В лучших традициях мирового оптимизма.

[Яхоnт'а]

Огромная просьба ко всем критикам и злобным кадаврам - НОГАМИ НЕ БЕЙТЕ!


Крылья ангела
Он сидел на подоконнике и откровенно и безжалостно смеялся. Он хохотал. Хохотал не над чем-то смешным или интересным. Он смеялся надо мной! Мозг… помутившийся мозг подавал слабые сигналы. Нестерпимая злость занимала все место, выплескивалась, выливалась из кра-ев… чаша была переполнена.
- И… все… это большая и всем известная глупость! Все в мире подвержено логике, которой не существует! – он покачивался, захлебывался смехом. – Энн… Энн, родная, да ты не в себе! – Он был каким-то ненастоящим. Все в этом мире было ненастоящим. – Энн! К чертовой бабушке, какие теории! Это же была просто сказка! Глупая, наивная! Да! Может быть, крылья есть, конечно, но не надо добиваться их осязания! Энн, мы не можем почувствовать размер своей души. Мы никогда не развернем ее в полную силу. Энн, мы не птицы, мы даже не ангелы! – Он отвер-нулся.
Мне было плохо… очень плохо… неужели это тот самый человек, который все это рассказывал! Это не он! Этого не может быть… злость… злость и ненависть закидывают в голову самые жут-кие идеи…
- Лютик, ты говоришь, что мы не сможем лететь? Мы не ангелы? Мы! Но не ты! Ведь ты ангел! Ты действительно ангел! Ты же Люцифер, падший ангел, пусть падший, но… ангел! А ангелы… летают?! – На лице Лютика выразилось недоумение. Он еще не понял…
Его черный, столь ненавистный мне балахон темной точкой выделялся на фоне солнечного денька за окном. Как же я ненавидела все… и в особенности этот балахон… все из-за него…
Я ненавидела.


Никто не помнит, как в обычной дворовой компании, из тех, что ежевечерно собираются где-нибудь на скамеечке и увлеченно горланят песни под гитару, не давая покоя мирным жителям, появился этот странный паренек. Среднего роста, сутулый, с прямыми чуть ниже уха темными волосами, бледноватый, с глубокими карими глазами. В общем-то, обычный парень в черном просторном балахоне с капюшоном. Только взгляд какой-то цепкий, хмурый, настороженный. Этакий волчонок в чужой стае.
Знают только, что он поразительно быстро прижился, стал своим, привычным. Знали, что обла-дал он странным и необычным именем Люцифер. Поговаривают, что даже по паспорту. А как в дворовой компашке можно звать кого-то по паспорту? Нет! Так неинтересно! Должна быть кличка. Лютик, и все тут! А иногда Лютый, когда ни с того ни с сего осклабится и разозлится. И парни здоровались за руку, с уважением кивая головой, а девушки, дурачась, заплетали косички или просто трепали за волосы.
Помнится, но как-то смутно, что однажды в особо жуткий вечер, когда ветер безжалостно тре-пал крыши, электричество отключили, а все сидели на чьей-то пустой квартире, кого-то потя-нуло на историю. Такую, слегка леденящую кровь историю про тот свет, неотпущенные души и злобных ангелов, не дающих покоя грешникам. Тогда-то, именно тогда все и началось.
Этот дурацкий балахон стал новым объектом моих насмешек – я всегда слыла девушкой зади-ристой – Энн, Острый Язычок, – иногда подмечали наши старожилы, задумчиво попыхивая си-гаретой и напоминая старые добрые вестерны, те самые, где фигурировали Джо, Соколиный Глаз, и какой-нибудь Фрэнк, Страусиное Перо. Я не знаю, с чего я вдруг привязалась именно к Лютику – мы с ним никогда тесно не общались, но обстановку надо было разрядить, и первое, что попалось мне на глаза, был именно этот непонятный балахон.
- Лютик! Да ты сам, наверное, дьявол! – присвистнула я. – Того и гляди, восстанешь из ада! В своем балахончике! Вот народ-то испугается.
- Нет, Энн, я не дьявол, я ангел. С крыльями. А ты-то думаешь, зачем я балахон ношу? Я под ним крылья прячу. Большие сильные черные как смоль крылья. Когда-нибудь… – народ вокруг притих. Кажется, ожидалась история. Взгляд Лютика затуманился, он глядел непонятно на кого. Все напряженно ждали продолжения. Даже я слегка прикусила язык, понимая, что острить не-уместно. – В каждом из нас есть ангел. Или не совсем ангел. Такое маленькое существо с боль-шими крыльями. Крылья – это наша душа. Но не все так тривиально, как кажется. Черные кры-лья вовсе е означают низкую и подлую душонку. Нет, тогда бы крылья были сгоревшие, ссох-шиеся. Нет… черные крылья – крылья без конца и начала. Они могут своей бесконечностью накрыть все небо. Но в них тоже есть звезды, просто это чужие звезды, звезды чужого мира. У каждого свои крылья, своего цвета, своей структуры. Вот у тебя, Энн, крылья ядовито-желтые, предназначенные для стремительных полетов. Ты хищник, Энн, но хищник трусливый, мелкий, просто ядовитый. Ты не опасна крупной дичи, скорее она опасна тебе. А вот у Карлы крылья белые, ослепительно белые, потому что она еще чистый лист, неопределившаяся. И когда-нибудь, в минуты величайшей опасности, когда душа сможет развернуться по-настоящему, то-гда раздастся треск прорываемой ткани, и крылья вырвутся наружу. Они спасут своего хозяина, не дадут ему упасть. Надо просто верить… верить в свои крылья… верить, что они существуют, ведь если у человека нет крыльев – зачем ему жить?
Несколько минут стояла тишина, а потом все разом загалдели, спрашивая у Лютика, какие кры-лья у них. Он терпеливо отвечал. Потом, наконец, терпение иссякло, он потребовал отдыха, и я обратила свой взор на Карлу. Та сидела в углу с каким-то слишком задумчивым лицом. Да, и на меня произвело впечатление сказанное Лютиком, но зачем же так вникать во все это? Карла подняла голову:
- А знаешь, он прав! Я действительно, еще не определилась, а ты действительно хищник. Ма-ленький, но очень ядовитый. Мне кажется, что когда-нибудь так оно и будет – огромные крылья развернутся над миром и всем станет легче, лучше и спокойнее…
Я промолчала.


Где-то через неделю я задумалась об этом рассказе по-настоящему. Может быть, я просто тор-моз? Только сейчас мои мозги осознали смысл рассказанного. Крылья… как это смешно и как красиво… крылья… и под его идиотским балахоном тоже крылья… Большие, легкие и воздуш-ные… крылья…
А если все это ерунда, а если у меня нет крыльев?! Если у меня настолько низкая душа, что Лю-тик просто не увидел их и придумал про ярко-желтые перья хищника? Просто, чтобы не оби-жать? Нет, я должна почувствовать их, понять есть ли они – если есть, они развернутся, раскро-ются в самый нужный момент.
Я уже стояла на краю карниза и задумчиво смотрела с третьего этажа. Если есть, то раскроются. Должны раскрыться… а шагать вперед и не страшно вовсе… нет, тут невысоко, не разобьюсь… тем более, они сейчас раскроются – стремительные, ярко-желтые… а мама волноваться будет…. А сессию пропущу… ой, как земля близко…
Удар вытряхнул все мысли. Боль обожгла руку. Я потеряла сознание.
Вот они летели прямо передо мной – все такие гордые, крылатые. А я бежала по земле и проси-ла, молила взять меня с собой. Но меня не брали – у меня не было крыльев. Обломанные, смя-тые они повисли у меня за спиной. Еще была боль, нестерпимая боль. Сухо, все пересохло, я где-то в пустыне. Пить… хоть бы глоток… и вот я снова среди людей, в центре толпы… все стоят и смотрят наверх. Я тоже подняла глаза: там, за болезненным светом солнца летел чело-век. Человек в просторном балахоне, человек с прямыми волосами и глубокими карими глазами. Человек с огромными черными крыльями. Вот он развернул их, и стало темно. Люди вокруг меня отталкивались от земли, распахивали огромные крылья всех цветов и видов и летели… летели… все небо было заполнено ими, а я стояла внизу… мне было страшно…
Я закричала.


- Анна Евдокимова, в больницу попала с диагнозом – перелом предплечья правой руки. Попытка суицида. По счастью упала на клумбу. Срастется быстро. Надо к психиатру.
Вот уже в который раз я выслушиваю эту дребедень. Снова очередная молоденькая медсестрич-ка нашего отделения оживленно рассказывает про меня, такую сумасшедшую, кому-то по теле-фону. Сколько уже лежу здесь. Скучно. Рука не болит. Гипс. Держусь версии, что поскользну-лась на подоконнике. Ага. Поскользнулся, упал, очнулся – гипс. А вот никто не верит. Суицид интереснее. Неужели все вокруг такие тупые и серьезно думают, что я решила убиться с третье-го этажа? Но ведь про крылья не расскажешь… была одна хорошая девчонка, она бы поверила. Выписали. А я так и не рассказала. Приходили наши, не понимали причины. Уж они-то знают меня наизусть. Лютик не пришел. Рассказала про крылья. Помолчали. Не поверили. Сказали, что я дура. Влюбленная дура. Фыркнула в ответ. Поверили. Позвали Лютика.
И вот он пришел. Снова в этом балахоне. В том самом, где прячутся крылья. Сел на свое излюб-ленное место, на подоконник и увлеченно принялся что-то рассказывать. Уходил от темы, вер-телся. Наконец заговорил напрямую. Я рассказала, я объяснила все.
Боже, почему он расхохотался?! Неужели и он не верит?! Не верит в то, о чем сам рассказывал с таким странным блеском в глазах?! И этот дурацкий балахон на фоне солнечного денька.
Я была уверена в себе.


Подняться я смогу. Это я знала. Я поднялась. Я подошла.
- Люти-ик… Люцифер… Что бы ты ни говорил сейчас, ты был прав тогда. Был!
Вместе с последним словом я изо всех сил толкнула его в грудь. Одной рукой. Он не ожидал. Покачнулся, лицо исказилось. Попытался схватиться за что-нибудь. Я… я почти ужаснулась… почти протянула руку… но… но ведь он Люцифер! Ведь у него есть огромные черные крылья! Сейчас! Сейчас раздастся треск разрываемой ткани, и он взлетит. Я посмотрела на умоляющее лицо Лютика, на черный балахон и сказала только три слова:
- Лети, падший ангел.
Он понял. Понял, что надо покориться. Многоэтажная больница старой постройки. Асфальт внизу. Падшие ангелы летят только вниз. Я отошла от окна. Я знала, я чувствовала, что сейчас разорвется на спине балахон, ненавистный мне, и Лютик взлетит на уровень окна, сядет на по-доконник, и будет размышлять на посторонние темы. Его огромные черные крылья закроют все небо чужими звездами. Его огромная душа накроет всех. Всем станет уютно и тепло. Ну, где же? Где же он? Почему не взлетает?! Я выглянула вниз.
Лютик лежал в неудобной, некрасивой, неестественной позе. Его руки были как-то странно под-вернуты. Правая вытянута вперед ладонью вверх, будто в последней мольбе. Красивые волосы разметались. Лицом вниз… в луже крови… все тело как-то уродливо изломано. Голова разбита. Балахон разорван. На спине. Наверно, перекатился перед смертью. Он не поверил в свои кры-лья… а я его убила… нет! Он сам себя убил! Своим неверием! Люцифер не взлетит. Падшие ангелы больше не поднимаются. Никаким крыльям не вынести такого имени… а имя – это сущ-ность.
Прощай, Люцифер! Ты просто не поверил в свои крылья! У тебя будут неведомые дали, у меня нет! Я не проживу долго! У меня нет твоей души! Сейчас меня заберут… Лютик! Ты не нужен был здесь! В этом мире нет места для твоих крыльев, для твоих мыслей. Может, ты найдешь… после долгих скитаний ты найдешь далекий мир, где поймут и приютят падшего ангела. Там… там ты накроешь небо черным крылом с неизведанными звездами. Там всегда будет тишина. Там ты и примешь меня.
А здесь? А здесь ты лежишь на грязном асфальте, твое красивое бледное лицо испачкано твоей же кровью. Твои карие глубокие глаза больше никого здесь не зачаруют. Твой просторный ба-лахон разодран. На спине. Но никогда из этих дыр не появятся два огромных черных крыла. Не в этом мире. Прощай.
Я не плакала, просто текли слезы…
10.05.04
01:45.

[Яхоnт'а]

Звиняйте конечно, но где же КРИТИКА? Опустили бы хоть ниже плинтуса... или я не стою того, чтобы хотя б пару словечек сказать?
Обиженная Я.

Чуть позже: Блин, хоть бы кто-нить ответил! В монастырь уйду!

[Aire]

...боюсь, Вам там не понравится.
Попробую что-то вякнуть... авось и народ потянется. Говорить есть о чем, но разговор сложный. Поэтому все и молчат, мне так кажется
Лично у меня рассказ оставил весьма двойственное впечатление. Он ни в коем случае не заслуживает звания "отстой". И опускания ниже плинтуса. Написано, на мой взгляд, хорошо. Стиль выбран удачно и хорошо дополняет содержание, некоторые неправильности и чересчур короткие, рубленые предложения вполне можно списать на "внутреннего рассказчика" - и это работает на раскрытие образа описанной девицы - а по косточкам его и без меня разберут, думаю. Тут есть мастера этого дела :)).
Что же касается содержания, то тут пойдет сугубая махровая отягченная узколобым догматизЬмом имха. На нее не обижаться. Идет?
У меня получился следующий вариант прочтения. В рассказе очень хорошо - на это работает и узнаваемый образ юной девицы с типичным максималистски-нонконформистским мировоззрением (тут есть деталь - мне она не кажется студенткой. Ей лет 15-16. Может, 14), и традиционная еще с Байрона, как бы не раньше, романтизация темных сил, классичнее некуда - показано, куда могут привести игры с Сатаной. Да-да. Милая, невинная сказка о крыльях. Духовная прелесть. Прыжок из окна. Убийство. "По плодам их узнаете их". Если Вы пытались сказать именно это - Вам удалось. Правда.
Но почему-то (возможно, я ошибаюсь), мне кажется, что Вы хотели не такого впечатления... простите, если это не так.

[Яхоnт'а]

Девице действительно где-то в этом районе. Сессия, уж простите, есть и в десятом классе. Ее-то я ща и сдаю...
Нет, никаикх потусторониих сил здесь по идее наблюдаться и не должно. Простая деградация личности от сильной и впечатлительной истории. Рассказ о том, что многим не во что больше верить, кроме наивных сказок и вера превращается вот в ТАКОЕ. Собственно говоря, я пока писала и не думала о смысле этой сказке. просто, написалось. Не люблю работать над ходом сюжета. Обысно, пишу залпом, просто уходя в астрал.

[Aire]

Анна Евдокимова, студентка, в больницу попала с диагнозом – перелом предплечья правой руки.

так что у Вас она как раз студентка. Возможно, опечатка?

Ну как же никаких потусторонних... А как же мальчик Люцифер, поданный в лучших традициях "духа мятежного" и все эти рассуждения про черные крылья "тоже ангела"? И то, что происходит в Вашем творении - как раз хороший пример действия этих самых сил. На всех по-разному, на таких ищущих романтики девиц - вот так.

Если у Вас это нечаянно написалось - что-то водило Вашей рукой. Получилась правда. "Логос не обманешь" (с)Серая Коала, кажется.

ИМХА!

[Скарапея]

Кстати, в травме с переломом предплечья не держат.

[illit]

Бедный крошка Люцци. Аж жалко. Рассказ напоминает рассказ Толстой "Серафим"

[Amarin]

Яхонта, мне очень понравилось - возможно, потому, что что рассказ "раздваивается" - с одной стороны, т.к. рассказ идет от лица девушки, невольно тоже проникаешься "сказкой про крылья", а, с другой стороны, когда посмотришь на действия героини, и увидишь, к чему это привело...
Для меня это история о неправильно понятой идее и о "ужасах буквального понимания". Хотя... Вот я сейчас думаю - если понимать под "крыльями" духовную силу (как это обычно и делается), то их как раз у Люцифера нет - были бы, так не стал бы он над девочкой смеяться... И у самой девушки их тоже нет - иначе не стала бы она кидать Лютика из окна.

ИМХО -получилась замечательная история с возможностью "разного прочтения".
Браво!

[Яхоnт'а]

Айрэ, я все иправила. Сие был глюк...
Скарапея - прстите уж мою неоседомленность... считайте, что в Калининграде держат. ;)
Амарин, я вся зарделась. Спасибки-спасибки всем мое большое. В монастырь не пойду - скучно там.
Иллит, Гора тоже сказала - "Дура эта Энн" :)) "Такого парня погубила"

[Скарапея]

Странно. Я поняла этот рассказ так, что девушке таки надо было к психиатру.

[Яхоnт'а]

Я тож так думаю. Может, она и меня с собой возьмет? мне тоже пора бы

[illit]

Яхоnт'а пишет:
Я тож так думаю. Может, она и меня с собой возьмет? мне тоже пора бы

Ничего нового он не скажет. Проверено. Я своего школьного психолога довела, службу доверия довела, мне прямая дорога в дурку. Если в дурку то всем вместе, хотя там не в кайфк(знакомый лежал) лучше тихо дома с ума сходить, хотя мне уже не надо я и так псих.

[Яхоnт'а]

Дак это ужо старый проект - психушка для толкиенстов. :))) Типа Кащенко и все такое...

[illit]

в этой психушке я буду главный врач, глядя на меня психи будут выздоравливать. а я буду из спирта отвертку делать, с апельсиновым соком бодяжить. Кстати приглашаю, официально, дома целая банка стоит.

[Яхоnт'а]

С удовольствием... *тоненьким голоском*
мне бы пивасикууу... или водочки

[illit]

Яхоnт'а, как мне телефон починят позвоню Горедель и вас обеих приглашу, на спирт, вино , пиво(давно уже не пью). Хотя думаю Горедель от спиртного откажется.(она тебе про воскресенье рассказывала?)

[Яхоnт'а]

Она мне про все рассказывала... пить-то она будет, но не при мне... меня она побаивается, что ли? Она тебе про новый год не говорила? Да и с ней пить не могу... не напиваюсь... за сестричку ответственность чувствую. До дома ее тащу. :)))

[Локи]

"Воздух выдеpжит только тех
только тех кто веpит в себя
ветеp дует туда куда
пpикажет тот кто веpит в себя"

Яхоnт'а Мне очень понравился Твой рассказ. Надеюсь, Ты не будешь очень сильно бить меня ногами, поскольку я написал маленькое дополнение-импровизацию к Твоему рассказу. Быть критиком сейчас мне не очень хочется. Не то настроение. Грустно.
Очень грустно. Этот Люцифер из рассказа оказался просто несчастным мальчишкой, достаточно умным, чтобы сочинить красивую сказку, которая не могла не зацепить Энн. И недостаточно умным для того, чтобы понять, КАК она ее зацепила...
Знаешь, чем красивее сказка, тем больше в нее хочется поверить. Поверить несмотря ни на что, вопреки всему. Просто поверить! Верить!!! Быть птицей в небесах, вольным ветром, солнечным лучом... и значит: чем красивее сказка, тем она опаснее.
И кстати, я согласен с Амарин, относительно смысла рассказа и понимания под "крыльями" духовной силы. По-моему, ни у него, ни у нее их не было. Она оказалась слишком слабой и не смогла выдержать искушения просто веры в крылья. Ей потребовались доказательства. А он был глупым мальчишкой, которому уже никогда не повзрослеть.
Или же… ведь все можно перевернуть...

Одинокая птица
ты паpишь высоко
в антpацитовом небе
безлyнных ночей
повеpгая в смятенье
бpодяг и собак
кpасотой и pазмахом
кpылатых плечей

Люцифер ЗНАЛ, кем могла бы стать эта девочка в будущем. И значит, этого будущего у нее практически уже не было. О нет, ничего опасного, об этом не могло быть и речи. Во всяком случае, не для Него. Опасной - нет, а вот неприятной - да. Значит, время для "Сказки". "Сказки", которая заденет ее. Не сможет не задеть. О, это великое искусство, доступное лишь немногим. Дать людям увидеть отсвет истины и ослепить им их. Легко и сладостно говорить правду, предвкушая, как искаженно она прорастет в них. И эта девочка... Вот сейчас я рассмеюсь, легко, весело и непринужденно, глядя ей прямо в лицо. Откидываясь всем телом назад в окно, запрокидывая голову к Небу, смеясь над Ним. Убивая своим смехом и своей правотой ее детскую веру в чудо. Веру, которая уже заставила ее сделать шаг к Небу. Смеюсь, порождая злость и ненависть. Ее лицо на мгновение искажается, но затем вновь застывает... Сейчас она толкнет меня вниз, толкнет и этим сделает еще один шаг. Последний ее шаг, шаг в пустоту. Своим падением, я отниму у нее Веру, и ее Крылья. Крылья, которые в ней есть. Которых уже никогда не будет у МЕНЯ!! Я не дам им развернуться. НИКОГДА!!! Взамен я дам ей свою Пустоту и Крылья, которые я для нее подготовил. Ядовито-желтые крылья мелкого, подлого и трусливого хищника. Стервятника... Так будет. Сейчас она поднимется и подойдет ко мне. Скажет, что я был прав тогда и изо всех сил толкнет рукой в грудь. Сейчас… сейчас она скажет….
- Лети, падший ангел.
И он полетит прямо к асфальту, ставшему для него небом…

Черный ангел печали
давай отдохнем
посидим на ветвях
помолчим в тишине
что на небе такого
что стоит того
чтобы рухнуть на камни
тебе или мне…

P.S. Да, чуть не забыл, Скарапея не совсем права, утверждая, что с переломом предплечья в травматологии не держат. Многое зависит от вида перелома, осложнений. А в данном случае речь идет еще как минимум о сотрясении (или ушибе) головного мозга и о подозрении на попытку суицида. Так, что пару недель девочку должны были продержать.
P.P.S. Если на меня не рассердились, то кажется там кто-то что-то говорил о спирте и апельсиновом соке? У меня кажется он тоже есть…:)

[Jayrin K. Wild]

Вахх, лепота! Какой милый, жизнеутверждающий рассказ про то, как становятся шизофрениками. ;) Много писать не буду, скажу просто – если этот рассказ причесать, никто не отличит его от рассказов Кинга (думаю, все уже поняли, сколь высок для меня авторитет Кинга, посему, Яха, зацени степень комплимента) ;) ;)

[Яхоnт'а]

Локи, спасибы... таакие спасибы... *довольная скачивает и убегает к себе в норку читать, помечать и исправлять свой бред*
Джайр, ах,ах, ах... В который раз ты меня смущаешь... пока он непричесан, он мне нравиться больше... люблю лохма-а-тых...