Вот бутылка с водкой, так называемый
спиртуоз. А рядом вы видите Николая Иванови-
ча Серпухова.
Вот из бутылки поднимаются спиртуозные
пары. Поглядите, как дышит носом Николай
Иванович Серпухов. Видно, ему это очень при-
ятно, и главным образом потому что спиртуоз.
Но обратите внимание на то, что за спи-
ной Николая Ивановича нет ничего. Не то что-
бы там не стоял шкап или комод, или вообще
что-нибудь такое, а совсем ничего нет, даже
воздуха нет. Хотите верьте, хотите не верь-
те, но за спиной Николая Ивановича нет даже
безвоздушного пространства, или, как гово-
рится, мирового эфира. Откровенно говоря,
ничего нет.
Этого, конечно, и вообразить себе не-
возможно.
Но на это нам наплевать, нас интересует
только спиртуоз и Николай Иванович Серпухов.
Вот Николай Иванович берет рукой бутылку
со спиртуозом и подносит ее к своему носу.
Николай Иванович нюхает и двигает ртом, как
кролик.
Теперь пришло время сказать, что не
только за спиной Николая Ивановича, но впе-
реди, так сказать перед грудью и вообще кру-
гом, нет ничего. Полное отсутствие всякого
существования, или, как острили когда-то:
отстутствие всякого присутствия.
Однако давайте интересоваться только
спиртуозом и Николаем Ивановичем.
Представьте себе, Николай Ивановия за-
глядывает во внутрь бутылки со спиртуозом,
потом подносит ее к губам, запрокидывает
бутылку донышком вверх и выпивает, предста-
вьте себе, весь спиртуоз.
Вот ловко! Николай Иванович выпил спир-
туоз и похлопал глазами. Вот ловко! Как это
он!
А мы теперь должны сказать вот что: соб-
ственно говоря, не только за спиной Николая
Ивановича, или спереди и вокруг только, а
также и внутри Николая Ивановича ничего не
было, ничего не существовало.
Оно, конечно, могло быть так, как мы
только что сказали, а сам Николай Иванович
мог при этом восхитительно существовать.Это,
конечно, верно. Но, откровенно говоря, вся
штука в том, что Николай Иванович не сущест-
вовал и не существует. Вот в чем штука-то.
Вы спросите:"А как же бутылка со спирту-
озом? Особенно, куда вот делся спиртуоз, ес-
ли его выпил несуществующий Николай Ивано-
вич? Бутылка, скажем, осталась, а где же
спиртуоз? Только что был, а вдруг его и нет.
Ведь Николай Иванович не существует, гово-
рите вы. Вот как же это так?"
Тут мы и сами теряемся в догадках.
А впрочем, что же это мы говорим? Ведь
мы сказали, что как внутри, так и снаружи
Николая Ивановича ничего не существует. А
раз ни внутри, ни снаружи ничего не сущест-
вует, то значит, и бутылки не существует.
Так ведь?
Но с другой стороны, обратите внимание
на следующее: если мы говорим, что ничего не
существует ни изнутри, ни снаружи, то явля-
ется вопрос: изнутри и снаружи чего? Что-то,
видно, все же существует? А может, и не су-
ществует.Тогда для чего же мы говорим изнут-
ри и снаружи?
Нет, тут явно тупик. И мы сами не знаем,
что сказать.
До свидания.
ВСП.
18 сентября 1934 года.
|