповатые окна дома бросали серо-золотистую тень на землю и отражались в широкой сточной канаве. В стене были небольшие ворота над ними грубо намалёванная вывеска, с изображением головы быка.
По гулу, доносившемуся изнутри, Моргана поняла, что попала куда нужно. Она соскочила с коня, постучала кулаком в ворота, никто не ответил, подождав ещё немного девушка толкнула створку и та легко подалась.
Во дворе было светлее от смоляного факела, который чадил у двери.
Моргана подвела коня к толстому деревянному столбу, вбитому в землю. Другого места для привязи не было.
Девушка похлопала Гюрзу по холке и в надежде, что о лошади позаботятся слуги, вошла в трактир.
Здесь было полно народу. Мнимые нищие в изодранных лохмотьях, которые днём побирались, Христа ради теперь играли в кости и потягивали эль за тёмными от копоти дымного камина столами. Темные личности, скрывавшие свои лица, маячили по углам, пьянь, разные оборванцы, две полураздетых весёлых девицы, звякая колокольчиками, привешенными на щиколотках и запястьях плясали посреди комнаты, под визгливую мелодию флейты, и мерный стук тамбурина. В основном внимание присутствующих было занято этим танцем, но всё же несколько человек бросили в сторону Морганы подозрительные взгляды. В том месте не любили чужих.
Девушка прошла мимо них к стойке, не обращая внимания на грубый окрик лохматого мужлана в кожаной куртке надетой прямо на голое тело и рваных на коленках шоссах.
- Эй, хозяин! – громко сказал она и окинула взглядом весь сброд, что пялился на неё в недоумении.
Моргана откинула капюшон плаща и длинные волосы шелковыми волнами рассыпались по плечам. Это ещё больше поразило завсегдатаев таверны. Молодая женщина, ходит ночью без сопровождения, на такое решилась бы не каждая. А может она из таких же весёлых девиц, только одета как мужчина.
-Что угодно миледи? - Выступил из толпы маленький безобразного горбуна с маслянистыми глазками, его горб прикрывал откинутый на спину шаперон с длинными зубцами и кистью на конце капюшона, - а искривлённое тело облекала коричневая добротная котта из-под которой виднелась достаточно чистая камиза. За поясом был заткнул кинжал. Горбун щурился то и дело облизывал растрескавшиеся губы и потирал руки.
- Ты хозяин? – переспросила Моргана, горбун совсем не внушал доверия.
- Да, миледи, - с преувеличенной церемонностью раскланялся он. Безобразный горб при этом вздыбился над тщедушным телом.
Окружающие захохотали.
- У тебя есть свободная комната? – спросила Моргана, не обращая внимания на оскорбительный смех.
Хозяин окинул её таким взглядом, будто хотел рассмотреть, что у нее под одеждой. Вытянул язык и провел по губам.
- Для тебя всё что угодно…, - наконец ответил он и тоже разразился дребезжащим омерзительным смехом.
- Иди сюда, милая! – выдохнул ей в ухо здоровенный немытый детина, сидевший за самым ближним к девушке столом, и протянул к ней свою лапищу. От него несло дешевым вином и лошадьми.
Моргана не шелохнулась. Её рука под плащом быстро нашла кинжал.
- Убери свои грязные лапы, или я избавлю этот мир от твоего мерзкого присутствия, - холодно сказала она.
Горбун прыснул в кулак.
- Какая воинственная леди!
- Эй, Джонни! Смелей, смелей…
- Смотри, не слопай всё сам, позаботься, чтобы и нам осталось! - подзадоривали со всех сторон.
Детина повторил попытку схватить её. Моргана мгновенно выхватила кинжал и приставила к его горлу.
- Я предупреждала, убери лапы! – так же спокойно произнесла она и неожиданно выбила из под него табурет.
С грохотом и бранью здоровяк повалился на пол. На мгновение в таверне воцарилось гробовое молчание, только гудение пламени в камине нарушало эту тишину. Потом кто-то гоготнул, за ним ещё и сразу же поднялся такой оглушительный шум: хохот, визг и стук… что Моргана едва могла расслышать свой голос.
- Я снова спрашиваю тебя, есть свободные комнаты? – обратилась она к слегка ошарашенному горбуну.
-Там, на верху! – он указал кривым пальцем на лестницу. – Но деньги вперед!
- Нет! Заплачу, когда будут, - отрезала Моргана и направилась на второй этаж.
Он было заступил дорогу, но она всё ещё держала кинжал в руке и горбун смирился.
- Позаботься о моём коне, бросила она через плечо уже с лестницы.

Комната, где ей предстояло провести ночь, оставляла желать лучшего. Маленькая, давно не прибранная, с тюфяком, набитым сеном, вместо кровати. К тому же здесь стоял невыносимый запах гниения.
Моргана открыла рассохшиеся створки окна, впуская свежий воздух.
Поморщась, она накрыла тюфяк своим плащом и легла.
Сон долго не шел к ней. Она раздумывала над тем, куда ей завтра пойти, чтобы раздобыть хоть немного денег. В городе было несколько мест, где она могла поживиться: рынок, лавки ювелиров и церковь, где можно было облегчить кошельки нескольких прихожан. Но здесь добыча была бы самой скудной, а трогать ювелиров слишком опасно – много стражников. Оставался рынок. Моргана повернулась на бок. Что ж, значит рынок.
Едва забрезжило утро, она проснулась. У дверей обнаружился кувшин с водой, наверное, горбатый трактирщик сильно испугался, раз стал так внимателен к своей постоялице. Моргана осторожно умыла лицо и руки – вода была не совсем чистой, и, потом, её не хотелось намочить одежду.
Она расчесала пальцами длинные непослушные волосы и завязала тугим узлом на затылке. Накинув на плечи плащ, Моргана спустилась вниз. В трактире почти никого не было. Хозяин косо взглянул на нее, но ничего не сказал. В дальнем углу громко переругивались двое подозрительного вида молодчика.
- Сегодня удачная ночь! – говорил один другому. – Я разжился монетой и вот этим, - он достал из-за пояса бархатный кошелек, стоивший не малых денег.
- Я сегодня пуст, - отвечал второй, - хочу поразвлечься, я слыхал, что на площади будут ведьму жечь…
Моргана насторожилась. Инквизиторские костры всегда привлекали много народу, и там был настоящий простор для воров! Она жестом показала трактирщику, что хочет поесть и села за стол, покрытый сажей и салом от свечей.
Двое начали снова ругаться; пока Моргана ела, она смогла получить сомнительно удовольствие слушать их перебранку и изумляться изощренности их лексикона.
-Не жечь! Суда-то не было! Она сначала должна признаться во всём и раскаяться.
- Поешь дерьма из-под моего осла! Великий инквизитор нашелся! Отец Стефан, поди, знает как лучше! А ведьма, говорят, очень хороша! – он подмигнул товарищу. – Задерут ей платье, то- то потеха!
- Гы! Вот бы её пощупать. Молодая…, правда, дрянь... Жила в замке лорда Уайтфорда. Пригрел змею! Она погубила там всех младенцев в возрасте до трёх зим. Задушила а потом вырезала серца и засолила в дубовой кадке.
- Боже спаси нас грешных, - осенил себя крестом более удачливый вор.
- Да, особенно тебя! – заржал второй, - а говорят, - тут молодчик наклонился к уху собеседника и прошептал невероятную гнусность, от которой у Морганы покраснели щеки. – Спят с суккубами! И вообще делают такое… он опять зашептал, потом хлопнул товарища по плечу. – Идём, а то не протолкаемся к площади. Одни мы что ли хотим посмотреть, как ведьма начнёт на костре корчиться.
Воры ушли.
Моргана отставила деревянную миску в сторону. Аппетит у неё совсем пропал. Её бесило тупоумие и дикость людей, верящих в подобную чушь. Ей стало жаль девушку, которая сегодня должна была вот так ни за что расстаться с жизнью.
Маленький трактирщик всё поглядывал на Морагану, потирая руки. Наконец, он не выдержал и подошел, изображая на лице некое подобие улыбки.
- Э-э…, - начал он, - мне бы не хотелось потревожить, но как насчет денег?
- Денег нет. Хочешь, продай моего коня…, - Моргана состроила свирепую мину, - если сможешь подойти к нему!
- Э! Нет! – как-то испуганно протараторил горбун и часто-часто замигал глазами. - Я пытался вчера позаботится о нём, как пожелала миледи, но это чистый дьявол.
Моргана поняла, что он уже пробовал стреножить Гюрзу. И только усмехнулась, конь не давался никому кроме нее.
- Тогда, жди! Если вернусь сюда – заплачу, а нет, Господь возместит!
Она поднялась из-за стола и вышла. Несчастный трактирщик проводил её злобным взглядом, но спорить не посмел, он помнил про кинжал, а в общей комнате сейчас никого не было, чтобы защитить его от этой бешеной девки. Да если бы и были, вряд ли стали бы связываться.
Так что плакали денежки…и дьявол с ними, только пусть она проваливает, куда подальше со своим конём.
На костёр бы её вместе с той ведьмой… ишь глаза какие.

Гюрза радостно заржал, почуяв хозяйку.
- Бедный, ты всю ночь простоял не расседланным! – прошептала она ему в ухо, сняла с коня уздечку, ослабила подпруги. Потом напоила Гюрзу из круглого каменного чана, что стоял посреди двора, потом разыскала хлев и принесла оттуда хорошую охапку сена. И присев на край чана терпеливо ждала, пока конь с хрустом жевал душистые сухие стебли.
И только когда её верный друг насытился, глубоко удовлетворёно вздохнул и поднял голову, она опять взнуздала его, подтянула подпруги и выехала со двора.
Вскоре Моргана уже неторопливо ехала к рынку.
Она спешилась в кривом переулке, под углом выходящим на рыночную площадь и прикрыла голову капюшоном.
Это было хорошее место для обзора - Моргана видела всё и всех, а её не видел никто. Разве что случайный мальчишка, или такой же, как она проходимец иногда вглядывался в полумрак этого безлюдного переулка. Ей пришлось выжидать довольно долго.
Было около девяти или десяти утра. И народ уже стекался на рынок в поисках нужных товаров, сплетен и впечатлений. Их было так много, простаков, прячущих свои набитые звонкой монетой кошельки за поясами или сжимающие последние медяки в кулаке. Она вглядывалась в их лица, выбирая жертву. В рядах с одеждой мелькнула чья-то рыжеволосая голова. Моргана натянула перчатки и похлопала коня по шее.
- Жди меня здесь!
Потом слилась с толпой и стала быстро пробираться в нужный ряд.
Вскоре она нагнала юношу, в коричневом плаще. Рыжие волосы и по девичьи красивое лицо… она заметила его еще из своего укрытия. По одежде он выглядел как слуга, но намётанный глаз воровки выхватил в осанке и манерах какое-то несоответствие нарочито простому костюму. То же чувство, что гнало её в бург, подталкивало Моргану следить за этим человеком. Так ли хорош его кошель, как привлекательна внешность…
Кажется, этот мнимый слуга тогда был не один, а с девушкой, но сейчас Моргана не видела его спутницу. Может, та вошла в одну из лавок?
Моргана держалась от рыжего на расстоянии, изучая и приглядываясь. Он останавливался, осматривая товары. В какой-то момент Моргане показалось, что он заметил её, но он продолжил свой путь.
Ветер отвернул полу его плаща, и она заметила тугой, бархатный кошель, что изрядно оттягивал пояс намеченной ею жертвы.
- Оле! – шепнула она самой себе, незаметно достала кинжал и приблизилась к рыжеволосому незнакомцу так близко, чтобы можно было срезать кошелек.
Они попали в толчею, и Моргана нарочно позволила дюжему бородачу пихнуть её. Она ощутила тепло чужого тела, её кинжал уже коснулся шнурков, удерживающих кошелек.… Но вдруг кто-то сильно сжал её руку. Она дернулась, чтобы понять, кто поймал её, и увидела, что её держит сам владелец кошелька. Моргана слегка побледнела и замерла. Боковым зрением она заметила приближающихся стражников. Но рыжеволосый даже не попытался привлечь их внимания, он глядел на нее, чуть улыбаясь. В его зелёных глазах плясали золотистые искры, взгляд был почти доброжелателен.
Моргана снова потянулась, пробуя освободиться. Но не тут то было.
- Чего тебе надо? – прошипела она, ткнув рыжего локтем. Её глаза яростно сверкнули.
- А мне показалось, что это тебе что-то понадобилось от меня.
- Пусти!
- Не теперь.
- Я закричу!
- Давай, вон как раз и городская стража, - он поболтал перед её носом надрезанным ремешком кошеля, - так что, будешь кричать?
- Нет…
- Идём со мной.
- Куда? Ты хочешь отвести меня к судье?
- Да нет, же…
- Везут, везут! – раздались громкие крики в одном из переулков, что вёл к ратушной площади.
Толпа заволновалась. Моргану и рыжего совсем притиснули друг к другу, он всё продолжал крепко удерживать её за руку, хотя в этом не было необходимости, в такой тесноте она не смогла бы убежать.
- Что здесь происходит? – нахмурился рыжеволосый, отпихивая разносчика, который совсем навалился лотком на Моргану.
- Будут жечь колдунью, - пожала плечами она, - говорят, уморила в поместье какого-то лорда Уайтфорда всех детей и устроила пожар в хлевах.
В это время на площадь выкатилась телега с укреплённым посредине столбом, к которому была привязана закованная в цепи темноволосая девушка в грубой длинной рубашке. Она подняла разбитое в кровь лицо и обернулась в сторону рыжего и Морганы.
- Боже Милостивый, - с ужасом выдохнул юноша, - Этельфлид!
-Ты знаешь её? – Моргана взглянула на девушку, потом на его побледневшее лицо.
- Да! Я должен выручить её, - он выпустил руку Морганы и принялся яростно протискиваться к телеге.
- Стой! – Моргана схватила его за полу плаща, - безумный, да они и тебя сожгут вместе с ней.
- Иди своей дорогой!
- Ну уж нет!
Моргана быстро осмотрелась. Они оказались рядом с оружейной лавкой, почти напротив того переулка, где её ждал Гюрза. Телега с девушкой двигалась медленно, то и дело останавливаясь. Толпы зевак и завывающих фанатиков не давали прохода.
-Сюда! – она потянула юношу за собой.
Оружейник, раскрыв рот, глядел в сторону толпы и совсем не обращал внимания на свой товар, разложенный на широком подоконнике. Моргана подошла ближе к прилавку и так ловко вытянула из-под самого носа хозяина короткий одноручный меч, что никто даже не заметил.
Она быстро сунула оружие рыжему.
-Держи! А теперь слушай внимательно! Я могу помочь тебе спасти её.
Он как-то недоуменно посмотрел на меч, но потом, будто вспомнив что-то, крепче сжал рукоять и произнёс совсем другим тоном.
-Говори!
- Я сейчас проберусь ближе к телеге, там кроме неуклюжего толстого монаха, самодовольного священника на белом муле, да трусливого караула городской стражи никого нет. У инквизиции простые замки… Как только я заберусь на телегу и освобожу твою подружку, будь готов. Я свистну…, посмотри туда, - она указала на кривой переулок, - там мой конь. Справишься – мы спасены!
Рыжий не успел ничего ответить, потому что оружейник всё таки заметил пропажу и увидав меч в руках юноши завопил.
- Воры! Воры! Держи…
Моргана не стала дожидаться пока их схватят и ринулась через толпу. Она даже не знала, понял ли её рыжий, но всё равно протискивалась к телеге с приговорённой к страшной казни жертвой.
-Ну, пропусти! Посторонись! – то и дело кричала она, расталкивая любопытных.
Вот и телега. Толстый монах потирал брюшко слева от Морганы, справа гарцевал священник. Стражники расчищали дорогу впереди лошади.
Путь был свободен. И Моргана неожиданно вскочила на телегу. Девушка, привязанная к столбу, взглянула на нее с ужасом и удивлением. Толпа загудела, и подалась вперед, отрезая путь священнику, который метнулся, было к пленнице.
-Ведьма! – изображая припадок, закричала Моргана. – Сожжем её здесь!!
Толпа всколыхнулась, выдохнула и заревела, приветственно и грозно. Моргана повернулась к девушке, та дрожала.
-Не бойся! – шепнула Моргана, она быстро расправилась с несложным замком и разрезала кинжалом верёвки.
К ним уже потянулись чьи-то руки. Но Моргана ударила по ближайшей кинжалом, раздался визг. Она откинула со лба выбившиеся пряди и пронзительно свистнула. Гюрза вылетел из переулка, Моргана заметила, как рыжеволосый взвился на него и взмахнул мечом. Конь встал на дыбы, но всадник удержался в седле. Да, она не ошиблась – этот рыжий не слуга!
Гюрза заржал и опустил копыта на головы тех кто мешал ему двигаться вперёд.
-Скорее! – Моргана схватила растерянную девушку в охапку и спрыгнула с ней вместе на землю.
-Держите! Держите! – завопили вокруг. Моргана видела, как несколько стражников и священник на лошади пробиваются к ним. Толпившиеся вокруг них люди шарахались в сторону. Кого они больше боялись – её или ведьму?
-Это дьяволица спасает ведьму! – заверещал кто-то рядом.- Они заодно! Бейте их, топчите! Но никто из толпы не рисковал коснуться даже края одежд. Задние напирали не передних, а те пятились, кричали, осеняли себя крестом или выставляли сложенные в защитный знак пальцы.
Но всё равно конец! Через толпу не пробиться.
Один из стражников подступил совсем близко. Он замахнулся мечом… Моргана закрыла собой незнакомую девушку. Но путь стражнику преградил рыжеволосый. Он парировал удар и направил Гюрзу прямо на второго латника из караула.
Разъяренный давкой жеребец кусался и лягался
- Этель! Руку! – крикнул рыжий и быстро подсадил спасенную девушку на коня впереди себя. Моргана запрыгнула сзади и ухватилась за пояс рыжего.
Гюрза вынес их из толпы и прянул в тот самый переулок где ждал хозяйку. Рыжий правил уверенно, как видно он хорошо знал путь к городским воротам. Но втроём они не могли уйти от погони.
- Стой! – дёрнула его за пояс Моргана. Я слезу.
- Нет! – на ходу замотал головой он.
- Говорю тебе, стой! Меня не заметят, я смешаюсь с прохожими и легко выйду из города. Если пойдём все вместе – не выпустит стража.
Рыжий придержал Гюрзу. Моргана соскользнула с коня и принялась распускать шнурок плаща. - Вот, возьми, прикрой её лицо и рубаху. А стражникам у ворот кинешь серебро, они тогда и заглядывать не станут кто это с тобой.
- Благослови тебя Бог! – С трудом разлепляя запёкшиеся от крови губы произнесла спасенная девушка.
Моргана только махнула рукой, потом кинула рыжему плащ.
- Вернёшь вместе с конём, засмеялась она, - поезжай, не медли.
- Встретимся за мостом у старого брода, - отвечал он Моргане, - мы будем ждать тебя до захода солнца.
- Ладно, торопись! Смотри вон опять за нами!
В начале улицы бежали размахивая мечами вооруженные люди.
Рыжий ударил коня пятками, но Гюрза заартачился, он не желал покидать хозяйку.
- Вперёд, вперёд Гюрза! – крикнула Моргана и хлопнула вороного по крупу.
Жеребец покорился, взял с места в галоп, а Моргана юркнула в щель между домами.
Моргана бежала, пока позади не стих шум погони. Она остановилась, чтобы отдышаться. Чертов парень!! Ускакал на её коне! Не оставлять же друга.
Но рыжий…Его глаза, совсем юное, почти детское лицо и такая уверенность одновременно во всех движениях, как у закаленного воина, запах и тепло его тела. Как давно она не была с мужчиной! Моргана усмехнулась самой себе.
Значит, за мостом… у старого брода…

Last edited by Unicorn; 17.03.05 at 05:03.
Unicorn оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 20.02.05, 03:28   #76
Unicorn
old timer
 
Аватарка Unicorn
 
На форуме с: 11.2004
Откуда: иногда Неверленд, чаще - дорога
Сообщений: 769
Unicorn is an unknown quantity at this point
Меоф - Юникорн

За мостом у старого брода

«Почему он не сдал меня стражникам? – думала Моргана пробираясь мрачными переулками к старому мосту. – И вообще, что он за человек? По одежде слуга, но справился с Гюрзой, как опытный наездник… Может, один из бастардов какого-нибудь графа? Владеет оружием….Подружка ведьма, другая куда-то пропала. Черт! Во что я опять вляпалась?!»
Моргана вышла на людную улицу. Ей было неуютно. Она опустила голову.
«И зачем он назначил эту встречу, а я так легко согласилась?… - она замедлила шаг. – Ну, я же не могу оставить ему Гюрзу! Поэтому! Или нет?! Снова черт! Я иду туда, потому что он мне понравился! Мне! Мне понравился мальчишка, которого я хотела обворовать, который поймал меня и не выдал, и подружку которого я спасла! О чем я думаю?! Вдруг, это какая-то ловушка? …Сомневаюсь. Зачем ему все это? Я была в его руках…» - она вспомнила тепло его тела. «В его руках…, и я хочу снова прижаться к нему…, он так чист и невинен…»
Городские ворота были уже близко. Стражники неспешно прохаживались вдоль стен(?). Моргана пожалела, что у нее нет плаща. Она решительно направилась вперед. Один из стражников с подозрением уставился на нее.
-А ну стой! – он схватил её за руку, чуть выше локтя. Моргана взглянула стражнику в лицо своими разноцветными глазами. – Черт! – выругался тот, отталкивая ее. – Дьяволица!
Моргана быстро прошмыгнула мимо него и выбралась на дорогу. Она прибавила шагу и за полчаса добралась до развилки дорог. Одна шла напрямик мимо крестьянских полей, другая давно нехоженая, убегала в лес. Уже стемнело, когда Моргана вышла к старому мосту. В зарослях кустов призывно заржал Гюрза.
Она огляделась. Где же рыжий? В излучине реки прятался островок. Должно быть, он укрылся там. Моргана подошла к воде.
-Эй! – окликнул знакомый голос.
-Рыжий, это ты? – на всякий случай спросила Моргана.
- Да, я на острове. Подожди, сейчас я пригоню лодку.

Лодка шаркнула днищем по песку. У берега было мелко, Раса забросил вёсла в лодку и спрыгнул в вводу.
Моргана ждала его у самого берега.
- Этель на острове, но твой конь там в кустах. Идем, я покажу тебе … Я не расседлал его, думал ты выберешься из бурга скорее.
Сейчас, только привяжу лодку, не то снесёт течением…
Моргана молча кивнула. Она не знала о чём говорить с ним.
Рыжий раздвинул кусты и Моргана увидела коня.
- Гюрза! – радостно воскликнула она. Жеребец опять громко приветственно заржал, заслышав голос хозяйки, переступил и потянулся к девушке.
Он трогал её за плечо мягкими губами, Моргана нежно трепала гриву, ласкала горбоносую морду.
- Что соскучился? Дурачок,…думал я брошу тебя? Ну, полно…давай снимем седло, приговаривала она, расстёгивая подпруги, - вот так…
- Я помогу, - услышала она за спиной, и сильные руки перехватили тяжёлое седло. Моргана отступила в сторону и позволила Рыжему сделать это. Он снял седло и поставил на ствол поваленного дерева, потом снял с Гюрзы потник и принялся обтирать спину и грудь коня жгутом, свёрнутым из сухой травы.
Моргана смотрела, как он ловко управляется со всем этим.
«Может беглый? Был конюхом» - думала она, - «нет, на раба не похож… скорее оруженосец какого-нибудь рыцаря. И денег порядочно,…вор? Нет, и это вряд ли.»
- И не тяжело тебе одной промышлять? – Спросил Рыжий.
- А почём ты знаешь, что я одна? – усмехнулась она.
- Да по всему видно… я и сам такой неприкаянный.
- А ты, почему один? – задала она встречный вопрос.
Рыжий пожал плечами и отбросил размочаленный жгут в сторону.
- Идём к берегу. Там где лодка осталась совсем пологий спуск к воде. Напоим коня, а потом привяжем здесь и вернёмся на остров.
Моргана совсем и не собиралась плыть с ним на остров, но почему-то без возражений повела Гюрзу к реке. И что он командует, этот Рыжий мальчишка. Видала она и не таких,… нет таких не видала. Странный он. И даже спасибо не сказал. Как будто она должна была стаскивать его подружку… эту, как её там … Этель что ли, с костра.
И имя свое не назвал, и не спросил, как её зовут. Ну, так и она не станет спрашивать. Завтра каждый из них пойдёт своей дорогой, так зачем ещё имя…Лишние воспоминания.
Гюрза неторопливо тянул воду, поднимал голову, прислушивался, потом опять макал морду в реку. Наконец напился, фыркнул, и вышел на берег.
- Теперь дождусь рассвета и поеду.
То ли себе самой, то ли своему безымянному товарищу сказала Моргана.
- У Этель жар… ты можешь помочь? – Спросил Рыжий, как будто не слышал её слов.
- Не знаю, - буркнула Моргана, я не слишком хорошо смыслю во врачевании.
- Тогда привяжи коня. Я перевезу тебя на остров, и ты побудешь там с Этель, пока я не приведу Элизу.
- Пока ты что? – Не поняла Моргана.
- Вернусь в бург, там осталась названная сестра Этельфлид. Она не знает что мы здесь. Она ничего не знает, и будет тревожиться о нас.
- Сестра? – недоверчиво протянула Моргана, - и она не знала о казни.
Рыжий не удосужился ответить.
Врёт! Решила Моргана, но не высказала подозрений. Вместо этого она совершенно неожиданно для себя спросила.
- А ты сам – то кто этой Этель? Жених что ли названый?
- Никто. Мы случайно встретились, долго рассказывать. Идём.
- Нет, постой. А если я не хочу на остров.
- Ты только побудь с ней пока, я не вернусь, а потом делай что хочешь, - совершенно спокойно заявил Рыжий.
- Да как же ты собираешься попасть за городские стены ночью? – Не выдержала Моргана. И потом… посмотри на себя, тебя трудно не приметить. Знаешь,…уж лучше я за ней схожу.
Да что происходит? Зачем она ввязывается в это сомнительное дело? До этого Моргана жила сама по себе, и боролась только за себя, никаких благодеяний ближним. И что это на неё нашло?
- Нет, - улыбнулся Рыжий.
В свете высоко стоящей луны Моргана хорошо видела его лицо. А волосы казались не рыжими, а золотыми. Чисто ангел…
- Ты и так слишком рисковала собой ради нас с Этель… просто побудь с ней, прошу тебя, - добавил он и взял Моргану за руку.
Она немного помедлила, но вдруг неожиданно для самой себя улыбнулась в ответ и сжала его ладонь.
Хорошо, только ты подождёшь со мной до рассвета. Раньше тебя всё равно стражники не пустят, а утром ты с крестьянами, что приедут на торг, сможешь пройти незамеченным. Если голову прикроешь,…- рассмеялась она.
- Ладно, - опять улыбнулся он, и Моргана отвела глаза, чтобы не смотреть на его губы которые притягивали её.
Она быстро перебралась в лодку.
-Все хорошо? – спросила она. Рыжий кивнул и окинул ее долгим изучающим взглядом.
Не доверяет? Да ей-то что...И всё же Моргане почему-то не хотелось чтобы он думал о ней дурно. Чёртов рыжий... надо же чтобы именно его она хотела обчистить... и чтобы именно его подружка оказалась ведьмой. Ведьма... Моргана с горькой усмешкой отвернулась. Сколько раз её саму так называли! Отчего он не сдал меня стражникам?

Весла тихо погружались в воду, разбивая отражение усыпанного звёздами неба. Луна опустилась и зашла за деревья. Стало совсем темно, и очертания небольшого островка едва можно было различить на фоне бархатно-чёрного неба.
Моргана и Раса причалили.

- Затащим лодку в кусты, чтобы с дороги не было видно, - сказала девушка.
- Да, пожалуй ты права, - согласился Рыжий, - нас с Этель будут искать.
- Вот я и говорю, что надо быстрее убираться отсюда.
- Идём, посмотрим как она, - пропустив её замечание мимо ушей, сказал он, раздвинул кусты раздвинул кусты и пошел вперёд по тропинке.
Этельфлид спала, свернувшись в комок под плащом Морганы. Даже во сне она дрожала, а лоб её пылал жаром.
- Ей совсем худо, - присев на корточки возле спящей удручённо покачал головой Рыжий, - лучше мне пойти за Элизой сейчас. Останься с ней…
- Нет! – воскликнула Моргана.
Раса поднялся и пошел к берегу.
- Стой! – Она бегом догнала его и схватила за руку. - Ты обещал мне!
Раса остановился и обернулся. Теперь они стояли совсем близко друг к другу, так близко, что ей оставалось только склонить голову, чтобы прижаться щекой к его груди. – Ты мне обещал, - почему-то шепотом повторила она, потом привстала на носки, закинула руки за шею Расы и прильнула к нему всем телом.
Повинуясь безотчётному желанию, он обхватил её тонкий стан, ещё сильнее прижимая к себе. Новые чувства нахлынули и поглотили его. Так он ещё не разу не обнимал женщину.
- Чего ты хочешь,… - пробормотал он, заглядывая в её глаза, отражавшие звёзды.
- Чтобы ты остался со мной сейчас.
Он отпустил её, снял руки девушки со своих плеч.
- Хорошо, подождём до утра, - он всё же пошел к реке, сел на берегу и уставился на чёрную воду. Раса не мог разобраться в своих чувствах. Он совсем не знал эту девушку и вряд ли когда-нибудь узнает ближе.
Утром она уедет, они больше не встретятся. И это к лучшему.
Отчего же так сильно бьётся сердце и перехватывает дыхание, когда она рядом? Вот и теперь…
Моргана подошла и остановилась немного в стороне.
Она бросила в сторону Расы несколько коротких быстрых взглядов. Но он не смотрел на нее. Моргана повела плечами, было промозгло. Где-то неподалеку тихо журчала вода. Видно в реку впадал родник.
Моргана вспомнила, что давно не мылась, она медленно пошла по берегу.
Ночь вступала в свои права, и над водой уже клубился туман. Из леса доносились чуть приглушенный неясные вздохи и шорох.
Моргана вышла на небольшую поляну у реки, здесь можно было выкупаться и смыть грязь последних дней. Она быстро скинула одежду, оставив только доходящую до колен полотняную камизу, закрутила волосы и бесшумно скользнула в воду, которая оказалась тёплой и мягкой. Моргана плыла против течения, наслаждаясь мощью боровшегося с ней потока.
Осклизлые вялые водоросли щекотали ее тело. Она перевернулась на спину и утомлённая борьбой отдалась воле течения. Река понесла её обратно, в излучине быстрина резко свернула влево, Моргана опять перевернулась в воде, плеснула в небо звёздными брызгами и рассмеялась.
- Кто здесь?!
Раздался с берега голос Рыжего.
- Это я! – ответила Моргана и подплыла ближе. Он всё так же сидел на стволе поваленного дерева у самой воды и вглядывался в темноту. Пальцы ее ног коснулись каменистого дна. Моргана вышла на берег и распустила волосы.
***

Раса молча смотрел на нее. Мокрая камиза облепила тело Морганы, девушка стояла перед ним будто обнаженная. Его взгляд волновал, обострял чувства, заставлял трепетать, жаркая волна прошла по ее телу. Она опустилась перед ним на колени и неожиданно поцеловала в губы. Запах реки и леса, близость его тела, закружили голову.
Раса задохнулся, застонал от мучительного желания неожиданно и властно захватившего всё его существо. В целом мире сейчас для него не существовало ничего кроме её волшебных податливых губ.
- Идём, идём со мной… шептала Моргана, покрывая его лицо быстрыми горячими поцелуями, нежные пальцы распустили шнуровку его камизы, проникли под полотно и ласкали мускулистые плечи Расы.
Вдруг она отстранилась, поднялась и потянула его за собой вглубь острова, под огромное развесистое дерево, здесь у корней было сухо, мягкий мох покрывал землю.
- Мне холодно…помоги… я разденусь, - пробормотала Моргана, и тихо рассмеялась от его торопливых неумелых попыток освободить её от мокрой камизы.
Когда Раса попытался стянуть с неё одежду, руки его задрожали, сердце зашлось, как от быстрого бега.
- Постой, я сама, - всё смеялась она, опускаясь на мох. Иди же,… иди ко мне…о, какой ты нетерпеливый. Дай, я развяжу твои брэ,…-
Моргана протянула руки, схватила его за плечи, побуждая лечь рядом. Потом легонько толкнула и заставила повернуться на спину.
Густые ветви не пропускали даже того скудного света, что исходил от усыпанного звёздного неба, Раса не видел лица Морганы, он только чувствовал прикосновения.
Но вот, словно разверзлась огненная бездна и то напряжение, что возрастало в нём, рассыпалось огненным дождём, под закрытыми веками. Проваливаясь в бархатное забытье, он ещё услышал её тихий смех и голос.
- Как тебя зовут, рыжий?
- Джонатан, - расслабляясь, выдохнул он, потом всё исчезло в томном мареве глубокого сна.
Когда Раса очнулся, было всё так же темно. Он лежал под ворохом одежды рядом девушкой, которая была ему совсем незнакома. Кто она? Почему они здесь… он был с ней… он познал её! Раса не думал сейчас ни об Этель, ни об Элизе, он помнил лишь горячую плоть и восторг освобождения…,её губы были такими сладкими, а тело влажным и прохладным.
Она пошевелилась, плотнее прижимаясь к нему, и Раса сейчас же снова загорелся желанием.

Рассвело.
Теплые лучи летнего солнца вызолотили листву деревьев, еще полусонных и чуть трепещущих яркой зеленью. В лесу запели птицы, сначала несмело, потом все звонче и радостнее. Прохлада и полумрак ночи отступили к реке и вскоре исчезли с призрачным утренним туманом.
Моргана открыла глаза и потянулась. Раса еще спал лежа на спине.
Она приподнялась на локте и взглянула на его лицо, под глазами пролегли темные тени и тонкие едва заметные морщинки залегли в уголках губ. Он нахмурился, и повернулся на бок. Моргана легко и нежно дотронулась до рваного шрама на его груди, вчера она не заметила его, как и родимого похожего на крыло бабочки. Шрам под самым сердцем, а родинка чуть выше, около левого соска.
Значит, он всё же воин... теперь понятно, почему так хорошо владеет мечом. И зачем он скрывает это... да мало ли зачем? Моргана ещё раз дотронулась до его груди.
Джонатан вздрогнул и проснулся.
- Доброе утро, - шепнула Моргана и с улыбкой потянулась, чтобы поцеловать его, но юноша отстранился, несколько мгновений смотрел на нее молча, потом резко встал и принялся одеваться с таким видом, будто её здесь и не было.
Он медленно выбирал свою одежду, а её вещи откладывал в сторону.
Моргана равнодушно наблюдала за ним.
Она даже не застыдилась своей наготы. Ей вдруг стало холодно и душно одновременно. Сердце забилось где-то у горла, она судорожно выдохнула, пытаясь не показать, что задета его молчанием.
" Он презирает меня! Я всего лишь грязная девка, с которой он провел ночь! Что он знает обо мне кроме этого? Воровка,+ правда, я спасла его подружку, зато он не выдал меня стражникам. Выходит услуга за услугу... не более "
Она быстро накинула камизу и пошла к тому месту, где они оставили Этель, но потом свернула с тропинки и побежала в сторону.
Раса смотрел ей вслед.
Женщина, имени которой он так и не спросил, была прекрасна, она подарила ему наслаждение равного которому Раса ещё никогда не испытывал и не знал, испытает ли вновь.
В эту ночь Божий мир перевернулся в его сознании. И всё же+ он больше не был чист, как прежде. Он изменил Этельфлид!
Теперь его чувства метались между восторгом и отчаянием, должно быть он совершил с этой женщиной нечто постыдное и вместе с тем стремился снова и снова повторять это. Он бы хотел догнать её, развернуть за плечи, обнять и целовать,... а потом повалить на траву+ её губы как мёд, от одного воспоминания о поцелуях Морганы у него закружилась голова, и пресеклось дыхание. Боже милостивый! Это наваждение...
Нет, он не должен уступать постыдной страсти.
Раса ещё немного постоял, потом тряхнул рыжими кудрями и заставил себя не думать о том, что произошло между ним и этой незнакомой женщиной. Он сумеет забыть...сумеет вернутся к Этель.

Едва сдерживая слезы, Моргана почти бегом бросилась к реке.
- Боже мой, Боже! - повторяла она.
Вода показалась ледяной. Но она хотела смыть со своего тела следы этой ночи, его запах, прикосновения его рук...
Она ожесточённо тёрла плечи, грудь, живот и только окончательно закоченев, стуча зубами, вылезла на берег. Натянула оставленную неподалеку одежду, дрожащими пальцами расправила волосы.
Обида и гнев бушевали в груди.
Моргана закрыла лицо руками. Нет! Она не заплачет. Ей все равно, что он о ней думает! Наплевать! Она направилась к тому месту, где рыжий оставил лодку. Скорее прочь отсюда!
Но он уже стоял там, а рядом с ним и спасенная от костра девушка. Вот она обернулась, увидела Моргану и протянула к ней руки. Видно бедняжка была ещё очень слаба, потому что тут же пошатнулась и упала бы, но рыжий успел поддержать её и осторожно помог сесть на землю.
Не похоже что-то на сестру, сжала губы Моргана, но всё же пошла к ним.
Она даже не поняла, что сказала ей Этель, только молча кивнула и вопросительно посмотрела на рыжего. Он протянул ей измятый плащ.
Моргана кивнула и набросила его себе на плечи, потом закрыла глаза и позволила дикой боли, которую пыталась сдержать, терзать ее сердце.
"Почему? Почему мне так плохо, почему так больно?!" - спрашивала она саму себя, но не знала ответа. Сколько прошло времени, она не знала, но когда открыла глаза, рыжий был уже на середине реки.
Этель всё сидела на берегу, задумчиво пересыпая речной песок из ладони в ладонь. Видно поняла, что Моргана не хочет сближаться и говорить с ней или была погружена в какие-то свои размышления. Моргана осмотрелась и пошла вдоль берега, ища место помельче.
Река казалась темной и молчаливой. Чуть дальше, там, где она резко поворачивала налево, в воде колыхались водоросли. Значит не очень глубоко. Моргана пронзительно свистнула. Со стороны моста послышалось ржание и уже через минуту Гюрза, поднимая брызги, перебрался на остров.
- Умница, - Моргана подобрала концы оборванной уздечки и стянула их плоским узлом, потом вскочила на коня и направила обратно в воду.
В этом месте река оказалась не глубокой - Гюрзе по грудь, но сильное течение сносило жеребца в сторонув.
Моргана несколько раз ударила коня пятками. Фыркая, он выбрался на берег.
Словно повинуясь некоему призыву, Моргана обернулась.
Этель стояла на противоположном берегу у самой воды. Моргана хотела сделать вид, что не замечает, но Этель подняла руку в прощальном жесте. Моргана не смогла удержаться и махнула в ответ. Потом отвернулась и больше уже не смотрела в сторону спасённой от костра девушки.
-Скорее! Скорее! - говорила Моргана. Она нашла седло, затянула подпруги..., - Все! Гюрза, в путь!
Конь помотал головой, коротко заржал и сорвался с места галопом. Теплый ветер ударил в лицо, Моргана вновь ощутила призывающую ее силу. Теперь она знала - это зло и оно все ближе... Но ей было все равно. Что-то оборвалось внутри нее, и она заплакала.
Гюрза сбавил шаг и повел ушами.
-Не беспокойся, мой милый, даже я иногда плачу!

Last edited by Unicorn; 09.03.05 at 07:21.
Unicorn оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 02.03.05, 03:06   #77
Unicorn
old timer
 
Аватарка Unicorn
 
На форуме с: 11.2004
Откуда: иногда Неверленд, чаще - дорога
Сообщений: 769
Unicorn is an unknown quantity at this point
Юникорн - Финритель

Опять в бурге Элиза и Р-а-с-с-а


ххххххххххххххххххххххххххххххххххх


Lomienna

Она очнулась оттого, что почувствовала, как какой-то паучок взбирается по ее руке. Этель это было неприятно и она резко дернула локтем, стараясь согнать назойливую букашку. Она попыталась сесть и это почти удалось, но только почему-то небо опрокинулось на бок и примятая трава снова оказалась под щекой. Этель попробовала сесть еще раз, но с таким же успехом. Тогда она решила, что нужно еще немного полежать.
Оказалось, что Этель находится на какой-то поляне в лесу. Прохладный предрассветный ветер приносил запахи воды и тины - где-то рядом была река. Этель не видела, была ли это поляна или еще что, потому что бледный, как вода с молоком, туман плотно обступал ее со всех сторон.
У Этель страшно замерз кончик носа - все-таки ветер с реки был холодным. Девушка удивилась - самой-то ей было тепло. Оказалось, что кто-то заботливо укрыл ее плащом. Этель поудобней пристроилась и снова уснула.
Она снова проснулась от теплого солнца. Точнее оттого, что кто-то это солнце закрыл спиной и теперь стоял и смотрел на нее. Этель чихнула от пыли и открыла глаза. Ей пришлось сощуриться, чтобы разобрать кто это перед ней.
Лис стоял и радостно улыбался, глядя на то, как Этель пытается сесть.
- Ну чего смеешься, лучше бы встать помог, - Этельфлид внезапно разозлилась.
Парень перестал улыбнуться, наклонился и легко потянул Этель за притянутую руку. Кое-как поднявшись, она огляделась - поляна была совсем небольшой и из-за негустого ивняка виднелась вода, ярко блестевшая на солнце.
- Мы на острове, за городом. Тут нас не найдут, - сказал Лис.

Та девушка, Моргана, вызвала у Этель смутную тревогу. Вроде ничего необычного, только глаза разного цвета. Но вот огоньки в этих глазах... Вроде и не страшно, но настораживает. И Этель была даже рада, когда Моргана уехала.
Раса тоже ушел - Элиза-то осталась в городе. Этель не было страшно - на острове помимо нее были лишь белки и мелкие птицы. Она вышла на берег, залитый солнечным светом и просто села на песок. Было так хорошо и спокойно: солнце ласково пригревало, река чинно несла свои мутные воды мимо берегов.
Но Этель скоро надоело сидеть просто так. Она решила наловить рыбы к обеду. Забралась на большой камень, торчавший из воды в нескольких шагах от берега, и легла на живот. Этель опустила ладонь в воду, немного подождала и тихо прошептала три слова, которым ее научила мать. Почти сразу сбоку от ладони из глубины появилась тускло отблескивающая рыбка. Этель проворно, как кошка, ухватила ее и кинула на прибрежный песок. Вскоре на берегу уже билось с десяток рыбок, а Этель все выхватывала их из воды. За этим занятием и застал ее Раса.

ххххххххххххххххххххххххххххххх

Юникорн - Финритель - Энна
1 На острове с Этель
2Элиза, Этель, Р-а-с-с-а, дядюшка Клодт в лесу.


NEW! Юникорн - Гаэт - Клео
Видение Уилфреда на постоялом дворе


Лорд Уайтфорд резко натянул повод и придержал коня.
Что-то словно толкнуло Уилфреда в сердце. Он ясно услышал голос Элизы. Нет! Этого не может быть...
Элиза умерла...
"Уи-и-и-лфр-е-е-е-д!" - снова донёс ему ветер.
Или это память так шутит с ним?
Уилфред обернулся в сторону города и приподнялся в стременах, пытаясь рассмотреть людей на стене.
Нет... слишком далеко...и закатное солнце слепит глаза...

- Милорд? - Гаэт подьехал к нему,остановился сремя в стремя. - Вы хотите вернуться?
Уайтфорд покачал головой.
- Нет... мне просто показалось...едем дальше, заночуем Зелёной Ветви, а утром переправимся через реку и повернём с Виа Игнасио* на просёлочную дорогу, так мы сократим путь.

* название старой римской дороги

***


В одном дневном переходе от бурга, там, где старая римская дорога сворачивала круто на запад, расположился постоялый двор «Зелёная ветвь». Маленький и захудалый, он больше всего славился тем, что здесь собирался всякий окрестный сброд. В дни большой ярмарки «Зелёная ветвь» становилась местом встречи мошенников воров и мнимых нищих. Тех попрошаек, что так легко морочат доверчивый люд, взывая к милосердию во имя Господа.
Сэр Уилфред Уайтфорд не собирался останавливаться для ночлега в таком сомнительном месте, но, взглянув на Гаэта, который еле держался в седле, он вздохнул, придержал коня и поднял руку.
- Мы переночуем здесь.
- Но милорд! – осмелился возразить оруженосец лорда Уайтфорда, – здесь не хватит места для наших людей.
- Случалось нам дожидаться восхода и в лесу, - невесело усмехнулся Уилфред.
- Место здесь неспокойное…
- Оставь, Аллен, с тридцатью латниками – что может с нами случиться здесь? Разве что Жоффрей Рыжебородый осадит «Зелёную ветвь». Или явится легендарный Вульф Эриксон, так его нам и надо.
- Не к ночи будь помянут, - пробормотал Аллен и развернул коня.- Ночуем здесь, заезжайте во двор, - крикнул он латникам.
Из ворот, распахнутых двумя слугами, выскочил всклокоченный седой старик, очень тучный, краснолицый с заплывшими жиром глазами. Он комкал в руках край грязного передника и, непрерывно кланяясь Уилфреду, повторял:
- Милорд! Милорд! Это очень большая честь, но Зелёная ветвь сегодня переполнена… не соблаговолите ли вы проехать ещё четверть мили вперёд в сторону N...N и остановиться в Серебряном колоколе, там найдётся место для всех ваших людей.
- Мы остановимся здесь, а если места не хватит, мои люди разложат костёр во дворе и переночуют рядом с лошадьми.
- Милорд! Мы не ждали такого большого наплыва постояльцев, и трапезы на половину ваших людей едва хватит.
- Ничего… мы удовольствуемся тем, что есть.
Уилфред обернулся к Гаэту и спросил:
- Ты не бывал тут прежде?
- Нет, - отвечал бард, спешиваясь и разминая затёкшие ноги, - здесь не бывал, так что узнавать меня тут некому.
- Это хорошо.
Уилфред тоже соскочил с коня и бросил поводья Аллану.
- Не забудь про вторую попону, - приказал он.
- Да, милорд, – поклонился Аллен и повёл жеребца в стойло.
Не всем лошадям повезло так, как Брокену, - большую часть оставили во дворе у коновязи, прикрыв им спины тёплыми попонами и привесив к мордам торбы с овсом.

Аллен всё же столковался с хозяином об ужине для всех. Но «Зелёная ветвь» по-прежнему не нравилась молодому оруженосцу.
Кроме того, он чувствовал нечто вроде уколов ревности – его господин так много внимания уделял этому бродяге барду. И что он в нём нашел… правду говорил Отец Стефан, не иначе колдун… приворожил лорда Уайтфорда, наслал на него чары. Аллен то и дело бросал на Гаэта подозрительные взгляды, но открыто обсуждать свои подозрения с лордом Уатфордом не решался. Он ограничился тем, что, пока кухарка, две служанки и мальчишка-поварёнок занимались стряпней, отозвал Уилфреда в сторону и попытался ещё раз привлечь его внимание к тому месту, где лорд собирался провести ночь.
- Если милорд пожелает выслушать меня… я снова скажу – нехорошее это место, слишком много всякого сброда, – он указал глазами на открытую дверь постоялого двора (через неё был виден общий зал, забитый людьми).
- Оставь, Аллен, чего ты хочешь, в бурге только вчера закончилась ярмарка…идём, надо отдохнуть – завтра опять весь день трястись в седле. До… (в Уэльсе) ещё пять дневных переходов, если мы будем продвигаться к Уэльсу так же быстро, как сегодня.
- Боюсь что для вашего нового менестреля это будет тяжело, - не удержался от пренебрежительной ухмылки Аллен.
- Гаэт не слуга мне…он…посланник сэра Ричарда де Бара, и ты должен выказывать ему уважение.
- Простите, милорд… впредь я буду лучше обдумывать свои слова.
- Надеюсь…нет, постой… я войду первым, - остановил Уилфред оруженосца, и, взявшись за рукоять меча, переступил порог.
Войны гарнизона Уайтфорда уже расселись за длинным столом, но при появлении сеньора поднялись как один и ждали, пока их господин займёт место во главе стола. Рядом с собой Уилфред посадил Гаэта.
После того, что случилось в Уайтфорде на дозорном пути замковых укреплений два восхода назад, Уилфред убедился в необыкновенной силе этого хрупкого на вид юноши, почти мальчика.
Лорд Уайтфорда поразил его необыкновенный голос, ясный открытый взгляд и его способность врачевать душу.

***
Так же, как и в Уайтфордском замке, перед началом трапезы прозвучала краткая молитва.
В отсутствие отца Стефана её начал читать Саймон, самый старший воин гарнизона.
- Благослови, Господи, нас и дары Твои, которые по Твоим щедротам мы будем вкушать…
Это вызвало косые взгляды и усмешки большинства постояльцев Зелёной ветви, благочестие здесь было не самой почитаемой добродетелью.
Но когда следом за Саймоном поднялись для молитвы все воины Уайтфорда и сам Уилфред, то шутки смолкли, и в зале даже стало тихо, что казалось невероятным в этом притоне бродяг и мошенников, которые верили только в ловкость своих рук да в острый кинжал.
Гаэт стоял рядом с лордом Уайтфордом, опустив глаза.
Бард не молился христианскому Богу и не понимал того, во что верили окружавшие его люди. В его сердце жила иная вера, но она не отделяла его от этих людей, от сэра Уилфреда, тоску и боль которого Гаэт смог уврачевать с помощью той силы, что многие сочли бы полученной от дьявола.
Что бы они ни думали, Гаэт знал – сейчас он должен быть рядом с Уилфредом, потому что слишком многое зависит от того, сможет ли этот рыцарь противостоять тьме, атакующей его душу.
Жизнь Уилфреда всё ещё оставалась в руках у барда, и сейчас лорд Уайтфорд более чем когда-либо нуждался в проводнике на том пути, который был ему предначертан.
Когда снова поднялись для благодарственной молитвы, Уилфред положил руку на плечо Гаэта.
- Пойдём, бард, этой ночью тебе лучше быть рядом со мной… хоть здесь и нет отца Стефана, а всё же мне так спокойнее.
Гаэт молча кивнул. Они поднялись по лестнице на галерею, которая по периметру опоясывала зал, - на неё выходили двери небольших комнат для проезжих.
Переступив порог, Гаэт поморщился от затхлого тошнотворного запаха.
- Уж лучше бы нас поместили в хлев…
А ты, как я посмотрю, предпочитаешь спать под звёздами, - рассмеялся Уилфред.
- Да, - простодушно отвечал бард. – Милорд, пойдём, поспим возле лошадей.
Уилфред не имел причины не соглашаться, но всё же, повинуясь странному чувству тревоги, которое не оставляло его в последнее время, отвечал:
- Нет, останемся здесь, Гаэт.
Уилфред прошел в комнату, поправил фитиль в масляном светильнике, бросил свой плащ на узкое ложе поверх грязного соломенного тюфяка.
- Ложись… кажется, ты не очень опытный наездник…
Гаэт усмехнулся. Видел бы его Уилфред в самом начале пути… когда он только ехал в Уайтфорд. Пожалуй, только сильная воля и стремление поскорее помочь возлюбленной помогли барду продержаться в седле несколько дней без отдыха.
- Нет, совсем неопытный… но лошади слушаются, если я пошепчу им на ухо.
Уилфред только покачал головой.
- Ложись, ты устал.
Гаэт лёг на плащ Уилфреда, укрылся своим. Лорд сел на скамью напротив. Он не хотел спать. Странное чувство, что кто-то следит за ним из всех четырёх углов сразу, не покидало Уилфреда. Там, в вязкой тьме, которую не рассеивало слабое пламя масляного светильника, таилось Нечто. Оно подавляло волю и наполняло разум страхом. Уилфред вынул из ножен короткий меч, который всегда носил у пояса, и положил рядом с собой, но туту же подумал, как бесполезны его приготовления. Кого он опасался? Не людей…
Дверь заперта, внизу у лестницы выставлена ночная стража. Но ничто не защитит его разум, его память… Элизабет! Нет, сейчас он не будет думать о ней…
- Гаэт! – позвал лорд Уайтфорд. - Я хотел просить тебя… расскажи мне… о леди Гламорган. Ты последний видел мою невесту. Что ты помнишь? Как могло случиться, что она была похищена из-под надёжной охраны?
Гаэт в смущении молчал. Ему тяжело было говорить о Светлой Леди. Но он не мог и отказать лорду Уайтфорду. Со вздохом бард начал:
- Мы встретились с ней… совершенно случайно. Я шёл через лес, шёл к берегу моря, чтобы… выполнить свой долг… спеть одну песню.
Он запнулся и умолк, решив, что не стоит рассказывать Уилфреду о том, что завещал ему Финн. Его повествование от этого не станет яснее, а говорить об этом ему было трудно. Подумав, он продолжал:
- В лесу я попал в руки солдат-наёмников, которые охраняли… леди Бланшефлёр. Им приказано было задерживать каждого, кто приблизится к отряду… Я не знаю… не знаю, зачем отец леди Гламорган нанял этих людей… с первого взгляда видно было, что помыслы их темны, а совесть нечиста. Они чуть не убили меня, и убили бы, если бы не вмешалась леди. Она спасла мне жизнь. Леди Бланшефлёр выходила меня, когда я умирал от нанесённых мне побоев… она… (бард покраснел) помогла мне вернуть… себя самого…
- Что ты хочешь этим сказать? – удивлённо приподнял бровь сэр Уайтфорд.
- Она помогла мне вернуть мой голос. Когда я встал на ноги, я думал, что мне уж больше не петь… но потом… однажды… в общем, я спел ей. И привлёк её сердце к своему. А потом, чтобы исправить нанесённое ей невольное оскорбление, я покинул отряд и продолжал свой путь… к морю.
Уилфред невесело усмехнулся. Неисповедимы пути Господни, и кто мог знать, что с его невестой случится то же, что и с ним самим…
- Она… полюбила тебя, Гаэт?
- Я не знаю, - бард опустил глаза, - не знаю. Мне показалось… что я не имел права делать такого… моя песня оказалась слишком сильной, и ею я мог бы покорить чьё угодно сердце… но я не хотел делать этого силой. Поэтому я ушёл. Я обидел её. А потом… потом ночью мне было видение… и я узнал, что она похищена. Я вернулся… но застал в живых только сэра Ричарда. Я исцелил его раны… насколько это было возможно… на следующее же утро мы расстались, и я отправился к вам. С тех пор я не слышал ни о нём, ни о леди Гламорган.
Бард умолк, и вдруг заметил, что Уилфред не слушает его. Он привстал, взглянул на него повнимательнее… и отшатнулся, не веря глазам…

***
Глаза Уилфреда начали слипаться…голова склонилась на грудь. Он упустил из внимания последние слова Гаэта, хотел переспросить, поднял голову и увидел, как дверь медленно отворяется. Нет… не может этого быть, он сам наложил засов…

Сон лорда Уайтфорда был беспокойным, но при этом настолько глубоким и липким, что освободиться от него было невозможно, сколь отчаянно бы Уилл не пытался это сделать. Он видел тёмный сырой коридор с земляным полом и холодными стенами.
Рыцарь увидел перед собой свет, а в нём…
- Уилфред… - тихо проговорила Элиза, подняв на него полный тоски взгляд.
- Элиза? – Уилфред вздрогнул. – Элиза!
- Почему же ты не сдержал своего обещания, Уилфред? – с болью спросила девушка. Её руки были молитвенно сложены, тело закрывал только белый саван. – Почему же ты не пришёл? Я ждала тебя…
- Элиза, я… - голос Уайтфорда дрогнул и пресёкся.
Уилфред хотел подойти, дотронутся до неё , но не мог двинуться с места. Тем временем его возлюбленная продолжала:
- Я ждала тебя день и ночь, я не сходила с места, я тревожилась за тебя… а ты не пришёл…
- Я был у альфари Иоланды… Элиза! Прости, она очаровала меня… я всё забыл…
- Ты забыл? – Элиза опустила взгляд своих необыкновенных чистых серых глаз, и по щеке её скатилась слеза. – Как же ты мог забыть меня, Уилфред? Как же ты мог…
Она ни в чём не упрекала, не обвиняла. Лишь смотрела с невыразимой тоской и очень тихо и печально говорила.
- Там, в доме альфари, ты не вспоминал меня…я вижу это по твоим глазам.
Уилфред молчал. Элиза была права – ему было хорошо в Гроте Иоланды. И он не мог бы солгать Элизе, даже если бы захотел. Слишком пронзительным был взгляд блестящих от слёз глаз. Он бы не мог сейчас даже обнять её, и не потому что она была лишь призраком, а потому что он не смел прикоснуться к ней после того, как сам же не уберёг.
Боже, как же он виноват!
- Теперь уже поздно винить себя, - Элиза будто бы прочла его мысли. – Грей вырвался и убежал в замок, а я вернулась домой, как ты велел мне. Но там меня ждали разбойники, что охотятся за моим отцом и матушкой. Они схватили и Этельфлид… Я помню её взгляд на себе, когда она умирала. Я помню, как закрылись её глаза, я помню, как разбойники глумились над её телом, прижигая трепещущую плоть. Я
помню, запах её горящей кожи…
- Элиза! – закричал Уилфред. – Скажи мне, кто это сделал! Назови мне имя, и я убью негодяя, который посмел притронуться к тебе и Этель!
- Это ты виноват в нашей гибели, Уилфред, - с бесстрастной жестокостью продолжала она, - ты один виноват во всём. Поздно, Уилфред. Поздно… ничего уже нельзя изменить… - Элиза подняла на него глаза и уже более не опускала их. – Послушай что было потом. Ты должен знать…
Они принялись за меня. Я пыталась сказать им, что я не знаю, где мои родители, но они и слушать ничего не хотели. Они связали меня и… они сделали это со мной. Один за другим. Я помню боль… их мерзкие липкие тела… потом они подожгли дом, и я умирала в пламени. Я умирала медленно, как и Этельфлид…
Уилл в ужасе широко распахнул глаза, он видел всё то, что она говорила. Видел так живо, будто сам был там. В то время он был у альфари, наслаждался волшебным сном, его возлюбленная и сестра страдали в лапах разбойников!
Но страшнее всех других была одна мысль – Над Элизой надругались, её обесчестили… до того как она умерла в пламени…
- Теперь я – неприкаянный дух. Мне суждено вечно скитаться здесь, потому что нет у меня могилы, а мой прах развеяло по ветру. Прощай же Уилфред – моя единственная любовь!
- Нет! Нет! Не уходи! – взмолился Уилфред, падая на колени, - останься… прости меня!
В исступлении он, рыдая простёрся на земле.
Уилфред не осознавал всей ложности упрёков призрака.
Элиза никогда не могла бы сказать таких слов, что его возлюбленная такая кроткая и нежная, не пришла бы к нему после смерти, чтобы мучить его. Но Уилфред был ослеплён отчаянием, которое несло каждое слово Элизы.
Призрак медленно таял, изменяясь и растворяясь в тени, из которой он и вышел. Если бы Уилл сейчас поднял взгляд, он бы увидел, что глаза Элизы вовсе не чистые и тёплые, но холодные и злые, будто бы она явилась из самой темноты. Он бы увидел, что её лицо кривится в злобной и удовлетворённой ухмылке, силуэт стал выше и белый саван превратился в серый плащ, отороченный снизу тенью. Если бы он поднял глаза, он бы увидел, что вовсе не возлюбленная Элиза стоит перед ним… Но Уилфред не поднял глаз.
***

Гаэт видел и слышал всё… но не мог пошевелиться, не мог помочь Уилфреду. От женской фигуры, стоявшей перед ними, веяло смертельным холодом, и ужас распространяла она вокруг себя… Бард попытался шагнуть к ней – и не смог. Он словно находился в застывшем, замороженном воздухе. Он попытался бороться – но безуспешно. Наконец, в какой-то миг просветления, он бросился вперёд и оттолкнул зловещий призрак… Потом схватил лорда Уайтфорда за плечи, встряхнул, пытаясь вернуть его, достучаться… Уилфред стоял, окаменев, не видя и не слыша…
- Элиза… Элиза… - повторял Уилфред. - Скажи мне, кто сделал это… я убью их… убью …
Уилфред отшвырнул Гаэта в сторону и схватился за меч. Глаза рыцаря по прежнему блуждали. Уилфред наступал на Гаэта с обнаженным мечом. Бард отступал назад, пока не прижался спиной к стене…и тогда, собравшись с силами, он заставил себя успокоиться. Его сила была всё ещё при нём, и сейчас было самое подходящее время применить её…

Кто здесь во мраке
Бродит, вселяя
Страх в души смертных?
Что за творенье
Тьмы беспощадной
Явилось к людям?
***

Чарна спокойно наблюдала за молодым рыцарем. Но вдруг что-то укололо повелительницу теней – совсем рядом она почувствовала нечто, освобождающее сон Уилфреда от ужаса и разгоняющее мрак. Тень нехотя раздвигалась и вновь смыкалась за клочком заблудшего света, никак не желающего гаснуть, но он упорно продвигался к сознанию Уилфреда. На бледном лице Хель отразилось беспокойство. Неужели её план не удастся? Кто смеет мешать ей?
Она уже могла различать слова песни. Чистый голос произносил нараспев страшные изгоняющие Хель слова.
***

Гаэт даже не пел, просто нараспев произносил слова заклятия… Он чувствовал одно – нужно прогнать Её… И никто, кроме него, не сможет это сделать.
Она содрогнулась и приняла свой истинный облик. Когда враг открыт и разоблачён – его легче победить… легче…
Бард наступал на неё с протянутой рукой, задыхаясь, почти крича:

Скройся, исчезни
Во мрак беспросветный,
Где тени и холод
Одни обитают!
Власти над нами
Ты не имеешь,
Ужас и трепет
Нас не коснутся!
Сила твоя
Песнью повержена,
Мрак и холод
Уйдут в забвенье,
Холодной кровью
Горячую кровь
Не победить тебе!
Прочь отсюда,
Творение смерти!

***
Хель отступила на шаг, потом ещё на шаг. В ужасе бежали сгустки черноты, прячась за спину повелительницы, сама же она пыталась руками закрыться от разрушающего действия песни барда. «Надо отступать, - подумала она. – Сейчас не время мне сражаться с ним. Это сделает Ворон… позже».
И она ушла, не оставив и следа за собой.
***
Уилфред перестал видеть призрак уже после первых слов барда, но он чувствовал страх… неживой, липкий, холодный страх… Воздух дрожал от напряжения, перед глазами Уайтфорда мелькали пятна тьмы и пятна света… Он успел увидеть, как Гаэт вскинул руки и шагнул к тому месту, где сосредоточилась тьма, успел услышать крик на грани звука: ПРОЧЬ!
И всё исчезло.
Лорд Уайтфорд прислонился к стене, ослабев даже от того, что стал зрителем борьбы двух стихий… Гаэт, тяжело дыша и шатаясь, подошёл к нему и коснулся рукой его руки…

*****
Уилфред бросил меч и провел рукой по глазам.
- Гаэт? Где она?
- Кто?
- Элиза! Она была тут… приходила ко мне.
- Нет, милорд, то была не она.
- Но… я говорил с ней… Боже! Если бы ты слышал её жалобы…Гаэт, Гаэт, где она? – Уилфред закрыл лицо ладонями и, упав на скамью, зарыдал. - Нет! Я не вынесу! Зачем ты не дал мне покончить с этим… Гаэт!
- Это была не она…милорд…не она, - повторял бард. - Даже если бы эта девушка вернулась в мир живых, она не стала бы так мучить тебя, сэр Уайтфорд. И потом, ты ведь не видел её мёртвой…
- О чём ты говоришь, Гаэт? - Уилфред приподнялся и с тоской взглянул на барда
- Не теряй надежды, милорд.

Last edited by Unicorn; 31.03.05 at 02:59.
Unicorn оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 02.03.05, 03:09   #78
Unicorn
old timer
 
Аватарка Unicorn
 
На форуме с: 11.2004
Откуда: иногда Неверленд, чаще - дорога
Сообщений: 769
Unicorn is an unknown quantity at this point
Энна

Узкая пыльная дорога прихотливо вилась меж высоких деревьев, подступавших к самому краю так близко, что Бертрану порой приходилось пригибаться к гриве коня, чтобы не задеть веток. Рыцарь торопился – хотя он и покинул Уайтфорд на самом рассвете, до цели еще было далеко, а ночь близка.
Усталый конь еле плелся, изредка поматывая головой, чтобы отогнать мошек. Всадник его тоже был утомлен и желал только скорее найти ночлег.
Наконец далеко впереди в золотом мареве заката над верхушками деревьев завился дымок постоялого двора. Зачуявший жилье, конь из последних сил затрусил быстрее, предвкушая скорый отдых. Всадник тоже приободрился, выпрямившись в седле. Вскоре за поворотом показались ворота постоялого двора, а за ними приземистое двухэтажное здание. Слух де Берри уловил конское ржание, крики людей и веселые песни бражников.
Въехав в широкие, из тесаного дуба ворота, Бертран осведомился у работника, чистившего сток:
- Эй, парень, не подскажешь, где найти хозяина?
- Да вон двери в подклеть, там и хозяин, добрый господин, - с поклоном ответил работник и подошел, чтобы поддержать рыцарю стремя. Де Берри бросил ему мелкую монетку и распорядился:
- Отведи Дэниэла в стойло и позаботься о нем.
Работник с поклоном взял поводья и потянул за собой коня, дремавшего подогнув бабку задней ноги.
Бертран медленно, разминая уставшие ноги, пошел к указанной двери. Он только протянул руку, чтобы открыть дверь, как она сама распахнулась от сильного удара изнутри. Из подклети выскочил взъерошенный мальчишка-поваренок, а вслед за ним толстяк, очевидно хозяин, обвязанный полотенцем и с хворостиной в руке. Мальчишка успел вовремя заметить рыцаря и увернулся. Хозяин же с разлету врезался прямо в Бертрана, чуть не сбив его с ног.
- Ну-ну, поосторожней, милейший! - воскликнул де Берри, отталкивая руки хозяина, - хорошо же на вашем постоялом дворе встречают проезжающих!
- Ох, извините меня, добрый господин! А все этот мальчишка... Вот я тебя выдеру, - завопил трактирщик, обращаясь к поваренку, скрывшемуся за поленницей.
- Так, вы, добрый господин, хотели бы остановиться у нас на ночь? - обратился толстяк к Бертрану, рукой указывая, куда следует идти, - Ну так посидите пока в общем зале, поужинайте, а служанка приготовит вам комнату.
Тем временем рыцарь и трактирщик дошли до входа в зал пивной. Бертрану пришлось нагнуться, чтобы пройти в низкую дверь. Трактирщик свернул куда-то в сторону, громко подзывая служанку.
В просторном зале было дымно, темно и душно. Низкие балки, поддерживающие потолок были закопчены и замаслены. Очаг, который топили торфом, сильно дымил и чадил. Под ногами шуршала несвежая солома. Зал был битком набит людьми - крестьянами ближайших селений, проезжими торговцами, нищими и прочим сбродом.
Оттолкнув от себя нескольких пьяных крестьян, Бертран протолкался к одному из длинных щепастых столов, липких от грязи. Стряхнув с лавки какого-то прикорнувшего старика, де Берри уселся, далеко вытянув ноги. Он снял с рук перчатки и с брезгливой гримасой положил их на стол. Как из-под земли, рядом с рыцарем из дыма вынырнул высокий парнишка-подавальщик.
- Чего пожелает мой добрый господин? – спросил он поклонившись.
- Принеси хлеба, мяса и вина.
Снова поклонившись, мальчишка скрылся в клубах дыма и месиве тел.
Де Берри спокойно сидел, подперев лоб рукой, и отдыхал от долгого пути. В зале было шумно: какой-то купчик кричал, что его ограбили, громко распевала нескромные песни компания бродячих актеров. Однако погруженному в свои мысли Бертрану было не до них, и он не сразу заметил, что на скамью слева от него присел нищий старик-горбун с затянутым бельмом глазом.
- Мой господин, о чем раздумываешь, - глубоким и ясным голосом, необычным для такой внешности, спросил горбун у де Берри.
Бертран вздрогнул и повернулся к старику:
- Потише, старый Одо, мы все же не одни... или тебе надоела тяжесть твоей головы?
Нищий негромко, с неподдельным весельем рассмеялся.
- Бертран, я не узнаю тебя! Да кто нас будет слушать здесь, - старик обвел костлявой рукой душный зал, - даже если и найдутся охотники, ничего не выйдет - такой шум.
В этот момент вернулся мальчик с едой и вином. Бертран посмотрел, как слуга расставляет доску с хлебом, кувшин и миску тушеной свинины и приказал:
- Принеси еще один стакан.
Когда мальчик ушел, старый Одо еще поближе придвинулся к Бертрану и быстро заговорил, временами улыбаясь полубеззубым ртом:
- Патрик со своими ребятами сегодня ночью ушли из города. Ждут тебя в лощине, как договорились. Завтра поедешь к ним. Чуть пораньше тебя прискакал Мартин - говорит, отряд из Уайтфорда уже близко.
- Что ж, я посмотрю, ты обо всем позаботился… Скажи, а Мартин еще тут?
- Здесь, здесь. Я его специально попридержал. Послать его к Патрику?
- Да. Этот идиот отец Стефан умудрился упасть с лошади и был оставлен в городе и теперь все может сорваться. Если уайтфордцы остановятся здесь - я успею добраться до лощины, а если нет... пусть передаст Патрику, чтобы ждали отряд, где договорились - чтоб не пропустить.
Вернулся мальчишка-подавальщик со стаканом.
- Ну что же, Одо, выпьешь со мной? - спросил Бертран и повернулся к горбуну. Но того уже не было на лавке.
Де Берри пожал плечами, отхлебнул вина и поморщился – оно оказалось страшно кислым. В этот момент двери трактира распахнулись, и на пороге показалась высокая фигура Уилфреда, сопровождаемого суетливым хозяином. Наследник Уайтфорда постоял некоторое время в дверном проеме и кивнул хозяину. Затем шагнул вперед и из-за клубов дыма Бертран перестал его видеть.
Де Берри нисколько не опасался быть узнанным в суматохе темного зала и спокойно ужинал.
Тем временем совсем стемнело, и в очаг подкинули веток, а по стенам развесили несколько факелов. Народу в зале не убывало, и стоял постоянный гомон. Но неожиданно шум начал стихать и совсем сошел на нет, оставив только одинокий прекрасный голос. Бертран не разбирал слов песни, но сердце его рвалось из груди как птица, стремясь к далекому и холодному небу. Было так хорошо и спокойно.
Внезапно, трактирщик потряс рыцаря за плечо:
- Господин, ваша комната готова, прикажете слуге перенести в нее вещи?
Бертран был взбешен. Он вскочил и накинулся на толстяка, схватив его за воротник рубахи:
- Долго же ты возился, старый увалень! А теперь еще испортил мне ужин!
Любопытные головы уже повернулись в сторону нового скандала.
Бедный трактирщик испугался и стал белее полотна. Он кланялся и все бормотал:
- Ох, простите меня, сиятельный господин! Идемте, я покажу комнату.
- Ну что ж, веди, - вздохнул Бертран и отпустил несчастного.
Согнувшись, трактирщик быстро засеменил к входной двери на двор, к внешней лестнице и крытой камышом галерее на втором этаже. Он быстро распахнул перед рыцарем пятую по счету дверь и жестом пригласил войти.
Бертран шагнул внутрь комнаты, освещенной только сальной свечой. Он уже взял себя в руки и спокойно попросил трактирщика:
- Передай конюху, чтобы подготовил Дэниэла за час до восхода. И вещи переносить не надо. А теперь иди.
Оставшись один, рыцарь стянул сапоги и улегся на постель. Он уснул почти сразу, несмотря на укусы клопов.
Бертрану показалось, что он только закрыл глаза, а слуга уже стучал ему в дверь и тихо звал:
- Господин, просыпайтесь. Ваш конь уже готов и до рассвета всего час.
Де Берри резко сел на кровати и отослал слугу. Он быстро собрался и вышел из комнаты. Было еще совсем почти темно, только далеко на востоке брезжили серенькие сполохи – предвестники будущего алого великолепия восхода. Ночью прошел дождь и потому было прохладно – Бертран поежился.
Когда рыцарь спустился на грязный двор, трактирщик и конюх с Дэниэлом на поводу уже ждали его.
- Я приказал собрать вам кое-какой еды в дорогу, мой господин, - сказал трактирщик.
Бертран расплатился и вскочил в седло. Бросил монетку конюху и, обрызгав грязью из-под копыт Дэниэла фартук трактирщика, галопом вылетел со двора.

По размытой дороге Бертран добрался до условленного места не слишком скоро – солнце уже вычернило не небе верхушки елей. У большого валуна де Берри спешился и посвистел. Тот час из ветвей ближайшего клена показались чьи-то ноги в грязных чулках, а потом и весь заспанный парнишка. Он хитро улыбнулся Бертрану и сказал:
- Что-то вы припоздали, господин рыцарь. Знать, поспать любите?
- Ну, ты поговори у меня еще, а не то проверю, так ли ты любишь плеть, как зубоскалить!
Парень сразу перестал улыбаться и ответил:
- Все вы только пугаете. Ладно, езжайте до двойного клена, где задумали засаду делать. Патрик с парнями там вас ждет – а то поздно будет.
Бертран снова взобрался в седло и пришпорил коня – времени оставалось совсем намного.
До раздвоенного клена де Берри добрался очень быстро и заметил сидящего под деревом Патрика – капитана отряда наемников. От безделья он кинжалом обтачивал ветку орешника. Заметив Бертрана, Патрик вскочил не ноги и еще издали закричал:
- Ты бы еще попозже приехал! Хорошо еще, что Мартин успел нас предупредить, чтоб мы тебя здесь ждали!
Бертран соскочил с коня и произнес:
- Извини Патрик, но из-за дождя пришлось ехать медленней. Ведь согласись, сломай Дэниэл ногу, это было бы совсем некстати.
В этот момент неподалеку раздался громкий свист сойки. Патрик схватил поводья коня Бертрана:
- Отряд уже близко. Все по местам! - негромко воскликнул капитан наемников. Через считанные мгновенья поляна опустела.

Бертран верхом на коне укрылся за густыми кустами терновника. В руке он сжимал красный платок – подать сигнал своей части отряда.
Отряд из Уайтфорда медленно выехал на поляну, растянувшись в длину. Бертран разглядел высокий плюмаж шлема Уилфреда и хрупкого юношу рядом с ним. Отвлекшись, он не сразу заметил Патрика, поднявшего руку.
Досчитав до трех, Бертран резко взмахнул рукой с платком, точно в ту секунду, как это сделал Патрик.
Тонко звякнули тетивы пятидесяти луков, и пятьдесят стрел с пчелиным жужжанием понеслось навстречу своим целям…

Last edited by Unicorn; 02.03.05 at 14:30.
Unicorn оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 02.03.05, 03:13   #79
Unicorn
old timer
 
Аватарка Unicorn
 
На форуме с: 11.2004
Откуда: иногда Неверленд, чаще - дорога
Сообщений: 769
Unicorn is an unknown quantity at this point
Юникорн

Лорд Уайтфорд и Гаэт ехали во главе своего отряда.
Они больше ни о чём не говорили между собой.
Мыслями Уилфред пребывал в прошлом. Ещё совсем недавно всё казалось таким простым и ясным. Его встреча с Элизой изменила его жизнь, он получил то, к чему стремился и вдруг всё так внезапно оборвалось, теперь её голос мерещится ему повсюду. Вот и вчера, когда отъезжали от бурга, показалось будто она зовёт со стен...
Дорога после дождя немного раскисла и копыта вязли во влажной земле. И всё же сквозь чавканье грязи, бряцание доспехов и голоса всадников Уилфред сумел уловить посторонний зловещий звук. Он слишком хорошо знал его.
Засада!
Когда щёлкнули тетивы первым движением Уилфреда было прикрыть щитом Гаэта, который ехал рядом с ним стремя в стремя, бард не был защищён кольчугой.
- Тревога! К оружию! - крикнул Уайтфорд приподнимаясь в стременах и оборачиваясь к своим людям. В лес! Сойдите с дороги в лес! Быстрее...
Стрелы градом застучали по доспехам и щитам. Пешие слуги бросились в придорожные кусты.
Не всем удалось избежать стальных жал. Послышались стоны раненных, четверо всадников упали на землю. Остальные разворачивали коней и пытались исполнить приказ синьора.
И всё же большая часть отряда укрылась за дубовой порослью, и кустами терновника, что поднималась по обеим сторонам дороги. Как только воины перестали быть открытой мишенью для лучников они сами приготовились к нападению - перестроились в цепи и обнажили мечи. Если бы невидимые враги вышли на дорогу им самим пришлось бы оборонятся. Но Патрик удержал людей в засаде.
Обстрел прекратился. Обе стороны теперь выжидали.
- Дьявол! - теперь нам не достать их, скомкав сигнальный платок в кулаке выругался Бертран.
Патрик передал командование людьми Мартину и продрался сквозь кусты к де Барри.
- Ну что дальше?
- Всё то же... нам нужен молодой Уайтфорд. Чёрт бы его побрал, он сумел вывести их из под стрел так легко... твой план не сработал, надо было сразу атаковать их.
- И потерять половину моего отряда!
- Я заплатил тебе вперёд, - прорычал де Барри.
- Мне нужны мои люди, а не твоё серебро. Мы ведь условились, что дело не дойдёт до мечей.
- Если не выполнишь договор у тебя будут большие неприятности! Знаешь сам, какие. - С расстановкой произнёс де Барри.
- Хорошо, мы атакуем, - подчинился капитан наёмников. Довод Бертрана его убедил лучше всяких угроз.

Звон мечей и конское ржанье наполнили лес. Численный перевес отряда наёмников уравновешивался стойкостью воинов Уайтфорда, кроме того, нападающие лишились преимущества внезапности. Люди Уайтфорда рассредоточились.- Хватайте того у которого шлем с плюмажем! Но живым... только живым! - кричал Патрик, потрясая мечом. Вперёд, вперёд...Но люди Патрика не слишком стремились биться. Шуму было гораздо больше, чем дела.
Уилфред и Гаэт как съехали на обочину так и держались рядом не углубляясь в лес.
- Говорил тебе, одень кольчугу! - сказал Уайтфорд барду. Тот отрицательно покачал головой.
- Не теперь...
- Не понимаю о чём ты.
- Моё время не пришло, я не боюсь э т и х стрел. Сними шлем, - вдруг сказал Гаэт.
- Что? - Изумился Уилфред. Я должен стать во главе моего отряда и сражаться.
- Сними шлем, если не хочешь стать пленником. Они тебя здесь ждали.
- Откуда ты знаешь?
- Знаю...сделай как я говорю...и мы избежим лишней крови.
Уилфред с сомнением помедлил, но всё же расстегнул ремешки шлема.
- Теперь помоги мне одеть его и дай твой плащ, - продолжал Гаэт.
- Ты с ума сошел! Да они прикончат тебя.
- Нет, говорю тебе моё время не настало. Мы встретимся ещё, очень скоро. А теперь, как только я выеду на дорогу, ты отведи своих людей в сторону.
- Я не могу оставить тебя!
- Делай так, сэр Уилфред...
Гаэт пришпорил коня и прежде чем Уилфред успел остановить его выехал на середину дороги.
- Вот он! - Раздался торжествующий вопль и сразу несколько всадников пустились в погоню за бардом. Но никто из них не пытался сбить его стрелой. За первыми преследователями ринулись и остальные.
Некоторые воины из отряда Уайтфорда обознавшись тоже последовали за Гаэтом, но большую часть людей Уилфред сумел удержать. Под началом Аллена, капитана гарнизона Уатфорда, он отправил их в условное место, где они должны были ждать его сколько потребуется, а сам поскакал за отрядом наёмников.
Он надеялся выручить Гаэта.
Но не успел Уилфред повернуть на развилке дороги, как вдруг слева из кустов на него ринулся всадник.
Удар был так силён, что конь Уайтфорда завалился набок и придавил бы седока, но Уилфред выпростал ноги из стремян и падение не принесло ему вреда.
В то же мгновение он поднялся, однако меча обнажить не успел. Всадник обрушил на незащищенную голову Уайтфорда удар такой силы, что Уилфред без памяти свалился под копыта вороного жеребца.
- Так-то лучше, милорд Уайтфорд, с высоты седла рассмеялся Бертран де Барри, поднимая забрало шлема. - И благодари Господа, что я ударил тебя плашмя, а не то сейчас ты бы стучался к Святому Петру с мольбами о постое. Но это всегда успеется, а нам ещё надо переговорить кое о чём. .
Де Барри три раза громко свистнул. На условный сигнал из леса выехали Патрик, Мартин и трое наёмников.
- Что я тебе говорил, - самодовольно улыбнулся Патрику Бертран. Вот это, - он указал рукоятью плети на бесчувственного Уилфреда, - настоящий лорд Уайтфорд, а то был подставной. Меня перьями на шлеме не проведёшь. Я-то знал наверное, что синьор Уайтфорда не побежит от опасности, как заяц, не бросит своих людей, спасая собственную шкуру. Вот ты именно так поступил бы.. .
Патрик стиснул зубы, но проглотил оскорбление и промолчал. Он не собирался спорить. Хотя первоначальный план не сработал, до настоящего сражения дело не дошло и отряд его в основном остался цел.
На дороге заклубилась пыль - это возвращались преследователи Гаэта. Цель барда была достигнута - весьма довольные собой наёмники прекратили преследование, как только в их руках оказался тот, за кем была объявлена охота. А Гаэт и не стремился уйти от погони, он только отводил за собой наёмников, в надежде, что Уилфред и его люди успеют скрыться. Когда Гаэта схватили, завязался короткий бой, все люди, что следовали за бардом, принимая его за своего синьора погибли, но большая часть людей Уайтфорда уцелела.
Следуя указаниям своего предводителя наёмники не причинили пленнику вреда, более того, с ним обращались почтительно поскольку считали высокородным синьором - никто из отряда Патрика не знал молодого Уайтфорда в лицо.
Теперь бард с сожалением смотрел на Уилфреда, которого наёмники перекидывали поперёк седла, как мешок с мукой.
- Отчего же ты не послушал меня, сэр Уилфред! - сокрушенно прошептал Гаэт.
- Так, так, так. Значит тот лорд Уайтфорд... а это что за птица, - спросил Патрик. Он тронул коня шпорами, подьехал к Гаэту, критически оглядел барда и взялся за рукоять меча. - Этот видел нас, так что теперь мне остаётся...
- Постой! - Повелительный жест Бертрана заставил Патрика задвинуть меч в ножны.
- Ты кто? - Спросил де Барри у Гаэта
Юноша молчал
- Это лорд Уайтфорд приказал тебе отвести нам глаза? - продолжал допрос де Барри.
И вновь ответом было молчание.
- Ладно, разберёмся в лагере.- Махнул рукой Бертран
- А разве мы не возвращаемся в бург? - Удивился Патрик.
- Нет, - отрезал де Барри таким тоном, что стало понятно - продолжения разговора не будет.

Last edited by Unicorn; 02.03.05 at 14:56.
Unicorn оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Пред. 02.03.05, 14:45   #80
Unicorn
old timer
 
Аватарка Unicorn
 
На форуме с: 11.2004
Откуда: иногда Неверленд, чаще - дорога
Сообщений: 769
Unicorn is an unknown quantity at this point
Эпизод Клео (Появление Хель)
Клочки серого тумана, осколки воспоминаний и отражения мрачных стен зала плыли в глазах повелительницы Нильфхейма. Она неподвижно видела на своём холодном каменном троне, глядя сквозь время и пространство. Её руки покоились на коленях, а спина была прямой и напряжённой – поза была преисполнена достоинства, хотя и не было никого, кто мог бы оценить это.
Только безмолвные и бесплотные тени – её верные поданные и спутники – осторожно двигались по стенам, стараясь не потревожить свою госпожу. Они медленно шагали кругами по залу, их движения были плавными, потому как хорошо знали они – резкость не ускользнёт от острого взгляда Хель. Покинуть зал они не смели – ведь хозяйка не отпускала их.
Навлечь на себя её гнев не хотел никто.
Безликие и бесформенные, он скользили, то вытягиваясь, то вдруг уменьшаясь в размерах. Некоторые из них ещё сохраняли подобие человеческого облика – у них были конечности и голова, но большая часть являла собой лишь куски сумрака, не имеющие с человеком ничего общего. Некоторые были похожи на диковинных животных с тремя или пятью ногами, хвостом и нередко без головы. Они изменялись так же легко и быстро, как текущая вода. То приобретали причудливые формы предметов и существ, то снова становились лишь сизыми пятнами.
Чарна не двигалась, замерев, будто бы она была сделана из того же камня, что и её трон. И только пламя в её глазах, сейчас больше похожее на угли, переливалось всей палитрой чёрного.
В голове её звучали обрывки песни:
Звёзды, холодные звёзды,
Путнику дом укажите!
Руки повелительницы теней судорожно вцепились в колени, на лице залегли морщины, дыхание участилось. Ей было больно.
Ночь, священная ночь,
Впусти меня в свой предел!
- Довольно, – произнесла она вполголоса, оборвав звучащую внутри неё песню. Чарне сразу стало легче. Она принялась перебирать в уме имена значимых для неё фигур. – Уилфред Уайтфорд. Я не хочу, чтобы ты стал новой защитой для барда. Гаэт силён, Он привлекает к себе души, но не твою… твоя душа будет принадлежать мне. Ты сейчас уязвим для меня как никогда.
Эти мысли понравились богине. Лицо её разгладилось, и она в знак особой милости протянула руку – в мгновение рядом с ней оказалась одна из теней. Чарна легко провела рукой по несуществующей шёрстке, тень прогнулась, словно почуявшая долгожданную ласку кошка.
- Да, Уилфред, - удовлетворённо заключила женщина. – Мне это нравится.
Она перебирала пальцами неосязаемую плоть своей слуги, тень же вилась и оборачивалась вокруг руки любимой госпожи так, как будто и вправду могла что-то чувствовать.
- Харальд Эриксон. – Продолжая водить рукой, говорила Хель. – Он поможет мне. Но только за ним нужен глаз да глаз, не правда ли? – задала богиня вопрос своей поданной. Та лишь плотнее скрутилась на запястье повелительницы, выражая таким образом наслаждение. – Моргана… вопрос посложнее. Я могу переманить её на свою сторону. Ненадолго, конечно, но другого я и не хочу. Возможно, она окажет мне в будущем услугу. За то, что я приведу её к Вульфу. Этим займётся Ворон. Я пока останусь в стороне.
- Но что же мне делать с новоявленным названым братом Гаэта?… - ласки прекратились, и тень предусмотрительно шмыгнула под трон, чтобы не наскучить, но быть рядом, если госпожа вновь решит проявить милость. – Что же мне делать с тобой, Ричард де Бар? – спросила она у стен.
Стены не ответили ей, угрюмо взирая на хозяйку. Покорные тени безмолвствовали, и не было во всём её царстве никого, кто мог бы поговорить с ней – в залах и коридорах стояла вечная леденящая тишина, ибо лишь богиня обладала голосом.
- Я знаю, как тебя сломать, - снова смягчилась Чарна. – Я знаю, Ричард, чем ты терзаешься. Я чувствую, как мечется твоя грешная душа. Не найти ей равновесия и гармонии. Я не дам тебе защитить Гаэта. Ты будешь моим, так или иначе. Я сломлю твою волю и ты покоришься мне. И тогда бард останется совсем один.
Чарна снова протянула руку, но тень, выпрыгнувшая из-под трона, не припала к ней. Она остановилась чуть поодаль.
Глаза повелительницы Нильфхейма зажглись было гневом, но тень изменилась, вызвав удивление на лице богини. Перед ней стояла неосязаемая сумрачная девушка.
- Изольда Айронхарт? – пожала плечами Чарна. – Я не боюсь её. Печальный Ангел ничего не сможет сделать мне. Её сомнения и терзания не дают ей быть сильной.
Хель сощурилась, и тень испуганно юркнула на стену, смешавшись с себе подобными. Но поздно, она уже разгневала госпожу своей непокорностью.
- Вон! – Чарна поднялась с трона и взмахнула руками. – Все прочь от меня!
Слуги в ужасе метнулись к выходу, и уже через миг богиня осталась одна.
- Мне нужен Ворон, - уже спокойнее сказала она. Её плащ взметнулся, когда Чарна быстро подошла к дверям и распахнула их.
Минуту спустя она уже выходила из тени леса возле лагеря наёмников.

***
Ворон стоял чуть в отдалении от лагеря, напряжённо вслушиваясь в тишину ночного леса. Он ждал. Он чувствовал, что госпожа хочет видеть его. Из леса доносились странные пугающие шорохи, не было слышно ни одной птицы. Только ветер трепал листья, зловеще завывая в кронах.
Ворон знал, что госпожа не станет пугать просто так. Именно поэтому не удивлялся чересчур весёлым крикам лагеря. Она хотела видеть только его – именно поэтому он стоял здесь, именно поэтому только он слышал и чувствовал её. Он знал, что Хель легко может заставить бояться глупых наёмников, но только не сегодня.
Он не услышал её шагов, но почувствовал присутствие Силы за своей спиной. Ворон обернулся.
В первый момент он подумал, что никого за ним нет. Затем глаза колдуна различили серый силуэт во мраке.
- Госпожа, - склонился он.
- У меня не много времени, - предупредила она ледяным тоном. – Завтра я вернусь сюда, но не к тебе, а к Харальду. Твоя задача – присматривать за Эриксоном.
- Да, госпожа, я всё сделаю, - Ворон кивнул головой, спрятанной в глубокий капюшон чёрного плаща.
- Надеюсь на это, - уже мягче проговорила Чарна.
Ворон снова поклонился, и не поднимал взгляда до тех пор, пока не перестал чувствовать её присутствие. Тут же лес наполнился звуками живой природы, и ветер стал теплее. Колдун неторопливо пошёл к костру, размышляя над сказанным. Войдя в лагерь, Ворон не увидев Харальда, спросил Горма где он. Берсерк ему ответил, что капитан ушёл в лес буквально минуту назад.
- Иди спать, Горм, - сказал колдун, сверкнув глазами из-под капюшона.
- Ярл просил меня посидеть у костра, - попытался возразить тот.
- Иди спать, - отчётливо произнося каждое слово, повторил Ворон.
Горм лишь пожал плечами и ушёл.
Ворон сел на бревно, приготовившись ждать…



хххххххххххххххххххххххххххххххххх




Гаэт - Юникорн - Финритель


1 Гаэт и Уилфред в плену.

2 Спасение

Last edited by Unicorn; 15.03.05 at 06:50.
Unicorn оффлайн   Ответить с цитатой из оригинала
Ответить

Возможности
Вид

Правила размещения сообщений
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете изменить Ваши вложения
Вы не можете изменить Ваши сообщения

BB-код Вкл.
[IMG] код Выкл.
HTML-код Выкл.

Быстрый переход


Новости | Кабинет Профессора | Каминный зал | Эсгарот | Палантир | Онтомолвище | Архивы Минас-Тирита | Гарцующий пончик | Подшивка | Форум | Гостевая книга | Карта сайта | Поиск | Кольцо | Свиридов

Ваш часовой пояс — GMT +3. Сейчас 04:20.


Powered by vBulletin® Version 3.8.7
Copyright ©2000 - 2022, vBulletin Solutions, Inc.
Лицензия на форум приобретена Ардой-на-Куличках у компании "Jelsoft Enterprises Limited". Все права защищены.